— Что?! Вэй завела себе парня? — Чэнь Сюн вскочил с дивана, лицо его перекосило от ярости. — Это уж совсем ни в какие ворота! Ученица и ведёт себя как ученица! А тут ещё эти непристойные штучки выкидывает! Быстро зови её домой — я ей устрою взбучку!
Хуа Лифан замялась:
— Но… это же пока ничего не подтверждено…
Чэнь Сюн сверкнул глазами:
— Ты что хочешь сказать? Что Цзиньюй врёт? Я отлично знаю характер Цзиньюй! Если бы дело не было серьёзным, она бы никогда не стала говорить! Звони ей немедленно!
Хуа Лифан встала и пошла звонить Чэнь Кэвэй. Перед тем как выйти, она бросила взгляд на Чэнь Цзиньюй — в глазах её пылала ненависть.
Отец с дочерью отправились в гостиную обедать, за столом царила тёплая и оживлённая атмосфера. Хуа Лифан вернулась после звонка и молча присела к столу, не в силах вставить ни слова.
Едва они поели, как Чэнь Кэвэй уже примчалась домой.
Настроение Чэнь Сюна после обеда заметно улучшилось, и он лишь слегка отчитал дочь: велел хорошо учиться, не подражать «этим непутёвым людям» и не позорить семью Чэнь.
Чэнь Сюн сам малограмотный человек, и в его представлении школа — священное место, где нужно только учиться. Он не знал, что в современных университетах романтические отношения — обычное дело. Поэтому Чэнь Кэвэй решила, что Чэнь Цзиньюй всё рассказала отцу, и затаила на неё ещё большую злобу.
В завершение Чэнь Сюн приказал ей завтра целый день провести дома и хорошенько всё обдумать, никуда не выходить. На этом инцидент сошёл на нет.
А Чэнь Цзиньюй перевела дух: раз Кэвэй теперь дома, значит, не встретится с второстепенным героем. Отлично! Теперь можно спокойно заняться повышением его симпатии.
На следующий день, едва забрезжил рассвет, Чэнь Цзиньюй уже встала и отправилась вместе с Чэнь Сюном на гору Минъян помянуть Ли Сяоминь.
Могила Ли Сяоминь находилась на кладбище горы Минъян. Это кладбище славилось по всему городу А своей запредельной стоимостью: многие жители А-сити шутили, что всю жизнь трудишься, а потом даже на маленький участок под могилу не хватает. Такова была цена этого места. Но дорого — не значит плохо: здесь царили живописные пейзажи, чистый воздух и великолепная энергетика. Ещё давным-давно правительство пригласило знаменитого мастера фэншуй, который подтвердил: это место обладает исключительно благоприятной ци. Именно поэтому богачи всё активнее скупали участки, и цены взлетели до небес.
Чэнь Сюн с Чэнь Цзиньюй доехали до подножия горы, велели водителю ждать внизу и сами поднялись на полгоры с цветами и подношениями.
Чэнь Сюн, редко занимавшийся физкультурой и уже немолодой, быстро запыхался, особенно с тяжёлой корзиной в руках. Чэнь Цзиньюй поддерживала его и забрала ношу себе.
Они то и дело останавливались передохнуть и наконец добрались до могилы. Чэнь Сюн опустился на землю и начал тихо беседовать с Ли Сяоминь, подробно рассказывая обо всём, что произошло за последнее время, и не скупился на похвалу в адрес Чэнь Цзиньюй.
Чэнь Цзиньюй чувствовала неловкость: в оригинальной истории главная героиня вообще не приходила на кладбище — сослалась на занятость в университете, из-за чего Чэнь Сюн сильно разочаровался в ней. Какое может быть важнее дело, чем почтить память собственной матери?
Чэнь Сюн погрузился в воспоминания, и глаза его наполнились слезами.
Они провели на кладбище почти весь день и покинули его лишь под вечер.
Выходя за ворота, Чэнь Цзиньюй сказала отцу, что у неё срочные дела, и попросила разрешения уехать первой. Чэнь Сюн всё ещё пребывал в задумчивости и просто кивнул.
Чэнь Цзиньюй вызвала такси и направилась прямо к месту, где должна была состояться судьбоносная встреча между главной героиней и второстепенным героем. Это был заброшенный завод на окраине. Второстепенный герой, Линь Иксюань, сын одного из членов городского комитета, во время выборов отца подвергся покушению, получил ранение и скрывался именно здесь. Главная героиня случайно нашла его, спасла и заботливо ухаживала за ним в течение болезни. Линь Иксюань с тех пор безответно влюбился в неё. Позже его отец победил на выборах и стал мэром города А. Сам Линь Иксюань до самого конца романа оставался в тени, тайно помогая главной героине и главному герою, так и не женившись и прожив одинокую жизнь.
— Ненавижу таких преданных псов!
Завод находился в крайне глухом месте. Почему главная героиня вообще туда отправилась, Чэнь Цзиньюй не понимала. Может, сработало «сияние героини»? Куда ни ступит — везде удача!
Добравшись до места, она расплатилась с таксистом. Водитель, уезжая, пробурчал:
— Такая красивая девушка, а едет в эту глушь, где ни птица не поёт, ни собака не гавкает… Неужели с головой не дружит?
Чэнь Цзиньюй могла только молча вздохнуть.
Завод был огромным, и она не знала, где именно прячется Линь Иксюань. Пришлось обыскивать цех за цехом. В оригинале главная героиня сразу же находила его, а вот ей, похоже, не везло.
«Сияние героини — мощная вещь!»
Чэнь Цзиньюй выбилась из сил. Только что она карабкалась по горе, не пила воды, а потом сразу села в такси. Жажда и усталость одолевали её.
«Линь Иксюань, появись скорее!»
Внезапно в ушах прозвучал слабый, едва уловимый стон. Она прислушалась — звук исчез, но теперь ориентир был ясен: он где-то рядом.
Наконец в углу третьего с конца цеха она обнаружила его. Он съёжился в кучу, выглядел крайне измождённым и прижимал руку к животу, но кровь всё равно сочилась сквозь пальцы.
Несмотря на тяжёлое ранение и бледность лица, Линь Иксюань сохранял свою природную красоту: спокойный, как нефрит, чистый, словно лунный свет, истинный джентльмен.
Он оставался в сознании, но уже терял связь с реальностью. Кровопотеря была значительной, лицо побелело как мел. Чэнь Цзиньюй заранее подготовилась: принесла лучшие лекарства из дома и изучила в интернете, как правильно наложить повязку и остановить кровотечение. Теперь она действовала уверенно и методично.
Когда всё было сделано, лекарства начали действовать, и кровотечение пошло на убыль. Однако новая проблема встала ребром: как выбраться отсюда? Выходить на улицу было опасно — вдруг убийцы всё ещё рядом? Главная героиня легко увела его, но у неё ведь не было «сияния героини», и рисковать она не смела.
Поразмыслив, Чэнь Цзиньюй решила позвонить Чэнь Сюну и попросить прислать доверенного человека. Главное — чтобы всё осталось в тайне.
К её удивлению, приехал сам Чэнь Сюн.
Увидев распростёртого на полу Линь Иксюаня, он нахмурился:
— Вэй, как ты здесь оказалась? Кто это?
— Папа, сначала спасём его!
Чэнь Сюн вздохнул и приказал своим телохранителям — их было несколько, все опытные бойцы — перенести раненого в машину. Они мгновенно выполнили приказ.
Дома Чэнь Сюн вызвал семейного врача, осмотрел раненого и организовал всё необходимое. Затем он уселся в гостиной и ждал объяснений от дочери, сурово глядя на неё.
Чэнь Цзиньюй замялась, сочинила кучу неправдоподобных историй, но в итоге сумела его убедить.
«Спасать людей — дело непростое!»
Она хотела остаться и ухаживать за Линь Иксюанем, дождаться, пока он придёт в себя. Но Чэнь Сюн решительно воспротивился: как он может допустить, чтобы какой-то посторонний парень ночевал под одной крышей с его драгоценной дочерью? Уже и то хорошо, что спасли его!
Не в силах переубедить отца, Чэнь Цзиньюй покорно ушла. Но вскоре она успокоилась: ведь ей вовсе не обязательно добиваться расположения Линь Иксюаня. Достаточно просто помешать знакомству между ним и главной героиней — и цель достигнута.
Эта мысль заметно облегчила ей душу.
Когда через три дня она наконец смогла выскользнуть из дома и вернуться на завод, его там уже не было. Чэнь Цзиньюй не расстроилась: с таким происхождением Линь Иксюань наверняка найдёт своего спасителя. Оставалось только ждать, когда он сам явится к ней.
Чэнь Цзиньюй переехала обратно в отцовский дом, и Чэнь Кэвэй тоже последовала за ней. Хотя Хуа Лифан и Чэнь Кэвэй постоянно жаловались на неё Чэнь Сюну, их старания были напрасны. Чэнь Сюн, будучи настоящим «дочеряком», становился всё более одержимым своей «драгоценной девочкой», особенно после того как она каждый день стала делать ему массаж плеч и спины. Теперь всё, что делала Чэнь Цзиньюй, казалось ему правильным — даже ошибки она совершала «правильно».
А ещё Чэнь Цзиньюй часто намекала, что ей понадобится огромное приданое. Чэнь Сюн лишь вздыхал: «Дочка выросла, теперь не удержишь!» — и усерднее работал, чтобы накопить побольше денег, которые непременно должны были стать её приданым. Хуа Лифан не имела к ним никакого доступа и могла только злобно кусать губы.
Полгода пролетели незаметно. За это время в городе А произошло несколько значимых событий, и одно из них — избрание Линь Чжэня, отца Линь Иксюаня, мэром города А.
Увидев эту новость, Чэнь Цзиньюй мысленно прокляла Линь Иксюаня: прошло полгода, а он так и не появился! Неужели, раз она не главная героиня, её должны игнорировать?!
«Тебе и впрямь суждено быть верным псом всю жизнь! И умереть в одиночестве!»
Отбросив эти мысли, Чэнь Цзиньюй наслаждалась жизнью: дома всё устраивало, в университете она чувствовала себя свободно и ярко. К тому же общественное мнение сейчас полностью сфокусировалось на Мо Чэне и Чэнь Кэвэй. После скандала у ворот университета репутация Мо Чэня резко упала. Раньше он был «белым конём» кампуса — куда ни шёл, за ним гонялись восторженные девушки. Теперь же все смотрели на него с презрением.
Мо Чэнь не мог с этим смириться и возлагал всю вину на Чэнь Цзиньюй, всё больше её ненавидя и ежедневно замышляя, как бы ей навредить.
И тут Чэнь Кэвэй подкинула ему отличную идею: через две недели будет день рождения Чэнь Цзиньюй — ей исполнится девятнадцать. Отличный повод!
Они тут же сели за разработку плана.
Чэнь Сюн решил устроить грандиозный праздник: он сгорал от нетерпения похвастаться перед всеми своей заботливой и любящей дочкой! Чэнь Цзиньюй растрогалась до слёз и стала ещё внимательнее ухаживать за отцом.
Дни летели, и вот настал день её девятнадцатилетия — тот самый день, с которого в оригинале начинались все беды главной героини.
Для Чэнь Цзиньюй же всё только начиналось.
Спектакль вот-вот начнётся.
День рождения дочери известного застройщика города А, Чэнь Сюна, праздновали в отеле «Дихао» — одном из самых престижных заведений А-сити. Роскошный интерьер, готические своды, хрустальные люстры — всё дышало величием и элегантностью.
На этот вечер в «Дихао» собрались многие влиятельные бизнесмены — все пришли по уважению к Чэнь Сюну, лидеру строительной отрасли города, который за годы работы познакомился чуть ли не со всем деловым сообществом.
Чэнь Цзиньюй надела белое длинное вечернее платье с V-образным вырезом, по краям украшенное мелкими стразами, и подчёркнутое по талии вышитым шёлковым поясом — простое, но изысканное. Её внешность от природы немного кокетлива, но этот наряд придавал ей неземное сияние. Достаточно было ей немного принарядиться — и она могла очаровать весь мир.
Чэнь Кэвэй выбрала чёрное платье с открытыми плечами и лёгкой накидкой, нанесла безупречный макияж. На первый взгляд она выглядела прекрасно, но рядом с Чэнь Цзиньюй меркла, словно дикая птица рядом с лебедем. Ведь истинная элегантность — врождённое качество, которое не купишь ни за какие деньги.
Чэнь Сюн поднялся на сцену:
— Спасибо всем за то, что пришли! Очень ценю ваше внимание ко мне, Чэнь Сюну!
Кто-то из друзей тут же подтрунил:
— Да кто тебя слушает! Мы пришли не ради тебя, старого ворчуна, а ради твоей дочери!
Чэнь Сюн не обиделся, а громко рассмеялся:
— Хотите посмотреть на мою дочь? Так уж и быть, но без подарков не обойдётесь!
В этот момент Чэнь Цзиньюй вышла на сцену и взяла отца под руку:
— Папа, не мучай наших гостей!
Свет софитов озарил её. Она улыбалась — и в этот миг Чэнь Цзиньюй была настоящей принцессой.
Даже привыкшие ко всему гости невольно затаили дыхание, а её искренняя и грациозная речь вызвала всеобщую симпатию.
Чэнь Кэвэй стояла в углу и с ненавистью смотрела, как Чэнь Цзиньюй сияет в центре внимания.
— Всё это должно быть моим! Чэнь Цзиньюй, чем выше ты сейчас взлетишь, тем больнее тебе будет падать! Я сделаю так, что ты пожалеешь о жизни!
Мо Чэнь тоже пришёл — Чэнь Цзиньюй сама отправила ему приглашение. Его отец был членом городского комитета, мать — председателем профсоюза. Вероятно, из-за постоянной занятости родителей Мо Чэнь вырос таким безответственным и эгоистичным.
Обычно власти избегают открытых связей с бизнесменами, чтобы не вызывать подозрений. Но на деле предприниматели часто тайно подкармливают чиновников — все об этом знают, хотя и не афишируют.
Мо Чэнь, движимый ненавистью, пришёл на этот банкет, не подумав о последствиях. Если журналисты его засекут, газеты разнесут новость по всему городу.
http://bllate.org/book/5159/512585
Готово:
