Сердце Тан Кэ сжалось от тревоги, и она крикнула:
— Цзинь Янь, осторожно!
Глаза Цзинь Яня мгновенно потемнели. Он резко разжал правую руку, сжимавшую вора, и тот тут же вскочил на ноги, бросившись бежать прямо на проезжую часть. Но не успел сделать и нескольких шагов, как Цзинь Янь с силой пнул его в спину. Вор рухнул лицом вниз, едва не врезавшись носом в асфальт.
Цзинь Янь подскочил, перехватил его руки и вывернул их за спину. Отвёртка вылетела из пальцев и откатилась далеко в сторону.
— Да чтоб вас! — завопил вор, корчась от боли и ярости. — Мы с вами не знакомы и не враги! Какой вам прок меня выдавать?
Цзинь Янь ещё сильнее сдавил его запястья, и лицо вора исказилось от мучений.
Наклонившись, он прошептал ему на ухо, и голос его прозвучал ледяной сталью:
— Я мог бы не вмешиваться… Но ты тронул того, кого трогать не смел. За это ты заплатишь.
Он отвёл вора обратно к обочине. Почти все свидетели разразились аплодисментами.
Тот, будто окончательно сдавшись, опустил голову и молчал.
Тан Кэ собралась подойти, но её опередила пожилая женщина, у которой чуть не украли кошелёк.
— Да чтоб тебя разнесло! — взорвалась она. — Руки-ноги целы — идёшь воровать?! Да ещё и на старшую сестру напал! Жизни не жалко, что ли?!
Она яростно колотила его сумкой по лицу и спине. Боль, конечно, была терпимой — не убьёт, да и синяки полиция не проверит. Цзинь Янь позволил женщине выплеснуть злость: ему самому было не до радости.
Окружающие горячо хвалили Цзинь Яня. Среди них была школьница, которая покраснела и уже собиралась подойти попросить у него вичат — ведь такой красивый и смелый мужчина встречался крайне редко. Как упустить такой шанс?
Но подруга вовремя удержала её за руку:
— Ты совсем без глаз? Та девушка, что первой заметила вора, явно его подружка. Сейчас пойдёшь — только себя осрамишь.
Девушка замерла, перевела взгляд на Тан Кэ и, наконец, неохотно надула губы:
— Ладно… Я и правда проигрываю ей — и красива, и такая благородная.
Тан Кэ, конечно, не слышала этих разговоров. Она с трудом протолкалась сквозь толпу и подошла к Цзинь Яню. Высокий мужчина, возвышавшийся над ней на полголовы, даже не взглянул в её сторону, продолжая смотреть на пожилую женщину.
— Молодой человек, спасибо тебе огромное! Добрым людям обязательно воздастся, — говорила та с искренней благодарностью. — Я уже вызвала полицию — они скоро приедут. Подождём немного, и можно будет идти.
Увидев подошедшую Тан Кэ, женщина радостно улыбнулась:
— Ах да! И этой девушке тоже спасибо! Вы с молодым человеком — настоящие добряки. Обязательно проживёте вместе до старости!
Ведь они же держались за руки! Женщина была уверена, что ошибиться не могла.
Тан Кэ, которая как раз переживала за Цзинь Яня, от этих слов поперхнулась и закашлялась. Она хотела объяснить, что они не пара, но горло пересохло — слова не шли.
Она только замахала руками, а женщина, приняв это за скромность, добавила:
— Может, оставите номер телефона? Обязательно приглашу вас на ужин!
Тан Кэ многозначительно посмотрела на Цзинь Яня, но тот будто не заметил и спокойно отвёл взгляд.
Ей показалось, что у него плохое настроение. Неужели он ранен?
Тан Кэ наконец отдышалась и собралась спросить, не пострадал ли он, как вдруг раздался свист сирены.
Полицейская машина быстро прибыла на место. Поскольку Тан Кэ первой заметила кражу, ей пришлось дать краткие показания прямо на улице. Когда всё закончилось, уже наступило утро.
Пожилая женщина поехала в участок, а Цзинь Янь на мгновение замер, затем развернулся и пошёл прочь. Тан Кэ побежала за ним.
Небо уже потемнело, и бледный лунный свет тонким слоем окутал землю. Завернув за угол, они вышли на тихую улицу, где слышались лишь их шаги — разные по ритму и скорости.
— Цзинь Янь, ты не ранен?
— Тот человек не успел тебя ударить?
— С тобой всё в порядке?
Тан Кэ задавала вопрос за вопросом, но идущий впереди мужчина молчал, ускоряя шаг. Его аура стала холоднее самой луны — будто рядом шёл ходячий холодильник.
Что не так? Ведь он только что совершил доброе дело — поймал вора! Почему он в таком настроении?
Тан Кэ задумалась и вдруг пришла к странному выводу: неужели Цзинь Янь злится?
Она словно прозрела.
— Цзинь Янь, не злись, пожалуйста.
Она ускорила шаг и, подбежав, смягчила голос. Её сладкий тембр звучал особенно нежно и обаятельно.
— Это моя вина. Не игнорируй меня, хорошо?
— Цзинь Янь, Цзинь Янь, Цзинь Янь, подожди меня!
Такой тон в детстве помогал ей избегать наказаний даже от отца, который ничего не мог с ней поделать.
Но и сейчас, когда она так мило заискивала, он всё равно не останавливался? Тан Кэ почувствовала разочарование.
— В чём именно виновата? — внезапно спросил мужчина.
Девушка, не сразу заметив, что он остановился, обрадовалась и подскочила к нему.
— Мне не следовало сразу выкрикивать, что он вор. Теперь понимаю — можно было поступить иначе. Например, создать какой-нибудь шум, чтобы женщина сама обернулась и заметила вора. Тогда он бы не затаил на меня зла и не стал бы нападать.
Тан Кэ серьёзно раскаивалась.
Цзинь Янь слегка смягчился и кивнул:
— Хм. А ещё?
Ещё?
Тан Кэ растерялась. Что ещё?
Внезапно она вспомнила его мрачное лицо и с виноватым видом добавила:
— И ещё… мне не следовало втягивать тебя в эту историю. Ты мог пострадать.
Гнев Цзинь Яня, который уже начал утихать, вспыхнул с новой силой. Её слова прозвучали так, будто она пытается от него отстраниться!
Когда женщина назвала их парой, он даже не захотел это опровергать — наоборот, ему было приятно, что их считают вместе.
А когда Тан Кэ подавала ему знаки, чтобы он помог ей опровергнуть это, ему так и хотелось ущипнуть её, чтобы она очнулась.
— Ты думаешь, в этом дело? — спросил он, не отвечая напрямую.
Его голос снова стал ледяным, и только что возникшее тепло мгновенно испарилось.
Он злился не на то, что она вмешалась, а на то, что она, не имея навыков самообороны, так безрассудно встала на пути опасности. Что, если бы он не был рядом? Что, если бы вор ударил быстрее и действительно ранил её?
Одна мысль об этом заставляла его сердце сжиматься от страха.
Он не хотел, чтобы она подвергала себя риску. Почему она этого не понимает?
— А что ещё? — Тан Кэ прикусила полные губы, растерянно глядя на него.
Цзинь Янь вдруг почувствовал, как его рукав потянули. Он обернулся.
Перед ним стояла девушка, слегка запрокинув голову. Её большие круглые глаза с опущенными уголками смотрели так, будто она беззащитный щенок. От этого взгляда сердце Цзинь Яня невольно смягчилось.
Он вздохнул. Что тут скажешь? Все упрёки, что он собирался высказать, мгновенно растворились.
Эта девушка словно была его слабостью. Всё, что он планировал — вся его воля — рушилось при одном лишь её взгляде, полном невинности и грусти.
— Ладно, — наконец произнёс он, устало покачав головой.
С этими словами он снова зашагал вперёд, плотно сжав челюсть и сохраняя суровое выражение лица.
Тан Кэ почти бежала, чтобы не отстать.
— Цзинь Янь, я опять что-то не так сказала?
Она была совершенно озадачена. Ведь она же искренне раскаивалась! Что ещё могло его рассердить?
— Мяу~ — раздался вдруг кошачий голосок из-под припаркованной машины.
Тан Кэ не обратила внимания — всё её внимание было приковано к высокой фигуре впереди.
Чёрный кот вдруг выскочил прямо перед ней. Она испугалась, инстинктивно отступила — и подвернула ногу. Раздался лёгкий хруст.
Резкая боль пронзила лодыжку. Тан Кэ вскрикнула и упала на землю.
Мужчина впереди на мгновение замер, решив, что она снова пытается его разжалобить, и не обернулся.
Но прошло несколько секунд, а за спиной — ни звука.
Цзинь Янь нахмурился, быстро обернулся и увидел, как её маленькая фигурка сидит на асфальте.
Он подошёл и встал рядом.
— Что случилось? — спросил он резко, но в голосе слышалась тревога.
Тан Кэ надула губы и подняла на него глаза. Лунный свет окутывал его лицо, и черты были не разглядеть. Ей вдруг стало обидно, и в глазах заблестели слёзы.
— Где болит? Повредила ногу? — Цзинь Янь начал волноваться, видя, что она молчит.
— Я подвернула лодыжку, — прошептала Тан Кэ, и в её голосе прозвучала лёгкая дрожь.
— Какая же ты неловкая, — нахмурился Цзинь Янь, но тут же присел, чтобы осмотреть повреждение.
Тонкая белая лодыжка уже начала опухать. Он осторожно надавил пальцами, и Тан Кэ резко втянула воздух сквозь зубы. Но Цзинь Янь, похоже, немного успокоился.
— К счастью, кость не повреждена. Нужно пару дней помазать мазью и отдохнуть — всё пройдёт.
Тан Кэ пошевелилась, и её фарфоровое личико тут же сморщилось от боли.
— Ай-ай-ай!
Она оперлась на крепкую грудь Цзинь Яня и чуть запрокинула голову, глядя на него. В её глазах ещё мерцали слёзы.
— Цзинь Янь, я хочу домой.
Ей не хотелось сидеть здесь — выглядела она глупо и жалко.
Цзинь Янь взглянул на неё. Девушка выглядела так трогательно и беспомощно… В его голове бурлили тысячи мыслей, но на языке осталось лишь одно:
— В следующий раз будь осторожнее.
Он снова опустил глаза, чувствуя, что с ней ничего не может поделать.
Уголки губ Тан Кэ приподнялись в хитрой улыбке — будто маленькая лисица, добившаяся своего.
— Я поняла! Пойдём скорее домой.
Она попыталась встать, но не удержалась на ногах. Цзинь Янь плотно сжал губы и, не говоря ни слова, поднял её на руки. Тан Кэ не ожидала такого и вскрикнула от неожиданности.
— Я… я могу сама идти, не надо…
— Ты можешь сама идти? — переспросил он, повторяя её слова.
Тан Кэ мельком взглянула на него. Его тонкие губы были сжаты в прямую линию, и настроение явно было не лучшим.
Она высунула язык и замолчала, лишь тайком украдкой разглядывая изящную линию его подбородка, а ниже — выступающий кадык. Ей вдруг захотелось дотронуться до него пальцем. Рука сама собой дрогнула, но в последний момент она опомнилась.
«Чёрт! Хорошо, что не тронула — выглядело бы слишком пошло!»
«Тан Кэ, успокойся! Контролируй руки!»
Она мысленно повторяла это снова и снова. Бледность от боли постепенно уступила место румянцу стыда.
Цзинь Янь, несмотря на то что нес её на руках, шёл быстро и легко, будто в руках ничего не держал. А ведь для него вес Тан Кэ и правда был ничем — она была слишком худой, и её талию можно было обхватить одной ладонью.
Через пятнадцать минут они уже стояли у двери её квартиры.
— Дай ключи, — раздался над головой хрипловатый мужской голос.
Тан Кэ на секунду замерла, затем поспешно стала рыться в сумочке и вытащила связку ключей. На брелоке висел изящный подвесок.
— Какой из них? — нахмурился Цзинь Янь, увидев четыре-пять ключей.
— Вот этот золотой посередине, — указала Тан Кэ. — Я сама открою.
Ведь руки-то у неё не повреждены.
— Хорошо, открывай, — сказал Цзинь Янь, поднеся её ближе к двери.
Фраза «опусти меня» снова застряла у неё в горле. Она чувствовала — стоит ей произнести это, как лицо Цзинь Яня снова станет мрачным.
Зайдя в квартиру, Тан Кэ нащупала выключатель справа и включила свет. Знакомый интерьер в тёплых жёлтых тонах сразу создал ощущение уюта и тепла.
Цзинь Янь аккуратно опустил её на диван в гостиной, стараясь не задеть повреждённую лодыжку. Тан Кэ заметила эту заботу и почувствовала тепло в груди.
— У тебя есть мазь от ушибов? — спросил он.
— Есть. Ай! — Тан Кэ машинально попыталась встать, но едва коснулась пола ногой, как резкая боль заставила её скривиться и втянуть воздух сквозь зубы.
Цзинь Янь нахмурился ещё сильнее.
— Не двигайся. Просто скажи, где лежит мазь.
Тан Кэ, уже с красными глазами от боли, надула губки:
— В левом ящике тумбочки у кровати… в спальне.
Ей совсем не хотелось, чтобы Цзинь Янь заходил в её комнату. Сегодня утром она ушла в спешке и не убиралась — вдруг там что-то лежит не так, как надо? Она уже жалела, что положила аптечку именно туда.
http://bllate.org/book/6172/593566
Готово:
