Женщины-культиваторы вдруг всё поняли и начали сопротивляться.
— Ты, старый подлец! Что задумал? Отпусти нас!
Человек в маске шагнул вперёд и со звонкой пощёчиной ударил двух женщин. Одна из них, истекая кровью, рухнула на землю и больше не проронила ни слова.
— Ха-ха-ха… Я же предупреждал: болтать здесь — себе дороже! Раз уж вы попали ко мне, значит, сами ничего уже не решаете. Понятно?
В глазах Гу Юэ всё ярче вспыхивал синий огонь, будто он смотрел сквозь женщин на что-то далёкое и невидимое. Его аура становилась всё более зловещей и развращённой.
Автор говорит:
С праздником Первого мая! Целую!
— Ну же, выбирайте! Забыл сказать: у каждого — лишь одна попытка. Не хочу, чтобы за спиной говорили, будто я лишился всякой совести!
Это ещё называется совестью?
Среди мужчин первыми начали колебаться.
Один из них вышел вперёд, чтобы выбрать себе партнёршу. Женщины в панике заволновались: большинство из них пришли на это состязание ради Сяо Есина. Если их сейчас насильно отдадут другим мужчинам прямо на глазах у возлюбленного, лучше умереть.
Мужчины тоже давно присмотрели себе избранниц. Большинство мечтало о Цинь Жожинь — она была красива, нежна, обладала добрым характером и высокой силой культивации, давно став богиней в глазах многих.
Кто-то действительно выступил вперёд и уставился прямо на Цинь Жожинь. Стоило ему заговорить — и она была бы обречена.
Лицо Цинь Жожинь побледнело от страха, пальцы дрожали. Она бросила взгляд на Сяо Есина, моля о спасении.
Но тот отвлёкся. Его взгляд был прикован к Лу Чжоу и никак не мог оторваться — он явно задумался о чём-то своём.
Почти никто из мужчин не собирался выбирать Лу Чжоу: во-первых, все знали, что её лицо изуродовано, и она, вероятно, ужасно выглядела; во-вторых, о её характере ходили дурные слухи. Считалось позором даже думать о соитии с такой женщиной — это унижало их благородное достоинство.
Лу Чжоу была недостойна!
Гу Юэ сразу заметил, как все презирают Лу Чжоу, а сама она, напротив, совершенно расслабилась и ничуть не волновалась. Это раздражало его: он не терпел, когда его «добыча» чувствует себя спокойно.
— Есть ещё одно правило!
«Не мог бы ты сразу всё сказать?» — подумала Лу Чжоу.
— Если кто-то останется без пары, я его не оставлю. У меня рядом с пещерой-обителью несколько духовных цветов, которым не хватает удобрения. Посмотрим, кому повезёт стать им.
«Да чтоб тебя! Что за чушь?»
Хорошее настроение Лу Чжоу, будто всё происходящее её не касается, мгновенно испарилось. Она была девственницей сотни тысяч лет и ни разу не прикасалась к мужчине. Неужели сегодня ей не избежать участи удобрения для цветов?
Ведь ни один мужчина не выберет её — это точно.
Тот самый мужчина, возможно, испугавшись авторитета Сяо Есина, выбрал не Цинь Жожинь, а стоявшую рядом с ней Бай Янь.
Бай Янь была крайне недовольна: её сердце принадлежало Мо Иню, тому прекрасному юноше в белом.
Но Гу Юэ вовсе не интересовалось мнение женщин. Он учитывал только желания мужчин. Для него было особенным наслаждением, когда низкородный культиватор получал в жёны высокомерную, гордую женщину. Это доставляло ему извращённое удовольствие.
«Изверг!»
— Так ты выбрал её?
Мужчина кивнул.
— Отлично, отправляйтесь в свадебную ночь.
Гу Юэ магией облачил обоих в алые свадебные одежды, покрыл голову девушки алым покрывалом и направил их в соседнюю пещеру-обитель.
Все остались ждать снаружи, только Гу Юэ последовал за ними внутрь.
Неужели они правда будут заниматься этим? В глазах мужчин засверкало нетерпеливое любопытство.
Долгие годы культивации были скучны и однообразны, и все они тосковали по плотским утехам. Но в сектах строгие правила — даже если есть желание, смелости не хватало. К тому же красивые женщины обычно вели себя как гордые павлины, заносчивые и недоступные. Кто бы мог подумать, что и до них дойдёт очередь!
Вскоре из пещеры донёсся странный шум.
Эта пещера была устроена подло: любой звук отдавался эхом и усиливался, будто специально для этого.
Лишь через время, равное сгоранию одной благовонной палочки, звуки прекратились. Гу Юэ вышел наружу и приказал своим приспешникам вывести пару.
Мужчина выглядел свежим и довольным, весь лениво расслабленный, с выражением явного торжества на лице — ему совсем не было стыдно. Он даже оправдывался, мол, его заставили.
Прислужники бросили Бай Янь обратно в толпу. Та не удержалась на ногах и рухнула на землю. От неё исходил насыщенный запах разврата, отчего женщины покраснели и отвернулись: ведь все слышали, что там происходило.
— Мы скорее умрём, чем подчинимся! — воскликнула одна из женщин и сделала шаг вперёд.
И тут же пала замертво.
Гу Юэ никогда не прощал таких выходок.
Атмосфера снова стала ледяной.
Мужчины, вкусившие плоды наслаждения, теперь с трепетным нетерпением ожидали своей очереди, полностью забыв прежнее сопротивление.
Ещё один мужчина вышел вперёд и выбрал Хуан Юйжуй — старшую сестру школы Наньшань, самую гордую из всех.
Хуан Юйжуй, чрезвычайно высокомерная, ни за что не согласилась бы. Она уже собралась прикусить язык, чтобы лишить себя жизни, но Гу Юэ мгновенно запечатал её точки.
— Ну же, уводи её!
Мужчина подхватил её на руки и унёс в пещеру. На этот раз прошло две благовонные палочки, прежде чем он вышел, явно удовлетворённый.
Раньше эта женщина дважды отвергала его, и он затаил злобу. Сегодня представился уникальный шанс отомстить и насладиться местью.
Хуан Юйжуй была охвачена стыдом и гневом, хотела умереть, но даже это оказалось невозможно. Несколько прислужников в масках унесли её прочь.
Рядом с Цинь Жожинь оставалось всё меньше женщин, пока наконец не остались только она и Лу Чжоу. Среди мужчин же — лишь Сяо Есин и Мо Инь.
Гу Юэ произнёс:
— Ваша очередь. Выбирайте!
Взгляд Сяо Есина невольно скользнул по Лу Чжоу, будто так и должно было случиться.
Цинь Жожинь заметила это и в ужасе вскрикнула:
— Старший брат!
Сяо Есин наконец перевёл взгляд на неё. Он знал: стоит сделать этот шаг — и пути назад не будет.
Он любил Цинь Жожинь. Именно она спасла ему жизнь.
Когда он тонул в том иллюзорном массиве, его дух рассеивался, сознание меркло… Вдруг перед ним появилась женщина. Лицо её было размыто, но глаза — ясные и чистые — пронзили его душу одним взглялом и вырвали из лап смерти. Однако свет становился всё ярче, причиняя боль… Каждый раз, вспоминая это, он испытывал головную боль.
«Жожинь… Я должен выбрать Жожинь».
Но ноги будто приросли к земле.
На лбу Сяо Есина вздулись жилы, а в глубине холодных глаз разгорался яростный огонь.
— Гу Юэ! Что ты затеваешь? Не заходи слишком далеко! Ты посмеешь?!
— Ах, вот оно как! Настоящий старший брат Секты Сюаньтянь! Действительно не похож на других! Так ты отказываешься от обеих? Тогда я отправлю их туда, где им самое место.
— Гу Юэ! Ты посмеешь?!
— Ты не выбираешь? Значит, выберет другой! — Гу Юэ повернулся к Мо Иню.
Тот стал ещё более холодным и отстранённым, чем раньше. Его белоснежные одежды были безупречны, а вся фигура источала ледяное величие и неприступность. Свет, окутывавший его, словно золотистая дымка, лишь подчёркивал совершенство черт лица — настолько прекрасного, что могло свести с ума любого, и в то же время такого холодного, что вызывало желание сломать эту неприступность.
Многие женщины бросали на него мольбы о спасении, но он даже не смотрел в их сторону.
Гу Юэ, видевший за свою долгую жизнь множество людей, никогда не встречал подобного. Его интерес разгорелся.
— Выбирай ты первым.
Все предполагали, что Мо Инь выберет Цинь Жожинь — ведь та несравненно красивее Лу Чжоу, чьё лицо изуродовано.
Но Мо Инь, казалось, не слышал ничего. Мир вокруг него будто перестал существовать, и ничто из мирского уже не могло его осквернить.
Тогда Лу Чжоу шагнула вперёд:
— Постой! Почему только мужчины могут выбирать? Разве мы не люди? По-моему, господин Гу Юэ явно предвзято относится к женщинам.
Гу Юэ онемел от изумления.
Он был поражён. За сотни тысяч лет жизни впервые встречал такую дерзкую!
Автор говорит:
Дорогие читательницы, не забудьте добавить в закладки мою новую работу! Спасибо!
Гу Юэ никогда не видел таких наглых!
У него была особая склонность: много тысяч лет назад, практикуя некий особый метод культивации, он лишился мужской силы, но с тех пор стал одержим игрой, в которой приводил красивых юношей-культиваторов к своим духовным партнёршам и наблюдал за их соитием из соседней пещеры.
Со временем это стало его извращённой страстью. Его духовная партнёрша не вынесла такого позора и покончила с собой, но он не остановился. Теперь он регулярно приводил разных мужчин и женщин, чтобы удовлетворить свою похоть.
Все женщины без исключения рыдали, умоляли и пытались свести счёты с жизнью — включая его бывшую партнёршу. Но Лу Чжоу была первой, кто вёл себя иначе.
— Хорошо! Сегодня я сделаю исключение и позволю тебе выбрать!
Гу Юэ с насмешливым холодком смотрел на неё. Лицо Лу Чжоу было скрыто белой вуалью, и он не мог разглядеть её черты, отчего заинтересовался ещё больше.
— Что с твоим лицом?
— Изуродовано. Разве нельзя?
Лу Чжоу не выглядела смущённой и ни капли не сомневалась в себе.
«Ага! Уродина! Вот почему!» — Гу Юэ почувствовал отвращение.
Теперь всё было ясно: такую женщину никто не захочет. А он собирался отдать одного из этих прекрасных юношей ей! Взгляд Гу Юэ на Сяо Есина и Мо Иня наполнился сочувствием.
Лу Чжоу же ничуть не стеснялась и не чувствовала себя униженной. Её взгляд спокойно скользнул по Сяо Есину и Мо Иню.
В такой момент смертельной опасности она не собиралась жертвовать собой.
Цинь Жожинь в отчаянии закричала:
— Лу Чжоу! Ты посмеешь?! Только попробуй прикоснуться к старшему брату — я прокляну тебя даже из ада!
— Сначала стань призраком, потом и проклинай! Пока ты жива, тебе меня не остановить.
Сяо Есин с выпирающими жилами на лбу и ледяным взглядом процедил:
— Лу Чжоу… Ты посмеешь.
Лу Чжоу проигнорировала его и продолжала оценивающе разглядывать обоих мужчин, будто выбирая товар на рынке. Ещё не решив, брать его или нет, он чего взволновался?
«Фу!»
Честно говоря, Сяо Есин был очень хорош: высокий, статный, с поразительной внешностью, идеальной костной структурой и врождённой мечевой костью — настоящий объект обожания для всех женщин Поднебесной. Но Мо Инь был ещё красивее. Хотя сейчас его сила культивации ниже, потенциал у него выше.
Правда, в данный момент Мо Инь явно не питал к ней тёплых чувств.
— Я выбираю его!
Свежий палец Лу Чжоу указал на Мо Иня.
Тот очнулся от задумчивости и готов был разорвать её на месте. Его враждебность была настолько сильной, что по спине пробежал холодок.
Но чем больше он сопротивлялся, тем упорнее Лу Чжоу цеплялась за него.
— Я выбираю его. Разве нельзя?
— Можно! Уведите их!
— Постойте! А свадебные одежды? У всех были, а нам не дают!
Лу Чжоу не собиралась уступать.
Гу Юэ чуть не поперхнулся от злости. Откуда он выкопал такую женщину? Он начал жалеть, что дал ей право выбора, и даже почувствовал сочувствие к такому юноше, как Мо Инь.
Он взмахнул рукой, и магия мгновенно облачила обоих в алые свадебные наряды. Мо Инь в алых одеждах выглядел ещё белее и величественнее — словно несравненный юный господин, чистый, как горный снег, и ясный, как лунный свет.
Все ясно видели убийственный холод в его бровях.
Обычно женщины сопротивлялись, но здесь всё было наоборот — мужчина отказывался.
Сяо Есин стоял рядом, глаза его будто трескались от ярости, а убийственная аура витала в воздухе.
— Лу Чжоу! Вернись! — крикнул он.
— Не упрямься! Возвращайся!
Холод в его глазах начал раскалываться, как лёд. Он выхватил меч и бросился на Гу Юэ.
Но сейчас у него не было ци, и атака легко была блокирована.
Гу Юэ был недоволен:
— Только что тебе дали выбрать первым, но ты отказался. Теперь чего хочешь?
— Я её старший брат по секте! Отпусти её!
— Старший брат?
— Ха-ха-ха-ха…
— Ты и дальше останешься её старшим братом.
Гу Юэ махнул рукой, и стражники увели Сяо Есина.
Как только дверь пещеры закрылась, Мо Инь мгновенно изменился в лице. Его брови нахмурились, а от него повеяло ледяным холодом.
— Что ты задумала?
— Как что? Раздевайся.
Лу Чжоу медленно приблизилась к нему. Мо Инь сделал шаг назад, с отвращением глядя на неё, но молчал.
Они оба прекрасно понимали: Гу Юэ наблюдает за ними из соседней комнаты. Каждое их движение видно ему как на ладони.
http://bllate.org/book/6079/586774
Готово:
