Фу Сян молчал. Его лицо слегка побледнело от неловкости, и он не спешил отзываться на обращение Ши Нянь — не из-за самого обращения, а… из-за…
игровых монет!.. Ему… было немного стыдно…
— Сколько у нас осталось монет? — спросила Ши Нянь.
— Пятьдесят с лишним… — ответил Фу Сян.
Ши Нянь поджала губы:
— А сколько мы тогда выиграли плюшевых игрушек?
Лицо Фу Сяна покрылось лёгким румянцем. Он нервно постучал пальцем по круглой кнопке джойстика и только спустя долгую паузу пробормотал:
— Пять…
Ши Нянь промолчала.
Когда Ши Нянь вернулась домой, Фу Сян нес шесть плюшевых игрушек — последнюю из них он выиграл, потратив последнюю оставшуюся монету.
Фу Сян выглядел мрачновато, а Ши Нянь изо всех сил сдерживала смех.
Она вспомнила его пафосное заявление у входа в игровой зал. Ши Нянь снова сжала губы — она и правда не хотела смеяться, но… не могла удержаться! Пришлось крепко стиснуть зубы.
В тот самый миг, когда Фу Сян поставил игрушки на диван, он вспомнил своё высокопарное обещание: «Сегодня, боюсь, дома не хватит места».
— Пхах!.. — Ши Нянь тоже вспомнила эту фразу и не выдержала.
Фу Сян как раз пытался справиться со смущением, но Ши Нянь тут же перевела разговор:
— Мне пора в кондитерскую… А ты?
У Фу Сяна были дела. Он взял ключи от машины, отвёз Ши Нянь в кондитерскую, а затем направился в компанию.
Едва он переступил порог офиса, как раздался звонок. Фу Сян поднёс трубку к уху, и в ней раздался голос Чэнь Лэя:
— Брат Сян… Я отменил за тебя все твои шоу на ближайшее время, а также те передачи, о которых ты говорил на завтра.
Фу Сян равнодушно кивнул:
— Обсудим на месте.
Чэнь Лэй только что положил трубку, как за его спиной открылась стеклянная дверь и вошёл Фу Сян.
Чэнь Лэй тут же вскочил с дивана и поддразнил:
— О, так ты наконец-то выбрался из объятий любимой?
С тех пор как Чэнь Лэй привёз Фу Сяну одежду, он больше не видел его лично — только по телефону, когда тот давал указания.
Фу Сян усмехнулся:
— Да ладно тебе, несёшь чушь.
Чэнь Лэй промолчал.
Он вдруг вспомнил что-то и рассмеялся:
— Вчера Вэй-ниань звонил мне! Уморился просто — говорит, что раскаивается и просит тебя пощадить его.
Фу Сян холодно фыркнул:
— Даже не проси. Дважды унизил меня перед Ши Нянь! Кто вообще сможет простить такое?!
А ведь речь идёт о моей возлюбленной!
Ни за что на свете!
Чэнь Лэй взглянул на выражение лица Фу Сяна и, опасаясь, что их «пластиковая дружба» обернётся для него самим неприятностями, быстро добавил:
— Ну и правильно! Ему и впрямь досталось!
Фу Сян прошёл внутрь и опустился в своё кресло. Несколько дней подряд он не занимался делами — всё время проводил с Ши Нянь и даже забыл, что у него есть компания и обязанности.
Влюблённый дурачок…
При мысли об этом слове «влюблённость» уголки его губ непроизвольно приподнялись.
В кабинете за его спиной простиралось огромное панорамное окно. С этой высоты открывался вид на город, уже озарённый вечерними огнями, полный шума и суеты.
Под ярким светом офисных ламп Фу Сян перелистывал бумаги. Последние дни он вёл себя слишком необычно: отказался от участия в шоу, заявив, что хочет полностью посвятить себя кино. Чэнь Лэй ему не верил. По его мнению, вот это и был настоящий Фу Сян.
За всё время, что он был рядом с ним, чаще всего видел, как тот, закончив съёмки, возвращался в этот небоскрёб, чтобы управлять компанией — часто засиживался до глубокой ночи и редко ходил на светские мероприятия.
Возможно… есть такие люди, которым всё даётся легко. Фу Сян — именно такой. Даже если бы он не родился в семье, где стартовая точка других — это финишная черта, он всё равно сумел бы пробиться и завоевать себе место под солнцем в этом хаотичном мире.
В том числе и эту компанию — он построил её с нуля, не взяв у родителей ни копейки, начав с одного маленького офиса.
Иногда Чэнь Лэю было по-настоящему жаль Фу Сяна: тот постоянно работал до поздней ночи, не имел ни возлюбленной, ни даже подруг. Но стоило ему увидеть, как Фу Сян заключает очередную сделку на сумму, которую он сам не заработает за всю жизнь, как Чэнь Лэй тут же поворачивался и, прячась в углу, горько рыдал.
Фу Сян, расслабившись на мгновение, поднял глаза и увидел, как Чэнь Лэй то плачет, то смеётся.
— Что с тобой? Опять отец деньги просит? — нахмурился он.
Отец Чэнь Лэя был заядлым игроком и постоянно требовал у сына деньги. Как только Чэнь Лэй получал зарплату, она тут же уходила.
Фу Сян, решив, что так и есть, недовольно нахмурился:
— Я же говорил — не давай ему! Если у тебя не будет денег, он всё равно не станет тебя жалеть…
Он покачал головой, вспомнив об отце Чэнь Лэя, и перевёл ему десять тысяч.
— Пока хватит. Если понадобится ещё — скажи.
Чэнь Лэй только сейчас пришёл в себя. В этот момент на экране телефона появилось уведомление — Фу Сян снова перевёл ему десять тысяч. За эти годы Фу Сян помогал ему не раз. От одной мысли об этом у Чэнь Лэя навернулись слёзы.
Раньше он не придавал этому значения, но, глядя на историю переводов, вдруг почувствовал, как всё изменилось.
Чэнь Лэй крепко сжал телефон, горло пересохло. Фу Сян цокнул языком:
— Ты чего? Взрослый мужик, а нюни распустил?
Но Чэнь Лэй действительно плакал. Когда он только приехал в Цинши, ничего не знал и работал младшим ассистентом у прежнего менеджера Фу Сяна, подавая чай и выполняя мелкие поручения. Потом менеджер уехал домой, и Фу Сян просто попросил его кое-что сделать — так Чэнь Лэй и остался рядом. Со временем Фу Сян всё видел, но никогда не отворачивался — помогал ему много раз.
Чэнь Лэй сглотнул ком в горле:
— Нет… Он звонил мне, но я ему не дал денег…
На этот раз Фу Сян удивился и улыбнулся:
— Наконец-то мозги включил? Я же тебе говорил — это бездонная яма. Никогда не знаешь, сколько нужно в неё вбросить.
Чэнь Лэй вытер слёзы:
— Ладно… Хватит об этом. Теперь я сам коплю на квартиру. Машина у меня уже есть — осталось только жильё.
Фу Сян промолчал.
Чэнь Лэй, всё ещё с красными глазами, не удержался и придумал новую авантюру:
— А что, если я снова заключу пари? Выиграю у них квартиру — как с машиной!
Фу Сян опустил глаза, медленно вывел на бумаге имя «Ши Нянь», затем поднял взгляд и посмотрел на Чэнь Лэя так, будто тот — законченный идиот. Лёгкая усмешка скользнула по его губам:
— Ха… Ты думаешь, после того как они проиграли тебе машину, они ещё раз поставят на карту квартиру?
Чэнь Лэй почувствовал себя неловко под этим взглядом — будто Фу Сян полностью разгадал его замысел.
Фу Сян взглянул на часы — уже десять вечера.
Он на мгновение замер, держа ручку, и набрал номер.
В это время Сюй Минхуа показывал старику Ши свою студию звукозаписи. Два старика нашли общий язык и теперь весело гуляли по городу, уплетая острую мисо-лапшу и уличные закуски.
Когда зазвонил телефон Фу Сяна, Сюй Минхуа как раз с удовольствием ел шашлычки.
— Алло? — ответил он, поднеся трубку к уху.
Фу Сян постукивал пальцами по столу — ритмичный стук напоминал музыку. Казалось, он даже сквозь телефон услышал шум улицы.
— Ещё гуляете? — спросил он.
Сюй Минхуа взглянул на старика Ши, который уплетал грибы эноки, и кивнул:
— Ага. Приедешь?
Фу Сян посмотрел на часы — времени как раз хватало.
— Давай адрес.
Он приехал по координатам из WeChat, протолкавшись сквозь толпу и минуя улицы, пропитанные запахом жареного. Наконец он нашёл старика Ши и Сюй Минхуа.
То, что Сюй Минхуа носил тёмные очки, Фу Сян ещё мог понять — маску не наденешь, а вот почему в очках и старик Ши?
Фу Сян усмехнулся и подошёл:
— Дедушка, дядя Сюй.
Старик Ши удивлённо воскликнул:
— А? Ты как сюда попал?
Фу Сян бросил взгляд на Сюй Минхуа, и тот едва заметно покачал головой. Фу Сян сразу понял: Сюй Минхуа ещё не рассказал старику, что они знакомы.
Он сел за столик:
— Забираю вас домой. Уже поздно, небезопасно.
Старик Ши замялся, оба старика переглянулись. Фу Сян, улыбаясь, спросил:
— Что-то задумали?
Старик Ши теребил пальцы:
— Я… хочу переночевать у Минхуа.
Фу Сян: «!!»
Подружились? Нет! Стало быть, побратимы?
— Дедушка… Вы серьёзно? — переспросил он.
Старик Ши энергично закивал:
— Минхуа сказал, что может дать мне гостевую комнату.
Фу Сян: — Ну…
Старик Ши: — Не бойся за Нянь-нянь! Она меня не осудит!
Фу Сян мысленно фыркнул: «Если я тебе ещё раз поверю, пусть имя моего отца Фу Яньфу читается задом наперёд!»
Старик Ши многозначительно поднял подбородок: «Понял, да?»
— Ладно… — сдался Фу Сян. — Раз вы так уверены, кто я такой, чтобы спорить?
Он отвёз обоих домой, а сам вернулся в дом Ши Нянь. Взглянув на сад, он уже привык к её распорядку: сейчас садовая лампочка не горела, значит, Ши Нянь ещё не вернулась.
Он достал телефон и набрал её номер.
Ши Нянь сидела за столиком с Чэнь Хуэй и Тайшан Лаоцзюнем, уплетая шашлычки, когда вдруг зазвонил телефон. Увидев имя Фу Сяна, она ахнула:
— Ой! Забыла сказать… Я ещё не дома. Пароль от двери — 0101.
— Где ты? — спросил Фу Сян.
— А? Ну… — Ши Нянь огляделась. Они просто шли по улице и зашли в первую попавшуюся закусочную, так что она не запомнила название. В этот момент Чэнь Хуэй показала ей на экране телефона надпись.
— На улице Гусян, — сказала Ши Нянь.
Фу Сян на мгновение замер. Какое совпадение — дедушка и дядя Сюй только что были там же.
— Жди меня…
Они не стали класть трубки. Фу Сян слышал, как она просит продавца добавить ещё шашлычков, как ругает жадного до еды Тайшан Лаоцзюня и говорит:
— Это для Фу Сяна… Он любит баклажаны.
Рука Фу Сяна, сжимавшая руль, на мгновение замерла, а уголки губ невольно приподнялись. Он действительно любил баклажаны — неудивительно, что Ши Нянь так часто их готовила.
Он резко нажал на газ, и машина помчалась вперёд.
Ждать пришлось недолго — вскоре Фу Сян уже стоял у их столика. Ши Нянь, увидев весь этот беспорядок на столе, смутилась.
— Э-э… Все решили устроить мне прощальный ужин, — неловко пояснила она. — Завтра я уезжаю на съёмки.
Фу Сян нахмурился:
— Почему… прощальный… ужин?
— Да ладно тебе! — махнула она рукой. — В съёмочной группе говорят, что надо худеть перед съёмками. Я же главная героиня — должна хорошо смотреться в кадре!
Фу Сян впервые нахмурился на неё серьёзно:
— Ни в коем случае! Не смей худеть!
Трое за столом промолчали.
Ши Нянь улыбнулась, глядя на его обеспокоенное лицо:
— Ладно-ладно, не буду. Давай лучше поедим — завтра рано вылет.
Они заказали ещё немного шашлыков. Фу Сян расплатился. Чэнь Хуэй и Ши Нянь шли впереди, Фу Сян и Тайшан Лаоцзюнь — позади. Все четверо двигались вместе, и Фу Сян по-прежнему носил тёмные очки и кепку.
Ши Нянь вдруг обернулась:
— А ты… когда едешь на съёмки?
Она чувствовала себя неуютно без знакомых лиц, а с Фу Сяном было спокойнее. Неосознанно она уже начала зависеть от него в этой поездке.
Фу Сян стоял позади неё. Услышав вопрос, он чуть приподнял уголки глаз и еле заметно улыбнулся:
— Пока не решил.
Ши Нянь вспомнила, что он очень занят, и не стала настаивать. Дома она передала Фу Сяну слова старика Ши.
Ши Нянь зевнула — завтра ранний вылет, и она еле держалась на ногах.
— Пусть остаётся, — сказала она. — Мужчина в возрасте — сам решает.
Она направилась в свою комнату. Фу Сян остановился у двери и, освещённый светом коридора, посмотрел на неё. Его губы тронула улыбка, голос стал тише:
— Я… сегодня не останусь. Поехал домой.
— Хорошо. Осторожнее — вдруг фанаты подкарауливают, — сказала Ши Нянь.
Фу Сян смотрел, как дверь закрывается, и в груди вдруг разлилось тёплое чувство удовлетворения.
http://bllate.org/book/4609/464660
Готово:
