— Сфера считывания языкового рисунка, — сказала Чжоу Сихи. — Все голографические комнаты на рынке сегодня активируются по языковому рисунку пользователя.
Линь Цзюйчжао снял одежду и выплюнул сферу в пластиковое ведро рядом, после чего приступил к разминке прямо в комнате.
Нин Юй, глядя на экран, где мелькало белое обнажённое тело, почувствовала, как её лицо слегка залилось румянцем.
Закончив разминку, Линь Цзюйчжао взял с полки несколько накладок и прикрепил их к разным участкам верхней части тела.
После этого он надел футболку. В первом ряду тут же раздался хор разочарованных вздохов.
Нин Юй наблюдала, как Линь Цзюйчжао поднял спортивные штаны, обнажив длинные, белые и гладкие ноги, и приклеил те же уродливые накладки на бёдра и икры. Она не выдержала:
— А это ещё зачем?
— Для стабилизации проекции, — объяснила Чжоу Сихи. — Их изображение проецируется в центр арены, чтобы мы могли видеть. Если проекция нестабильна, может получиться, что у бойца не хватает руки или ноги. Эти накладки как раз и стабилизируют изображение.
…Представляю, каково это — вдруг во время боя у противника отваливается рука. Жутковато даже думать об этом.
Когда оба участника завершили подготовку, сотрудники арены убедились, что с изображением всё в порядке, и нажали кнопку соединения двух комнат.
Сразу после активации кнопки два ранее независимых помещения на экране слились в одно. Бойцы по-прежнему находились в разных голографических комнатах, но в их восприятии друг друга они теперь могли видеть и даже касаться.
Противник Линь Цзюйчжао был в чёрной майке, обнажавшей мускулистые руки, и значительно превосходил его ростом.
После взаимного поклона в зале прозвучал глухой удар колокола.
Человек в чёрной майке мгновенно исчез с места — настолько быстро, что Нин Юй даже не успела моргнуть.
Раздался возглас удивления: боец внезапно возник за спиной Линь Цзюйчжао и нанёс удар кулаком прямо в голову.
Нин Юй испуганно втянула воздух и схватила Чжоу Сихи за руку. Та рядом скорчилась от боли.
Линь Цзюйчжао лишь слегка отвёл корпус в сторону, левой рукой заблокировал удар и, используя инерцию тела, метко врезал кулаком в лицо противника.
Раздался глухой звук столкновения плоти — было ясно, насколько сильным был этот удар.
Не давая опомниться, Линь Цзюйчжао тут же добавил ещё несколько ударов — каждый из них был быстр, точен и жесток. Противник в чёрной майке рухнул на пол без сознания, и его изображение мгновенно исчезло.
— Да этот парень в чёрном совсем никудышный, — покачала головой Чжоу Сихи. — Не продержался и пяти секунд! А ведь его школа ещё недавно заявляла, что нас всех до единого разнесёт в пух и прах! Вот тебе и «пух и прах»! Да у нас в школе минимум половина ребят сможет продержаться против Великого Демона хотя бы пять секунд, если он не будет использовать инэнь!
Нин Юй невольно скривилась… Удержаться пять секунд против него без использования инэнь… Разве это повод для гордости?
Линь Цзюйчжао без выражения эмоций размял тело. Соединение между комнатами разорвалось, и на экране появилась комната следующего соперника.
— Ну-ка, посмотрим, сколько продержится второй счастливчик против Великого Демона, — с воодушевлением потерла ладони Чжоу Сихи.
Второй «счастливчик» оказался странным типом: несмотря на жару, он был одет в длинные рукава, которые тянулись чуть ли не до локтей, словно театральные водяные рукава.
Громила в водяных рукавах выглядел настолько нелепо, насколько это вообще возможно.
Когда «парень в рукавах» закончил подготовку, сотрудники нажали кнопку соединения комнат.
После обмена поклонами раздался глухой звон колокола.
«Парень в рукавах» взмахнул своими длинными рукавами, и в сторону Линь Цзюйчжао полетели три тонких кухонных ножа.
Нин Юй уже не пугалась так, как в прошлый раз, но всё же не удержалась:
— Погоди… В схватке инэнь можно пользоваться оружием?
— Нет, — ответила Чжоу Сихи. — Скорее всего, это часть его инэнь. Обычно внешнее оружие запрещено.
К тому же, хоть это и называется схваткой инэнь, Линь Цзюйчжао в восьми случаях из десяти не использует свои способности. Из-за того, насколько его инэнь «багован», учителя никогда не возражали.
Линь Цзюйчжао даже не пытался уклониться. Раздался звонкий щелчок — три ножа словно наткнулись на невидимую преграду, резко сменили траекторию и полетели обратно к «парню в рукавах».
Тот нахмурился и взмахнул рукавами — ножи вновь устремились к Линь Цзюйчжао.
Линь Цзюйчжао лишь приподнял веки. Ножи упали на пол ещё до того, как достигли его, а на голове «парня в рукавах» внезапно открылась дыра, из которой хлынула кровь. Его изображение мгновенно исчезло.
— Стой… Что вообще произошло? — Нин Юй невольно вскрикнула. События развернулись слишком стремительно, и она ничего не поняла.
— Похоже, сегодня у Великого Демона плохое настроение… — дрожащим голосом произнесла Чжоу Сихи, будто вспомнив что-то неприятное. — Обычно, когда у него хорошее настроение, он вообще не пользуется инэнь.
Нин Юй уже кое-что предполагала о его способностях после просмотра того видео, но всё же спросила:
— Его инэнь… можно активировать вообще без движения?
— Двигал, двигал! — заверила Чжоу Сихи. — Я видела! Он шевельнул пальцем — еле заметно, но точно шевельнул!
Видимо, настроение у Линь Цзюйчжао и правда было ужасным: следующие семь соперников падали всё быстрее и быстрее.
Последний вообще рухнул на пол сразу после звона колокола.
Полное и безоговорочное доминирование — ни капли зрелищности.
Тем не менее, зрители в первом ряду были в восторге: каждый раз, когда противник падал, они ликовали.
По окончании схваток все с нетерпением уставились на лестницу.
Как только Линь Цзюйчжао появился, к нему сразу же подбежали несколько милых и кокетливых Омег, чтобы протянуть ему воду.
— Пойдёшь? — спросила Чжоу Сихи, глядя на Нин Юй.
— …Пойдём, — ответила Нин Юй, отводя взгляд и поднимаясь с бутылкой воды в руке, направляясь к выходу.
— Ты точно не хочешь отнести ему? — не унималась Чжоу Сихи.
— …А чем я лучше этих милых Омег? — с лёгкой горечью спросила Нин Юй.
— … — Чжоу Сихи напрягла извилины. — Ты выше их?
— …Это не преимущество, — закатила глаза Нин Юй. — Ни один Альфа не захочет быть с кем-то выше себя. Да и… я же фальшивая Бета.
Чжоу Сихи хотела что-то сказать, но, увидев, как Нин Юй выбросила воду в урну, промолчала.
Они молча стояли на автобусной остановке у школы, пока вокруг девушки оживлённо обсуждали Линь Цзюйчжао.
Нин Юй закрыла глаза.
— Слушай, если хочешь отнести ему воду, почему бы не попробовать? — не выдержала Чжоу Сихи. — Откуда ты знаешь, что он точно откажет? Да и… разве он не провожал тебя домой в прошлый раз?
Нин Юй не считала, что это что-то значило. Она и не думала заводить с ним какие-то отношения.
Просто её невольно притягивало к нему — она списывала это на подростковый гормональный всплеск, что вполне нормально.
Большинство людей испытывают тягу к красоте, и кто же не любит симпатичных парней? А лицо Линь Цзюйчжао можно было смело назвать божественным.
Но с точки зрения половой идентичности они не подходили друг другу, так что Нин Юй не верила, что между ними может что-то произойти.
— Сестра! — Чжоу Сихи чуть не топнула ногой от досады. — Просто отнеси ему воду в знак благодарности за то, что он проводил тебя домой! Чего ты боишься?
Нин Юй открыла глаза и посмотрела на подругу, будто пытаясь убедить саму себя:
— Я просто хочу поблагодарить его за то, что он проводил меня домой.
— Именно! Беги скорее! — кивнула Чжоу Сихи. — Я подожду!
Нин Юй купила новую бутылку воды и, боясь опоздать, быстро побежала к спортзалу.
Запыхавшись, она остановилась и растерянно уставилась на Линь Цзюйчжао, стоявшего посреди зала и лившего воду себе на лицо.
Капли стекали по его безупречным чертам, а сквозь мокрую белую футболку просвечивали рельефные мышцы живота и розоватый оттенок кожи.
Нин Юй снова почувствовала, как её лицо залилось румянцем.
Линь Цзюйчжао беззаботно швырнул пустую бутылку в урну на другом конце зала, вытер лицо ладонью и повернул голову к Нин Юй.
Она всё ещё была в изысканном, явно дорогом платье, от которого веяло утончённостью и изяществом.
Линь Цзюйчжао взглянул на неё всего на миг — и тут же отвёл глаза, будто обжёгшись.
По сравнению с ней он чувствовал себя мокрой, жалкой дворнягой — растрёпанной и нелепой.
Нин Юй медленно подошла и, покраснев, протянула ему воду.
Линь Цзюйчжао проследил за бутылкой, затем перевёл взгляд на румяные щёчки девушки, сглотнул и, долго колеблясь, всё же взял её, пробормотав нечто вроде «спасибо».
Голос был настолько тихим, что Нин Юй не разобрала слов.
Держа в руках эту импортную бутылку воды, Линь Цзюйчжао чувствовал, будто держит гирю весом в тысячу цзиней. С трудом открутив крышку, он сделал пару глотков и, глядя на всё ещё уставившуюся на него девушку, спросил:
— Ты ещё не уходишь?
На этот раз он говорил громче. Хотя фраза была на диалекте, из-за медленного темпа речи Нин Юй легко поняла смысл.
Его диалект звучал грубовато и «по-уличному», даже без особой эмоциональной окраски — создавалось впечатление, что перед тобой настоящий «браток», что резко контрастировало с его ангельской внешностью.
— В прошлый раз… — Нин Юй куснула губу и, собравшись с духом, заговорила: — Разве мы не договорились, что я угощаю тебя ужином? Почему ты не дождался меня?
Линь Цзюйчжао не помнил, чтобы он вообще соглашался на ужин. Откуда вдруг «договорились»?
Но, вспомнив их первую встречу в переулке и тот розовый пластырь, он помолчал, долго думал и наконец произнёс одно слово:
— Подожду.
Нин Юй моргнула и проводила его взглядом, пока он поднимался по лестнице.
Через пять минут Линь Цзюйчжао спустился в сухой одежде и с пакетом в руке.
Остановившись перед Нин Юй, он на секунду замер:
— Пойдём.
Нин Юй моргнула, глядя ему вслед, и поспешила за ним.
Выйдя за школьные ворота, Нин Юй сразу встретилась взглядом с Чжоу Сихи, стоявшей у автобусной остановки.
Та сначала удивилась, но тут же всё поняла и показала Нин Юй знак «вперёд!», а затем жестом обозначила: «Я ухожу».
Нин Юй улыбнулась и кивнула.
Пока они обменивались этими взглядами и жестами, Линь Цзюйчжао уже далеко ушёл.
Нин Юй бросилась за ним, хотела схватить его за руку, но в последний момент струсила и лишь слегка потянула за край футболки:
— Линь Цзюйчжао, можешь идти помедленнее?
Он замер, ничего не сказал, но шаги замедлил.
Вскоре они добрались до места назначения.
Это была небольшая семейная забегаловка у обочины дороги, оформленная в стиле двадцати-тридцатилетней давности — очень старомодная и обшарпанная, с пожелтевшей вывеской.
Снаружи заведение выглядело крайне убого, но Нин Юй не придала этому значения: Чжоу Сихи как-то говорила, что в городе Си самые вкусные блюда часто подают именно в таких неприметных «мухоловках».
Хозяин, похоже, знал Линь Цзюйчжао и, увидев его, радостно заговорил на диалекте, судя по всему, намекая, что не видел его так долго, потому что тот завёл нового друга.
Нин Юй увидела, как уши Линь Цзюйчжао покраснели, а он в ответ что-то громко крикнул хозяину. Речь была слишком быстрой, и она ничего не поняла.
Не понимая, в чём конфликт между дружбой и этим местом, Нин Юй растерянно последовала за Линь Цзюйчжао внутрь. Они сели за столик.
http://bllate.org/book/5446/536033
Готово:
