Сун Шаовэй почувствовал, как вдруг онемели обе ладони, и так и не успел разглядеть, что сделала Не Цзинь. Когда он поднял глаза, она уже уходила. Если бы не лёгкое покалывание в запястьях, он даже усомнился бы: а видел ли её вообще?
— Эй, стой! Объясни толком! Чёрт возьми! Что с моими руками? Почему я вдруг не могу ими пошевелить? Неужели она что-то сделала? Но ведь я ничего не заметил! И что она имела в виду под «процентами»?
Голова Сун Шаовэя пошла кругом, руки будто отнялись, и он мрачно пробормотал:
— Чёрт, это же просто жуть! Да и как она так быстро скрылась? Прямо привидение среди бела дня!
Он ещё немного постоял на месте, выругавшись вслух, а затем, волоча обессиленные руки, медленно побрёл к больнице.
А тем временем Не Цзинь уже достигла главного входа в больницу Линьчжэн. Там её ждал Линь Чусюэ, элегантно прислонившись к дверце блестящего «Мерседес-Бенц SLR». Его белоснежный костюм идеально подчёркивал чистую, словно снег, мягкую ауру. Золотистые солнечные лучи будто специально стали фоном для него, а непринуждённая поза делала его похожим на принца из сказки.
Вот только этот принц смотрел не на принцессу, а на цветок — алую лотосовую лилию, распустившуюся в самом аду. Как только взгляд Линь Чусюэ упал на фигуру Не Цзинь, его обычно спокойные глаза вспыхнули двумя тёплыми, жаркими искрами, опьяняюще страстными.
— Пришла! Быстрее садись! — нежно распахнул он дверцу, словно истинный аристократ.
— Хорошо, — ответила Не Цзинь без лишних церемоний и сразу устроилась внутри.
Эта пара, словно сошедшая с небес, исчезла в облаке пыли под изумлёнными взглядами окружающих.
Примерно через два с половиной часа Линь Чусюэ завёз Не Цзинь в искусственный лесной массив на северной окраине города Цзинхай. Несмотря на то что парк был создан руками человека, здесь росли древние исполинские деревья и редкие цветы, создавая величественный и пышный пейзаж, от которого у Не Цзинь захватило дух.
Среди этой роскошной зелени перед ней предстал особняк, напоминающий европейский замок — величественный и внушительный.
Замок занимал огромную территорию и, казалось, был полностью украшен переливающимся разноцветным стеклом. Ворота же были вырезаны из чистого красного дерева. Всё здание представляло собой гармоничное слияние восточного и западного ретро-стилей. В окружении экзотических деревьев и редких растений замок выглядел одновременно таинственно, величественно и ослепительно прекрасно.
Не Цзинь и представить не могла, что в Цзинхае существует подобная роскошная резиденция! Она считала, что живёт неплохо, но теперь поняла: её дом — просто жалкое подобие. Она, оказывается, настоящая бедняжка!
— Цзинь, мы приехали, — мягко произнёс Линь Чусюэ.
Как только они вышли из машины, у ворот уже выстроились два десятка молодых людей в чёрном. Впереди их стоял пожилой мужчина с аккуратными усами, одетый в безупречно сидящий костюм. Его лицо было доброжелательным и спокойным.
— Молодой господин, старый хозяин уже ожидает вас внутри, — почтительно сказал он, затем перевёл взгляд на Не Цзинь. В его глазах мелькнуло восхищение, но он тут же взял себя в руки и спокойно добавил: — Вы, вероятно, госпожа Не? Прошу, следуйте за мной.
— Цзинь, это дядя Линь, — пояснил Линь Чусюэ по дороге. — Он старый управляющий нашего рода и много лет служит рядом с дедушкой.
Чем глубже они заходили в замок, тем больше изумлялась Не Цзинь. Семья Линь действительно была одной из трёх величайших династий Азии! Каждая вещь в этом доме была антикварной и бесценной, каждый элемент интерьера — роскошным и продуманным до мелочей: на стенах висели изумительные картины, под ногами лежал мягкий шёлковый ковёр, от каждого шага по которому возникало ощущение, будто паришь в облаках.
Не Цзинь про себя вздохнула: «Богатые люди действительно умеют жить!»
Вскоре дядя Линь провёл их в самую дальнюю комнату замка. Здесь обстановка была скромнее, чем в остальных помещениях. Половина пространства занимала библиотека, а в центре комнаты на кресле-качалке сидел мужчина лет пятидесяти–шестидесяти, погружённый в чтение книги.
Услышав шаги, он медленно поднял голову.
— Чусюэ, ты пришёл. А это, должно быть, госпожа Не? За всю свою жизнь я повидал немало людей, но такой исключительной красоты не встречал! Превосходно! Превосходно!
Хотя Линь Чжэн и восхищался Не Цзинь, она ясно видела: в его глазах не было и тени впечатления от её внешности. На его доброжелательном лице играла уместная улыбка, а вся его осанка излучала величие человека, привыкшего держать всё под контролем.
— Очень приятно с вами познакомиться! — искренне сказала Не Цзинь. — Подскажите, как мне правильно вас называть?
Она действительно радовалась встрече. Вспомнив других старших, которых знала: Сяо Лао — старый развратник, обожающий откровенные фильмы; Юань Бо-мин — старый боевой пёс, любящий драки и поножовщину. Оба носили благозвучные имена, но их характеры совершенно не соответствовали этим именам! А вот Линь Чжэн, наконец-то, оказался человеком, достойным своего имени.
— Ха-ха! Зови меня просто дедушкой Линь, — тепло улыбнулся он. — Такие выдающиеся молодые люди, как ты, мне очень по душе.
Но в этот самый момент брови Не Цзинь слегка нахмурились. Её лицо, ещё мгновение назад слегка улыбающееся, вмиг стало ледяным.
— Что это значит? Вы посмели подослать за мной шпиона? Боитесь, что я причиню вам вред?
Ледяной тон и саркастические слова застали врасплох и Линь Чжэна, и Линь Чусюэ.
— Цзинь, что случилось? Может, ты ошиблась? — встревоженно воскликнул Линь Чусюэ.
— Госпожа Не, я верю тем, кого приглашаю, и не доверяю тем, кому не верю. Я, Линь Чжэн, не настолько труслив! — в голосе Линь Чжэна всё ещё звучала улыбка, но теперь в ней чувствовалось неоспоримое давление.
Не Цзинь, однако, совершенно не смутилась его аурой. Она достала серебряную иглу и холодно усмехнулась:
— О? Правда?
С этими словами она резко бросила иглу в сторону потолочной балки.
Когда игла уже почти достигла тени за балкой, та вдруг шевельнулась и спрыгнула вниз.
— Эй, как ты меня обнаружила? — удивлённо спросил юноша, появившийся из тени.
Теперь Не Цзинь разглядела его: это был красивый парень лет двадцати. Он был похож на Линь Чусюэ примерно на половину, но в отличие от спокойного и мягкого старшего брата, этот юноша излучал жизнерадостность и энергию. Его глаза сияли, словно два прозрачных нефритовых камня. Несмотря на высокий и крепкий стан, лицо у него было невероятно милое, почти детское. Его растерянно приоткрытый ротик вызывал желание обнять и погладить по голове.
Однако Не Цзинь привлекла не его внешность, а техника, с которой он прятался на потолке. Она напоминала боевые искусства. В мире, откуда родом была Не Цзинь, существовали воины-практики, укреплявшие тело и формирующие внутреннюю силу для боя. Но они не могли сравниться с практиками Дао, поскольку не умели использовать внешние силы для укрепления тела. А этот юноша, судя по всему, был на много порядков слабее даже тех воинов. Не Цзинь не придала этому значения, но в душе задалась вопросом: неужели в этом мире тоже существуют воины… или даже практики Дао?
— Линь Чуи, зачем ты прятался на потолке? Ты же только всё испортил! — с облегчением выдохнул Линь Чусюэ, не желая, чтобы между Не Цзинь и его дедом возникло недопонимание.
Линь Чжэн строго посмотрел на внука, а затем пояснил Не Цзинь:
— Госпожа Не, это мой младший внук, младший брат Чусюэ — Линь Чуи. Чуи, кто разрешил тебе прятаться здесь?
Линь Чуи мило надул губки и беззаботно ответил:
— Мне просто захотелось посмотреть, как выглядит возлюбленная старшего брата!
Едва он это произнёс, лицо Линь Чусюэ покрылось румянцем, будто алые облака.
— Маленький нахал! Что ты несёшь! — воскликнул он, смущённо отводя взгляд.
— Ха-ха! Ну что ж, посмотрел — и каково впечатление? — добродушно улыбнулся Линь Чжэн, нарочито игнорируя смущение внука.
— Действительно соответствует слухам! — Линь Чуи одобрительно поднял большой палец, а затем настойчиво спросил: — Эй, ты так и не ответила: как ты меня заметила?
Не Цзинь внимательно наблюдала за этой троицей. Убедившись, что всё было недоразумением, её выражение лица смягчилось. Взглянув в его большие, как у оленёнка, глаза, она спокойно ответила:
— Просто мои чувства немного острее, чем у других. Ничего особенного.
Такой ответ ясно давал понять, что она не желает раскрывать секрет. Все трое Линь были людьми с тонким умом, и, конечно, поняли намёк. Линь Чжэн неторопливо перевёл тему:
— Госпожа Не, вы сами видите — это просто недоразумение. Чуи всегда импульсивен, прошу вас, не держите на него зла.
Линь Чуи не стал возражать, лишь привычно надул губки, но его глаза всё так же не отрывались от Не Цзинь, полные любопытства и интереса.
— Дедушка Линь, импульсивной была я. Прошу прощения. Впредь зовите меня просто Цзинь, — сказала она.
Теперь она искренне восхищалась Линь Чжэном. Независимо от его намерений, его широта души и величие духа были недостижимы для большинства. К тому же он был дедом Линь Чусюэ, и после разъяснения недоразумения Не Цзинь почувствовала к нему тёплую симпатию.
— Ха-ха! Отлично! Цзинь, за последние десятилетия ты первая, кто осмелился усомниться в моих действиях прямо в лицо. В твоём возрасте уже проявляется необычайная решимость, да ещё и владеешь столь необычным врачебным искусством! Поистине редкость! Вкус у Чусюэ отличный! — в голосе Линь Чжэна звучало неподдельное восхищение, а взгляд, брошенный на внука, был полон лукавства.
«Галлюцинация! Это точно галлюцинация!» — моргнула Не Цзинь. Почему ей вдруг показалось, будто этот Линь Чжэн — хитрая лиса в шкуре аристократа?
Линь Чусюэ с виноватым видом посмотрел на Не Цзинь и смущённо пробормотал:
— Дедушка, Цзинь — просто моя подруга, она ещё не… ещё не моя девушка.
— О-о-о! Ещё не… — протянул Линь Чжэн, и его улыбка стала ещё шире.
— Кхм-кхм-кхм… — Линь Чусюэ неловко откашлялся и с надеждой взглянул на Не Цзинь.
Линь Чуи же с восторгом переводил взгляд с брата на Не Цзинь и обратно, пока наконец не остановился на ней, не отрывая глаз.
Не Цзинь устало провела ладонью по лбу. Теперь она точно знала: этот Линь Чжэн — не просто лиса, а лиса куда более хитрая, чем Бай Цзыжуй! Не желая играть в словесные игры с этой троицей, она прямо сказала:
— Дедушка Линь, давайте лучше посмотрим ваше состояние!
Рука Не Цзинь легла на пульс Линь Чжэна, и она медленно направила ци по его меридианам к сердцу, тщательно исследуя организм.
И тут она была поражена! Болезнь сердца Линь Чжэна кардинально отличалась от недуга Юань Бо-мина. Это был врождённый порок, и болезнь уже зашла слишком далеко: сердце практически полностью утратило функции. Однако грудную клетку окружала густая, насыщенная небесная и земная ци, которая упрямо поддерживала жизненные силы сердца.
http://bllate.org/book/5850/568934
Готово:
