Только когда Сун Шукай скрылся за дверями лифта, он уставился на табло с номерами этажей и пробормотал:
— Этот человек кажется мне чертовски знакомым…
Проводив Сун Шукая и Цяо Кэ, Сун Шубай зевнула и уже собралась вернуться в комнату, чтобы доспать. Но, заглянув в расписание на телефоне, обнаружила, что после обеда ей всё же нужно ехать в компанию, и решила заглянуть в кафе — выпить кофе и взбодриться.
Перед выходом она отправила Ли Мо сообщение и, напевая себе под нос, направилась в своё любимое кафе.
Это заведение работало уже много лет и никогда не меняло местоположения.
Сун Шубай вошла, заказала привычный кофе и устроилась на своём обычном месте у окна.
Через несколько минут кофе принесли. Чашку подавала пара невероятно красивых рук. У Сун Шубай, страдавшей настоящей манией красивых рук, сердце ёкнуло, и она невольно подняла глаза — перед ней оказалось лицо, чистое и свежее, словно родниковая вода.
Она широко распахнула глаза:
— Сяоши?!
— Не ожидал, что это действительно ты, — внезапно улыбнулся тот, кого она назвала «сяоши», и его улыбка была подобна весеннему бризу. — Уже подумал, не ошибся ли я… Как дела, Сяо Сун?
Сун Шубай немного побеседовала с ним. Этот сяоши был её старшим товарищем по школе, но она и представить не могла, что он теперь владеет этим кафе.
Ли Мо получил её сообщение, увидел пост в соцсетях и проследовал по указанному адресу прямо к кафе.
Он остановился у входа и сквозь прозрачное окно увидел, как Сун Шубай о чём-то болтает с мужчиной и смеётся так искренне и радостно.
Ли Мо нахмурился.
Вскоре Сун Шубай встала и куда-то направилась. Он решительно шагнул внутрь, занял только что освободившееся место, сложил руки на столе и прямо, без обиняков спросил:
— Ты за ней ухаживаешь?
Сяоши кое-что помнил о Ли Мо: не только потому, что тот — генеральный директор компании «Тянь Юй», но и потому, что… этот мужчина каждый день тайком следовал за Сун Шубай ещё в старших классах.
Он прямо посмотрел ему в глаза и кивнул:
— Ага.
— Какая забавная случайность, — с притворным удивлением произнёс Ли Мо. — Я тоже ухаживаю за Сун Шубай.
По его лицу скользнула лёгкая тень.
Сяоши, казалось, заранее предвидел его намерения, и уголки его губ чуть приподнялись:
— Тогда будем соревноваться честно.
— Нет такого понятия, — покачал головой Ли Мо. — Моя стартовая позиция выше твоей, так что честной конкуренции не будет. Тебе остаётся лишь пожелать нам удачи.
— …
Автор говорит:
«Тебе остаётся лишь пожелать нам удачи».
Главарь Ли, конечно, великолепен!
Когда Сун Шубай вернулась из туалета, она увидела на своём месте весьма знакомого мужчину.
Подойдя ближе, она даже не успела расслышать, о чём говорили Ли Мо и сяоши, как тот уже встал, взял её сумку с кресла и потянул её за собой:
— Пойдём.
Сун Шубай была совершенно ошеломлена. Он быстро вывел её из кафе, не дав возможности объясниться с сяоши, и в итоге она лишь торопливо бросила вслед: «До свидания!»
Кафе находилось недалеко от жилого комплекса «Гуйли», и Ли Мо не стал брать машину. Пройдя некоторое расстояние, Сун Шубай вырвалась:
— Что ты сказал сяоши?
Ли Мо слегка наклонился, глядя на неё сверху вниз, и совершенно естественно перебросил сумку через плечо:
— Изложил факты.
— ???
Так может, расскажешь, какие именно?
Сун Шубай заметила, как он совершенно спокойно несёт её сумочку, и не удержалась от смешка, прикрыв рот ладонью.
Видимо, её смех был слишком громким — Ли Мо перевёл на неё взгляд и только тогда осознал, что делает. Он опустил глаза на сумку и тоже невольно усмехнулся.
Сун Шубай, уловив его взгляд, постаралась сдержать улыбку, но в итоге всё равно выдавила:
— Эта сумка тебе очень идёт.
— Да? — прищурился Ли Мо, взглянул на сумку, а затем сделал шаг к ней и остановился прямо перед девушкой. Его длинная рука обвила её шею:
— Мне кажется, эта сумка подходит тебе.
Он слегка замер, прижав её к себе в изгибе руки, и почти шёпотом добавил:
— А ты подходишь мне.
Сун Шубай на мгновение потеряла дар речи, глупо хихикнула и выскользнула из его объятий, убежав вперёд.
Они неторопливо вернулись к наземной парковке жилого комплекса «Гуйли» и сели в машину Сун Шубай — «Фольксваген». Ли Мо, как обычно, воспользовался поводом «подвезти» и попросил её отвезти его.
Хотя, разумеется, за руль сел он сам — ведь боялся, что повторится авария, случившаяся в прошлый раз.
Изначально Сун Шубай планировала сегодня навестить младшего брата в его школе, но по дороге получила срочное уведомление от компании — нужно было вернуться и выбрать фотографии.
Поэтому они немедленно развернули машину и поехали обратно в офис.
Фотограф был профессионалом, и качество снимков было отличным. Особенно для Сун Шубай, страдавшей выбором, — каждый раз отбор фотографий превращался в пытку.
В конце концов она повернулась к Ли Мо, который пришёл вместе с ней:
— У тебя есть какие-нибудь советы?
— Я советую… — начал Ли Мо, но, встретившись с ней взглядом, закончил: — Я советую тебе немного полюбить меня.
Сун Шубай:
— …
Неужели её только что так неожиданно соблазнили?!
Хуан Цзинлин: «Неожиданно получил полный рот этой любовной сладости! Видимо, обед можно пропустить».
— Кхе-кхе-кхе!
Хуан Цзинлин не выдержал этой парочки, будто новобрачных, и нарочито громко закашлялся, но тут же получил ледяной взгляд.
Ли Мо холодно уставился на него:
— Если горло болит — иди лечись, а не мельтишься перед глазами.
Хуан Цзинлин: «…Я @&＃＊…»
Обиженный, он топнул ногой, упер руки в бока и развернулся:
— Пойду к своей Цяо Кэ! Не буду вас больше трогать!
Сун Шубай полностью погрузилась в выбор фотографий и почти не обращала внимания на перепалку между Хуан Цзинлином и Ли Мо. Было непонятно, действительно ли она не придала значения фразе Ли Мо «немного полюби меня» или просто отлично это скрыла.
Она смотрела на фото, а Ли Мо, не отрываясь, смотрел на неё.
Эту прекрасную атмосферу вдруг нарушил капризный голос Джо Юань.
Все повернулись и увидели, как Джо Юань, держа за руку Гу Цзэаня, что-то ему шепчет, время от времени покачиваясь.
Заметив за спиной пристальные взгляды, Джо Юань обернулась, быстро подбежала к Сун Шубай и что-то прошептала ей на ухо.
Затем она подошла к Ли Мо и тихо спросила:
— Сегодня вечером будет вечеринка. Придёшь?
Ли Мо, даже не задумываясь, покачал головой. Он никогда не ходил на такие вечеринки — считал их скучными.
Джо Юань, будто заранее зная его ответ, самодовольно подняла подбородок и бросила взгляд на Сун Шубай:
— Она придёт.
Ли Мо:
— …Время и место.
—
Организатором вечеринки была Джо Юань. Она часто устраивала всякие сборища. Гу Цзэань ни разу не пропускал, но всегда приходил только под угрозами и уговорами.
Народу было немного — только общие друзья Джо Юань и Гу Цзэаня. Из-за Гу Цзэаня Джо Юань не пригласила много парней.
Едва вечеринка началась, Джо Юань потащила Сун Шубай на сцену, захватила микрофон и они запели… э-э… народные песни. И даже не просто народные — а из оперы «Лю Саньцзе»!
Сун Шубай:
— Эй, что по воде кувыркается, эй-ле-ле-лё…
Джо Юань:
— Что над водой высится, эй-ле-ле-лё…
Только начали петь, как Хуан Цзинлин прервал их, нажав кнопку паузы и почесав ухо:
— Вы что, возраст скрываете? Это песня моей бабушки! Как вы вообще её знаете? Давайте что-нибудь помягче, а? Ведь только начали!
Сун Шубай согласно кивнула:
— Отличная идея.
Она повернулась к пульту, пару раз нажала кнопки, и тут же зазвучало знакомое вступление. Сун Шубай и Джо Юань переглянулись и, в полной гармонии, подхватили микрофоны:
— Мыть-мыть, мыть-мыть, мыть-мыть-о-о-о! Живём мы в мире этом вольно и легко, скачем верхом сквозь суету веков!
Хуан Цзинлин:
— …
Ладно-ладно, окей, это ваша территория, пойте что хотите.
Гу Цзэань сидел на диване и, глядя на двух женщин с микрофонами, тихо сказал Ли Мо:
— Не ожидал, что твоя девушка — легенда музыкальной индустрии.
Ли Мо тихо рассмеялся:
— Взаимно.
С самого начала вечера его взгляд не отрывался от Сун Шубай. Теперь, наблюдая за тем, как она с закрытыми глазами поёт с глубоким чувством, он всё шире улыбался. Под разноцветными огнями никто не заметил ни его взгляда, ни едва уловимой улыбки на губах.
Гу Цзэань, заметив его задумчивый взгляд, толкнул локтём:
— Эй, ты быстро влюбился. Уверен, что она вообще вспомнит тебя?
Ли Мо кивнул, твёрдо и уверенно:
— Вспомнит.
Помолчав, добавил:
— Если нет — тогда пусть полюбит совсем нового меня. В любом случае рядом с ней до конца жизни буду я.
— О-о-о, — ухмыльнулся Гу Цзэань, — давно не видел рядом с тобой женщин. Старик, наверное, доволен?
Ли Мо лишь усмехнулся. Доволен? Да он в восторге! Перед Сун Шубай даже статус внука у него исчезает!
Пока Ли Мо и Гу Цзэань беседовали, кто-то предложил сыграть в карты: проигравший не пьёт, а выбирает — правду или действие.
Ли Мо не участвовал, но когда Сун Шубай дважды проиграла, он не выдержал и вмешался, начав играть вместо неё.
Гу Цзэаню это не понравилось. Его тщательно продуманный план рухнул из-за этого человека, который не мог видеть, как Сун Шубай расстроится.
Он ведь хотел, чтобы Сун Шубай проиграла несколько раз и раскрыла свои истинные чувства. Ну, или хотя бы выбрала действие — например, поцеловала бы Ли Мо.
А теперь… Эх… Этот одержимый женой тип точно лишился разума.
Гу Цзэань изо всех сил пытался объяснить Ли Мо намёками, и тот, наконец, понял. С тех пор он сидел в стороне, ничего не предпринимая.
Но потом пожалел, что вообще стал слушать их вопросы.
— Есть ли у тебя кто-то, кого ты любишь?
— Нет.
— Тогда почему ты с Ли Цзун?
Сун Шубай вдруг вспомнила, что формально является его девушкой, и смутилась:
— Просто… Ли Цзун очень выдающийся человек. Вот и всё.
— Был ли у тебя парень или есть кто-то, кого ты хранишь в сердце? Говори честно!
— Есть. В сердце у меня всегда кто-то есть… но это не Ли Цзун.
— …
— …
После трёх таких вопросов игра в карты была немедленно распущена.
Почему?
Потому что Ли Мо вдруг стал мрачнее тучи и сидел рядом, как грозовая туча. Кто после этого осмелится продолжать?
К тому же сотрудники давно заметили, как Ли Цзун заботится о Сун Шубай. А теперь она, мягко говоря, отвергла его чувства. Сердце босса, должно быть, разбилось на мелкие осколки.
Все разошлись по своим занятиям, а Ли Мо уселся в углу караоке-бокса и начал мрачно пить. Гу Цзэань пытался уговорить его — без толку — и в итоге его утащила петь Джо Юань.
Сун Шубай выпила слишком много и всю ночь бегала в туалет.
В один из таких моментов Ли Мо увидел, как она встала, и, пошатываясь, тоже поднялся из-за стола. Незаметно для всех он последовал за ней в туалет караоке-бокса.
Сун Шубай вошла в туалет и попыталась захлопнуть дверь, но не рассчитала силу — дверь не закрылась. Когда она обернулась, чтобы поправить, перед ней внезапно потемнело.
Перед ней возникла тень, и сильный толчок прижал её к умывальнику. Когда Сун Шубай устояла на ногах, она наконец разглядела того, кто перед ней.
Тёплый оранжевый свет над зеркалом мягко озарял Ли Мо, но его слова звучали с лёгкой холодностью:
— Сун Шубай, посмотри мне в глаза. Что там видишь?
Сун Шубай не сразу сообразила:
— Что?
— Ты, — он приподнял её подбородок, заставляя смотреть прямо, а другой рукой указал на свои глаза. — В моих глазах… — затем он ткнул себя в грудь, — и в моём сердце — только ты.
Из его рта пахло алкоголем, и Сун Шубай толкнула его:
— Ты пьян.
— Нет, — твёрдо ответил Ли Мо, не шелохнувшись.
Она не смогла сдвинуть его и просто опустила руки, уперевшись в край умывальника. Подняв подбородок, она спросила:
— Ты меня любишь?
Ли Мо холодно рассмеялся — его смех прозвучал ледяным эхом:
— Весь мир знает, что я люблю тебя. Только ты одна этого не замечает.
Сун Шубай:
— ???
Увидев, что она всё ещё равнодушна, Ли Мо сделал шаг вперёд, обхватил её подмышки и, подняв, усадил на умывальник. Он прижался к ней и, опустив голос почти до шёпота, произнёс:
— Кто этот мужчина в твоём сердце?
Это была не просьба, а утверждение.
http://bllate.org/book/4602/464167
Готово:
