Она действительно не знала, что придёт на съёмки этого шоу с фиктивным браком? Он не мог сказать наверняка. В конце концов, она актриса. Но за всё время их общения взгляд, которым она смотрела на него, казался взглядом обычного партнёра по работе — разве что изредка в нём мелькала лёгкая влюблённость. И эта влюблённость ему нравилась. Что ж, давай дружить. Им ведь предстоит долгое сотрудничество.
Он зашёл в «Вэйбо», нашёл стикер с милой собачкой Чжан Мэна и отправил ей. Девушки обычно обожают таких щенков — верно?
Шэнь Шуяо думала, что разговор с Лу Цзинмо на этом закончился, но тут же пришло ещё одно сообщение. Она открыла его и фыркнула от смеха. Откуда-то ей показалось, что эта собачка немного похожа на него самого.
«?» — написала она. — Зачем ты мне это прислал?
«Милая, правда?» — ответил он и тут же отправил ещё один стикер: щенок с жалобными глазами.
Шэнь Шуяо чуть не свалилась со стула от хохота. Если на первом стикере собачка лишь отдалённо напоминала его, то на этом — точная копия! Не заметив, как, она уже совсем забыла о своей унылости.
«Супермилый», — написала она. Прямо как ты.
Через экран два взрослых человека, как дети, болтали обо всём на свете.
*
Стоя у входа в кинотеатр, Шэнь Шуяо наконец поняла, почему Лу Цзинмо назвал это место «секретом».
Всё потому, что это был частный кинотеатр его собственной семьи.
Лу Цзинмо и его брат Лу Цзинъянь жили вместе: первый этаж занимал Цзинъянь, второй — Цзинмо. Зная, как брат любит кино, Цзинъянь оборудовал на втором этаже домашний кинотеатр, чтобы тот мог смотреть фильмы в любое время.
«Вот это… богатство…» — молча подумала Шэнь Шуяо, стоя у двери. Она тоже обожала кино, но максимум, что позволяла себе, — домашний проектор.
— Хочешь попкорн? Карамельный или сливочный? — Лу Цзинмо держал коробку с ещё не взорвавшейся кукурузой.
— Э-э… — Шэнь Шуяо хотела сказать «нет»: она вообще не любила есть во время просмотра, а попкорн делает пальцы липкими, что ей казалось крайне неприятным. Но, вспомнив, что он любит сладкое, всё же ответила: — Карамельный.
— Какой фильм посмотрим? — В прокате сейчас так много интересного. Шэнь Шуяо очень хотела посмотреть недавно получившую «Оскар» картину, но раз уж Лу Цзинмо пригласил её, пусть выбирает он. Она всегда сможет сходить на неё позже с Пэн Юнь.
— «Ла-Ла Ленд», как насчёт него? — Лу Цзинмо положил кукурузу в микроволновку.
Глаза Шэнь Шуяо загорелись:
— Отлично! Я как раз хотела его посмотреть!
Из микроволновки начал доноситься сладкий аромат попкорна, и вскоре вся комната наполнилась насыщенным запахом карамели.
*
Фильм, который они смотрели, — тот самый, за который главная актриса недавно получила «Оскар». Шэнь Шуяо очень любила эту актрису и старалась не пропускать ни одного её фильма.
Картина рассказывала историю девушки, мечтавшей стать актрисой. На своём пути она встречает мужчину, который поддерживает её, и в итоге они влюбляются друг в друга. Благодаря его поддержке героиня увольняется с работы в кофейне и полностью посвящает себя мечте. В то же время герой, чтобы прокормить семью, отказывается от любимого джаза и начинает играть коммерческую музыку — и неожиданно становится знаменитым. Выбрав разные дороги, они постепенно отдаляются друг от друга.
Этот фильм обладал особой магией. Когда он закончился, Шэнь Шуяо долго не могла вернуться в реальность.
Тот самый финальный взгляд — полный любви и прощения — вызвал в ней одновременно тепло и грусть. Встретить в жизни человека, которого любишь, и прожить с ним до старости… Для неё это казалось почти чудом.
Рядом Лу Цзинмо хрустел оставшимся попкорном. Увидев, что она всё ещё в прострации, он протянул ей коробку:
— Хочешь?
Шэнь Шуяо медленно пришла в себя и покачала головой. Ей нужно ещё немного времени.
— Я не совсем понимаю, — сказал Лу Цзинмо, включая свет и снова садясь рядом. — В последней сцене ведь ясно, что они всё ещё любят друг друга. Такое расставание — слишком жаль.
— Но любви недостаточно, чтобы быть вместе, — тихо ответила Шэнь Шуяо. — Любить легко, а жить вместе — сложно. Многие пары расстаются не потому, что перестали любить.
— А ты веришь в любовь? — неожиданно спросил Лу Цзинмо, и его глаза блеснули.
Шэнь Шуяо посмотрела в его сияющие глаза. Любовь… Она вспомнила своих родителей. Разве они не были когда-то влюблёнными? Но что же превратило их чувства в раздражение и яростные ссоры?
— Я верю в любовь, — сказала она. — Но верю и в то, что любовь может умереть.
Лу Цзинмо выглядел удивлённым. В его прекрасных глазах читалось: «Как такая юная девушка может думать подобное?»
— Тебя… сильно ранила любовь? — спросил он. — Поэтому ты считаешь, что любовь может умереть… Наверное, тебя очень глубоко задели.
Шэнь Шуяо усмехнулась. Наверное, он вырос в семье, где родители любили друг друга, и поэтому так верит в прекрасную любовь.
— Да нет же! Я вообще никогда не встречалась с парнями. Просто такие взгляды сами собой складываются, пока растёшь. Ладно, хватит об этом. Давай лучше выберем ещё один фильм. Может, что-нибудь постарше?
Не зная почему, услышав, что она никогда не была в отношениях, Лу Цзинмо почувствовал лёгкую радость. И, довольный собой, пошёл выбирать следующий фильм.
— Какой жанр предпочитаешь? — Он открыл каталог фильмов.
Шэнь Шуяо увидела на экране старинную обложку: двое сидят на ветвях огромного дерева, на фоне заката видны лишь их силуэты. Она помнила этот фильм — смотрела его ещё в школе. Сюжет почти забыт, но точно помнит: было очень интересно.
— Третий, — указала она на обложку.
Лу Цзинмо нажал «воспроизвести», выключил свет и вернулся на своё место.
Вторым фильмом оказался «Вспышка гениальности». Два человека, никогда не бывших в отношениях, смотрели его и чувствовали себя так, будто их самих только что изрядно помучили.
Это была очень нежная и чистая история. Герой был настолько красив, что Шэнь Шуяо постоянно ловила себя на желании сделать скриншот. Фильм показывал, как мальчик и девочка по-разному воспринимают чувства и влюблённость.
После просмотра Лу Цзинмо выглядел счастливым.
— Почему ты так рад? — спросила Шэнь Шуяо.
— Я люблю романтические фильмы с хорошим концом, — ответил он.
Шэнь Шуяо улыбнулась:
— Я тоже.
Теперь удивился Лу Цзинмо:
— Но ты же говоришь, что любовь может умереть. Почему тогда тебе нравятся счастливые финалы?
Шэнь Шуяо лишь улыбнулась в ответ. Потому что в реальности таких финалов почти не бывает. Встретить настоящую любовь — уже чудо. Поэтому так хочется верить в счастливые концы.
Автор говорит: С сегодняшнего дня возобновляю регулярные обновления~
*
Перед выходом шоу в эфир нужно было снять рекламные фотосессии.
В реалити-шоу «Давай поженимся!» участвовали три пары. Первая — модель Ли Чэньлэй и актриса Цинь Итин. Ли Чэньлэй уже известен в модельных кругах, но широкой публике его имя ничего не говорит: люди замечают красивых моделей на рекламных плакатах, но редко интересуются их личностями. А вот актёрская карьера открывает гораздо больше возможностей: стоит сыграть удачную роль — и зрители сами начнут искать информацию об актёре. Поскольку модельный бизнес — дело молодости, многие модели стремятся перейти в кино. А участие в популярном шоу — отличный способ набрать первых фанатов перед дебютом в кино.
Цинь Итин стала известной благодаря нескольким веб-сериалам, но их аудитория всё же меньше, чем у телевизионных проектов. Поэтому она тоже согласилась на шоу, чтобы расширить свою популярность.
Вторая пара — популярный ведущий развлекательных шоу Сюй Цзюньцзян и певица Ло Мэнцзяо, выпустившая несколько альбомов и считающаяся «маленькой дивой» индустрии.
Только пара Шэнь Шуяо и Лу Цзинмо держалась в секрете. Продюсеры шоу намеренно не раскрывали их имён, чтобы подогреть интерес зрителей. Ранее, чтобы создать ажиотаж, команда шоу даже соврала Шэнь Шуяо, что она участвует в другом проекте, — это тоже было частью пиара. Так что зрители с нетерпением гадали, кто же третья пара.
Фотосессию решили провести после съёмок первых двух выпусков: к тому времени участники уже немного привыкнут друг к другу. Ведь оба — актёры, и совместные кадры должны передавать химию пары.
Съёмки рекламных фото назначили на день до официального старта проекта. Когда Лу Цзинмо пришёл в студию, Шэнь Шуяо уже переоделась и сидела у зеркала, пока визажист завивал ей волосы.
— Доброе утро! — весело поздоровалась она, отлично выспавшись накануне.
— Доброе, — ответил Лу Цзинмо, тоже полный энергии.
Шэнь Шуяо наблюдала, как ему делают макияж. У него была безупречная кожа, почти не требовавшая тонального крема, но, поскольку он был очень светлокожим, визажист всё же нанёс немного тёмной пудры. «Ну и везёт же ему…» — подумала она с лёгкой завистью.
Достав телефон, она незаметно сделала ему фото.
Лу Цзинмо, прищурившись под кистью визажиста, заметил, как она открыто «фотографирует» его, но не обратил внимания. Привык уже к тому, что фанаты его снимают. Хотя как прямой мужчина он так и не понимал, зачем девушкам столько фотографий в телефоне — разве не мешает такой беспорядок?
После переодевания началась съёмка.
Для передачи идеи «пары» их одели в одинаковые наряды.
Лу Цзинмо надел чёрный костюм, белую рубашку и галстук бордового цвета. Шэнь Шуяо — платье-футляр того же оттенка с тонким поясом и туфли-лодочки на десятисантиметровом каблуке.
Раньше Шэнь Шуяо никогда не снималась в подобных «парных» фотосессиях. Когда фотограф попросил их естественно позировать, она растерялась. Хотя они уже поужинали вместе и посмотрели два фильма, слишком близкие жесты всё ещё вызывали у неё смущение.
Лу Цзинмо, снявший не один сериал, сразу понял её состояние. Он мягко притянул её к себе, обхватив талию, и прошептал:
— Представь, что снимаешь сцену. Не нервничай.
Как профессиональная актриса, Шэнь Шуяо мгновенно «включилась»: увидев объектив, она автоматически улыбнулась. Первую часть съёмки провели стоя.
После нескольких кадров они пошли переодеваться во второй образ.
На этот раз — домашний. Макияж сделали более лёгким, чтобы передать атмосферу молодожёнов в быту.
Когда Шэнь Шуяо вышла в пижаме, она увидела, что реквизитом служит кровать. Лу Цзинмо уже полулежал на ней, а стилист поправлял складки на его одежде.
Сжав зубы, Шэнь Шуяо всё же забралась на кровать и легла рядом.
Даже Лу Цзинмо, несмотря на опыт, никогда не снимался в постели с девушкой.
Фотограф с интересом наблюдал, как оба лежат на удобной кровати, но выглядят так, будто их сковали по рукам и ногам.
— Давайте естественнее! Вы же молодожёны! Такая скованность совсем не подходит для домашней атмосферы.
Они попытались расслабиться, но безуспешно.
На улице уже приближался Чуньцзе, в студии не включали кондиционер. Оба были в тонких шёлковых пижамах, но, несмотря на прохладу, у обоих выступил лёгкий пот.
Фотограф, видя, что они всё ещё держатся на расстоянии, чётко дал указание:
— Невеста — в объятия жениха. Жених — обнимает невесту.
Шэнь Шуяо посмотрела на Лу Цзинмо. Именно потому, что они уже немного сблизились, сейчас было особенно неловко.
Лу Цзинмо, лёжа у изголовья, смотрел в потолок, не зная, куда деть руки. Услышав указание фотографа, он тут же перевёл взгляд на Шэнь Шуяо — и увидел, что она смотрит на него.
Оба покраснели, но тут же расхохотались. Смех мгновенно разрядил обстановку — лучше уж смеяться, чем молча краснеть.
Шэнь Шуяо перебралась ближе и, следуя указаниям, прижалась головой к его груди.
Она почувствовала, как он слегка дрогнул. Её ухо прижималось прямо к его сердцу, и она отчётливо слышала: «Тук-тук-тук… Тук-тук-тук…» Её собственное сердце заколотилось в унисон.
http://bllate.org/book/4786/478074
Готово:
