— Неужели это не один и тот же человек? Значит, здесь несколько госпож Роз?
Вэй Иньинь долго задумывалась, потом покачала головой:
— Не знаю.
Чжан Цзяцзянь подошёл к стене и внимательно всмотрелся в одну из рамок. Фотография производила ошеломляющее впечатление, но при ближайшем рассмотрении всё же проглядывали следы цифровой обработки.
Он перевёл взгляд на соседний снимок, сравнил их и убедился: фотографии были просто скопированы одна из другой.
Однако в правом верхнем углу каждого снимка красовалась цифра.
Заметив это, он сделал несколько шагов вдоль стены и понял: все фотографии расположены строго по порядку.
Если это один и тот же человек и одна и та же фотография, зачем тогда нумеровать их и расставлять в последовательности?
Он погрузился в размышления, как вдруг женщина рядом локтем слегка толкнула его.
— А что, если снять все эти фото со стены? Как думаешь, что сделает режиссёрская группа?
На ней было короткое ципао, плечи прикрывала соболиная мантия, но тонкая рука оставалась открытой. Толкнула она несильно — скорее, пощекотала. В его пронзительных глазах вдруг мелькнула нежность.
— Смотри фильмы про «Городских воинов». В таком жутком коридоре надо взять железную трубу и одним ударом разнести всё вдребезги! Тем более я крушу собственные фото. Согласен?
Чжан Цзяцзянь слегка улыбнулся, и на щеке проступила едва заметная ямочка.
— Когда монтажники дойдут до этого места, точно вставят тебе одну фразу.
— Какую?
— «Баг 2.0».
— А?
— Потому что на монтаже они поймут: ты настоящий баг — ещё мощнее, чем А Чэн!
В этот момент дверь в соседнюю комнату открылась, и оттуда вышел Чэн Жосянь.
— Кто-то звал меня? Неужели уже скучаете без меня?
Он был одет в костюм в стиле Чжуншань, на переносице сидели серебристые очки. Подойдя ближе, он изящно поправил их длинным пальцем и эффектно замер в позе, которую сам считал невероятно стильной.
— Всем привет! Я — адвокат Чэн, любовь ваших сердец!
Чжан Цзяцзянь громко фыркнул и, развернувшись, сразу пошёл прочь.
Вэй Иньинь без колебаний последовала за ним.
Чэн Жосянь остался стоять на месте и протянул руку в жесте Эрканя:
— Эй! Эй! Да я же в таком шикарном образе! Хоть бы поаплодировали!
Зрители ушли, но ему было всё равно. Он поправил плечи и даже подмигнул прямо в камеру оператора:
— Дорогие зрители! Ваш адвокат Чэн наконец-то появился! Самое время прижать ладони к груди и завизжать, как сурки!
Режиссёрская группа не выдержала и специально мигнула светом в коридоре. От неожиданности он втянул голову в плечи, забыл обо всех камерах и, скуля, побежал следом:
— Эй, подождите меня! Братан! Дедушка! Подождите! Бабушка, страшно же!
Автор говорит: Дорогие читатели, счастливого Рождества!
Когда этот выпуск вышел в эфир, комментарии заполонили сообщения о Чэн Жосяне.
[Ха-ха-ха-ха! Оказывается, наш малыш Чэн такой трус!]
[Чэн Жосянь: Подождите меня! Боюсь привидений! Спасите!]
[Если бы кто-то другой — взрослый мужчина — постоянно лез в объятия к «королю», то и пищал бы «ой-ой-ой», я бы точно сказал: «Какая девчонка!» Но когда это делает наш малыш Чэн, почему-то кажется… вообще не противно!]
[«Король» слишком холоден к нашему малышу! Ему ведь реально страшно! Нельзя ли хотя бы обнять?]
[Мне кажется, эта пара отлично сочетается!]
[Надменный, холодный главарь × шумный, пугливый мальчик! Это же чертовски мило!]
[Кто-нибудь напишет фанфик про пару «Цзячэн»? Очень хочется почитать сладости про них!]
[Вы, извращенцы! Но мне тоже нравится!]
[Не забывайте, у малыша Чэна есть ещё одно шоу знакомств! У него официальная пара!]
[На самом деле, «король» действительно холоден к Чэну, но к Вэй Иньинь относится невероятно тепло!]
[Я тоже так думала, но боялась сказать — вдруг фанаты Годфэя убьют! Теперь, когда кто-то наконец выразил мои мысли, скажу прямо: пара «Вэй-Цзянь» просто великолепна! Посмотрите, какими глазами смотрит на неё холодный «король»!]
[Визжала, как сурок! «Вэй-Цзянь» — это да!]
[Годфэй: Мы против! НЕТ!]
Комментарии разгорелись в настоящую войну, но во время съёмок царила полная гармония.
Чжан Цзяцзянь, Вэй Иньинь и Чэн Жосянь шли по длинному коридору и вскоре вышли в большой холл.
Там они увидели Чэнь Идуна в форме, отличной от формы Чжан Цзяцзяня. Очевидно, его роль в сюжете была ниже по рангу.
Вэй Иньинь только подумала об этом, как Чэнь Идун поклонился Чжан Цзяцзяню:
— Генерал!
Брови Чжан Цзяцзяня чуть приподнялись, но он ничего не сказал — полностью соответствовал образу высокомерного военачальника.
— Генерал, я выполнил ваше поручение.
Чжан Цзяцзянь наконец заговорил:
— Какое поручение?
— Расследование насчёт того, что старшая госпожа открыла частную школу во дворе.
— А, точно.
Он не получил сценария и не знал сюжетных линий, поэтому не мог многое сказать. Просто спокойно ответил и стал ждать доклада.
Чэнь Идун продолжил:
— Я послал людей наблюдать за задним двором. Старшая госпожа наняла учителя и группу учениц. Каждый день учитель приходит и проводит занятия. После уроков девочки обязаны оставаться в своих комнатах. За их питанием и одеждой приставлены специальные служанки.
Чжан Цзяцзянь вспомнил, как впервые встретил Вэй Иньинь. Тогда рядом действительно была пожилая женщина и группа учениц.
Вэй Иньинь тогда сказала ему, что у девочек нет лиц. Он даже пригляделся через щель в двери — и правда, лиц не было.
При этой мысли он поднял глаза и встретился взглядом с Вэй Иньинь. Она явно вспомнила то же самое.
Чэнь Идун закончил доклад и спросил:
— Генерал, как прикажете поступить?
— Пусть наблюдают дальше. Остальное — по моему указанию.
Чжан Цзяцзянь положил руку на деревянное кресло и отдал приказ. Его брови слегка нахмурились, длинные глаза опустились — и в холле повеяло властью и угрозой.
Вэй Иньинь посмотрела на него и внутренне изумилась.
Если бы сейчас она сидела дома под одеялом с планшетом и смотрела шоу, наверняка завизжала бы, как сурок!
Этот человек обладал невероятным обаянием — невозможно не влюбиться!
Увидев, что у генерала больше нет распоряжений, Чэнь Идун поклонился:
— Только что госпожа Сара искала адвоката Чэна. Если у вас нет других указаний, я провожу его к ней?
Чжан Цзяцзянь кивнул.
Чэн Жосянь, внезапно упомянутый, обрадовался:
— Госпожа Сара — это старший товарищ Му Сумо? А какова её роль? Жена? Сестра? Мать?
— … — уголки губ Чэнь Идуна дёрнулись. — Адвокат Чэн, вы и правда человек с золотой памятью. Госпожа Сара — ваша страстная поклонница! Все ждут вашей свадьбы. Пойдёмте, я отведу вас к ней.
Чэн Жосянь эффектно взъерошил чёлку, щёлкнул пальцами и указал вперёд:
— Вперёд! Пойду встречусь со своей поклонницей… Старший товарищ Му Сумо играет мою страстную поклонницу? Уважаемый супруг госпожи Му, пожалуйста, обратите внимание: всё это — распоряжение продюсеров! Я не имею ничего против! Если вдруг нас заставят жениться или даже ночевать вместе, не вините меня!
Чэнь Идуну надоело его болтливое настроение. Он обнял его за плечи и зажал рот ладонью:
— Продюсеры, возможно, вообще не дали тебе столько сцен!
Они уже собирались уходить, когда снаружи раздался голос:
— Прибыла старшая госпожа!
Чэн Жосянь поднял глаза и увидел, как из темноты вошла пожилая женщина. Лицо её было покрыто морщинами, справа на лбу торчал нарост размером с большой палец. Улыбнувшись, она обнажила ряд чёрных зубов.
Чэн Жосянь взвизгнул и снова бросился в объятия Чжан Цзяцзяня:
— Ма-а-амочки!!!
Он весь дрожал.
Чжан Цзяцзянь резко оттолкнул его:
— Ты чего? Опять ко мне лезешь!
Чэнь Идун не сдержал смеха и потянул Чэна за руку:
— Адвокат Чэн, чего вы боитесь? Это же старшая госпожа.
Чэн Жосянь закрыл лицо руками, потом медленно раздвинул пальцы и осторожно выглянул.
Теперь он заметил: морщины на лице «старшей госпожи» были наклеены. Хотя маска и была качественной, кое-где проглядывали недочёты грима.
Только теперь его сердце успокоилось.
Он выпрямился и мгновенно превратился обратно в элегантного адвоката Чэна, учтиво поклонившись:
— Добрый вечер, старшая госпожа.
Старшая госпожа явно обиделась на его поведение и фыркнула, больше не удостоив его взглядом. Опершись на трость и поддерживаемая служанкой, она прошла к главному месту в холле и села.
— Мой сын становится всё дерзче. Увидев мать, даже не поклонился! Неужели всё ещё злишься, что я наказала ту госпожу Роз?
Исполнительница роли старшей госпожи, хоть и не была знаменитостью, играла мастерски — чувствовалась настоящая старая актриса.
Чжан Цзяцзянь быстро вошёл в роль:
— Сын не смеет. Приветствую, матушка.
Лицо старшей госпожи немного смягчилось. Она крепче сжала трость и откинулась назад.
— Когда твой отец рано ушёл из жизни, мне пришлось одной бегать по разным работам, чтобы прокормить тебя. Я вырастила тебя, ты стал уважаемым в городе, готов прославить род… Но зачем тебе попалась эта лиса-соблазнительница?! Из-за неё ты каждый день бегаешь в тот сад, люди смеются над тобой! Когда в Розовом саду случился пожар, ты словно сошёл с ума — ринулся внутрь! Чтобы вытащить её, изувечил себя до крови!
— Сын непочтителен, доставил матери тревогу.
— Если бы ты действительно помнил слово «почтение», давно бы держался от этой женщины подальше! В мире полно прекрасных цветов! Взмахни рукой — и найдёшь сотню! Зачем так мучить себя?
Чжан Цзяцзянь понял: оказывается, его персонаж — безрассудный сын, погубивший карьеру ради женщины, и даже покалечивший себя ради неё.
Как именно он себя покалечил, если старшая госпожа так переживает? Неужели сам себя ранил?
Это уже слишком жестоко, подумал он про себя.
— Матушка, не горюйте. Сын обещает больше так не поступать.
— Правда?! — Старшая госпожа оживилась. — Вот и славно! Вот и славно!
Вэй Иньинь повернулась к нему. Её явно удивило, как быстро он вжился в роль.
Лицо Чжан Цзяцзяня оставалось спокойным — это был всего лишь временный выход из ситуации. Но, встретившись с её взглядом, он подмигнул правым глазом.
— … Что это? Флиртует со мной?
Эй! Ты же «холодный король»!
Успокоив старшую госпожу, та приказала Вэй Иньинь:
— Проводи генерала в его покои на отдых!
— Слушаюсь, — ответила Вэй Иньинь.
Едва она согласилась, откуда-то появилась служанка и повела их с Чжан Цзяцзянем из холла вправо по длинному коридору.
Вэй Иньинь сделала несколько шагов и машинально обернулась. В конце коридора мелькнула тень.
Она ещё недоумевала, как фигура медленно вышла из-за угла — это была женщина в белом платье, с волосами, рассыпанными по полу. Она покачивалась, словно в тумане.
Вэй Иньинь мгновенно схватила Чжан Цзяцзяня за руку. Он замер и тоже обернулся.
Женщина вдруг подняла голову. Волосы разделились, открыв треть лица. На лбу, переносице и губах зияли страшные шрамы.
Рубцы были ужасны — будто на лицо приклеили разрезанных на части червей.
Вэй Иньинь задрожала всем телом, крепко вцепившись в Чжан Цзяцзяня. Она уже раскрыла рот, чтобы запеть, но он молниеносно зажал ей губы ладонью.
Вэй Иньинь схватила его за руку и начала тихо всхлипывать: «У-у-у…»
http://bllate.org/book/5418/533913
Готово:
