Тан Цзинчжу собрала четверых игроков и впервые выступила перед ними в роли тренера:
— Я внимательно наблюдала за вашими тренировками последние дни — вы проделали отличную работу. Вы уже привыкли к текущему режиму занятий, поэтому я пока не стану ничего менять, чтобы не сбивать вас перед предстоящими соревнованиями. Если возникнет необходимость в корректировках, я постепенно внесу их в планы будущих тренировок. Есть вопросы?
— Нет вопросов! — отозвалась Ли Жуй. — Тренер Тан, расскажите нам о соревнованиях!
Тан Цзинчжу улыбнулась.
— Вы, вероятно, уже участвовали во многих турнирах, так что углубляться в детали не буду, — хотя, честно говоря, сама ещё не до конца разобралась во всех тонкостях. — Давайте сначала поговорим о психологической настройке. Впереди вас ждёт всё больше соревнований. В клубе есть специалист по психологической поддержке, но и вы сами не должны пренебрегать этим аспектом. На исход матча влияет множество факторов, а ваши соперники будут примерно равны вам по уровню, поэтому решающую роль сыграет именно ваше выступление в моменте.
Она снова улыбнулась.
— Полагаю, каждый из вас уже выработал собственный способ настройки. Поделитесь?
— Накануне матча я обычно куда-нибудь выхожу, чтобы расслабиться, — сказал Ши Дунъюй.
Тан Цзинчжу кивнула. Ли Жуй добавила:
— Я устраиваю себе вкусный ужин — ничто так не успокаивает нервы, как хорошая еда. После матча тоже иду поесть, но выбор блюда зависит от результата.
Все засмеялись. Ань Ивэнь сказала:
— Я просто хорошо высыпаюсь. Когда выспишься — волноваться не хочется.
После её слов все перевели взгляд на Сюй Ханьгуана. Ли Жуй поддразнила:
— А вот Сюй Ханьгуан, подозреваю, вообще не знает, что такое волнение.
Сюй Ханьгуан, уже собиравшийся что-то сказать, слегка сжал губы и опустил ресницы. Конечно, он волнуется! Даже самые выдающиеся теннисисты мира испытывают напряжение на корте.
— Накануне матча я выполняю базовые упражнения, — произнёс он.
— Вот это по-твоему! — хлопнул его по плечу Ши Дунъюй. — Иногда мне кажется, что в твоей жизни вообще нет ничего, кроме тенниса.
Сюй Ханьгуан проигнорировал его и обратился к Тан Цзинчжу:
— А как вы сами справлялись с волнением, тренер?
В глазах Тан Цзинчжу мелькнула лёгкая грусть. В том мире, откуда она пришла, она, хоть и не могла овладеть внутренней силой, обожала вызывать на поединки — только по технике, без применения ци. Тогда она мечтала возродить славу клана Тан, чтобы весь Поднебесный знал: клан Тан — один из величайших боевых родов. Пусть даже единственным её достоянием были скрытые метательные снаряды.
Из-за этой цели каждый поединок давался ей с огромным напряжением. А способ справляться с этим был...
— Я пела.
Ответ Тан Цзинчжу всех удивил. Ли Жуй хихикнула и хотела попросить её спеть прямо сейчас, но всё же струсила. Она была общительной и живой, но Тан Цзинчжу — её тренер и кумир, да и знакомы они недолго, так что перебарщивать не стоило.
— Регулировать эмоции до и после матча — это одно, — сказала Тан Цзинчжу, — но на корте такие методы использовать нельзя. Раньше вы участвовали в основном в любительских турнирах: там почти нет зрителей, судейство строится на доверии — без официальных судей, игроки сами решают, был ли мяч в игре, — и в целом атмосфера гораздо спокойнее. Но на турнире U18 почти все участники — профессионалы, и соревнования проходят по строгим правилам. Ощущения на корте будут совсем другими.
Четверо ещё не участвовали в подобных соревнованиях, но все бывали на официальных матчах и понимали: атмосфера там совсем иная, нежели на тренировочных или любительских играх. Они кивнули — волнение и предвкушение боролись в них одновременно.
— У меня есть один маленький секрет, — продолжила Тан Цзинчжу. — Сосредоточьте внимание на чём-то одном. Попробуйте.
— На сопернике? Так ещё больше нервничаешь, — задумался Ши Дунъюй.
— Делайте так, как привыкли. Если раньше не задумывались над этим — попробуйте мой способ: сфокусируйтесь на самом корте. — Тан Цзинчжу подошла к линии корта. — Все теннисные корты примерно одинаковы по размеру, но, по-моему, каждый из них уникален. Попробуйте мысленно разделить корт на множество равных частей. Вот так...
Она провела пальцем в воздухе, словно чертя линии:
— Сначала можно разделить его на десять равных частей по горизонтали и вертикали. В итоге весь корт превратится в сетку из маленьких квадратиков. Это поможет точнее определять точки падения мяча и предугадывать движения соперника.
Ли Жуй изумлённо округлила глаза:
— Тренер, идея, конечно, звучит логично... но кто вообще такое сможет?
Разделить корт — не проблема. Но сделать это без реальных линий, с абсолютной точностью, требует не только глубокого знания корта, но и отличных математических способностей. Даже если удастся — применить это в реальном матче будет чрезвычайно сложно.
Тан Цзинчжу улыбнулась:
— Только тренировками. Повторение рождает мастерство.
У неё не было даже намёка на внутреннюю силу — талант, мягко говоря, был слабоват. Но Тан Цзинчжу не сдавалась. Другие ощущали пространство через ци, а ей приходилось полагаться исключительно на зрение. Из-за этого она много раз проигрывала, но со временем нашла свой путь. Многолетние упражнения позволили ей полностью овладеть техникой скрытых метательных снарядов клана Тан. Без ци она могла дать фору даже самым известным молодым талантам Поднебесного, не говоря уже о прославленных мастерах старшего поколения.
Тан Цзинчжу искренне хотела передать ученикам хоть что-то ценное. В её мире передача знаний от учителя к ученику — священный долг. Особенно учитывая, что таланты у этих четверых действительно неплохие.
Поэтому, хотя она и не ожидала, что кто-то обязательно освоит этот метод, ей было немного обидно, что все так легко отказались от него в пользу более простых решений.
К концу дня тренировки четверо, хоть и чувствовали некоторую неловкость, уже научились не позволять новому, ещё не освоенному методу мешать их игре.
Ведь скоро им предстояло участвовать в молодёжном турнире U18 — первых в этом году серьёзных соревнованиях и их дебюте на таком уровне. Если они не смогут проявить себя, это наверняка скажется на их дальнейшем развитии.
Поэтому, хоть Тан Цзинчжу и не одобряла их выбор, она не стала возражать.
Она повидала в жизни многое и относилась ко всему философски. Ей вспомнилась фраза: «Учитель открывает дверь, но идти дальше — дело ученика». Всё в этом мире зависит от удачи и обстоятельств. Она не скрывала знаний, но если никто не хочет учиться — не стоит настаивать.
После тренировки Тан Цзинчжу проводила учеников, но не стала сразу убирать инвентарь. Взяв ракетку и мячи, она осталась на корте.
Это была её первая настоящая тренировка. Раньше она занималась дома, но ощущения там совсем другие.
Конечно, соперника у неё не было, так что пришлось ограничиться базовыми упражнениями. Но Тан Цзинчжу это не смущало. Объясняя ученикам метод деления корта, она сама почувствовала лёгкое возбуждение.
Понимание — это одно, а практика — совсем другое. Сможет ли она повторить то, что умеет?
И главное — сколько из её прежних навыков сохранилось в новом теле?
Она положила теннисный мяч на ракетку, но не спешила подавать. Вместо этого она внимательно осмотрела весь корт.
Она просила учеников делить корт на десять частей по горизонтали и вертикали. Но к себе она предъявляла куда более строгие требования — сто равных частей! И это лишь потому, что новое тело не проходило тренировок по внешним боевым искусствам и зрение не было специально развито. В прежнем мире она легко делила пространство на пятьсот, а то и на тысячу частей! Ведь площадь теннисного корта — меньше двухсот квадратных метров. Если освоить такой навык, контроль над кортом станет по-настоящему пугающе точным!
Тан Цзинчжу долго смотрела на корт.
http://bllate.org/book/5241/519737
Готово:
