Она снова хихикнула три раза подряд и всё же не удержалась от любопытства:
— Кошечка, Се Цзун — разве не идеальный домашний мужчина? Он ведь постоянно занят, но когда вы вместе, он всё равно работает? Расскажи мне что-нибудь ещё! Что угодно! Какой он в повседневной жизни? Я совершенно не представляю!
Цзи Миньюэ мгновенно напряглась и выпрямилась на стуле.
Она всегда держала в тайне тот факт, что живёт в доме Се Юньчи. Откуда Сян Юй могла это знать?
Судя по её поведению, она, должно быть, случайно подслушала разговор во время недавнего выхода из комнаты.
Неужели как раз в тот момент Фан разговаривал с Се Юньчи, и она всё услышала?
Цзи Миньюэ нахмурилась.
Сян Юй успокаивающе похлопала её по плечу:
— Ладно, Кошечка, не спрашивай, как я узнала. В любом случае, я никому не проболтаюсь.
И, подмигнув Цзи Миньюэ многозначительным взглядом «я всё понимаю», она взяла свой стакан с водой и направилась обратно.
Цзи Миньюэ хмурилась всё сильнее.
Она не сомневалась, что Сян Юй сдержит слово, но подобные слухи легко могут породить недоразумения.
Ей лично всё равно, но ей страшно, что вдруг дойдут какие-нибудь нелепые слухи до Се Юньчи, и он решит, будто она…
преследует корыстные цели.
Хотя, по правде говоря, так оно и есть. Но одно дело — признаться самой себе, и совсем другое — чтобы об этом заговорили другие!
Она задумалась и снова бросила взгляд на дверь.
Се Юньчи всё ещё не возвращался.
Разблокировав телефон, она отправила ему сообщение.
[Moon: …Похоже, нас неправильно поняли.]
[101325: ?]
[101325: О чём речь?]
…
Не надо так говорить, будто между ними происходит куча разных дел.
[Moon: О том, что я живу у тебя.]
[101325: А.]
Цзи Миньюэ была поражена.
«А»?!
Се Юньчи тут же прислал ещё одно сообщение.
[101325: Разве это не правда?]
…
Разве в этой фразе главное — правда это или нет?!
Даже сквозь экран Цзи Миньюэ ясно представляла себе выражение лица Се Юньчи в этот момент.
Наверняка совершенно спокойное, невозмутимое, будто она вообще подняла несуществующую проблему.
Ладно, раз сам Се Цзун не боится, что о нём пойдут слухи как о человеке, держащем «золотую клетку для птички», то чего ей, этой самой «птичке», бояться?
—
Совещание закончилось довольно поздно, и все решили сходить вместе поужинать.
Юй Вэньсюань назвал место, и все единогласно обрадовались.
Этот ресторан находился недалеко — на машине ехать совсем недолго. Он славился высокими ценами, но при этом еда там действительно была исключительной. Правда, из-за завышенных цен большинство даже не решалось туда заходить.
Юй Вэньсюань улыбнулся и оглянулся на Се Юньчи:
— Се Цзун, раз уж выпал такой шанс, пойдёте с нами?
Се Юньчи скрестил руки, выглядел элегантно и невозмутимо. Он покачал головой:
— Идите без меня. Сегодня мне нужно заехать домой.
Под «домом» он, конечно же, имел в виду дом семьи Ши.
Он окинул взглядом присутствующих, на две секунды задержавшись на Цзи Миньюэ, а затем спокойно отвёл глаза.
— Этот ужин я оплачу, — произнёс он с лёгкой улыбкой.
Все тут же радостно закричали и принялись восторженно восхвалять Се Юньчи:
— Се Цзун щедр, как император!
Раз Се Юньчи сам предложил оплатить счёт, никто больше не настаивал на его участии в ужине.
Хотя, честно говоря, даже если бы он не предложил оплатить…
всё равно никто не осмелился бы его уговаривать.
Упоминание еды заметно ускорило сборы.
Внезапно Сян Юй воскликнула:
— Ах да! Если я не ошибаюсь, Се Цзун, вы живёте на улице Хуамин, верно?
Се Юньчи кивнул.
Сян Юй тут же оживилась и, проигнорировав недоумённые взгляды коллег, продолжила:
— Отлично! Этот ресторан совсем рядом с Хуамином! Се Цзун, у заместителя руководителя сегодня нет машины, а мест в наших авто, похоже, не хватит. Не могли бы вы по пути подвезти заместителя руководителя?
Неожиданно оказавшись в центре внимания, Цзи Миньюэ:
?
С чего это вдруг её должны подвозить Се Юньчи?
И, как бы ни прислушивалась, фраза Сян Юй про «нехватку мест» звучала явно надуманно.
Действительно, ей даже не пришлось ничего говорить — рядом уже вмешался Сан Сюйюань:
— Не стоит беспокоить Се Цзуна. У руководителя сегодня своя машина…
Сян Юй молниеносно зажала ему рот ладонью.
Лицо Сан Сюйюаня тут же покраснело.
Вырвавшись, он возмущённо воскликнул:
— Ты чего?!
Сян Юй проигнорировала его и снова улыбнулась Се Юньчи:
— Се Цзун, как вам такая идея?
Остальные молчали, но смотрели на Сян Юй так, будто она сошла с ума.
Кто же это такой — Се Цзун?
Да, он добрый, учтивый, располагающий к себе… Но это вовсе не значит, что к нему можно так легко приближаться!
Предлагать Се Цзуну подвезти кого-то под таким нелепым предлогом — разве он согласится, если только вдруг не изменил себе?
— Можно.
Вот именно! Они и говорили, что…
?
Все как один повернулись к Се Юньчи, сидевшему во главе стола.
Тот оставался совершенно спокойным и, не обращая внимания на изумлённые взгляды, спокойно посмотрел на Цзи Миньюэ.
Его тон был таким же ровным, будто речь шла о чём-то совершенно обыденном:
— Пошли.
…
Все остолбенели.
Пока Цзи Миньюэ, вздохнув и придерживая очки, быстро собрала вещи и вышла вслед за Се Юньчи, в конференц-зале царила полная тишина.
Прошло немало времени, прежде чем Чжан Цзяжун наконец тихо спросил:
— Только что… это был сон, да?
Тань Чжэнь кивнула, с тем же ошеломлённым выражением лица:
— Думаю, да.
Только Сян Юй сияла от удовольствия, на лице у неё было написано: «Я всё знала!»
Она и говорила!
Вы, простые смертные, откуда можете знать эти тайны!
Интересно, если она так часто помогает Се Цзуну, не повысит ли он её и не даст ли премию? Хе-хе-хе.
От одной мысли об этом на душе становилось по-настоящему радостно.
—
Говорят: первый раз — неловко, второй — уже привычно.
А у Цзи Миньюэ, которая уже не раз каталась с Се Юньчи, всё было отработано до автоматизма: она уверенно села на пассажирское место и тихо поблагодарила его, когда он завёл машину.
Се Юньчи рассеянно кивнул, будто не придавая этому значения.
Цзи Миньюэ вздохнула:
— Кстати, о том, что я тебе писала… Это Сян Юй узнала про нас.
— Уже понял.
И ещё понял, что, скорее всего, она что-то не так поняла.
Но ничего, пусть думает, что хочет.
Цзи Миньюэ:
…
Понял — и всё равно так легко согласился!
Словно прочитав её мысли, Се Юньчи бросил на неё взгляд:
— Или мне было грубо отказать, чтобы все решили, будто ты ко мне клеишься, а я тебя презираю?
…
Представив такую картину, Цзи Миньюэ молча откинулась на сиденье.
В салоне воцарилась тишина.
Внезапно Цзи Миньюэ вспомнила, как во время перерыва Бай Тао ушла вслед за Се Юньчи.
Она помедлила и, стараясь говорить как можно небрежнее, спросила:
— Кстати, почему ты так долго отсутствовал в перерыве? Встретил кого-нибудь?
— Да, — машина уже выехала с парковки, и Се Юньчи, похоже, не хотел развивать тему, — одного, кого даже Будда не спасёт.
?
Кого даже Будда не спасёт?
Цзи Миньюэ растерялась, но, видя, что Се Юньчи явно не собирается объяснять, решила написать Шу Мяо в WeChat.
[Moon: Что значит «кого даже Будда не спасёт»?]
Шу Мяо, видимо, была занята и не отвечала.
Цзи Миньюэ не спешила и запустила игру.
Матч прошёл на ура, команда попалась хорошая. Закончив партию, Цзи Миньюэ с удовлетворением выключила экран.
Едва она погасила дисплей, как тот тут же снова засветился.
[Мяо непостижима: Тупица.]
[Moon: …]
[Moon: Да ладно тебе! Я всего лишь спросила, не надо так грубо!]
[Мяо непостижима: ?]
[Мяо непостижима: Я имела в виду: «Будда не спасает тупиц».]
Цзи Миньюэ на секунду замерла, а потом не выдержала и громко рассмеялась. Смех нарастал, и вскоре она уже хохотала до слёз.
Се Юньчи, продолжая вести машину, время от времени бросал на неё тревожные взгляды.
Наконец он спросил с искренней заботой:
— Может, отвезти тебя в больницу?
Цзи Миньюэ замахала руками, всё ещё смеясь, и лишь спустя некоторое время смогла взять себя в руки.
Но едва она попыталась заговорить, как снова прыснула:
— Так кто же это был сегодня, кого ты назвал «тупицей»? Редкий случай, чтобы ты так кого-то назвал!
Се Юньчи помолчал, внимательно оглядев её с ног до головы.
…Значит, ради этого она так смеялась?
Он покачал головой — ему было совершенно непонятно, где у неё тут юмор.
Помолчав ещё немного, Се Юньчи перевёл тему:
— На празднике Цинмин Ши Чэнь приедет домой.
Цинмин?
Цзи Миньюэ наклонила голову, прикидывая даты, и поняла, что праздник действительно совсем скоро.
Се Юньчи улыбнулся:
— Спасибо, что тогда помогла моей сестре.
Про то дело она уже почти забыла.
Цзи Миньюэ махнула рукой — не стоит благодарности.
— Кстати, моя сестра хочет пригласить тебя на ужин. Ты не против?
Автор примечание: Вот и появилась сестрёнка-помощница =u=
Пригласить на ужин?
Цзи Миньюэ повернулась и посмотрела на Се Юньчи.
Тот оставался невозмутимым и продолжил:
— Чэнь говорит, что ты ей очень нравишься. Так что, формально, это благодарность, а на самом деле — просто хочет с тобой поболтать.
А, теперь всё ясно.
Цзи Миньюэ кивнула:
— Хорошо, тогда я сама свяжусь с Ши Чэнь.
Се Юньчи остался спокоен.
Цзи Миньюэ помедлила и всё же не удержалась:
— Ши Чэнь приезжает на Цинмин… Это чтобы…
— Почтить память своей матери, — Се Юньчи сразу понял, о чём она, — каждый год на Цинмин и в годовщину смерти матери, как бы ни была занята, она обязательно возвращается.
Вот оно как.
Цзи Миньюэ улыбнулась:
— Вы с Ши Чэнь очень близки. Это довольно редкий случай.
Она выразилась максимально деликатно.
Учитывая всю ту непростую историю, что связывала Се Юньчи и семью Ши, уже чудо, что они не бьют друг друга палками каждый день.
Цзи Миньюэ даже мысленно представила:
а Се Юньчи вообще способен драться палкой?
— Что, думаешь, нам обязательно надо драться каждый день, чтобы всё было «нормально»?
?
Как он вообще читает её мысли?
Се Юньчи невозмутимо добавил:
— К сожалению, твоё лицо уже выдало всё, о чём ты подумала.
Он немного помолчал:
— Чэнь действительно нелегко пришлось. Её матери не стало, когда ей было тринадцать. А потом, как ты знаешь, моя мама вместе со мной переехала в дом семьи Ши. Поэтому поначалу она меня действительно недолюбливала, но со временем приняла нас.
Цзи Миньюэ больше ничего не сказала.
Се Юньчи рассказывал всё очень спокойно, будто это и вправду не такие уж важные события, о которых стоит вспоминать.
Но она попыталась представить себе:
если бы её мать только что умерла, а отец тут же привёл в дом сына от другой женщины вместе с его матерью… Тогда бы она, наверное…
взяла бы не палку, а что-нибудь посерьёзнее.
И уж точно не стала бы звать его «братом», как Ши Чэнь.
Наверное, Се Юньчи очень хорошо относился к Ши Чэнь, действительно был для неё настоящим старшим братом — иначе та никогда бы его не приняла.
Хотя, по сути, он сам был жертвой обстоятельств.
Жертвой, которая с детства не знала своего отца, изо всех сил работала, чтобы вылечить приёмного отца, а узнав о своём настоящем отце, так и не получила признания и принятия.
http://bllate.org/book/5865/570246
Готово:
