Как только Юэ Цяньлинь подумала, что всё то, что она так тщательно скрывала от Гу Сюня — каждый стыдливый момент, каждое глупое признание, — он услышал дословно, ей захотелось провалиться сквозь землю и навсегда запереться в какой-нибудь норе.
Из-за этого на следующее утро она проснулась с тяжёлой, будто ватной головой и решила провести весь день в добровольном затворничестве.
Даже заказать еду с доставкой не осмелилась — вдруг на лестнице снова столкнётся с Гу Сюнем лицом к лицу и напомнит ему о своих глупых, влюблённых фантазиях.
Вместо этого она просто сварила немного замороженных полуфабрикатов и так перекусила трижды за день.
Остальное время провела, укутавшись в маленькое одеяло и уткнувшись в компьютер, играя в игры. Даже в телефон не заглянула.
Лишь вечером, получив звонок от мамы, ей пришлось наконец взглянуть на экран.
Днём Пшеничка в групповом чате громко звал поиграть, несколько раз упомянул её, но, не дождавшись реакции, сбор игры так и не состоялся.
Увы, от понедельника не убежишь, как ни прячься.
В понедельник Юэ Цяньлинь вынуждена была выйти на работу.
Она встала в половине восьмого, быстро собралась и поспешила покинуть это проклятое место.
Когда она пришла в офис, охранник на первом этаже только начинал смену, а в лифте почти никого не было.
Пройдя до своего рабочего места без встреч с кем-либо знакомым, Юэ Цяньлинь наконец выдохнула с облегчением.
Хотя в игровой компании постоянно кто-то работал всю ночь, и в офисе всегда находились люди, её раннее появление не выглядело слишком странным.
Она поставила сумку и немного прилегла на стол. Вдруг кто-то лёгкой рукой похлопал её по плечу.
— Почему ты сегодня так рано пришла?
Юэ Цяньлинь подняла голову. Перед ней стояла Хуан Цзе с двумя стаканчиками кофе в руках.
— Соседи делают ремонт, не спится. Решила прийти пораньше.
— Кто вообще делает ремонт ранним утром? Это можно пожаловаться в жилинспекцию!
Юэ Цяньлинь вяло кивнула. Хуан Цзе протянула ей один из стаканчиков.
— Спасибо.
Юэ Цяньлинь подумала, что Хуан Цзе купила кофе для неё, и сделала глоток.
— Только что встретила Гу Сюня внизу, — сказала Хуан Цзе. — Он угостил меня кофе и велел передать тебе тоже. Вот, твой любимый американо со льдом.
Холодный напиток только коснулся языка, как в тот же миг она узнала, что кофе от Гу Сюня. Юэ Цяньлинь поперхнулась и начала судорожно кашлять, согнувшись пополам.
— Что случилось?!
Хуан Цзе поспешила похлопать её по спине, а потом вдруг хитро усмехнулась:
— Неужели так удивилась?
Откашлявшись, Юэ Цяньлинь вытерла рот салфеткой и тихо пробормотала:
— Нет, просто месячные скоро начнутся, нельзя пить холодное.
Хуан Цзе всё поняла:
— А, тогда пей что-нибудь тёплое.
Но тот огромный стаканчик кофе стоял прямо перед Юэ Цяньлинь, и она постоянно ловила его краем глаза. Он словно преследовал её, напоминая о том, о чём она так хотела забыть.
Рядом как раз лежал маркер. Юэ Цяньлинь несколько секунд пристально смотрела на стаканчик, потом взяла ручку и нарисовала на нём живописную большую черепаху.
Прошло целое утро, но Юэ Цяньлинь так и не притронулась к кофе.
Коллеги пошли обедать, но из-за жары ей не хотелось двигаться, поэтому она просто заказала доставку.
Когда зазвонил телефон с курьером, её взгляд снова упал на тот кофе.
Лёд уже растаял, жидкость приобрела неравномерный светло-коричневый оттенок, расслоилась, и на дне образовался осадок.
Пить его было совершенно невозможно.
Юэ Цяньлинь подумала немного и взяла стакан, направляясь к выходу.
Дойдя до лифта, она огляделась и заметила мусорное ведро прямо за спиной.
Тогда она развернулась и подошла к урне, несколько секунд задумчиво глядя на нарисованную черепаху.
Потом покачала головой и решительно швырнула кофе внутрь.
«Бум!» — раздался глухой звук.
Но её меткость оставляла желать лучшего: стаканчик ударился о край урны, и несколько капель брызнули прямо на её одежду.
— Тьфу! — раздражённо цыкнула она, вытирая пятно салфеткой.
Скомкав салфетку, она швырнула её обратно в урну и обернулась — и вдруг встретилась взглядом с Гу Сюнем.
Лифт уже открылся, но, поскольку никто не входил, двери начали медленно закрываться.
Внутри стояло полно людей, места не было, а Гу Сюнь стоял прямо впереди.
Он пристально смотрел на Юэ Цяньлинь. Их взгляды встретились в воздухе, вызвав лёгкую рябь.
Но прежде чем Юэ Цяньлинь успела что-то осознать, Гу Сюнь перевёл взгляд на мусорное ведро за её спиной.
Помолчав пару секунд, он плотно сжал губы и, прежде чем его глаза окончательно потемнели от обиды, опустил взгляд и больше не смотрел на неё.
Двери лифта медленно закрылись, и он исчез из её поля зрения.
Неизвестно почему, но именно этот взгляд Гу Сюня заставил Юэ Цяньлинь почувствовать лёгкое головокружение. Сердце и горло будто сжались.
Она осталась стоять на месте, не решаясь подойти ближе.
Лишь когда следующий лифт прибыл и из него вышли люди, она словно очнулась и поспешила внутрь.
Весь остаток дня прошёл в усердной работе.
Ровно в половине седьмого Юэ Цяньлинь оказалась единственной, кто полностью завершил все задачи.
Собрав вещи, она вежливо попрощалась с Инь Цинь и собралась уходить.
Хуан Цзе вдруг окликнула её:
— Подожди меня немного! Я сейчас закончу, поужинаем вместе?
Юэ Цяньлинь взглянула на часы и наклонилась, шепнув ей на ухо:
— Мне нужно наверх.
— Наверх? — Хуан Цзе на секунду задумалась и вдруг поняла: — Ты идёшь в Девятый отдел?
Юэ Цяньлинь кивнула.
В прошлую пятницу, договорившись с Вэй Ханем, она уже рассказала об этом Хуан Цзе.
Та тогда решила, что Юэ Цяньлинь сама себе создаёт проблемы, жертвуя свободным временем впустую.
Но, увидев её радостное лицо, ничего не сказала.
Когда Юэ Цяньлинь ушла, Инь Цинь постучала мышкой и будто между делом спросила:
— Она идёт в Девятый отдел? Зачем?
— Да ни за чем, — ответила Хуан Цзе, почесав лоб ручкой. Ей не хотелось выкладывать всё Инь Цинь, поэтому она бросила: — Просто навестить друга.
— О-о-о, — протянула Инь Цинь. — У неё, оказывается, широкие связи.
В Девятом отделе не было жёсткого графика работы, и многие сотрудники почти жили в офисе.
Но в это время большинство ушли обедать, и Юэ Цяньлинь, направляясь к кабинету Вэй Ханя, так и не встретила Гу Сюня.
Вэй Хань как раз ел доставленный обед. Увидев её, он попросил немного подождать, быстро доел и, одновременно отправляя сообщение о собрании, повёл её в конференц-зал.
Они только уселись, как один за другим начали входить художники по концепт-арту, 3D-модельеры и гейм-дизайнеры.
Некоторые лица Юэ Цяньлинь видела впервые, другие казались знакомыми. Все просто поздоровались, и Вэй Хань указал на молодого человека:
— Ачжэн, начнёшь ты?
Су Чжэн был гейм-дизайнером Девятого отдела. Услышав обращение, он включил проектор и начал выступление.
Работа над концепт-артом Сигрид всё ещё застопорилась. Команда уже испробовала бесчисленные подходы к этому боссу, но ни один не принёс удовлетворительного результата. Все прежние идеи теперь образовывали лабиринт, из которого невозможно было выбраться.
Но для Юэ Цяньлинь, впервые пришедшей сюда, этого лабиринта не существовало.
Она помнила лишь первоначальную концепцию Сигрид и рассуждала, исходя из неё.
Хотя многие её идеи были сырыми, они словно вернули команду на несколько месяцев назад — к самому началу создания Сигрид.
Коллеги время от времени мягко поправляли её, когда она неверно интерпретировала образ Сигрид, и в этом процессе сами вспоминали свои изначальные замыслы.
Мысленные оковы, наложенные прежними неудачными попытками, постепенно ослабевали по мере возвращения к истокам. В итоге все почувствовали, будто провели глубокую чистку разума.
Хотя теперь перед ними зияла пустота, в ней ощущался безграничный потенциал.
Вэй Хань глубоко вздохнул — именно поэтому ему так срочно был нужен подходящий новичок.
Четыре часа пролетели незаметно. Вэй Хань говорил до хрипоты, но усталости не чувствовал.
Заметив, что уже поздно, он выключил ноутбук и сказал:
— Все идите отдыхать.
Подумав, добавил:
— Цяньлинь, если у тебя появятся идеи, можешь сразу обсудить их с Ачжэном.
Юэ Цяньлинь улыбнулась Су Чжэну:
— Хорошо, дизайнер Су.
Последний раз она так остро ощущала радость от разработки игр ещё на кампусных собеседованиях, когда участвовала в групповых дискуссиях.
— Не надо так официально, — махнул рукой Су Чжэн. — Зови просто Ачжэном.
Встреча завершилась. Покидая офис, Су Чжэн и Юэ Цяньлинь шли к лифту бок о бок.
За время обсуждения их взгляды так часто совпадали, что, несмотря на первую встречу, они будто давно были партнёрами. Даже выйдя из зала, Су Чжэн продолжал оживлённо развивать тему:
— На самом деле я уже предлагал попробовать стиль Ктулху, но… мы уже столько раз рисовали Сигрид, что, как ни крути, всё равно возвращаемся к старым шаблонам…
Он вдруг оборвал фразу на полуслове и поздоровался с кем-то рядом:
— Гу Сюнь, уходишь?
У Юэ Цяньлинь непроизвольно напряглись нервы.
Гу Сюнь стоял рядом с ними, появившись незаметно. Он смотрел на двери лифта, будто не замечая их.
— Спускаюсь за кофе.
Су Чжэн привык к нестандартному графику разработчиков и не стал расспрашивать.
А Юэ Цяньлинь, услышав слово «кофе», вспомнила выброшенный днём стаканчик и тот… почти обиженный взгляд Гу Сюня.
Она опустила глаза на пятнышко кофе на одежде и пробормотала:
— Кто ночью пьёт кофе? Спать вообще собираешься?
Неожиданно, несмотря на Су Чжэна между ними, Гу Сюнь услышал каждое её слово.
Она всё ещё за него переживает.
Значит, не так уж и безжалостна.
Гу Сюнь едва заметно улыбнулся, глядя прямо перед собой:
— Кофе на меня не действует как бодрящее средство.
Юэ Цяньлинь приподняла бровь и повернулась к нему.
— Тогда зачем…
Гу Сюнь тоже посмотрел на неё, его взгляд пересёкся с её глазами поверх плеча Су Чжэна.
— Просто нравится.
Его прямой, немигающий взгляд заставил Юэ Цяньлинь почувствовать, что за этими словами скрывается что-то большее.
Но она не могла понять что.
К счастью, в этот момент открылись двери лифта, и она тут же отвела глаза, первой шагнув внутрь.
За короткое время спуска Су Чжэн не упустил возможности и продолжил разговор с Юэ Цяньлинь, пока лифт не остановился на первом этаже.
Только Юэ Цяньлинь и Гу Сюнь вышли наружу, а Су Чжэн направился в подземный паркинг.
Пройдя пару шагов, Юэ Цяньлинь вдруг остановилась и обернулась:
— Ачжэн!
Гу Сюнь, шедший рядом, тоже резко замер.
А…чжэн?
Ачжэн?!
Он повернул голову к Юэ Цяньлинь, но она даже не заметила его взгляда. Подбежав к лифту, она достала телефон и сказала Су Чжэну:
— Давай добавимся в вичат, чтобы я могла сразу писать тебе, если вдруг появятся идеи.
Услышав слово «вичат», Гу Сюнь вспомнил, что до сих пор числится в её чёрном списке, и ухо будто укололо иглой.
Он пристально смотрел на неё, но Юэ Цяньлинь этого не замечала. Добавив Су Чжэна в друзья, она тут же занялась переименованием контакта и, не глядя в его сторону, прошла мимо.
Вернувшись в здание HC Entertainment с кофе, Гу Сюнь всё ещё слышал в ушах это «Ачжэн».
Даже когда они были ближе всего, Юэ Цяньлинь никогда не называла его так ласково.
А этого Су Чжэна она знает всего несколько часов?
Чем больше он думал об этом, тем смешнее становилось.
Через полчаса телефон завибрировал несколько раз.
Пшеничка, у которого были каникулы, целыми днями валялся без дела и ночью не спал, а днём не просыпался. Сейчас он снова спрашивал в чате, не найдётся ли желающих поиграть.
[Верблюд]: Я не пойду, завтра на работу.
[Верблюд]: Спроси у неё @Нянька-Цяньлинь
[Пшеничка]: Она, наверное, занята. Целый день не отвечала.
Она не занята.
Гу Сюнь с досадой подумал, что она просто не хочет с ними разговаривать.
Но через несколько минут:
[Пшеничка]: Нянька-Цяньлинь снова пошла в двойку с кем-то другим QAQ
Взгляд Гу Сюня мгновенно стал острым. Почувствовав интуитивный зов, он тут же открыл игру.
В списке друзей слева Юэ Цяньлинь действительно значилась как «в игре».
И Су Чжэн тоже был онлайн.
Шестое чувство подсказывало Гу Сюню, что они играют вдвоём.
Но он упрямо не верил и всё же нажал кнопку «наблюдать за игрой».
http://bllate.org/book/4930/493083
Готово:
