— Я тоже смотрел тот сериал, в котором вы снимались раньше. В нём столько живости! — ответил режиссёр, возвращая комплимент. — Как только у меня появятся деньги, непременно приглашу вас на проект.
Жань Си чокнулась с ним бокалами:
— Тогда буду ждать, когда вы сдержите обещание.
— Обязательно, обязательно, — улыбнулся режиссёр, сделал глоток вина и вдруг перевёл взгляд в сторону входа — глаза его вспыхнули. — Мне кое-что нужно уладить. Пойду.
С этими словами он, несмотря на внушительные габариты, стремительно юркнул к только что вошедшему инвестору и с жаром начал предлагать свой проект.
*
— Так вот где ты! — раздался за спиной знакомый голос.
Жань Си обернулась и увидела Чжоу Шэня, тщательно одетого и ухоженного.
— Ты давно здесь? — спросила она, и при виде знакомого лица её улыбка стала чуть шире. — Откуда столько свободного времени? Неужели не встретил своих поклонниц?
— Ах, не говори, — махнул рукой Чжоу Шэнь с выражением крайнего раздражения на лице. — Меня чуть не загнали в туалет! И это была женщина!
Жань Си лишь вздохнула:
— …Тебе не повезло.
Несмотря на то, что сейчас он на пике популярности, положение Чжоу Шэня в индустрии оставляло желать лучшего — он даже уступал Жань Си, у которой уже вышел сериал в главной роли. Поэтому он и пришёл на мероприятие раньше неё.
Чтобы фанатки не проникли внутрь и не создали неловкую ситуацию для старших коллег, Чжоу Шэнь с особой тщательностью скрывал свой график, надел полный комплект маскировки и спокойно добрался до места. Но едва переступив порог, столкнулся с маньяком.
— Где она сейчас?
— Не знаю, сбежала, — ответил Чжоу Шэнь, явно не желая вспоминать подробности. Он сделал глоток воды и спросил: — Как там твоё дело с телеканалом «Пути Глобуса»?
— Ещё на стадии переговоров. Решение не скоро примут, — пожала плечами Жань Си, тоже не горя желанием обсуждать эту тему.
Они обменялись взглядами и по взаимному молчаливому согласию обошли этот болезненный вопрос, перейдя к взаимным похвалам. Атмосфера между ними сразу стала тёплой и непринуждённой.
В зале становилось всё больше гостей. Когда до начала банкета оставалось совсем немного, у входа вдруг поднялся шум.
Люди начали стекаться к двери, окружив только что вошедшего человека плотным кольцом.
Чжоу Шэнь, заинтересовавшись, встал и стал выглядывать из-за толпы:
— Кто это такой важный пришёл?
— Не вижу, — покачала головой Жань Си. Людей было слишком много, чтобы разглядеть того, кто оказался в центре внимания. Её взгляд скользнул в сторону и остановился на пришедших чуть позже приёмных родителях и Юй Цин.
Юй Цин стояла между госпожой Жань и господином Юй, одной рукой обнимая каждого из них. Она, как и все остальные, смотрела в сторону входа. Очевидно, именно этот человек вызывал у неё такой интерес — она даже встала на цыпочки, не заботясь о приличиях.
Увидев такое поведение главной героини, Жань Си сразу поняла, кто вошёл.
Она внутренне вздохнула, захотев держаться подальше от них, но в её нынешнем положении было бы странно не подойти.
— Я ненадолго отойду, — сказала она, поставила бокал и направилась к своей приёмной семье.
— Папа, мама, — поздоровалась Жань Си, затем повернулась к главной героине: — Сестрёнка.
Юй Цин даже не удостоила её взглядом.
— Цин, — мягко окликнула её госпожа Жань, — твоя сестра тебя зовёт.
— А, — наконец отвела взгляд Юй Цин и неохотно кивнула Жань Си.
— Ты что за ребёнок такой, — упрекнула её госпожа Жань, но тут же улыбнулась и пояснила Жань Си: — У Цин сегодня плохое настроение, не обижайся. А ты сама-то как одна пришла?
Жань Си неловко улыбнулась:
— Жила неподалёку, поэтому прямо сюда и приехала.
— Понятно, — кивнула госпожа Жань. — А как твоя травма? Полностью зажила?
— Да, всё прошло.
— В будущем будь осторожнее на съёмках. Хотя жаль, конечно… Такой хороший проект пришлось отменить из-за этого инцидента…
— Ладно, — перебил господин Юй, — пойдёмте в сторонку, здесь мешаем проходу.
— Хорошо, — согласилась госпожа Жань, указала на менее людное место и, уводя явно не желавшую уходить дочь, добавила Жань Си: — Мне нужно с тобой кое-что обсудить.
— Конечно.
В углу они устроились на диване: Юй Цин уютно устроилась между родителями, а Жань Си села на отдельное кресло напротив.
— Мам, что ты хотела мне сказать? — спросила она.
— Да столько всего накопилось, даже не знаю, с чего начать, — улыбнулась госпожа Жань, погладила руку дочери и посмотрела на мужа. — Может, ты, папа, расскажешь?
Господин Юй не стал отнекиваться:
— Твоя сестра, то есть Юй Цин… на самом деле не сирота. Она наша родная дочь.
Он нежно взглянул на Юй Цин:
— Мы с мамой узнали об этом совсем недавно и ещё не успели тебе сообщить.
Жань Си уже знала эту новость, но сделала вид, будто поражена:
— Сестра — родная?
— Да, — подхватила Юй Цин, прижимаясь к руке отца и кокетливо улыбаясь, хотя в глазах мелькнула насмешка. — Только ты — приёмная.
— Как ты разговариваешь? — мягко упрекнул её отец, но давнее чувство вины не позволило ему сказать что-то строже. Он лишь снисходительно посмотрел на дочь.
— Ничего страшного, — улыбнулась Жань Си. — Есть ещё что-то?
Госпожа Жань продолжила:
— Ещё вот что: твоя сестра перешла в «Сюньфань». Теперь вы в одной компании. Позаботься о ней, не дай никому обидеть.
Жань Си ничего не ответила, но приёмная мать этого не заметила. Она поправила прядь волос у дочери и ласково сказала:
— Ну наконец-то одумалась! Мы с папой ещё тогда говорили, что твоя прежняя контора — полная бездарность. Просили сменить, а ты упёрлась, упрямо сидела в этой дыре. Теперь-то, наверное, пожалела?
— Я тогда была ещё глупенькой, — засмеялась Юй Цин, прижавшись к матери.
Она опустила глаза, и уголки губ дрогнули в едкой усмешке.
Да, раньше она действительно была глупа — из-за собственной неуверенности боялась выступать вместе с Жань Си и выбрала ту жалкую контору. Там не было ни ресурсов, ни связей, ни пиарщиков, и та женщина легко довела её до позора.
Но теперь всё иначе. Она не повторит прошлых ошибок. В крупной компании она получит лучшие возможности и сможет уверенно подниматься вверх. Разве не так?
Юй Цин подняла глаза и посмотрела на Жань Си. Её лицо, чистое и невинное, как цветок магнолии, расцвело в улыбке. Она протянула руку и мягко произнесла:
— В будущем рассчитываю на заботу старшей сестры.
Жань Си пожала её руку:
— Будем помогать друг другу.
— Как это «друг другу»? — вмешалась госпожа Жань. — Цин только пришла в «Сюньфань», ничего не знает, никого не знает. Ты, как старшая сестра, обязана её поддерживать.
— Да что ты, я многое знаю! — капризно возразила Юй Цин и потянула за рукав Жань Си: — Правда ведь, сестрёнка?
Жань Си лишь улыбнулась, не сказав ни слова. Мать и дочь, не обращая внимания на её молчание, стали привлекать к разговору и отца.
— Ты, малышка, — постучал господин Юй пальцем по лбу дочери, — чего ты можешь знать?
— Не хочу с вами разговаривать! — фыркнула Юй Цин и встала, подойдя к Жань Си. — Сестра, поменяемся местами.
— Зачем ты её тревожишь? Иди сюда, — позвала госпожа Жань.
— Я обиделась, не пойду, — махнула рукой Юй Цин и естественно, но настойчиво вытеснила Жань Си с места. Родители только смеялись и делали вид, что ругают дочь, но в их голосах не было и тени строгости.
Жань Си холодно наблюдала за их семейной идиллией и пересела на другое кресло в стороне.
Если раньше, до того как стало известно, что Юй Цин — родная дочь, приёмные родители хотя бы старались соблюдать баланс, то теперь Жань Си окончательно превратилась в лишнего человека. Семья на диване смеялась, болтала без умолку, будто у них не хватало слов друг для друга, а она сидела в одиночестве, вне их мира, но уйти не могла.
К счастью, они пришли поздно, и вскоре начался банкет, наконец освободив Жань Си от этой мучительно скучной ситуации.
В начале мероприятия на сцену поднялся Чжэн Сяогуо. Сначала он произнёс несколько вежливых фраз, затем минут десять расхваливал своего сына со всех сторон. В конце он резко сменил тему и перешёл к своему новому сериалу, пригласив на сцену Шао Шусиня и расхваливая главного актёра от и до.
На словах Чжэн Сяогуо восхищался талантом Шао Шусиня, но на самом деле хвастался собственным влиянием: ведь даже самых востребованных звёзд кино не удавалось заманить другим режиссёрам, а Шао Шусинь согласился освободить почти полгода ради его сериала! Какой у него авторитет!
Это хвастовство вызвало у многих режиссёров в зале зубовный скрежет, и они с обидой смотрели на Шао Шусиня. Но Чжэн Сяогуо от этого только радовался. Наконец, решив не обделять вниманием других, он пригласил на сцену всю основную съёмочную группу.
Все выстроились в ряд, и режиссёр принялся расхваливать каждого по очереди. Затем он лично представил их своим знакомым режиссёрам и продюсерам.
Такая возможность — быть представленным старшим коллегам — встречалась крайне редко, и все ею дорожили. Многие даже спорили за право выпить вместе, и вскоре щёки у большинства покраснели, а взгляды стали мутными.
Жань Си пила мало, но у неё был слабый организм, и после двух бокалов пошатываться стало трудно.
Мраморный пол был скользким, и на каблуках нужно было быть особенно осторожной. Жань Си почувствовала головокружение, поскользнулась — и в этот момент чья-то рука подхватила её, не дав упасть и устроить скандал.
— Всё в порядке? — спросил незнакомец с беспокойством.
— Да, спасибо, — Жань Си оперлась на стол с закусками и поблагодарила: — Благодарю вас, господин Шао.
— Не за что, — отпустил её Шао Шусинь. — Если не можете пить, не стоит насиловать себя. Это вредно для желудка.
— Я знаю, — ответила Жань Си. Некоторые гости уже заметили их, и она отступила на шаг, чтобы соблюсти дистанцию. — Пойду на свежий воздух, проветрюсь.
Шао Шусинь посмотрел ей вслед:
— Одевайтесь потеплее, не простудитесь.
С тех пор как они встретились в палате месяц назад, Шао Шусинь не видел Жань Си. Он знал о ней лишь из новостей и репортажей. Ему невыносимо хотелось увидеть её снова, но подходящего повода не находилось. И вот сегодня, наконец, они встретились. Ему хотелось быть рядом с ней каждую секунду, не отпускать ни на шаг.
Это желание было прекрасным, но сейчас невозможно. Слишком много людей. Если он пойдёт следом, она не получит желанного покоя.
Шао Шусинь положил руку на то место стола, где только что стояла ладонь Жань Си, и смотрел, как она исчезает за дверью. В это же время вдалеке за ним кто-то другой не отрывал от него взгляда — тёплого, нежного и полного тоски.
Когда фигура Жань Си скрылась из виду, Шао Шусинь наконец отвёл глаза — и тут же встретился взглядом с другим человеком. Перед ним стояла девушка с чрезвычайно чистыми чертами лица, лёгкий макияж подчёркивал её брови, а вся она напоминала цветок лотоса, только что вынырнувший из воды.
— На что смотришь, Шао-гэ? — осторожно спросила Юй Цин. — Моя сестра очень красива, правда?
Шао Шусинь улыбнулся.
— Хотя мне кажется, раньше она была красивее, — добавила Юй Цин, не дожидаясь ответа. Она словно про себя пробормотала: — Интересно, зачем она вообще решила менять лицо?
Юй Цин понимала, что поступает плохо: ведь Шао Шусинь терпеть не мог женщин с подправленной внешностью, а она нарочно говорила ему об этом.
Но ведь она не врала! Жань Си действительно сделала пластическую операцию. Да и вела себя она как кокетка. Если Шао Шусинь свяжется с ней, его снова будут осмеивать, как в прошлой жизни. Значит, всё, что она делает, — правильно.
Юй Цин сжала кулаки, ладони стали влажными. Она незаметно следила за выражением лица Шао Шусиня, пытаясь угадать его реакцию.
Но тот мастерски владел мимикой, и сколько бы Юй Цин ни всматривалась, она не уловила ни малейшего намёка на эмоции.
От этой неопределённости сердце её забилось быстрее, тревога нарастала… Но ответ, который она услышала вслед, поверг её в полное оцепенение.
http://bllate.org/book/6113/589228
Готово:
