Только теперь Гу Минсин по-настоящему поняла, насколько мучительно было для Цинь Инь всё это время подвергаться всеобщей травле в интернете. Она сама не смела заглядывать в сеть — боялась увидеть, что пишут о ней. Даже на улице прохожие смотрели на неё странными глазами, а некоторые и вовсе кричали ей вслед грубости.
В первый же день, когда Гу Минсин вернулась на работу, она почувствовала, что прежние коллеги смотрят на неё так, будто она какая-то грязь, от которой все стараются держаться подальше. А за обедом в столовой вокруг неё места и вовсе остались пустыми.
Гу Минсин очень хотелось просто исчезнуть — спрятаться в такое место, где её никто не найдёт и никогда больше не увидит. Но её родители уже сидели в тюрьме, и ей крайне необходима была эта работа, чтобы оплачивать свои расходы и медицинские счета. Поэтому она стиснула зубы и терпела.
Однако, едва дождавшись вечера и собираясь уйти домой, она была вызвана к начальнику.
— Вы уволены.
— Что? Уволить меня? — Гу Минсин прикусила губу и слабым голосом попыталась возразить: — Нельзя… вы не можете уволить меня из-за этого…
— Финансовый отдел переведёт зарплату за этот месяц на ваш счёт. Мы уже поступили с вами максимально благородно. Вас привлекли к уголовной ответственности, и мы вправе расторгнуть трудовой договор в любой момент.
— Нам не нужны сотрудники с низкими моральными качествами.
Отвращение в глазах начальника лишило Гу Минсин дара речи. Бледная, как смерть, она вышла из офиса.
На улице, среди шумного потока людей, Гу Минсин почувствовала, что в её будущем нет ни проблеска света — только непроглядная тьма.
Её прекрасная жизнь… кончилась! Всё пропало!
Слёзы, которые она так долго сдерживала, хлынули рекой. Она опустилась на корточки и разрыдалась.
Из её горла вырвались глухие, болезненные стоны. Бесконечное раскаяние почти задушило её.
Она действительно жалела.
Но теперь было слишком поздно.
В течение следующих десятилетий Гу Минсин придётся расплачиваться за свои поступки.
То, чему не научила её Ни Маньвэнь, преподаст ей суровая школа жизни.
—
В то же самое время Чу Шэня, находившегося в офисе, тайно увезли полицейские.
Его обвиняли в уклонении от уплаты налогов, растрате, взяточничестве и организации занятия проституцией.
Поскольку он был из семьи Чу, суд проходил закрыто, без участия общественности.
Чу Шэнь знал, что всё это устроил Чу Чжэн. У него, конечно, были возможности избежать наказания.
Но в итоге он ничего не предпринял.
Потому что понял: Чу Чжэн мстил ему за Цинь Инь.
Чу Шэнь тоже глубоко сожалел о том, что когда-то сотрудничал с Гу Минсин, очерняя Цинь Инь.
Хотя они знали друг друга с детства и он знал, что у неё плохие отношения с семьёй, он никогда не догадывался, что её использовали как живой банк крови и что она столько лет жила в такой боли.
А он ещё и объединился с теми, кто высасывал из неё жизнь… Чу Шэнь готов был убить самого себя за это.
Но было уже слишком поздно — вред, нанесённый Цинь Инь, нельзя было исправить. Единственное, что оставалось Чу Шэню, — отбыть срок и искупить свою вину.
После того как Чу Шэня посадили, Чу Чжэн однажды навестил его. Он молча вошёл, ничего не сказал и лишь оставил ему потрёпанную записную книжку, после чего ушёл.
Чу Шэнь прочитал всего несколько страниц — и сердце его будто пронзили ножом.
[Сегодня мама снова повела меня сдавать кровь. Мне так холодно… Я заболела? Почему меня берут кровь каждые несколько дней? Странно.]
[…Только что я случайно подслушала, как мама с папой говорили в спальне. Оказывается, я родилась лишь ради того, чтобы помочь сестре выжить.]
[Мне так больно… Кто-нибудь, спасите меня.]
[…Сегодня я познакомилась с новым старшим братом! Его зовут Чу Шэнь. Он увидел, что мне плохо, и дал шоколадку. Так вкусно!]
[…Старший брат Чу Шэнь очень добр ко мне. Кажется… кажется, я немного влюбилась в него.]
[Когда мы выросли, старший брат Чу Шэнь почти перестал со мной общаться. Хотелось бы вернуться в детство — когда были только мы двое.]
[…Старший брат Чу Шэнь, любить тебя — так утомительно.]
[Больше не хочу тебя любить.]
Чу Шэнь не помнил, как дочитал эту записную книжку до конца. Ему казалось, что тяжесть чистой, искренней любви, запечатлённой на этих страницах, давит на грудь и лишает дыхания.
Сердце разрывалось от боли, и он забыл, как правильно дышать. В душе царило бескрайнее раскаяние.
Многие мелочи, которые сам Чу Шэнь давно забыл, Цинь Инь бережно сохранила в дневнике — и именно из-за них полюбила его.
Как он мог! Как он посмел так обращаться с девушкой, которая так искренне его любила!
Любовь Цинь Инь была словно самый жаркий пламень на свете — он растопил его душу и унёс с собой сердце.
Ранее вполне терпимая тюремная жизнь вдруг стала невыносимо пустой и ледяной. Чу Шэнь впервые почувствовал, что существование может быть мучением.
Он чувствовал себя лишь оболочкой — каждый день проходил в оцепенении, словно ходячий мертвец.
И самое страшное — на этом свете больше никто не будет любить его так, как любила Цинь Инь.
Его ждали лишь бесконечные муки раскаяния.
Он был словно загнанный зверь в клетке — и вдруг разрыдался навзрыд.
—
Уровень искренности Чу Шэня полностью заполнился в тот момент, когда он получил поддельный дневник, искусно созданный Цинь Инь.
Задание было завершено. А жизнь Гу Миньюэ только начиналась. Цинь Инь решила полностью посвятить себя карьере.
Реклама духов от DL, как только появилась на рынке, мгновенно сделала Цинь Инь знаменитостью мирового масштаба. В том же году её признали первой в списке «100 самых красивых лиц планеты».
Всего за два года она стала одной из ведущих международных моделей. Бесчисленные известные бренды предлагали ей невероятные гонорары, лишь бы заполучить её имя.
Она постоянно мелькала в лучах софитов, и больше всего публику интересовала её личная жизнь.
Хотя Цинь Инь официально не имела парня, всем было известно, что за ней ухаживают как самый молодой лауреат «Оскара» Лу Хуайнань, так и богатейший человек Азии Чу Чжэн.
Однажды на улице, шатаясь и прося подаяния, шла старая нищенка. Перед ней возвышался огромный рекламный щит.
На нём величественная и элегантная Цинь Инь улыбалась прямо ей.
Нищенка вдруг заплакала.
Если бы она тогда приняла другое решение, сейчас она была бы матерью мировой супермодели.
Ошиблась… по-настоящему ошиблась!
Она ошиблась с самого начала.
—
Даже несмотря на то, что тело было восстановлено системой, внутри оно оставалось измождённым. Бесконтрольные переливания крови в детстве нанесли непоправимый урон здоровью, и Цинь Инь прожила в этом мире лишь до пятидесяти лет.
Перед смертью она лежала в постели и сквозь полусон видела, как у её кровати стоят Лу Хуайнань и Чу Чжэн.
Цинь Инь была беззаботной — сразу после завершения задания она отстранила обоих мужчин.
Она знала, что у неё нет сердца, что она не способна полюбить никого и не станет ни для кого останавливаться.
Она сказала им: лучше один раз сильно страдать, чем мучиться долго. Не стоит тратить жизнь на кривое дерево вроде неё.
Лу Хуайнань и Чу Чжэн ничего не ответили — просто продолжали быть рядом с ней.
Так прошло более двадцати лет.
Глядя на их страдальческие лица, Цинь Инь лишь надеялась, что в следующей жизни им больше не суждено встретиться. Но, открыв рот, она так и не смогла произнести последнее слово — сил уже не осталось.
Её глаза медленно закрылись… и больше не открылись.
* * *
Когда Цинь Инь вновь открыла глаза, она уже не была Гу Миньюэ.
В ушах прогремели раскаты грома, а перед глазами хлынул ливень — крупные капли падали с неба, сливаясь в сплошную водяную завесу. Всё вокруг окутал туман, и очертания предметов стали расплывчатыми, неясными.
Сквозь шум дождя и ветра до неё донёсся пронзительный плач.
Цинь Инь увидела вокруг множество людей в чёрном, с чёрными зонтами. Хотя она ещё не получила воспоминаний нового тела, она сразу поняла, где находится.
Она присутствовала на похоронах.
— Госпожа Нин, примите мои соболезнования, — сказал незнакомец, стоявший перед ней, указывая на чёрно-белый портрет покойного.
Цинь Инь моргнула.
Неужели она только что появилась в этом мире — и муж уже умер?
Последующие соболезнования подтверждали её догадку.
В прошлом мире она так и не вышла замуж, а теперь сразу стала вдовой.
Это было по-настоящему иронично.
Осознав своё положение, Цинь Инь немедленно приняла выражение лица, подобающее вдове.
На её лице появилось глубокое горе, глаза моментально покраснели, и слеза, дрожа, скатилась по щеке.
Её чистые, прозрачные глаза наполнились влагой, словно осенние озёра.
Без единой капли косметики, её лицо всё равно сохраняло нежную, девственную красоту — болезненную, как у Си Ши, но даже более трогательную.
Следующим подошёл молодой человек лет двадцати с небольшим. Увидев её в таком состоянии, он сразу покраснел, запинаясь произнёс: «Примите… мои… соболезнования», и не смел поднять на неё глаз.
Ещё немного — и он бы не выдержал и протянул руку, чтобы стереть слёзы с её щёк.
Цинь Инь поблагодарила хрипловатым голосом.
Постояв ещё немного и убедившись, что пока никто не подходит, она нашла подходящий предлог и направилась в дом рядом с местом церемонии.
Ей нужно было уединиться и получить воспоминания нового тела. Иначе, когда придёт её очередь произносить речь, она даже не узнает имени своего «мужа» — и это будет настоящим провалом.
Зайдя в дом, Цинь Инь села на стул в гостиной и начала принимать воспоминания.
Хозяйка этого тела звалась Цяо Цинцю. Ей было всего двадцать семь лет, но она уже пять лет замужем.
То есть она вышла замуж сразу после окончания университета.
Её мужем был тот самый улыбающийся мужчина с чёрно-белого портрета — Нин Цзинсин.
А одной из целей задания был младший брат Нин Цзинсина — Нин Сюйюань.
Вдова… и деверь?
Если бы всё ограничивалось этим, Цяо Цинцю вряд ли можно было бы считать антагонисткой.
Узкие миндалевидные глаза Цинь Инь нахмурились от недоумения. Она продолжила читать воспоминания.
Нин Сюйюань считал, что авария, в которой погиб его брат, не была случайной. Он подозревал, что Цяо Цинцю умышленно организовала убийство ради наследства.
Раньше Нин Сюйюань постоянно жил за границей и редко приезжал в Китай.
Но в прошлом году, совершенно случайно, в аэропорту он стал свидетелем того, как Цяо Цинцю нежно обнималась со своим любовником.
Нин Сюйюань посчитал это личным делом семьи и лишь в частной беседе предупредил брата, после чего уехал обратно за границу.
Однако менее чем через год Нин Цзинсин погиб в автокатастрофе.
Обстоятельства ДТП были крайне подозрительными, и Нин Сюйюань не мог не заподозрить главную выгодоприобретательницу — Цяо Цинцю.
Подозрения его были не беспочвенны: Цяо Цинцю действительно ненавидела Нин Цзинсина.
Ведь он женился на ней не из любви, а потому что она внешне и по характеру напоминала его возлюбленную Шэнь Цинъюй.
Проще говоря, он использовал Цяо Цинцю как замену.
А эта самая Шэнь Цинъюй, между прочим, была бывшей девушкой Нин Сюйюаня.
Цяо Цинцю узнала правду уже после свадьбы. Она рыдала, устраивала скандалы, требовала объяснений. Но после женитьбы Нин Цзинсин сбросил маску доброго и заботливого мужа и показал своё истинное лицо.
Сначала он ещё проявлял некоторую жалость, но со временем стал раздражаться и начал избивать её.
Тот период стал для Цяо Цинцю настоящим кошмаром — на её теле не осталось ни одного целого места.
Постепенно любовь угасла, и Цяо Цинцю возненавидела Нин Цзинсина всей душой.
Но развестись она не могла.
Если бы она развелась, её матери в больнице не хватило бы денег на лечение.
Однако Цяо Цинцю не собиралась мириться с таким положением дел. Она хотела отомстить Нин Цзинсину. Подумав, она нашла себе подходящего мужчину и изменила мужу.
http://bllate.org/book/5174/513750
Готово:
