Когда Чжоу Чэнь ухаживал за ней, об этом знал весь университет: цветы, ожерелья, смартфоны, гитара под окнами общежития — всё было устроено с размахом, на зависть всем.
Прошло всего несколько месяцев, а он уже стоит перед ней холодный и безразличный, насмешливо бросая слова так, будто прежняя нежность не стоила и гроша.
Грудь Сюй Цянь судорожно вздымалась:
— Да, я сама сказала: «расстанемся по-хорошему», но чёрт возьми, это точно не включает в себя то, что ты подарил мне целую степь!
Её тоже с детства баловали, как принцессу, — как она могла стерпеть такое унижение?
— Я ещё не успел тебя завоевать, так что и расставаться нам не с чем. О чём тут говорить?
— Но весь университет знает, что ты из-за неё устроил драку! Куда мне, Сюй Цянь, теперь глаза девать?!
— Куда хочешь — туда и девай. Мне-то что до этого?
Чжоу Чэнь медленно выпрямился, зевнул и лениво скосил глаза:
— Ещё что-нибудь? Нет? Тогда я пойду.
— Чжоу Чэнь, ты…!
Сюй Цянь в ярости занесла руку.
Но запястье её, не долетев на пять сантиметров до лица Чжоу Чэня, было резко схвачено и зажато — дальше не двинуться ни на миллиметр.
Кожа на запястье быстро покраснела.
Чжоу Чэнь холодно взглянул на неё и отшвырнул руку:
— Не позорься здесь. Иди домой.
Слёзы катились по щекам, но не могли вернуть бессердечного человека.
Сюй Цянь стояла у двери, плечи её вздрагивали.
Чжоу Чэнь развернулся и вернулся в класс.
Вот так она и устроила представление на потеху всем, и в груди у неё застрял комок обиды, который никак не удавалось проглотить.
Когда женщина не может получить объяснений от мужчины, она почти всегда перекладывает свою злобу на ту, из-за кого, по её мнению, всё произошло.
Сюй Цянь не стала исключением.
Она постояла несколько секунд в тишине, вытерла слёзы и со всей силы хлопнула по двери:
— Кто тут Ань Мэн? Выходи!
Ань Мэн всё это время увлечённо следила за разворачивающейся драмой и не понимала, как вдруг оказалась в эпицентре конфликта.
Выходить или нет — вот в чём вопрос.
По своей натуре она бы непременно вышла: правила клана таотие гласят — «не нападай первой, но если кто-то осмелится — уничтожь без пощады».
Не зря же их считают жестокими и мстительными до мелочей.
Но сейчас она в школе и не хочет доставлять Ци Яню неприятностей.
Поэтому она спокойно сидела на месте и не шевелилась.
Сюй Цянь, вновь получив пощёчину, пришла в неистовство. Она быстро оглядела класс, сопоставила лица с фотографией из школьного форума и наконец уверенно остановила взгляд на Ань Мэн.
Вот она — та самая «милашка» с большими чёрными глазами и длинными чёрными волосами!
Ярость лишила её разума. Не думая о последствиях, Сюй Цянь направилась прямо к Ань Мэн.
Но её маленькую девочку, такую мягкую и милую, почему-то постоянно кто-то трогал.
Ци Янь опередил Чжоу Чэня и, бросив учебник, встал у Ань Мэн, преградив путь Сюй Цянь.
Сюй Цянь подняла глаза и встретилась взглядом с лицом Ци Яня.
Школьный красавец, идол для всех.
Тот, кого считали ещё желаннее, чем Чжоу Чэнь, — за кого девушки гибли одна за другой, но никто так и не смог сорвать этот недосягаемый цветок.
И она сама когда-то была одной из них.
Её напор сразу ослаб.
Ци Янь посмотрел на неё:
— Это моя сестра. Кто посмеет её тронуть — тот со мной посчитается.
Голос его был тихим, но каждое слово отчётливо донеслось до всех присутствующих, тем самым официально разъяснив их отношения.
Сюй Цянь на мгновение опешила.
Не успела она опомниться, как Чжоу Чэнь схватил её за запястье и, не церемонясь, выволок из класса третий «Б».
Два парня защищают Ань Мэн — эту обиду придётся глотать, даже если подавишься.
Сюй Цянь со злостью топнула ногой, бросила на всех злобный взгляд и, всхлипывая, убежала, прикрыв лицо руками.
Чжоу Чэнь вернулся, как ни в чём не бывало, и окинул взглядом любопытствующих одноклассников:
— Насмотрелись? Хватит уже таращиться!
Все моментально разбежались по местам.
Никому не хотелось связываться с этим юным господином.
Ци Янь мрачно взглянул на него, потом перевёл взгляд на пустой дверной проём.
Сюй Цянь из богатой семьи, в школе считается маленькой задирой и имеет много знакомых за её пределами. Она точно не оставит всё так просто.
Ждать больше нельзя.
Ци Янь решительно подошёл к Чжоу Чжао.
Тот ещё не сталкивался с подобным и был ошеломлён.
Ци Янь постучал по его парте:
— Нужно кое о чём поговорить.
— О чём? — обернулся Чжоу Чжао.
— Не мог бы ты поменяться местами с Ань Мэн?
Первой мыслью было отказаться. Ведь они с Ци Янем сидели рядом целых два года, и ему было жаль расставаться с этой привычкой.
Но отказ так и не сорвался с языка.
Во-первых, Ци Янь впервые сам просил его об одолжении. Во-вторых, отказ выглядел бы мелочно и мог отдалить их.
Чжоу Чжао замялся.
Ци Янь добавил:
— Я сам не хочу этого делать, но ты же видел: Чжоу Чэнь не отстаёт от Ань Мэн, да и Сюй Цянь теперь на неё зла. Пока она не будет рядом со мной, я не спокоен.
После таких слов Чжоу Чжао уже не мог отказаться.
Ладно, подумал он, пусть это будет проявлением заботы будущей невестки к сестре мужа.
Да и Ань Мэн можно будет расположить к себе.
Он кивнул.
Ци Янь поблагодарил:
— Спасибо.
— Ничего.
Договорившись, Ци Янь позвал Ань Мэн, и втроём они отправились к Хао Ли.
Объяснили ситуацию.
Три главных участника не возражали, и Хао Ли тоже не имела ничего против — её единственное желание было, чтобы эти маленькие дьяволёнки наконец-то угомонились.
Идея показалась ей отличной.
Получив разрешение, они вернулись в класс и поменялись местами.
Когда Чжоу Чэнь проснулся и захотел развлечься, он поднял глаза — и увидел, что место Ань Мэн занято другим.
Там сидела Чжоу Чжао и тихо читала книгу.
Книжный червь.
Он несколько секунд смотрел на её профиль, потом перевёл взгляд на парту Ци Яня.
Ань Мэн теперь сидела у окна, полностью прикрытая Ци Янем.
Чёрт.
Он только нашёл себе интересную игрушку.
Его глаза на миг вспыхнули, он прикусил язык и лениво усмехнулся.
Ещё целый год впереди. Времени — хоть отбавляй.
……
После этого случая, поскольку Ци Янь и Ань Мэн почти не расставались, оставшаяся неделя прошла спокойно.
Наступил понедельник.
Во время утренней зарядки проводили церемонию поднятия флага.
Ученики ласково называли её «Выступление под флагом».
На самом деле речь шла о публичном зачтении покаяния перед всем университетом.
От первокурсников до выпускников.
Стеснительные после одного раза больше не нарушали.
Поэтому к выпускному году таких становилось всё меньше.
Имя Ци Яня в этом списке выглядело особенно странно.
Его текст он написал сам, честно и тщательно, каждое слово будто выгравировал в памяти.
Дочитав до середины, он отложил бумагу и спокойно продолжил без текста.
Его покаяние звучало так, будто это было настоящее выступление.
Ученики внизу слушали, разинув рты.
Некоторые девушки даже покраснели.
С точки зрения мотивов Ци Янь почти не виноват, а то, как он так эффектно прочитал своё покаяние, в глазах влюблённых девчонок делало его просто невероятно крутым.
Ци Янь делал вид, что ничего не замечает. Закончив, он прямо перед всем университетом уточнил характер своих отношений с Ань Мэн.
Толпа ещё больше заволновалась. Среди девушек поднялся настоящий переполох.
Все думали, что у идола есть девушка, и были подавлены, но теперь он сам заявил, что это всего лишь его сестра — и девушки словно ожили.
Ма Яньло, стоявший на трибуне, грозно крикнул, чтобы утихомирить шум.
Но теперь все, кроме третьего «Б», знали: идол всё ещё свободен. Когда классы расходились, повсюду слышался весёлый смех влюблённых девчонок.
Ань Мэн было грустно. Она обняла руку Ци Яня — так стало легче.
Ци Янь не привык к такой близости на людях, и кончики его ушей покраснели:
— Отпусти.
— Не хочу. Всё равно я твоя сестра, старикам нечего будет сказать.
— Мэнмэн...
Автор поясняет:
Ань Мэн: Сестра? А как насчёт немецкой ортопедии?
Ань Мэн знала, что Ци Янь популярен в школе, но не ожидала такого ажиотажа.
Уже на следующий день после его заявления о том, что он свободен, Ань Мэн, идя одна в туалет на перемене, была перехвачена у лестничного поворота одной девочкой.
Девушка была миловидной, и даже школьная форма не могла скрыть её благородного происхождения. Она улыбнулась, и уголки её глаз изогнулись:
— Ты ведь сестра Ци Яня?
Ань Мэн растерялась и кивнула:
— А что?
Девушка ласково обняла её за руку и вытащила из-за спины конверт и коробку:
— Передай это твоему брату, пожалуйста?
В руки Ань Мэн вложили розовый конверт и коробку дорогого шоколада.
— Письмо — для него, шоколад — для тебя, — с надеждой сказала девушка.
Не то чтобы Ань Мэн была старомодной, просто почти никто не мог достать Вичат или номер телефона Ци Яня. Даже если удавалось узнать — никто не мог добавиться.
Раньше письма тоже не доходили: если кто-то тайком клал их в его парту, этот высокомерный красавец просто выбрасывал их в мусорку.
Но теперь, когда узнали, что у него появилась милая и добрая сестра, у девушки снова появилась надежда.
Она с надеждой смотрела, как Ань Мэн с интересом разглядывает шоколад.
«Посмотрим, как ты откажешься», — подумала Ань Мэн.
Она перевела взгляд с письма на шоколад, потом сняла руку девушки со своей и отошла на шаг назад.
Улыбнулась:
— Извини, но мой брат не собирается встречаться. Лучше оставь письмо себе.
Она вернула конверт девушке, а шоколад взяла и, покачивая коробкой, улыбнулась ещё милее:
— Спасибо за шоколад.
Девушка могла только с изумлением смотреть, как Ань Мэн, гордо держа дорогой шоколад, уходит прочь.
Давно она не видела такой наглой личности.
Получив бесплатный шоколад, Ань Мэн радостно вернулась в класс и открыла коробку.
Первую конфету она сразу же поднесла к губам Ци Яня.
Губы Ци Яня ощутили сладость шоколада. Он оторвался от задач:
— Откуда у тебя шоколад?
— Сначала съешь, потом скажу.
Ци Янь огляделся — никто не смотрел в их угол.
Видимо, он решил, что между братом и сестрой такие жесты вполне допустимы.
Но всё равно чувствовал себя неловко.
Он чуть отстранился:
— Я сам возьму.
— Не пачкай руки, — Ань Мэн снова поднесла конфету ближе. — Быстрее ешь.
Её глаза сияли, в них переливался мягкий свет.
Ци Янь сглотнул, взял шоколадку в рот.
Сладко.
Чересчур сладко.
И на губах ещё ощущалось тепло её пальцев.
Ци Янь, опустив глаза, незаметно взглянул на её пальцы. Лёгкое покалывание от прикосновения будто пронзило сердце.
Но Ань Мэн, похоже, ничего не заметила. Она облизнула пальцы, на которых осталась растаявшая шоколадная масса, и с наслаждением прищурилась, как хомячок, наевшийся до отвала.
Ци Янь не мог понять — разочарован он или облегчён.
Он быстро доехал шоколадку:
— Так откуда всё-таки шоколад?
Ань Мэн облизнула губы, надула щёчки и, приблизившись, лукаво улыбнулась:
— От твоей поклонницы.
— ...
«Что за ерунда?»
— Она ещё просила передать тебе любовное письмо, — подмигнула Ань Мэн. — Но я сразу отказалась. Разве я не умница?
— ...
Ань Мэн с нетерпением ждала похвалы.
Ци Янь с трудом сдержал гримасу:
— Впредь не бери чужие вещи без спроса.
— Но ведь вкусно...
— ...
— Если хочешь чего-то, скажи мне — куплю.
Ань Мэн немного подумала:
— Ладно.
На самом деле она просто не выносила, что за ним ухаживают другие девушки, но раз Янь-гэгэ не любит таких сюрпризов — пусть будет по-его.
Ци Янь с облегчением кивнул.
Ань Мэн с удовольствием продолжила есть шоколад.
Через несколько секунд она снова подняла голову:
— Ты не злишься, что я отказалась от письма твоей поклонницы?
— Нет. Ты поступила правильно.
http://bllate.org/book/6244/598529
Готово:
