Сердце Чу Сяоюй сжалось от боли. Она готова была разнести Юань Шань в щепки и заставить ту пасть на колени, чтобы как следует извиниться перед её мальчиком.
«Странно… Почему „её“?» — мелькнула в голове мысль, но тут же исчезла, не оставив и следа.
Чу Сяоюй редко сталкивалась с подобным и не умела утешать. Оставалось лишь изо всех сил постараться развеселить юношу.
— Ачэнь, не бойся. Я с тобой.
Е Чэнь замер, не в силах опомниться, даже слёзы застыли на глазах.
Она как его назвала? Ачэнь?!
Увидев его растерянный взгляд, Чу Сяоюй тихонько рассмеялась:
— Ачэнь, можно мне так тебя называть и впредь?
Е Чэнь машинально кивнул.
Чу Сяоюй довольная улыбнулась и мягко произнесла:
— Ачэнь, не бойся. Отныне я всегда буду тебя защищать.
Е Чэнь наконец пришёл в себя, с недоверием уставился на неё — и вдруг громко зарыдал.
Чу Сяоюй вздрогнула и тут же засуетилась:
— Что случилось? Я что-то не так сказала? Если тебе не нравится, как я тебя называю, больше не буду! Только не плачь… Ты же видишь — у меня сердце разрывается!
Е Чэнь тут же фыркнул от её театрального вида, и теперь сквозь слёзы пробивалась улыбка. От смеха и рыданий одновременно его начало дёргать от икоты.
Грустить ему больше не хотелось. Он смущённо прикрыл рот ладонью и то и дело косился на Чу Сяоюй.
Та только покачала головой, протянула руку и растрепала ему волосы, превратив аккуратную причёску в настоящее птичье гнездо, прежде чем удовлетворённо убрала руку.
«Какая приятная текстура!» — подумала она про себя.
Е Чэнь с тоской ощупывал свои волосы и обиженно смотрел на виновницу беспорядка. В его больших глазах читалась явная обида.
Чу Сяоюй не выдержала и рассмеялась:
— Ладно, наверное, ты уже проголодался. Пойду приготовлю чего-нибудь вкусненького. А ты будь хорошим мальчиком и помоги мне на кухне, хорошо?
Е Чэнь надул губки, но послушно кивнул и потопал за ней.
Сегодня действительно многое произошло. После того как Чу Сяоюй нашла Е Чэня и привела его к Е Юню, они быстро вернулись домой, где их уже ждал Цзи Ян.
Увидев её состояние, тот доброжелательно улыбнулся и предложил сперва заняться своими делами. Хотя задержка и была оправданной, всё же это не очень хорошо.
Чу Сяоюй взяла Е Чэня за руку и попросила помочь с мелочами, чтобы тот перестал думать о случившемся. Ведь от Е Юня она уже узнала, что ту особу точно стоит проучить, а значит, сдерживаться не стоило.
Сердце Е Чэня наконец успокоилось. Вспомнив, как сегодня за него заступилась Сяоюй-цзе, он покраснел и, стоя позади неё, с восхищением смотрел на неё.
Если бы она не пришла вовремя, возможно, его бы уже не было в живых. Всё это время он ждал именно её. И дождался! Его родители с небес наверняка благословят его. Теперь он будет счастлив, и Сяо Юнь-эр тоже.
Чу Сяоюй совершенно не подозревала о сложных и сладких чувствах рядом. Её собственное настроение было трудно описать: глядя на послушного Ачэня и его ещё не высохшие красные глаза, она вспоминала, что могло случиться, если бы она опоздала хоть на миг, и внутри всё кипело от ярости.
Хорошо ещё, что сейчас есть дела, которые не дают ей сорваться и снова избить ту мерзкую особу.
Но раз уж появилась свободная минутка, можно подумать, как именно её проучить.
Ачэнь не должен страдать зря. Та тварь напугала её ребёнка до полусмерти! Ему всего шестнадцать лет!
От этих мыслей она невольно с силой стукнула ножом по разделочной доске.
Е Чэнь вздрогнул, встревоженно поднял на неё глаза и тут же бросился проверять, не поранилась ли она.
Чу Сяоюй смущённо улыбнулась и выдернула руку:
— Всё в порядке, всё хорошо. Продолжай заниматься своим делом.
Е Чэнь надул губы и упрекнул:
— Сяоюй-цзе, будь осторожнее, не порежься.
Сердце Чу Сяоюй внезапно защекотало, и она почувствовала лёгкое смущение, не решаясь встретиться с его взглядом.
Спокойно отвернувшись, она взяла нож и снова начала резать овощи.
Е Чэнь, убедившись, что с ней всё в порядке, перевёл дух. Только что он действительно испугался.
Обед Чу Сяоюй готовила рассеянно и несколько раз чуть не порезалась. В конце концов Е Чэнь отправил её заниматься чем-нибудь другим.
«Что со мной такое?» — недоумевала она, глядя на спину занятого делом юноши.
Из-за гостя в доме обед получился особенно богатым.
Сегодня нужно было продемонстрировать разнообразие блюд из новых культур, поэтому она приготовила всё, что только могла. Правда, времени было мало, и результат оказался не слишком впечатляющим. «Надеюсь, господин Цзи Ян не станет возражать», — думала она с сомнением.
На деле всё сложилось отлично. Цзи Ян уже успел узнать подробности происшествия и немедленно отправил людей уладить последствия. Раз уж этот человек приглянулся высокопоставленному лицу, помочь ему — дело чести.
Как такое вообще может происходить в дневное время, под ясным небом? Похоже, в деревне, соседствующей с Сышуйчэном, порядком не хватает воспитания!
Однако докладчик вернулся с новостью, которая удивила Цзи Яна: оказывается, хрупкая на вид Чу Сяоюй проявила немалую решимость и изрядно отделала ту особу. Это было справедливо и даже освежающе! Действительно, достойный человек для внимания высокопоставленного лица.
Глядя на её тревожное состояние, Цзи Ян прекрасно понимал: будь на месте Ачэня её муж, она бы точно не смогла думать ни о чём другом.
Первоначально он уже послал людей купить еды у местных жителей, но не ожидал, что эта пара всё равно приготовит целый стол. Ему стало неловко.
Чу Сяоюй расставила тарелки и тихо сказала Е Чэню:
— Подожди здесь. Я позову Сяо Юнь-эра. А когда увидишь господина Цзи, не волнуйся — просто будь самим собой.
Е Чэнь стиснул губы и робко спросил:
— Сяоюй-цзе, может, я лучше поем в своей комнате? Вам ведь нужно говорить о важных делах, а я там буду лишним.
Чу Сяоюй лёгким щелчком стукнула его по лбу:
— Глупости какие! Мы — одна семья, и все дела мы решаем вместе. Ты там вовсе не лишний. Больше так не думай.
Е Чэнь улыбнулся, и в его глазах засверкали звёздочки:
— Хорошо, Сяоюй-цзе. Я послушаюсь тебя и больше так не буду.
Когда он улыбался, на щеках проступали милые ямочки, которые невольно привлекли внимание Чу Сяоюй. Она не удержалась и дотронулась до одной из них.
Е Чэнь: !!
[Система: !!]
— Кхм-кхм, — раздался лёгкий кашель у двери.
Цзи Ян, заложив руки за спину и весело блестя глазами, с интересом наблюдал за парочкой.
Е Чэнь мгновенно отскочил в сторону, и румянец залил не только его лицо, но и уши до самых кончиков.
Чу Сяоюй, напротив, сохраняла полное спокойствие и вежливо поклонилась:
— Господин Цзи, прошу прощения за задержку. Проходите, садитесь.
Цзи Ян улыбнулся:
— Ничего страшного, причина уважительная.
Чу Сяоюй проводила его к столу и обратилась к Е Чэню:
— Ачэнь, позаботься о госте. Я сейчас вернусь с Сяо Юнь-эром. Если у господина Цзи возникнут вопросы, отвечай без стеснения.
Е Чэнь нервничал, но внешне держался уверенно и, подражая Чу Сяоюй, вежливо поклонился гостю.
Чу Сяоюй тихонько рассмеялась и, обращаясь к Цзи Яну, сказала:
— Господин Цзи, простите за задержку. Сейчас всё будет готово. Любые вопросы можете задавать Ачэню.
Цзи Ян с любопытством оглядел слегка скованного юношу: алые губы, белоснежные зубы, густые чёрные волосы, аккуратно уложенные, и стройная фигура, угадывающаяся даже под простой одеждой. Выглядит как раз плодовитым.
«Отличный выбор», — с одобрением подумал Цзи Ян и приветливо сказал:
— Ты Е Чэнь, верно?
Е Чэнь скромно улыбнулся:
— Здравствуйте, господин Цзи.
Цзи Ян махнул рукой:
— Не надо церемониться. Считай меня обычным старшим.
Е Чэнь ответил:
— Как же так? Сяоюй-цзе строго наказала: если у вас есть вопросы, господин Цзи, задавайте их смело. Я отвечу на всё, что знаю.
«Интересно!» — подумал Цзи Ян. Ведь «знаю» или «не знаю» — зависит исключительно от него самого. Умный парень.
Он громко рассмеялся:
— Хорошо! Расскажи тогда, что за блюда на столе и как их готовили.
Е Чэнь подошёл к столу и начал пояснять, указывая на каждое блюдо:
— Это картофельные палочки — фирменное блюдо Сяоюй-цзе. Картофель нарезают соломкой, обжаривают во фритюре до золотистой корочки, затем заправляют специями. Получается хрустящим снаружи, мягким внутри и очень ароматным.
Глаза Цзи Яна загорелись:
— Жарка во фритюре?
Е Чэнь сдержанно кивнул и показал на следующее блюдо:
— Это жареная картофельная соломка. Картофель режут тонкой соломкой и просто обжаривают на сковороде. Очень приятно на вкус.
Цзи Ян одобрительно кивнул — блюдо действительно выглядело аппетитно.
— Это варёная кукуруза. Попробуйте, она сладкая, сочная и утоляет как жажду, так и голод. А это жареные кукурузные зёрна — сладко-солёные. А это рис, сваренный из рисовых зёрен. В отличие от пшеницы, он белый, мягкий и совсем не жёсткий на зуб…
Когда Е Чэнь закончил рассказ, Цзи Ян незаметно сглотнул и не отрывал глаз от блюд. Даже если окончательная цель не будет достигнута, эти культуры уже сами по себе решат множество проблем.
Е Чэнь горделиво и скромно завершил свою речь и вдруг заметил Чу Сяоюй у двери. Он сильно покраснел — она всё видела! Как он себя вёл? Хорошо или плохо?
Чу Сяоюй вошла, держа за руку Е Юня, и прошептала Е Чэню, проходя мимо:
— Ачэнь, ты молодец.
Е Чэнь покраснел ещё сильнее, но уголки его губ всё шире растягивались в улыбке.
— Господин Цзи, это младший брат Ачэня, Е Юнь.
Ребёнок, словно маленькая фарфоровая игрушка, серьёзно подражал взрослым и старался держать лицо:
— Здравствуйте, господин Цзи. Меня зовут Е Юнь. Я живу здесь вместе с братом и Сяоюй-цзе.
Цзи Ян рассмеялся и потрепал малыша по голове:
— Вот это да! Чу Сяоюй, тебе повезло!
Чу Сяоюй улыбнулась, не возражая против его слов.
— Простите за долгое ожидание. Прошу к столу.
Она усадила Цзи Яна на почётное место и заботливо пригласила начинать трапезу.
Цзи Ян взял палочки и принялся пробовать блюда в том порядке, в каком их представлял Е Чэнь.
Трое за столом не сводили с него глаз. Увидев его восторженное выражение лица, все одновременно перевели дух.
Чу Сяоюй улыбнулась и, накладывая братьям еды, тихо сказала:
— Ешьте, не голодайте.
Только тогда все приступили к еде.
Цзи Ян был в возрасте и не мог много есть вечером. Он лишь немного отведал каждого блюда, после чего слуга мягко остановил его.
Цзи Ян с сожалением посмотрел на оставшиеся яства и без колебаний восхитился:
— Чу Сяоюй, с таким кулинарным мастерством тебе стоит открыть ресторан — успех гарантирован!
Чу Сяоюй скромно ответила:
— Благодарю за высокую оценку, господин Цзи. Мне очень приятно, что вам понравилось.
Цзи Ян махнул рукой:
— Не стоит чрезмерно скромничать. Если есть талант, нужно им пользоваться.
Чу Сяоюй поклонилась:
— Ваше слово дороже десяти лет учёбы. Благодарю за наставление.
Цзи Ян отмахнулся:
— Хватит комплиментов. Завтра обязательно покажи мне свои поля.
— Конечно, господин Цзи. Следуйте за мной, комната для гостей уже готова.
После того как Чу Сяоюй устроила Цзи Яна, она вернулась на кухню. Е Чэнь уже стоял у плиты и мыл посуду.
Чу Сяоюй подошла и, как по привычке, передала ему оставшиеся тарелки.
Е Чэнь на мгновение замер, потом тихо улыбнулся.
Чу Сяоюй оперлась на столб и с нежностью смотрела на юношу. Между ними повисла тёплая, уютная тишина.
...
Ночь выдалась прекрасной. Небо усыпано звёздами, а луна, которой не хватало лишь маленького кусочка, мягко озаряла землю, словно покрывая её лёгкой дымкой.
Чу Сяоюй и Е Чэнь неторопливо гуляли по двору, помогая пище перевариться и наслаждаясь этой чудесной ночью.
Пройдя несколько кругов, Чу Сяоюй проводила его до двери комнаты и сказала, глядя на опустившего голову юношу:
— Ачэнь, не думай больше о сегодняшнем. Хорошенько выспись и приснись тебе сладкий сон.
Е Чэнь смотрел себе под ноги и нервно теребил носком башмака землю:
— Сяоюй-цзе… А ты не думаешь, что это… что это я сам виноват? Что я… несдержанный, поэтому со мной…
Чу Сяоюй резко стукнула его по лбу, отчего тот вскрикнул и, зажмурившись, схватился за ушибленное место, обиженно глядя на неё.
Она нарочито рассердилась:
— Глупости! Е Чэнь, если ещё раз услышу подобное, хорошенько тебя отшлёпаю!
http://bllate.org/book/6032/583422
Готово:
