Фу Дунчэн тихо произнёс:
— Так и стой.
Ду Цицян переплела пальцы.
Фу Дунчэн опустил взгляд на её руки — тонкие, белые, словно молодые побеги лука, с аккуратными, прозрачными ноготками.
Его бровь дёрнулась.
— На нас все смотрят, — нарочито приблизившись, шепнул он, не стесняясь чужих глаз.
— Мне всё равно. Пускай смотрят.
— Ещё раз спрашиваю: сядешь?
Ду Цицян не была застенчивой, но впервые оказалась в такой ситуации. От его голоса и от такой близости она уже покраснела, а сердце колотилось так, будто вот-вот выскочит из груди. А тут ещё и толпа вокруг — кто выдержит?
Она слегка сжала пальцы и еле слышно выдавила:
— Сяду.
Фу Дунчэн уловил этот шёпот. Слово прошлось по нервам, как лёгкий укол.
Помедлив мгновение, он взял её за запястье и усадил на последнюю парту.
Там обычно никто не сидел, но пока они разговаривали у двери, какой-то парень занял место у края. Фу Дунчэн опустился на скамью, расслабленно откинувшись, и повернул голову к соседу.
Он ничего не сказал — просто посмотрел на него.
Холод, исходивший от него, был настолько ощутим, что даже улыбка казалась ледяной и пугающей. Парень выдержал взгляд всего несколько секунд, после чего, подхватив рюкзак, быстро пересел на свободное место впереди.
Теперь они остались вдвоём.
Фу Дунчэн всё ещё держал её за запястье. Кожа Ду Цицян ощущала прохладу его пальцев, но в то же время жар, будто от прикосновения разгорался огонь.
Она попыталась вырваться.
Фу Дунчэн не отпустил. Второй рукой он взял с соседней парты термос и поставил перед ней.
— Увидел у школьных ворот, как тётушка продаёт такое. Выглядело неплохо, — с лёгкой иронией сказал он. — Заодно набрал тебе.
— Сделай глоток. Как только выпьешь — отпущу, — добавил он, уже откручивая крышку.
Ду Цицян с сомнением взглянула на него.
Фу Дунчэн чуть приподнял уголки губ:
— Не волнуйся, ядом не отравлен.
Его пальцы нежно провели по её запястью. Кожа в этом месте мгновенно вспыхнула жаром.
Она осторожно взяла термос, поднесла к носу и понюхала. Запах был странный — не то чтобы неприятный, но и не знакомый.
Поколебавшись, она сделала крошечный глоток. Брови тут же слегка сошлись: напиток оказался одновременно горьким и сладким. Вкус казался знакомым, но она не могла вспомнить, что это.
Фу Дунчэн заметил её недовольную гримасу.
Внезапно он разозлился. Улыбка исчезла, он отпустил её руку и резко забрал термос.
— Не нравится — не пей, — бросил он с лёгким презрением и отодвинул термос в сторону.
Непонятно, почему он вдруг рассердился.
Всю пару он сидел молча, не проронив ни слова. Ду Цицян чувствовала себя на иголках. О чём говорил учитель, она не слышала ни единого слова.
Она отправила сообщение Сюй Яояо, сидевшей перед ней:
[SOS.]
Как только прозвенел звонок, Сюй Яояо немедленно пришла на выручку.
— Пришёл мой посылок. Пойдём со мной заберём, — сказала она, стараясь не смотреть на Фу Дунчэна, хотя и дрожала от страха.
Ду Цицян встала.
Фу Дунчэн не стал её удерживать.
Она быстро вышла вслед за подругой.
Когда дверь закрылась за ней, Фу Дунчэн перевёл взгляд на забытый термос. Помедлив, он снова взял его в руки, принюхался и сделал большой глоток.
Горечь ударила в язык с такой силой, что он нахмурился ещё сильнее, чем Ду Цицян минуту назад. Его чуть не вырвало.
Он впервые в жизни, следуя инструкции из интернета, сварил имбирный отвар с буряком. И вот результат?
Разве не писали везде, что это сладко, ароматно и девушки в особые дни особенно любят такой напиток?
Наверное, не стоило ему верить этим рецептам. Ему вообще не следовало соваться на кухню — лучше бы купил готовый у школьных ворот.
Фу Дунчэн больше не хотел думать об этом неудачном отваре.
Он поднял глаза и увидел, как Ду Цицян, подпрыгивая на носочках, быстро уходит вперёд, оживлённо болтая с Сюй Яояо.
Фу Дунчэн наблюдал за её спиной. Лёд, сковавший его губы всю пару, начал таять, и уголки рта сами собой приподнялись в улыбке.
Он взял ручку и небрежно набросал несколько штрихов на бумаге. С тех пор как он увидел её, линии стали течь свободнее. Действительно странно.
Фу Дунчэн поднял голову — Ду Цицян уже скрылась из виду. В голове что-то щёлкнуло и тут же замерло. Он положил ручку и встал.
Пошёл за ней.
Догнал у пункта выдачи посылок — девушки только выходили, неся кучу коробок, включая одну огромную. Женщины действительно страшны в своих покупках: две хрупкие девушки едва справлялись с грудой посылок.
Едва Ду Цицян вышла на улицу, к ней подошёл парень и улыбнулся:
— Давай помогу.
Такой красавице любой захочет помочь.
— Убирайся подальше, — резко оборвал его Фу Дунчэн, забирая все посылки из рук Ду Цицян.
Он холодно взглянул на юношу, и в его голосе прозвучала ледяная угроза.
— Ты чего? — возмутилась Ду Цицян. Его грубость её разозлила. Ведь парень просто хотел помочь, а Фу Дунчэн вёл себя так, будто они были врагами.
— Что я? — Фу Дунчэн и бровью не повёл. — Просто не нравится.
Ду Цицян с детства воспитывали как настоящую аристократку. С близкими она могла быть непринуждённой, но с посторонними всегда сохраняла вежливость и достоинство. А теперь из-за этого человека она теряла самообладание и вела себя не так, как подобает.
— Какое тебе дело? — она попыталась вырвать посылки обратно, уже сердито.
Помедлив, добавила:
— Ты вообще без стыда.
Больше она не могла придумать — дальше слова не шли.
— Нет, — Фу Дунчэн даже кивнул, подтверждая её слова.
Он —
Просто невыносим!
Ду Цицян развернулась и пошла прочь.
Фу Дунчэн преградил ей путь.
— А зачем мне стыд? — спросил он тихо, так что слышала только она. — От стыда ты со мной в постель ляжешь?
Щёки Ду Цицян мгновенно вспыхнули.
Руки, державшие посылки, ослабли — казалось, она вот-вот уронит всё. Взгляд метнулся в сторону, сердце забилось, как испуганный зверёк.
Он наклонился к её уху, и его слова, хоть и были почти шёпотом, прозвучали чётко:
— Ты чего краснеешь? — усмехнулся он, глядя на её пылающее лицо и ещё больше подливая масла в огонь.
Просто мерзавец.
— Ничего, — выдавила она, пытаясь сохранить достоинство, хотя голос дрожал.
Она сделала шаг в сторону, чтобы отойти от него.
Фу Дунчэн легко перехватил её движение и снова оказался перед ней.
— А мне — да, — сказал он, глядя ей прямо в глаза и улыбаясь. — Хочу поцеловать.
Неизвестно, шутил он или говорил всерьёз.
Лицо Ду Цицян стало багровым. Неужели он осмелится сделать что-то подобное при всех? С таким бесстыжим человеком всё возможно.
Два этих слова, произнесённые им, будто цеплялись за сознание, заставляя дрожать каждую клеточку. Она злилась, но в то же время внутри всё трепетало.
Именно поэтому она злилась ещё больше — на себя. Почему она позволяет ему так легко управлять собой? Ей не нравились его слова. Но она не могла перестать о них думать. Она уже представляла… и от этого становилось стыдно. Она ведь не такая!
Ду Цицян резко двинулась вперёд.
Фу Дунчэн последовал за ней, но она обернулась и сердито ткнула в него пальцем:
— Отойди от меня!
Голос звучал почти по-детски, но в нём явно слышалась ярость.
— Ты вообще ненормальный! — добавила она.
Помолчав, бросила:
— Я постираю твою одежду и верну. Больше не появляйся у меня на глазах.
И, не дожидаясь ответа, ушла.
Фу Дунчэн на мгновение замер, собираясь броситься за ней, но в этот момент зазвонил телефон.
На экране высветилось имя: Фу Цзяньцзин.
Его лицо мгновенно окаменело. Он смотрел на экран несколько секунд, прежде чем ответить.
Голос остался ленивым и беззаботным, хотя в глазах читалась ледяная злоба.
— Редкость. Что случилось?
Слушал несколько секунд.
— Да я ничего такого… — начал он, но тут же оборвал себя. — Ладно, понял. Сейчас приеду.
Он положил трубку.
Ду Цицян уже исчезла из виду.
Фу Дунчэн опустил веки. Взгляд стал всё холоднее и холоднее.
Он достал ключи от машины, подбросил их в воздух и направился к парковке.
Сюй Яояо шла за Ду Цицян.
Она понимала: подруга действительно зла. За три года дружбы она хорошо знала её характер. Такое поведение означало, что Ду Цицян сейчас в ярости.
Сюй Яояо забрала у неё все посылки и несла сама, хотя руки уже болели от тяжести.
Пройдя немного, Ду Цицян оглянулась — за ними никто не следовал. Она остановилась и зашла в ближайшую кофейню.
Заказала две чашки молочного чая.
Сюй Яояо поставила посылки на стол и с облегчением выдохнула.
— Новая пекарня рядом открылась, — осторожно начала она, пытаясь развеселить подругу. — Хочешь, зайдём?
— У тебя после стольких посылок ещё деньги остались? — спросила Ду Цицян, всё ещё угрюмо.
— Даже если нет, для нашей красавицы Ду я готова есть землю, — поддразнила Сюй Яояо.
Ду Цицян слегка приподняла уголки губ, вытащила из кармана карту и гордо бросила на стол:
— Иди, купи десять тортов.
— Не надо, — Сюй Яояо отодвинула карту. — Там не принимают карты.
— Не принимают? — нахмурилась Ду Цицян. — Тогда их торты наверняка невкусные.
— Пойдём в другое место, где можно расплатиться картой, — сказала она и убрала карту обратно.
Детская капризность.
В этот момент пришёл видеозвонок от Чэн Яня.
Ду Цицян просила его разузнать о Фу Дунчэне, и, судя по всему, он что-то нашёл.
Она ответила на звонок.
На экране Чэн Янь развалился в своём любимом кресле, закинув ногу на ногу, как настоящий барин.
— Сяо Ци, послушай, я сам собой горжусь — до чего же я сообразительный!
По тону было ясно: он что-то натворил.
Чэн Янь одобрительно кивнул сам себе, сделал паузу для эффекта и наконец сказал:
— Ты просила копнуть его прошлое, так я начал копать… и наткнулся на нечто гораздо интереснее.
Он снова замолчал на пару секунд.
— Они тоже тебя проверяют!
— Я подумал: раз уж так вышло, почему бы не пойти ва-банк?
И тут Чэн Янь запустил свою знаменитую болтовню.
http://bllate.org/book/5765/562313
Готово:
