Как первое шоу, построенное вокруг малоизвестных стажёров, проект, несмотря на внушительные вложения на старте, всё же оставался пробой пера на рынке: шансы на успех были ровно пятьдесят на пятьдесят. Никто не мог с уверенностью предсказать будущее этого шоу или гарантировать его развитие. Такие проекты, каким бы громким ни был ажиотаж вокруг них на начальном этапе, неизбежно подвергаются суровому отбору со стороны зрителей. Поэтому столь бурная реакция фанатов ещё на этапе рекламной кампании стала отличным стартом для программы.
Ведь в первый же день запуска официального сайта общее количество голосов превысило миллион.
Разумеется, режиссёр не стал приписывать весь этот успех исключительно себе. Он немедленно связался с Цзи Чжао, чтобы и тот увидел первые результаты их совместных усилий.
Однако для Цзи Чжао важнее всего оказался рейтинг, отображавшийся на сайте.
Он пролистал мимо тех стажёров, чьи имена уже начали обретать популярность, и сразу же нашёл позицию Шэнь Яньмань.
В тот момент Цзи Чжао ехал в машине на место съёмок. Связь была крайне нестабильной. Он зашёл на личную страницу Шэнь Яньмань, но вместо контента увидел лишь пустой экран. С какого-то момента его нервы натянулись до предела: он нервно постукивал ногой по мягкому коврику на полу автомобиля и даже несколько раз швырнул телефон в раздражении. Но база съёмок «Стань девушкой-звездой» находилась далеко за городом, и по пути приходилось проезжать через несколько тоннелей, где сигнал пропадал полностью. Лишь когда автомобиль приблизился к зоне, специально оборудованной продюсерами для стабильного интернета, на пустой странице наконец начал медленно загружаться миниатюрный аватар Шэнь Яньмань.
Цзи Чжао смотрел на её искреннюю улыбку на промо-фото и невольно сравнивал её с тем серьёзным, напряжённым выражением лица, которое он так хорошо помнил.
Шэнь Яньмань отдавала всю свою страсть идее стать идолом. В обычной жизни заставить её улыбнуться ему стоило огромных усилий.
Она всегда была замкнутой, будто постоянно держала в себе какие-то тайны. Чтобы увидеть её мягкость, яркие глаза и настоящую улыбку, нужно было постепенно, с терпением раскрывать эту оболочку. Цзи Чжао однажды сумел это сделать, но позже всё же не смог уберечь её от череды недоразумений и конфликтов, которые заставили её вновь наглухо запереть своё сердце. Когда они встретились снова, в её поведении осталась лишь отстранённость и настороженность. Это было нехорошо.
Цзи Чжао бросил взгляд на водителя — своего менеджера, который сопровождал его в бесконечных поездках по графикам. Даже самый выносливый человек устал бы от такого ритма, а вождение требует полной сосредоточенности. Поэтому менеджер так и не заметил, чем занят Цзи Чжао. Но тот знал: ему нужно быть особенно осторожным.
Если компания узнает, что он специально следит за Шэнь Яньмань, это пойдёт на пользу никому.
Цзи Чжао приглушил звук на телефоне и запустил видео на её странице.
Это был очень старательный танец — неловкий, но искренний. Возможно, он не был особенно зрелищным, но любой, кто уделил бы ему внимание, не мог не почувствовать ту честность, с которой Шэнь Яньмань отдавалась движению.
В этом мире умение нравиться, конечно, важно, но зачастую люди тянутся именно к чему-то настоящему, к тем, кто не притворяется.
Палец Цзи Чжао скользнул по лицу Шэнь Яньмань на экране.
За все эти годы в ней ничего не изменилось: она по-прежнему не умела сдаваться, всегда поднималась после падений и упрямо шла к своей цели. Как однажды сказала о ней Су Чжи, Шэнь Яньмань всегда была жестока к себе. Если желаемое можно было достичь упорным трудом, она считала это хорошим знаком.
Сейчас, вероятно, всё обстояло точно так же.
В глазах Цзи Чжао промелькнуло несвойственное ему выражение — робость и нежность, словно он вновь оказался в студенческие годы. Он лениво брёл по улице, когда его вдруг остановил незнакомец и спросил, не хочет ли он стать звездой. Тот говорил красиво, рисуя перед ним все мечты, о которых может грезить юноша его возраста. Но Цзи Чжао не слышал ни слова. Его взгляд следовал за девушкой вдалеке: высокий хвост, чёткие линии профиля, прямая осанка. Её губы были цвета вишнёвого желе, как в книжках, а всё лицо сияло золотистым светом в лучах солнца. Он смотрел, как она вошла в здание за спиной у незнакомца.
— Это ваша компания?
Мужчина кивнул, и Цзи Чжао взял его визитку.
Это был их первый взгляд друг на друга.
Такое похоже на прекрасный сон юности — мимолётный, недолгий, и мало кто станет вспоминать о нём всю жизнь. Но та, кого звали Шэнь Яньмань, снова и снова помогала Цзи Чжао возводить хрупкие стены его мечтаний и веры.
И потому этот сон становился всё яснее, обрастал деталями, и в этом сочетании прекрасного начала и жестокой реальности она по-прежнему заставляла его сердце биться быстрее.
Шэнь Яньмань была слишком хороша. В глазах Цзи Чжао не существовало причины, по которой он мог бы отвести от неё взгляд.
Пусть даже будет трудно — на этот раз он встанет за её спиной.
Он больше не уйдёт.
Цзи Чжао потрогал нос, будто собираясь с невероятным мужеством, и пролистал страницу вниз.
Двадцатое место.
Ни высокое, ни низкое — для Шэнь Яньмань, уже имеющей определённую медийную известность и опыт выступлений, такой рейтинг был далёк от идеала.
Но у неё ещё оставались шансы подняться выше.
В тот момент Цзи Чжао ещё не знал, кто станет исполнителем главной партии в тематической песне. Он думал: если Шэнь Яньмань получит эту позицию, её положение кардинально изменится.
Но всё оказалось напрасным, как вода в решете.
Теперь Цзи Чжао стоял в студии, и усталость, которую он едва сдерживал, вновь накатила с новой силой, стоит лишь увидеть Шэнь Яньмань.
Он ничего не мог сделать. И она, скорее всего, не хотела бы, чтобы он что-то делал.
Поэтому он мог лишь смотреть, как она снова и снова упускает то, о чём мечтает.
Впервые Цзи Чжао почувствовал себя совершенно бессильным.
Су Чжи, заметив в глазах Цзи Чжао явную растерянность, сразу поняла: рейтинг Шэнь Яньмань явно не из лучших.
Она крепко зажмурилась, а затем снова перевела взгляд на сцену.
Там никогда не было недостатка в юных, энергичных девушках. Даже если эту группу отсеют, на смену им тут же придут другие.
В этом вечном законе индустрии Шэнь Яньмань казалась особенно хрупкой и жалкой.
Этот мир слишком суров: если не повезёт — не повезёт. Всё решает удача.
А у Шэнь Яньмань в жизни всегда не хватало именно этого — удачи.
— Как думаешь, сможет ли она дебютировать?
После окончания съёмок Су Чжи остановила Цзи Чжао в гримёрке, прежде чем он успел уехать на следующую локацию.
Цзи Чжао пристально посмотрел на неё. В его тёмных глазах что-то зрело.
— Независимо от того, состоится дебют или нет, я сделаю всё, что в моих силах.
Его слова звучали загадочно, но Су Чжи не успела расспросить — Цзи Чжао уже исчез из виду, спеша по расписанию.
— Этот человек…
Су Чжи невольно улыбнулась, глядя на его удаляющуюся спину, покачала головой и вздохнула.
*
На следующее утро по радио в общежитии заиграла тематическая песня — свежая версия, записанная стажёрами прошлой ночью после съёмок клипа.
Но девушки, ещё не проснувшиеся, даже не заметили, что мелодия изменилась. Их тела уже инстинктивно повторяли движения под ритм.
Шэнь Яньмань заставила себя встать с кровати, наспех натянула обувь и лишь потом потянулась, чтобы разбудить Дай Янь, спавшую над ней.
Та, словно бескостное существо, извивалась на кровати, но никак не могла сесть.
— Быстрее…
Голос Шэнь Яньмань был тихим и мягким, в нём не было ни капли угрозы. Поэтому Дай Янь лишь что-то промычала и снова уткнулась в подушку.
Шэнь Яньмань, чей разум уже начал проясняться, вдруг вспомнила: вчера перед сном продюсеры чётко заявили, что сегодня — день отдыха для стажёров, и никаких заданий не запланировано. Сейчас просто транслируется тематическая песня, но вставать никто не обязан.
Поняв это, Шэнь Яньмань тут же рухнула обратно на кровать, даже не сняв обувь, и снова заснула.
Неизвестно, на каком круге повтора песня, уже превратившейся в колыбельную, музыка вдруг оборвалась. В эфире раздался женский голос:
— Доброе утро, стажёры! Это ваш PD на сегодня — Сюй Неин.
Услышав это имя, Шэнь Яньмань мгновенно распахнула глаза и подскочила с кровати, будто её ударило током.
И она была не одна: из других комнат тоже донеслись возгласы удивления и восторга.
Кто такая Сюй Неин? Нынешняя капитан группы Sunlife, а также автор текстов и композитор части их песен — признанная в индустрии талантливая девушка.
Но даже если забыть обо всех этих заслугах, одного лишь факта, что она участница Sunlife, было достаточно, чтобы вызвать восторг у всех стажёров шоу.
Вот насколько щедры продюсеры: и Цзи Чжао, и Sunlife — одни из самых дорогих артистов агентства Минъян — были приглашены сюда.
Действительно не пожалели средств.
— Надеюсь, вам понравился наш утренний звонок. Если вы уже проснулись, пожалуйста, как можно скорее приходите в кинозал. Я буду ждать вас там.
После этих слов в эфире на секунду раздался шум, и передача завершилась.
За эту одну секунду большинство стажёров окончательно проснулись. Желая поскорее увидеть Сюй Неин, многие даже не стали наносить макияж — схватили маски и бросились бежать, не обращая внимания ни на камеры, расставленные повсюду, ни на спутанные волосы, в которых, казалось, можно было свить гнездо.
Но для Шэнь Яньмань появление Сюй Неин стало не радостью, а настоящим испытанием.
Что ей сказать, увидев её?
Как себя вести?
Радоваться — фальшиво, не радоваться — выглядит мелочно. Она словно деревянная кукла позволила Дай Янь увести себя в кинозал. Она не смотрела на Сюй Неин, и та не смотрела на неё, но обе прекрасно знали: они находятся в одном пространстве. Просто сейчас уже не время и не место для приветствий.
На самом деле Сюй Неин хотела избежать встречи с Шэнь Яньмань даже больше, чем та — с ней.
Ведь обе прекрасно помнили, что натворила Цзи Вэйтун. Снаружи это называли слухами, но для однокомандниц всё было предельно ясно.
Они, как и Шэнь Яньмань, годами пробивались сквозь тьму, не видя конца. Они прекрасно понимали, какой удар она пережила, когда её внезапно заменили, и как из-за прихода Цзи Вэйтун пришлось полностью менять вектор развития группы.
Но как простые артистки, чьи судьбы зависят от чужой воли, они даже не имели права открыто заступаться за Шэнь Яньмань. Им нечего было предложить в качестве компенсации.
— По-моему, тебе просто не везёт, — сказала Дай Янь, усаживая Шэнь Яньмань в угол зала. Они сидели, обхватив колени, и в их позах чувствовалась какая-то безысходность.
— И я так думаю, — неожиданно откровенно ответила Шэнь Яньмань. С Дай Янь она могла позволить себе немного пошутить.
— Если так пойдёт и дальше, боюсь, скоро сюда пригласят всю группу Sunlife.
Дай Янь не шутила без причины. Шэнь Яньмань же почувствовала, как по спине пробежал холодок: сначала Цзи Чжао, потом Су Чжи, теперь Сюй Неин… Кто знает, не появится ли следующей Цзи Вэйтун?
Один за другим артисты Минъяна появлялись здесь, и Шэнь Яньмань чувствовала себя всё более униженной.
— Ты что, сейчас заплачешь?
Выражение лица Шэнь Яньмань было настолько унылым, что Дай Янь испугалась. Она тут же пересела так, чтобы закрыть от подруги хотя бы треть лица Сюй Неин.
— Всё в порядке, не надо так, — сказала Шэнь Яньмань. Она была благодарна Дай Янь за заботу, но проблема была не в Сюй Неин. Сегодняшнее появление — всего лишь напоминание.
http://bllate.org/book/4897/490868
Готово:
