Улыбка погасла. Она ведь всё это время знала ответ — откуда в голове такие нелепые мысли!
Перед глазами потемнело, и Су Мяогэ рухнула на пол. Она пыталась подняться, но сколько ни боролась — сил не хватало.
Наконец она закрыла глаза. Если она умрёт здесь, кто-нибудь вообще узнает об этом?
☆ 031. Всё вперёди
И Кайсюань мчался по дороге, выжимая из машины всё возможное.
Эта неблагодарная женщина! Он хотел заступиться за неё, а она даже благодарности не выказала.
Разве у него, И Кайсюаня, мало женщин? Стоит только захотеть — и десятки бросятся к его ногам.
А она?! Такая неблагодарная… Лучше бы он придушил её сразу. Иначе рано или поздно она доведёт его до инфаркта.
Но, несмотря на всю ярость, в голове всё равно всплывало бледное лицо Су Мяогэ.
— Чёрт возьми! — выругался И Кайсюань, резко вывернул руль, машина взвизгнула тормозами и развернулась.
Вернувшись в «Линлунцзюй», он нарочно громко хлопнул дверью. Не то чтобы он волновался за неё! Просто не хотел, чтобы она умерла прямо здесь.
Однако едва он открыл дверь, как в нос ударил резкий запах крови. Су Мяогэ лежала на полу без сознания.
В этот миг сердце И Кайсюаня словно сжали чужие руки до боли.
Неужели она умерла? От этой мысли его тело задрожало.
Сидя в коридоре перед кабинетом неотложной помощи, И Кайсюань думал:
«Пусть только выйдет оттуда здоровой — я буду с ней по-доброму. Эти три года я обращался с ней слишком плохо».
Именно поэтому она так его ненавидит. Даже когда её избили до крови, она не захотела сказать, кто виноват.
Он достал телефон и набрал ассистента.
— Узнай, с кем сегодня встречалась Су Мяогэ и что произошло.
Как посмели тронуть его человека? Он сам разберётся с тем, кто осмелился причинить ей боль.
— Хорошо, президент.
Менее чем через двадцать минут тот перезвонил.
— Президент, нынешняя семья Бай уже не та, что раньше.
И Кайсюань прекрасно понимал намёк Хань Мобина.
Семья Бай теперь не из тех, с кем можно шутить. Но разве его женщину можно так просто унижать?
— Президент, всё вперёди.
Импульсивность не защитит того, кого хочешь спасти — напротив, лишь поставит его в ещё большую опасность.
Су Мяогэ очнулась в одиночестве в больничной палате. Кто же привёз её сюда? В уголках губ мелькнула горькая усмешка.
Хорошо быть живой.
Она обязана жить. Иначе как отплатить тем, кто так жаждет её смерти?
— Ты проснулась? Поднимись, поешь немного, — сказал И Кайсюань, входя в палату и заставая её задумчиво сидящей на кровати.
Су Мяогэ удивилась. Как он здесь оказался? Разве он не ушёл прошлой ночью? Почему вернулся?
Солнечный свет был ослепительно ярким. Она прищурилась, пытаясь разглядеть его выражение лица.
Неужели от солнца стало так тепло? Или ей показалось, что И Кайсюань вдруг стал таким тёплым?
И Кайсюань выложил на столик завтрак, за которым специально стоял в очереди.
Едва он открыл контейнер, как она почувствовала знакомый аромат. Случайность? Или он сделал это нарочно?
Такие вонтоньи её отец часто покупал ей в детстве. После его смерти она больше туда не ходила.
И Кайсюань подал ей миску. Съев всего один кусочек, Су Мяогэ не сдержала слёз — они упали прямо в бульон.
Увидев, что она плачет, И Кайсюань тут же забрал у неё миску.
— Что случилось? Больно? Я уже заказал полное обследование, врач сейчас придёт.
Он растерялся. Её слёзы ранили его глаза.
Су Мяогэ плакала ещё сильнее.
Почему она расплакалась именно перед этим мужчиной? Неужели не боится, что он снова посыплет соль на её раны?
Перед её слезами И Кайсюань опустил голову и внезапно поцеловал её в губы.
☆ 032. Кайсюань, мне плохо
Неожиданный поцелуй ошеломил Су Мяогэ, и она невольно приоткрыла рот.
Он был так нежен, что хотелось раствориться в этом чувстве.
Но может ли она позволить себе роскошь забвения?
В голове вдруг прозвучали слова Бай Сяолинь, и Су Мяогэ резко оттолкнула его.
В её глазах читалась голая настороженность.
Эта женщина порой совсем не умеет скрывать своих чувств.
Она ему не доверяет? Он — её муж, а она смотрит на него, как на чужого.
— Ешь. Рука болит? Давай я покормлю тебя, — сказал И Кайсюань, взяв ложку.
Су Мяогэ была ещё больше ошеломлена. Что с ним такое?
Неужели перед ней действительно И Кайсюань? Или это какой-то двойник?
— Открой рот.
И Кайсюань никогда никого не кормил. Он уже так унижается — пора бы ей сбавить пыл!
— Я сама поем, — Су Мяогэ отвела взгляд, чтобы не смотреть на него.
— Открой рот, — настаивал И Кайсюань.
Су Мяогэ послушно открыла рот. Он кормил её ложка за ложкой, и она так же послушно ела.
Когда завтрак закончился, в палату вошла целая делегация экспертов из провинциальной больницы. Су Мяогэ чуть не лишилась дара речи от такого приёма.
— И Кайсюань, со мной всё не так уж серьёзно.
— Ты же кровью извергала! Это по-твоему не серьёзно?
Протесты оказались бесполезны. Её осмотрели от головы до пят. Лишь убедившись, что с ней действительно ничего страшного, И Кайсюань наконец перевёл дух.
Хотя серьёзных повреждений не было, врачи настоятельно рекомендовали некоторое время поберечься.
И Кайсюань собирался уехать вместе с ней из больницы, как вдруг увидел Бай Сяолинь.
Су Мяогэ замерла на месте. Неужели Бай Сяолинь решила преследовать её шаг за шагом?
Бай Сяолинь направилась к ним.
— Кайсюань, вы тоже пришли лечиться?
Она сделала вид, что искренне обеспокоена.
— Что с тобой? Где болит? — услышав, что И Кайсюань привёз Су Мяогэ в больницу, Бай Сяолинь немедленно примчалась.
Она втиснулась между Су Мяогэ и И Кайсюанем, и в этот момент Су Мяогэ почувствовала себя посторонней.
Её мир никогда не был их миром, не так ли?
И Кайсюань нахмурился.
— Сяолинь, тебе не стоит появляться здесь в таком качестве. Везде полно твоих фанатов.
— Кайсюань, мне просто нездоровится, я пришла на приём. Разве звёздам нельзя болеть?
Мир слишком несправедлив к знаменитостям.
И Кайсюань снова нахмурился. Ладно, пусть делает, что хочет. Всё равно это проблемы Бай Сяоцяня.
— А, Мяогэ, ты тоже здесь! — Бай Сяолинь будто только сейчас заметила Су Мяогэ.
Су Мяогэ холодно усмехнулась. Да уж, актриса, но играет слишком примитивно.
— Мяогэ, тебе неприятно меня видеть? — Бай Сяолинь явно пыталась вывести её из себя. Су Мяогэ это понимала, но играть по её правилам не собиралась.
— Как можно! Все эти три года я с нетерпением ждала твоего возвращения. Без тебя жизнь стала такой скучной! Кайсюань, я устала, поехали домой! — Су Мяогэ обвила рукой его локоть и прижалась к нему.
От одного этого жеста кулаки Бай Сяолинь сжались. Эта женщина открыто бросает ей вызов!
И Кайсюань не ожидал, что Су Мяогэ вдруг станет такой нежной и покладистой.
— Кайсюань, мне плохо, — сказала Су Мяогэ, глядя на него влажными, полными слёз глазами.
Перед таким взглядом невозможно было устоять.
— Кайсюань!.. — Бай Сяолинь не могла смириться. Это её место! Как он смеет стоять рядом с той женщиной?
☆ 033. Ты ведь не отравишь меня?
— Сяолинь, мы уходим, — И Кайсюань поддержал Су Мяогэ и повёл к выходу.
Глядя им вслед, Бай Сяолинь закусила губу. Игра становится интересной. Тихая белая зайчиха наконец решила показать зубы.
Что ж, давай сыграем.
И Кайсюань осторожно усадил Су Мяогэ в машину и обошёл её, чтобы сесть за руль.
Су Мяогэ смотрела в окно, погружённая в свои мысли. Он не знал, о чём она думает, но ему очень не нравилось это чувство исключённости.
— Что с тобой?
Он не выдержал и окликнул её, не желая, чтобы она дальше пряталась в себе.
— А? — её реакция была почти детской.
— Отдохни немного. Я разбужу тебя, когда приедем. На несколько дней мы переедем с «Цинъюаня» — там неудобно. Если дедушка увидит тебя в таком состоянии, начнёт нравоучения.
— Хорошо, — Су Мяогэ не возражала.
На вилле на Западном холме не оказалось горничной — та взяла отпуск, зная, что хозяева несколько дней не приедут.
Увидев, как пусто и безлюдно в доме, Су Мяогэ почувствовала лёгкую боль в сердце.
— Иди отдыхай, я приготовлю обед. Уже пора есть.
Су Мяогэ широко раскрыла глаза. Он будет готовить для неё?
— Ты ведь не отравишь меня?
Самой себе она тут же стало неловко. Она не хотела этого говорить — просто он всегда был таким холодным и бездушным, что его внезапная забота казалась подозрительной.
Лицо И Кайсюаня потемнело.
— Если бы я хотел тебя убить, у меня тысяча способов. Отравлять — это слишком примитивно.
Су Мяогэ не знала, что ответить. Между ними всегда были только телесные отношения. Душевного общения почти не существовало.
Она и сама не умела выражать чувства. Многое нельзя изменить в одночасье.
И Кайсюань зашёл на кухню — дома ничего не было.
— Как ты вообще пользуешься этой горничной? Ни капли инициативы! Завтра заменю её на другую. Разве это забота?
— Сяо Ли хорошая, — возразила Су Мяогэ. Девушка работала у них на вилле три года, не было в ней никакой злобы, никогда не смотрела свысока. С ней было легко и спокойно.
— Нужна помощь? — Су Мяогэ всё ещё не могла представить, как этот богатый наследник готовит еду.
— Нет.
Дедушка всегда строго требовал от него самостоятельности. Когда он учился в Америке, сам за собой ухаживал.
Через полчаса Су Мяогэ окончательно остолбенела.
И Кайсюань действительно умеет готовить. И даже лучше, чем она сама.
— Ешь, — сказал он, заметив её изумлённое выражение лица.
С тех пор как она вышла за него замуж, он чаще всего видел на её лице холодность и безразличие.
Он знал: она не любит его. Вышла замуж лишь ради матери и брата.
Но сейчас Су Мяогэ выглядела почти ребячески. Всего лишь от одной тарелки еды она была так довольна.
— Мяомяо… — проговорил он с чувством.
— И Кайсюань, мне всё ещё больно, — сказала она. Её тело не выдержит новых испытаний.
— Я просто немного подержу тебя.
Тем временем Бай Сяолинь, глядя на документы перед собой, улыбнулась.
Беременность? Так Су Мяогэ за три года действительно изменилась.
Пора навестить Ван Линь.
— Тётя, это я, Сяолинь. Можно встретиться? Я не могу молчать, пока Су Мяогэ вас всех обманывает. Хорошо, тогда увидимся там.
Положив трубку, Бай Сяолинь самодовольно улыбнулась.
☆ 034. Су Мяогэ, встань на колени
Глядя на медицинское заключение, Ван Линь дрожала от ярости.
Бай Сяолинь осталась довольна её реакцией.
«Су Мяогэ, хочешь со мной сражаться? Посмотрим, хватит ли у тебя на это сил».
— Тётя, эта женщина просто ужасна. Если бы не она, я и Кайсюань давно были бы вместе. Я бы промолчала, если бы она хотя бы хорошо относилась к вам. Но она вас всех обманывает! Я не могу этого терпеть. Она даже ходила на свидания с другими мужчинами! Хорошо ещё, что не беременна — а если бы была, кто знает, чей ребёнок?
Ван Линь сжимала бумаги так, что пальцы побелели.
Отлично! Одна Су Мяогэ водит вокруг пальца всю их семью.
— Сяолинь, спасибо тебе за это.
Ван Линь всегда любила Бай Сяолинь. Только семья Бай могла реально помочь карьере Кайсюаня.
Если бы не Су Мяогэ, Бай Сяолинь давно стала бы её невесткой.
— Сяолинь, а ты и Кайсюань… — У них ещё есть шанс?
— Тётя, я всегда любила Кайсюаня. Мои чувства никогда не менялись.
Ван Линь кивнула.
http://bllate.org/book/4581/462572
Готово:
