— Однако… — в глазах Чу Юэси вспыхнул огонёк: она будто вспомнила нечто важное. Подскочив к Вэнь Цзычжуо, который сидел в сторонке и наслаждался тишиной, она спросила:
— Вэнь-да-жэнь, скажите честно: если я открою в столице трактир или что-нибудь подобное, много ли заработаю?
— Неужели император перестал выдавать вам жалованье? — Вэнь Цзычжуо внимательно оглядел внезапно подпрыгнувшую девушку и убедился, что она в полном сознании.
— Не смотрите так, я не пьяна, — отмахнулась Чу Юэси, прикрывая ему ладонью глаза. — Мне ведь теперь надолго задерживаться в столице, да и я не так занята, как Се-да-жэнь. Сидеть целыми днями без дела — скука смертная. Открыть трактир — и время убью, и деньги заработаю. Два выигрыша сразу!
— Да и их кулинарные таланты заслуживают того, чтобы ими наслаждались не только мы, — воодушевлённо продолжала Чу Юэси, и чем дальше она говорила, тем убедительнее казалась ей эта затея.
Вэнь Цзычжуо прекрасно понимал: в армии она привыкла к делам и активности, а теперь император Чаншэн своим указом приковал её к столице. Найти себе занятие — разумное решение. Да и сама идея выглядела выгодной и безвредной.
— Звучит неплохо, — произнёс он с видом человека, тщательно всё обдумавшего. — Только «Пьяная весна» слишком знаменита. Вашему трактиру вряд ли удастся с ней потягаться.
— Да уж… — Чу Юэси кивнула. Вэнь Цзычжуо был прав: слава «Пьяной весны» разнеслась далеко за пределы Девяти Ночей, и в столице не существовало ни одного заведения, способного сравниться с ней.
— Если не трактир… — прищурилась Чу Юэси. — Может, открыть бордель? Тоже ведь прибыльное дело… только боюсь, императора рассержу.
Вэнь Цзычжуо промолчал.
«Генерал Чу, вы совсем обнищали?..»
— Эй, шучу я! Какое у вас лицо? — Чу Юэси, хоть и не была пьяна, получила достаточно вина, чтобы позволить себе вольности. Увидев его ошарашенное выражение, она тут же подняла руку и приподняла ему подбородок. — Я же не собираюсь всерьёз открывать бордель. Зачем так серьёзно? Улыбнитесь лучше!
Вэнь Цзычжуо не пил — рана ещё не зажила — и оставался совершенно трезвым. Даже в темноте он отчётливо видел, как генерал его соблазняет…
Он нахмурился и попытался схватить её руку, но девушка, слегка подвыпившая, ловко перехватила его запястье. Недовольно нахмурившись, она сказала:
— Такие красивые руки… Жаль, что вы не красавица. С таким лицом точно стали бы первым красавцем в моём заведении.
Вэнь Цзычжуо лишь молча воззрился на неё.
— Юэси, иди сюда! Там светлячки! — Се Цзинчэнь вовремя появилась и спасла Вэнь Цзычжуо. Она тоже выпила немало и совершенно не заметила, чем они занимались. Просто потянула Чу Юэси за руку и увела прочь.
После того как они насмотрелись на светлячков, компания снова собралась за столом, чтобы пить и болтать.
Чу Юэси вновь заговорила о своём желании открыть трактир — и на этот раз все единодушно поддержали её, особенно Лянь Мо.
— Отлично! Тогда я каждый день смогу есть такие блюда! — Лянь Мо уже мечтал о том, как будет наслаждаться едой в её заведении, и улыбался ярче, чем цветы в саду.
Вэнь Цзычжуо прислонился к колонне и молча наблюдал за ними. В голове мелькнула мысль: «Кто бы мог подумать, что эти люди — все до одного — столпы государства Девять Ночей…»
Идея открыть заведение не была спонтанной. Утром следующего дня Чу Юэси рано поднялась и собралась искать подходящее место, чтобы купить его и начать подготовку.
Но едва она вышла за дверь, как увидела Вэнь Цзычжуо, стоявшего на ступенях, словно статуя-хранитель.
— Вэнь-да-жэнь, доброе утро… — Как только она увидела его, все воспоминания о вчерашнем вечере хлынули в сознание. Чу Юэси ясно вспомнила, что натворила…
«Вчера я соблазняла его, будто он красавица… А сегодня он здесь, утром… Неужели пришёл выяснять отношения?» — подумала она и начала медленно пятиться назад, чтобы скрыться.
Но Вэнь Цзычжуо не дал ей шанса сбежать.
— Генерал Чу, куда это вы так рано собрались? — холодно спросил он.
— Я… просто вышла посмотреть, какая погода, — ответила Чу Юэси. Она и вчера не была пьяна, а сейчас и вовсе трезва как стекло. Вспомнив свою вчерашнюю фразу, она чувствовала себя ужасно неловко.
— Безоблачно, — не глядя на неё, ответил Вэнь Цзычжуо и добавил: — А помните, что говорили вчера вечером?
Чу Юэси промолчала.
«Точно, пришёл выяснять! Ладно, признаю вину…»
Она уже собралась с духом, чтобы покаяться, как вдруг Вэнь Цзычжуо продолжил:
— Вместо трактира, думаю, вам лучше открыть кондитерскую.
Чу Юэси не сразу поняла, что он имеет в виду.
— Всё потому, что в столице нет розовых пирожных вкуснее ваших, — спокойно пояснил Вэнь Цзычжуо. Он действительно мог это утверждать: почти все кондитерские столицы он попробовал, и одного взгляда — или даже вдоха — ему хватало, чтобы оценить качество.
— Кроме розовых пирожных, у ваших поваров наверняка есть и другие фирменные блюда. Достаточно, чтобы каждый представил по одному-двум рецептам — и ассортимент готов.
С этими словами он достал из кармана лист бумаги.
— Кстати, пару дней назад один знакомый сказал мне, что владелец одной лавки собирается уехать на родину и закрывает дело. Я сходил посмотреть — место хорошее. Купил на всякий случай. Вот документы на дом, возьмите.
Чу Юэси занервничала и начала энергично махать руками:
— Нет-нет-нет! Я не могу принять такой подарок без причины!
— Не волнуйтесь, я не дарю вам это, — наконец Вэнь Цзычжуо слегка улыбнулся. — Возьмите документы, а в конце года просто делитесь со мной прибылью.
Чу Юэси почувствовала неладное: в его улыбке явно скрывался подвох.
Она бегло взглянула на документы — расположение действительно отличное — и спросила:
— Сколько?
Вэнь Цзычжуо мягко усмехнулся:
— Немного. Четыре десятых прибыли.
Чу Юэси изумлённо уставилась на него.
Вэнь Цзычжуо добавил с лёгкой иронией:
— Неужели вчерашняя красавица стоит меньше?
***
Чу Юэси всё-таки не осмелилась открыть бордель.
Целый месяц она готовилась, и к середине мая, даже не устроив торжественного открытия с хлопушками и фейерверками, её кондитерская «Улыбка» тихо начала работать.
Никто не заметил, в какой именно день «Улыбка» распахнула двери, и никто не знал, кто её владелец. Просто однажды люди увидели — и лавка уже спокойно функционировала.
Сначала лишь несколько человек, из любопытства, зашли купить сладости… Но, как говорится, хороший товар сам себя хвалит. Скоро слава «Улыбки» разнеслась по городу. Ежедневный ассортимент раскупали за полдня, и управляющий закрывал двери ещё до обеда, отпуская работников домой.
Чу Юэси сидела на перилах и смотрела, как Бай Муци сидит во дворе и стучит по счёту.
— Ацы, разве в «Улыбке» нет бухгалтера? Зачем ты каждый день считаешь? — спросила она, зевая от скуки.
— Генерал, вы понимаете, какое это счастье — видеть, как белоснежные серебряные монеты текут рекой? — Бай Муци не переставала стучать по счёту, и бусины звенели, как дождь по крыше.
Чу Юэси увидела, как её подруга сияет от радости, и, поддавшись любопытству, подошла и листнула несколько страниц учётной книги.
— Ладно, — сказала она. — Если я однажды уйду с военной службы, «Улыбка» точно не даст мне умереть с голоду.
— Генерал, вы… — Бай Муци подняла глаза от книг и посмотрела на свою беззаботную начальницу. Она хотела что-то сказать, но так и не смогла подобрать слов.
— Что «я»? — Чу Юэси уже достигла новых высот в искусстве дразнить. Она протянула руку и парой движений рассыпала бусины на счёту. — Лучше считай свои деньги. Я пойду вздремну.
— Мяу-у! — чёрный кот, которого Чу Юэси откормила до округлости, запрыгнул на стол, устроился прямо на учётной книге и, глядя на взъерошенную Бай Муци, задорно замахал хвостом.
Бай Муци лишь вздохнула.
«Ну конечно, это же кот её генерала. Такой же задиристый взгляд…»
Спокойная жизнь продлилась недолго. В начале июня Чу Юэси увидела на улице указ: император Чаншэн неожиданно повелел провести дополнительные экзамены для чиновников в конце августа.
Чу Юэси нахмурилась.
— Твой отец сошёл с ума? — спросила она, ворвавшись в особняк принца Ань и схватив Лянь Шэня. — В начале года отменили весенние экзамены, а теперь, спустя полгода, снова назначают?
— Раньше их отменили из-за войны на Северных границах и из-за инцидента с принцем Цинь и мной. В стране царил хаос, — объяснил Лянь Шэнь, явно не одобряя такого решения отца. Он слегка нахмурился. — Теперь всё улажено, и отец договорился с министерством ритуалов провести экзамены, чтобы компенсировать отменённые весной.
— Неужели в государстве совсем не осталось достойных людей? — Чу Юэси прикинула сроки: тем, кто живёт в отдалённых провинциях, придётся мчаться без остановки, чтобы успеть. — Экзамены проводятся раз в три года. Даже если нужно восполнить пропущенные, зачем такая спешка?
— Да и такое важное решение он принял, посоветовавшись только с министерством ритуалов? А остальные чиновники — просто для украшения? — Чу Юэси чувствовала, что слишком долго отсутствовала в столице и уже не понимает логики императора.
Лянь Шэнь беспомощно пожал плечами:
— Отец, наверное, боялся возражений. Поэтому всё организовал и сразу издал указ. Я сам узнал об этом только вчера вечером.
— Вчера вечером?
— Министр ритуалов Лю Хэн был в отчаянии. Вчера ночью тайком пришёл ко мне и рассказал всё. — Лянь Шэнь вспомнил несчастное лицо Лю Хэна и покачал головой. — Отец настаивал, и он ничего не мог поделать.
— Делать то, что заведомо невозможно… — Чу Юэси кивнула. — Император — человек необыкновенный. Принц Ань, вам стоит поучиться у него.
С этими словами она спокойно распрощалась и вышла.
Но домой Чу Юэси не пошла. Подумав немного у ворот особняка, она направилась прямо в резиденцию старого наставника.
— Передайте, пожалуйста, что Чу Юэси просит аудиенции у старого наставника, — сказала она стражникам. Днём лезть через забор было бы неприлично, так что она вела себя прилично и ждала у ступеней.
Стражники её узнали и сделали вид, что зашли доложить, а потом быстро вернулись и пригласили внутрь.
Дворецкий увидел её издалека — она прыгала по ступенькам, как ребёнок, — и поспешил навстречу.
— Старый наставник в кабинете, Вэнь-да-жэнь тоже там, — тихо сообщил он.
— Поняла, спасибо, дядя Чжун, — поблагодарила Чу Юэси, кланяясь. Она и так знала, зачем они собрались — значит, она узнала об этом позже всех…
— Старый наставник, — сказала она, входя в кабинет. Поскольку Вэнь Цзычжуо не знал всей истории между ней и Сяо Жуйчжи, Чу Юэси вежливо поклонилась и приняла серьёзный вид. Затем она кивнула в сторону Вэнь Цзычжуо: — Вэнь-да-жэнь тоже здесь.
— Садитесь, — указал Сяо Жуйчжи на стул рядом с Вэнь Цзычжуо и велел подать чай. — Генерал Чу, вы тоже пришли по поводу экзаменов?
— Старый наставник, евнух Хэ прибыл, — не успела Чу Юэси ответить, как дворецкий снова появился в дверях.
Услышав это, Чу Юэси вздрогнула и тут же попыталась спрятаться в тени. Она никого не боялась, кроме Хэ Сяо — особенно когда он приносил императорские указы. Даже если указ не для неё.
— Куда? — Вэнь Цзычжуо мгновенно среагировал и схватил её за рукав, не дав сбежать.
Чу Юэси дернула уголком рта и прошипела сквозь зубы:
— Вэнь-да-жэнь, вы очень проворны.
«Если бы не он, я бы забыла, что он умеет драться…»
Вэнь Цзычжуо незаметно отпустил её и тихо рассмеялся:
— Генерал Чу слишком любезна.
Чу Юэси промолчала.
— О, Вэнь-да-жэнь, генерал Чу! Как раз отлично, не нужно бегать по всему городу, — Хэ Сяо вошёл с охапкой указов и обрадовался, увидев обоих. — Как раз для вас.
Чу Юэси похолодело внутри: среди этих указов наверняка есть и её… И её предчувствие не подвело.
Хэ Сяо не заставил её долго мучиться и сразу зачитал указы: Сяо Жуйчжи назначен главным экзаменатором, Вэнь Цзычжуо и министр ритуалов Лю Хэн — заместителями, а Чу Юэси вместе с Сюй Цяем отвечают за безопасность в здании экзаменационной комиссии.
Каждый получил по указу, после чего Хэ Сяо, даже не успев отпить глоток чая, поспешил в особняк Лю Хэна.
Чу Юэси несколько раз перечитала указ и вздохнула:
— Император на этот раз действует слишком быстро…
Она пришла к Сяо Жуйчжи именно затем, чтобы попросить старого наставника найти способ остановить эту безумную затею императора. Но не успела даже сказать, зачем пришла, как указ уже оказался у неё в руках.
Раз указ издан, как бы он ни был нелеп, отказаться было невозможно.
http://bllate.org/book/5880/571717
Готово:
