Именно в перерыв на дневное самообучение все одноклассники усердно решали домашние задания, а она как раз взяла контрольную работу и начала её выполнять. Не прошло и нескольких минут, как по коридору прошла целая группа людей и остановилась у окна их класса.
Она не осмелилась поднять глаза и лишь старалась выглядеть погружённой в учёбу.
Группа постояла немного, переговариваясь между собой, и вскоре ушла.
Примерно через полчаса её вызвали за пределы учебного корпуса вместе с ещё десятком школьников, получающих стипендии. Ответственный сотрудник участливо задал им несколько вопросов, на которые они поочерёдно ответили.
Когда встреча уже подходила к концу, она наконец не выдержала и подняла глаза. В нескольких метрах от неё стояла та самая группа. Директор сопровождал гостей, оживлённо беседуя с ними, а в центре — высокий мужчина с исключительной харизмой, выделявшийся среди остальных.
Солнце палило нещадно, и против света невозможно было разглядеть черты лица. Нань Син уже собралась отвести взгляд, как вдруг он запрокинул голову к небу и что-то произнёс.
В этот миг игра света и тени резко обрисовала линию его подбородка, навсегда запечатлевшись в её сердце.
Все три года старших классов, каждый раз, когда её унижали или обижали, она мысленно вновь и вновь прорисовывала тот самый подбородок, черпая из этого образа тепло и силы. Она упорно училась и старалась жить достойно, чтобы злоба и зло не сломили её, — ради того дня, когда она сама станет такой же, как он: человеком, способным управлять своей судьбой и помогать другим без остатка.
В выпускном классе школа получила спонсорскую помощь и оборудовала компьютерный класс. Именно тогда она впервые познакомилась с компьютерами и удивительным миром интернета.
Классный руководитель сообщил ей, что всё это пожертвовал Хуо Нинцы из группы «Сяньюэ». Его благотворительная программа помогла многим малоимущим школьникам продолжить обучение, и наставник призвал её не подводить благотворителя.
Она нашла в сети фотографию Хуо Нинцы и сразу узнала тот самый подбородок.
С тех пор она стала собирать всю возможную информацию о нём: его вкусы, жизненный путь, сферы деятельности — постепенно превращая абстрактный образ подбородка в живого, реального человека.
Неужели с самого начала она ошибалась? Может, тот, кто три года согревал её душу и давал надежду выбраться из тьмы, — не Хуо Нинцы, а Цзин Чжиржи?
Вскоре машина свернула за парк Юньху и въехала в жилой комплекс. Уже почти у самого дома Лао Чжоу резко нажал на тормоз и остановился у обочины.
— Мэм, сэр вас ждёт, — сказал он.
Нань Син пригляделась — действительно, Хуо Нинцы стоял на ступеньках у дороги.
Её мысли метались в полном смятении. Сейчас ей больше всего хотелось остаться одной, чтобы привести в порядок эмоции и проверить в интернете правду о том давнем событии.
Но пока она ещё не пришла в себя, Лао Чжоу уже выскочил из машины и распахнул перед ней дверцу, весело подмигнув:
— Сэр специально вас ждал!
Едва он договорил, как Хуо Нинцы подошёл ближе, спокойно заметив:
— Я уже два круга прогулялся, как раз увидел, что ты возвращаешься.
Нань Син пришлось выйти из автомобиля.
Хуо Нинцы естественно взял её за руку, и они неторопливо двинулись к дому.
Обычно болтливая Нань Син вдруг замолчала, погружённая в свои мысли. Спускаясь по ступенькам, она чуть не споткнулась, но Хуо Нинцы вовремя подхватил её.
— Что случилось? Тебе не понравилось сегодня в театре? — спросил он, внимательно всматриваясь в её лицо.
Нань Син собралась с духом:
— Напротив! Мне даже пришлось выйти на сцену вместо заболевшей актрисы.
Хуо Нинцы, весь вечер ждавший её возвращения и уже слегка недовольный, теперь стал ещё мрачнее:
— Я ещё ни разу не видел тебя в театральном гриме.
Нань Син достала телефон и показала ему несколько фотографий, которые сделал ей господин Лю:
— Вот, смотри.
На снимках она была облачена в роскошный наряд, украшенную диадему и выглядела как настоящая красавица из древних времён. Особенно эффектна была крупная портретная фотография: стрелки подчёркивали миндалевидные глаза, приподнятые на конце, большие и выразительные, полные жизни и обаяния. Хуо Нинцы смотрел и не мог насмотреться:
— Пришли мне все.
Нань Син отправила фото через WeChat, и Хуо Нинцы сохранил каждое в свой альбом.
В этот момент навстречу им выбежала маленькая девочка и чуть не врезалась в Нань Син. Хуо Нинцы мгновенно обхватил её за талию и прижал к себе.
Девочка убежала, но Нань Син попыталась вырваться. Он, однако, не разжал рук, а наоборот, наклонился и начал целовать её уголки глаз и брови.
У Нань Син резко защипало в носу, и в груди подступила волна горечи, словно прибой накатывал на берег.
А если Хуо Нинцы вовсе не тот, кто её тогда поддержал? Что ей делать?
— Нинцы, — подняла она на него глаза, рассматривая его подбородок, — ты бывал раньше в городе Наньмин? Это там, где я училась в школе.
Хуо Нинцы слегка удивился:
— С чего вдруг такой вопрос?
Нань Син с трудом сдерживала нахлынувшие чувства и мягко промолвила:
— Просто спрашиваю... Наньмин очень красив. Ты там бывал?
— Нет, хотя слышал, — оживился он. — Как-нибудь съездим вместе, заглянем в твою школу.
Эта внезапная путаница ошеломила её.
Несколько дней подряд она ходила подавленной, будто во сне, и в голове постоянно сталкивались образы Хуо Нинцы и Цзин Чжиржи.
В архиве одного старого новостного сайта она нашла материал о благотворительной программе «Весенняя Помощь» от группы SPRING. Всё совпадало с тем, что рассказывал Чэн Цзинши: именно в год её поступления в старшую школу группа SPRING спонсировала сто малообеспеченных учеников в Наньмине, покрывая плату за обучение и проживание. На сайте даже был опубликован список получателей помощи — всё официально и прозрачно.
А вот благотворительная программа группы «Сяньюэ» называлась «Весенний Ветер» и финансировала создание компьютерных классов в средних и старших школах Наньмина, а также оказывала поддержку отдельным учащимся. Две программы различались лишь названием, и классный руководитель просто перепутал их.
В пятницу у Нань Син наконец не осталось времени предаваться грусти: из лагеря Хэ Юйжаня пришла радостная весть — Гу Фэйнань отказался от предложения BIEBIO и согласился сотрудничать с «Ли Жуй Энтертейнмент», выбрав именно тот нестандартный формат интервью, который предложила Нань Син.
Весь коллектив «Ли Жуй Энтертейнмент» перешёл в режим повышенной готовности, чтобы в срок подготовить годовой номер журнала.
Хэ Юйжань продемонстрировал отличные организаторские способности: шесть команд — мода, кино, искусство и другие — чётко распределили обязанности. Концепция внутреннего издания была готова заранее, тексты прошли несколько этапов редактирования и уже находились на финальной стадии утверждения.
Благодаря влиянию S-Primrose в мире люксовых брендов рекламный отдел, ранее в панике, снова обрёл уверенность. Несколько крупных рекламодателей, уже готовых отказаться от сотрудничества, после активных переговоров согласились возобновить диалог.
Особое внимание уделялось фотосессии для обложки: даже самая гениальная идея теряет ценность, если фотограф не сумеет передать её суть.
Хэ Юйжань использовал свои связи и пригласил известного модного фотографа. Когда готовые снимки появились, Нань Син специально приехала в офис «Ли Жуй Энтертейнмент», чтобы первой увидеть результат и лично оценить обложку.
Ведь на это были потрачены два миллиона, и теперь она была должницей — «беднячкой с долгами». От успеха этого проекта зависело, сможет ли она вернуть деньги Нань Муцюаню.
Зная о её приезде, Хэ Юйжань уже ждал у главного входа с серьёзным выражением лица.
— Что случилось? — забеспокоилась Нань Син. — Опять какие-то проблемы? Обложка не получилась?
Хэ Юйжань покачал головой:
— Нет, сама посмотри. Я не могу словами передать.
В отделе дизайна редакторы и графики напряжённо трудились за компьютерами. Увидев Хэ Юйжаня, некоторые кивнули с уважением: «Главный редактор», «Босс». Атмосфера здесь совсем не походила на ту подхалимскую обстановку времён У Юньхуэя.
На экране компьютера руководителя группы открылась первая фотография — и Нань Син буквально потрясло.
На простом нейтральном фоне Гу Фэйнань полулежал на резном сундуке из наньму. На нём была простая белая рубашка с едва заметным узором и стоячим воротником, на груди до самого подола — вышивка сливовых цветов. На голове — головной убор цяньцуй с бархатным помпоном. Вместе с соблазнительным макияжем глаз в тыквенных тонах это составляло единственные яркие акценты на снимке. Его глубокие, выразительные черты лица дополняли несколько растрёпанных прядей, а полуприкрытые миндалевидные глаза лениво и томно смотрели прямо на Нань Син.
Этот взгляд, полный чувственности и обаяния, пронзил её насквозь.
Нань Син на пару секунд затаила дыхание, прежде чем прийти в себя от этого зрелища:
— Какая красота… Красота, преодолевающая границы пола.
— Именно! Эта идея гениальна. Фотограф, модель и бренд идеально воплотили задумку, соединив прошлое и настоящее, Восток и Запад, — Хэ Юйжань глубоко вздохнул с облегчением. — Сяо Син, последние два месяца я жил в напряжении, но теперь, кажется, можно немного расслабиться.
Через несколько дней вышел первый пробный экземпляр журнала. Свежий аромат бумаги, тяжёлый, как произведение искусства, журнал лежал перед Нань Син.
Пролистав обложку и рекламные развороты, она перевела взгляд на страницу с редакционным составом и остановилась на двух последних строчках.
Раньше там значилось только имя председателя совета директоров «Ли Жуй» Гуань Юйфэнь. Теперь же появилась ещё одна строка: «Издатель: Сян Наньсин».
Она перечитала дважды, чтобы убедиться, что ей не мерещится.
Недавно Хэ Юйжань спросил, есть ли у неё литературный псевдоним, и посоветовал придумать, если нет — ведь ей предстояло работать в этой сфере. Тогда она и выбрала имя «Сян Наньсин».
Но почему теперь она указана как издатель и стоит рядом с Гуань Юйфэнь?
Она уже собиралась позвонить и уточнить, как раздался звонок от Хэ Юйжаня:
— Ну как, впервые видишь своё имя в журнале? Какие чувства?
— Зачем ты меня туда вписал? — Нань Син не знала, смеяться ей или плакать. — Все вокруг профессионалы с многолетним стажем, а я там выгляжу совершенно неуместно.
— Ничего подобного, — серьёзно ответил Хэ Юйжань. — Сяо Син, это твой первый журнал, в который ты вложила душу — будь то как главный организатор или как владелец. Твоё имя должно быть здесь, рядом с нами, чтобы разделить эту победу. Что до Хуо Нинцы — пока ты сама не скажешь, он никогда не догадается, что за этим псевдонимом скрываешься ты.
После разговора Нань Син задумалась, провела пальцем по трём иероглифам своего псевдонима и почувствовала, как в груди поднимается нечто невыразимое словами.
10 декабря официальный аккаунт «Ли Жуй Энтертейнмент» в соцсетях опубликовал закулисное видео с фотосессии Гу Фэйнаня. Количество просмотров превысило пять миллионов.
11 декабря в аккаунте выложили девять кадров с обложки. Гу Фэйнань перепостил запись, и в тот же день три хэштега — «Невероятно!», «Гу Фэйнань в гриме юэцзюй» и «Первая обложка Гу Фэйнаня для четырёх главных журналов» — поднялись в топы.
Помимо той самой обложки, которую видела Нань Син, остальные восемь фотографий поражали воображение.
Особенно безумно фанаты и случайные зрители обсуждали один кадр.
Гу Фэйнань держал во рту золотую заколку цяньцуй в форме феникса, его взгляд был холоден и дерзок, в развевающихся длинных волосах едва виднелся голубой цветок гортензии, а подол белой удлинённой рубашки был нарочито разрезан на ленты, создающие эффект парящей ткани…
Поклонники и пользователи сети тут же раскопали все детали — от головного убора до брендов одежды. В тот день количество упоминаний юэцзюй и S-Primrose достигло пика на всех основных платформах.
12 декабря в полдень стартовали ограниченные предзаказы годового номера. За первую секунду было продано более 200 000 экземпляров, за час — 600 000, а итоговая выручка за день составила 30 миллионов юаней, установив два рекорда: самый быстрый старт продаж в истории индустрии развлечений и второй по объёму доход от печатного издания в Китае. Это был лишь второй журнал, преодолевший отметку в 30 миллионов.
Нань Син смотрела на цифры, присланные Хэ Юйжанем, и не верила своим глазам.
Она сидела ошеломлённая, пока наконец не ущипнула себя.
От боли вскрикнула:
— Ай!
Это было правдой. Годовой номер, ради которого она пошла ва-банк, стал хитом. Имя «Ли Жуй Энтертейнмент» вновь зазвучало громко, и её инвестиции не пропали даром.
Рабочая группа в мессенджере уже бурлила: сообщения сыпались одно за другим, и все, казалось, не могли поверить в происходящее.
http://bllate.org/book/5503/540397
Готово:
