— О, вчера оставил на улице Байхуа, — сказал он, перекинув рюкзак через одно плечо; то плечо, что было ближе к ней, слегка опустилось.
Ли Цзюйлу взглянула на него:
— Разве вы не пошли играть в баскетбол?
— Пошли, — почесал он затылок. — Сыграли пару партий, глянули на часы — ещё рано, зашли на улицу Байхуа перекусить ночью.
На школьном дворе ученики спешили вперёд группами и парами; один парень подпрыгнул, обхватил Ма Сяо за шею и принялся его трепать и дразнить.
Цзюйлу шла, опустив голову, пока наконец не остались только они двое:
— Я вчера ждала твоего звонка.
Ма Сяо чуть замедлил шаг и постарался говорить как можно естественнее:
— Хотел уйти пораньше, но Лян Сюй всё твердил, что голоден, вот и зашли на улицу Байхуа перекусить шашлыками. Разговорились — и совсем забыли про время. — Он посмотрел на неё: — Хотел позвонить тебе, когда вернулся домой, но уже было поздно, побоялся помешать тебе спать.
— Правда? — Её глаза, чёрные и прозрачные, смотрели прямо на него.
— Ага, — Ма Сяо отвёл взгляд и снова почувствовал себя виноватым. — Ты… надеюсь, не очень долго ждала?
После короткой паузы Цзюйлу легко улыбнулась:
— Нет, лёг спать в десять.
— Вот и хорошо, — Ма Сяо невольно перевёл дух.
Они молча прошли ещё немного, и Цзюйлу сменила тему:
— Ма-гэ, в следующую среду твой день рождения.
— Ты помнишь?
— Конечно.
Он поправил лямку рюкзака:
— Так что же ты мне подарить хочешь?
Цзюйлу прикусила губу и улыбнулась:
— Пока секрет. — И спросила: — Куда пойдёшь праздновать? Опять с Лян Сюем и компанией?
— Тебе он не нравится?
Цзюйлу покрутила пакетик с завтраком и нарочито беззаботно ответила:
— Нет, что ты.
— Он, вообще-то, не плохой, просто немного глуповат. А там посмотрим…
Они говорили, поднимаясь по ступенькам.
Внезапно плечо Цзюйлу резко заболело — она инстинктивно обернулась и увидела, как кто-то дёрнул её за прядь волос с другой стороны, заставив голову наклониться.
Лян Сюй подскочил сзади и, как водится, запросто положил руку ей на плечо:
— О чём болтаете?
Цзюйлу слегка нахмурилась — Лян Сюй, похоже, считал её парнем, потому что ударил так сильно, что плечо заныло.
Она резко дёрнула плечом, но он прилип, будто пластырь, и не отставал.
Два высоких парня зажали Ли Цзюйлу между собой.
— Полегче, — Ма Сяо оттолкнул руку Лян Сюя. — У неё же хрупкое телосложение, ты её раздавишь!
— Эй, ты слишком много себе позволяешь! — весело отозвался Лян Сюй.
На самом деле никто не знал об их отношениях. Неизвестно почему, но перед посторонними они оба старались быть сдержанными и внимательными к своим словам и жестам. Даже Лян Сюй, который постоянно крутился рядом с Ма Сяо, ничего не заподозрил, поэтому и вёл себя так бесцеремонно.
Он подбородком указал:
— Так о чём вы там шептались?
Они вошли в школьное здание. У входа стоял завуч Цзян с заложенными за спину руками и проверяла, у кого нет бейджа.
Ма Сяо тихо произнёс:
— Обсуждали, куда пойдём веселиться в среду.
— В среду? У тебя день рождения?
Он кивнул.
— Тогда обязательно надо отпраздновать как следует! Сначала поужинаем где-нибудь, поболтаем, а потом можно спеть в караоке или сыграть ещё пару партий…
Цзюйлу поняла, что теперь эти двое заговорят надолго, и ей места не найдётся. Она чуть ускорила шаг. Сзади Лян Сюй всё громче и громче возбуждённо распевал.
Когда она уже почти дошла до класса, пакетик с завтраком внезапно исчез из её руки.
Лян Сюй оскалил зубы:
— Это кому куплено? Пахнет так вкусно!
Цзюйлу с трудом сдержала гримасу:
— Я ещё не завтракала.
— Как раз! Я тоже не ел. — Он сразу же сунул руку в пакет, вытащил булочку и откусил. — Считай, что худеешь. Девчонки ведь все боятся поправиться?
Лян Сюй тщательно прожевал, наклонился и стал разглядывать начинку. Нахмурившись, он целиком засунул булочку себе в рот:
— Держи. Слишком пресная.
Цзюйлу чуть не лопнула от злости, но усилием воли сдержала вспышку:
— Ладно. — Она повернулась и направилась к своему месту.
Лян Сюй:
— Ну, спасибо тогда.
Цзюйлу улыбнулась, чувствуя, что вот-вот достигнет предела терпения.
Но Лян Сюй ничего не заметил и, покачивая головой, словно получил огромную выгоду, вернулся на своё место.
Цзюйлу яростно скрипнула зубами, громко хлопнув учебником о парту, и зловеще подумала: «Рано или поздно зашью ему этот противный рот».
Первая половина дня пролетела незаметно. Второй урок во второй половине дня был физкультура.
Только что мёртвый класс ожил с первым звонком — мальчишки разбросали вещи повсюду, переоделись в футболки и кроссовки и бросились на стадион.
На уроках физкультуры для девочек в выпускном классе действовали послабления: после переклички и объяснения заданий они могли заниматься чем угодно, но возвращаться в класс запрещалось. Это было новое правило школы, чтобы выпускники хоть немного отдыхали.
Как только учитель скомандовал «расходитесь», Цзюйлу быстро направилась к ларьку у общежития. Она купила две бутылки минеральной воды и, не совсем понимая почему, добавила к покупке тюбик клея «Момент».
Выходя, она увидела, как одноклассники уже заняли свои позиции на поле. Все они были фанатами «Милана», особенно Ма Сяо, который почти фанатично обожал Мальдини.
По всему стадиону мелькали футболки в чёрно-красную полоску, и среди них Ма Сяо, несомненно, выделялся больше всех.
Цзюйлу постояла у края поля несколько минут. Он бежал по ветру, махнул рукой в противоположную от неё сторону. Цзюйлу последовала за его взглядом — Мо Кэянь стояла вместе с двумя девочками, уголки губ приподняты, что-то обсуждали.
Футбольный мяч как раз покатился к ногам Ма Сяо. Он одной ногой остановил его, эффектно развернулся — и наконец заметил Ли Цзюйлу. На секунду он словно замер, а затем тоже помахал ей.
Из-за этой секундной паузы мяч перехватил соперник.
С поля сразу же раздался хохот и насмешки.
Цзюйлу отошла в сторону, прошла ещё метров десять и села на траву у ограды стадиона.
Сзади находился школьный бассейн, но сейчас он был закрыт железной решёткой, и пройти туда было невозможно. За решёткой росло большое дерево, и его тень идеально защищала от палящего солнца. Цзюйлу прислонилась к стволу и открыла бутылку воды.
На поле игра кипела. Через десять минут Лян Сюй, весь в поту, сошёл с поля и направился прямо к ней.
Она и ожидала этого. Внутри у неё зазвенел тревожный звонок.
Когда она покупала клей, она даже не думала о последствиях — просто злость с утра никак не выходила, и ей хотелось отомстить.
Поэтому она перестала думать, открыла тюбик и выдавила клей вокруг горлышка бутылки с водой.
— Нужно держать в секрете?
Голос, чистый и чуть хрипловатый, с лёгкой ленцой в конце фразы.
Цзюйлу вздрогнула, как от удара током, и рука дрогнула — клей вылился наполовину, прозрачная жидкость потекла по резьбе горлышка.
Она торопливо подняла голову. За решёткой, прислонившись к стволу дерева, стоял парень и с улыбкой смотрел на неё.
— Кто он такой, что так тебя рассердил? — кивнул он подбородком.
Цзюйлу невольно встала, глядя навстречу солнцу:
— Это ты? — На этот раз она узнала его — это был тот самый «розовый плавки» с прошлой ночи.
— Узнала?
Цзюйлу не успела ответить — она быстро оглянулась в сторону, откуда бежал Лян Сюй, приложила палец к губам и тихо «ш-ш» показала Чи Цзяню.
Мягкий звук долетел до него. Чи Цзянь приподнял бровь, повторил её жест — приложил палец к своим губам и чуть кивнул, давая понять, что они на одной стороне.
Лян Сюй, как ураган, подлетел к Цзюйлу:
— Ма Сяо, этот чёртов упрямец, играет как одержимый! Ты видела, как он весь матч носился?
Он сразу же вырвал у неё бутылку с водой.
Цзюйлу уставилась на бутылку в его руке и на миг захотела вырвать её обратно.
Но не успела она ничего сделать, как Лян Сюй запрокинул голову, прижал губы к горлышку и сделал несколько больших глотков. Проглотив половину, он вдруг почувствовал что-то неладное, нахмурился и, не сдержав силы, резко опустил бутылку.
— Что за вкус… а-а-а!
Цзюйлу судорожно втянула воздух и тут же пожалела.
Он прикрыл губы рукой, а когда опустил её — вся ладонь была в крови.
Лян Сюй широко раскрыл глаза и с недоверием уставился на Ли Цзюйлу:
— Ты… ты… ты… — Он не мог вымолвить ни слова.
Цзюйлу машинально стала оправдываться:
— Это не я… — Но сама поняла, насколько глупо это звучит. Она вздохнула и решила молчать. Достав из кармана салфетку, она встала на цыпочки и осторожно приложила её к его нижней губе.
Это ещё больше его ошеломило — Лян Сюй даже покраснел.
На несколько секунд воздух застыл. С поля кто-то крикнул ему.
— Сейчас! — Лян Сюй громко ответил, обернулся и посмотрел на Цзюйлу. Он казался очень подавленным и пробормотал: — Здесь только мы двое… Если не ты, то кто же ещё?
Цзюйлу не знала, что сказать.
— Лян Сюй.
Лян Сюй поднял голову и только теперь заметил, что у дерева стоит ещё кто-то.
— Цзянь-гэ! — удивился он.
Чи Цзянь вышел вперёд:
— Это просто шутка.
— … Это ты?
Чи Цзянь приподнял уголки губ и кивнул. Когда он улыбался, его передние зубы слегка касались нижней губы, и он выглядел чертовски дерзко.
Лян Сюй, к всеобщему изумлению, явно облегчённо выдохнул. Он не рассердился, а, наоборот, прикрыв салфеткой губу, рассмеялся:
— Я и думал, что она бы так со мной не поступила! Серьёзно, сколько кожи оторвалось бы! Цзянь-гэ, ты слишком коварен.
Он швырнул бутылку в Чи Цзяня.
Горлышко ударило в решётку, и капли воды, сверкая на солнце, прочертили дугу в воздухе. Чи Цзянь стоял, засунув руки в карманы, и, вытянув руку, ловко уклонился — большая часть брызг попала ему на спину.
Лян Сюй сделал пару шагов вперёд:
— Пришёл поплавать?
Тот кивнул:
— Вышел на улицу — увидел, что у вас физкультура.
— Ага, играем в футбол. — Он вдруг вспомнил: — Погоди-ка! Вы что, знакомы?
За решёткой Чи Цзянь и Ли Цзюйлу переглянулись, но никто не ответил.
С поля снова раздались крики и ругань в адрес Лян Сюя. Он нетерпеливо крикнул в ответ, повернулся к Чи Цзяню:
— Цзянь-гэ, позже зайду к тебе в магазин, поговорим. — Затем на секунду замялся и попросил у Цзюйлу ещё одну салфетку: — Прости, что обвинил тебя.
Лян Сюй убежал, оставив на земле окровавленную салфетку.
— Вы знакомы?
— Лулу?
Они почти одновременно заговорили.
Цзюйлу замолчала. Чи Цзянь снова назвал:
— Лулу? — Его взгляд остановился на её лице. — Я слышал, как вас так зовёт завуч Цзян.
— …
— Как твоё полное имя?
Цзюйлу не ответила:
— Раз вы знакомы, почему смотрели, как я его подставляю?
— Хотел услышать, как ты потом будешь объясняться.
— … — Лицо Цзюйлу непроизвольно вспыхнуло. Она поклялась себе, что это была импульсивная и незрелая месть, которая не только не произвела нужного эффекта, но и чуть не вышла из-под контроля.
Если бы «розовые плавки» не появились, она и представить не могла, как объяснилась бы с Лян Сюем.
Цзюйлу спросила:
— Тогда почему помог?
Он лёгким движением языка щёлкнул по зубам:
— Просто не смог устоять.
Цзюйлу на несколько секунд замерла. Она подняла глаза — это был их самый близкий контакт. Он был очень высоким, фигура крепче, чем у сверстников, с узкими глазами, короткими и редкими ресницами, но с прямым и высоким носом.
Цзюйлу не нравилась линия его губ — даже лёгкая улыбка невольно притягивала взгляды. В нём чувствовалась излишняя самоуверенность и наглость.
Она спросила:
— Почему не смог устоять?
Чи Цзянь слегка приподнял подбородок, удивлённый её прямотой, и на мгновение растерялся, не зная, что ответить. Его взгляд скользнул по её лицу. Она казалась очень хрупкой — маленький носик, маленькие губки, большие глаза с чистым взглядом. Но у него возникло странное ощущение: за этой кротостью скрывается стальная воля, и она не так проста, как кажется.
Чи Цзянь ответил коротко:
— Боялся, что тебе будет неловко.
— Ты ещё не сказал мне, как тебя зовут, — добавил он.
Она опустила голову, носком туфли водя по земле. В этот момент с поля раздался свисток. Цзюйлу обернулась:
— Мне пора собираться.
Чи Цзянь тоже поднял глаза:
— Ладно, тогда до встречи.
Цзюйлу подняла с земли вторую, нетронутую бутылку воды, прошла несколько шагов и обернулась:
— Когда ты пойдёшь к бабушке? Я верну тебе очки для плавания.
Чи Цзянь всё ещё стоял на месте. Их взгляды встретились.
— Ничего страшного, не торопись, — сказал он.
День рождения Ма Сяо настал в дождливый день.
На перемене они стояли у входа в учебный корпус и смотрели, как с карнизов стекают водяные струи. Воздух внезапно стал влажным и холодным, и при разговоре изо рта вырывался белый пар.
Такая погода, конечно, немного испортила настроение перед запланированным праздником.
К вечеру дождь не утих, и вечерние занятия отменили. Школьники разошлись, а стулья в классах были перевёрнуты вверх ногами.
Из второго класса пришли Чжао Хуэй с компанией, да ещё и из третьего — целая толпа высыпалась за школьные ворота.
Школа находилась недалеко от улицы Байхуа. Несколько парней, у которых были машины, повезли девочек, а те, в свою очередь, держали над ними зонтики.
http://bllate.org/book/4965/495473
Готово:
