А Цзинь не стал разоблачать её ложь и лишь устало вздохнул:
— Ладно, не решай всё сама. Я всё же поспрашиваю насчёт этого.
— Тогда спасибо тебе, братец Цзинь! — Шан Цзинь поклонилась, и в её голосе мгновенно пропала вся прежняя независимость: теперь было ясно, что минуту назад она просто врала, уверяя, будто не хочет его беспокоить.
Когда А Цзинь вернулся в лавку старья, Пу Кайцзи как раз пересчитывал привезённые покупки.
— Двух вещей нет в наличии — придётся подождать несколько дней, — пояснил А Цзинь. Из-за вмешательства Шан Цзинь он так и не успел сообщить об этом раньше.
— Понял, — кивнул Пу Кайцзи и добавил: — Можно уже подготовить белых мышей.
Использование живых существ в лабораторных целях — дело обычное, но Пу Кайцзи давно уже… А Цзинь невольно замер:
— Пу-гэ, ты…
— Со мной всё в порядке.
Раз он так сказал, А Цзинь больше не стал настаивать.
Перед уходом Пу Кайцзи напомнил ему прибрать коридор на втором этаже.
Поднявшись наверх, А Цзинь увидел разбросанные по полу вещи Шан Цзинь и безмолвно вознёс глаза к потолку.
Собрав последнюю, он заметил на полу цепочку — ту самую, что видел у неё на шее. Неизвестно как, но она тоже оказалась здесь.
А Цзинь поднял её и дунул на пыль.
При ближайшем рассмотрении кулона в форме клавиши дофаминовой связи проявилась вся изысканность исполнения. Раньше он гадал, почему «звено» в центре не сделано полым, а теперь понял: там скрывалось крошечное отделение для фотографии.
Не удержавшись, он открыл его, желая увидеть, чей портрет так важен, что Шан Цзинь носит его при себе. Знакомое лицо бросилось ему в глаза — настолько неожиданно, что А Цзинь мгновенно бросился вниз по лестнице:
— Пу-гэ!
—
После ухода А Цзиня Шан Цзинь, чувствуя боль во всём теле, зашла в массажный салон, чтобы немного расслабиться. Во время переодевания она обнаружила, что цепочка пропала, и тут же вернулась в гостиницу.
Обыскав номер и ничего не найдя, она решила, что, скорее всего, потеряла украшение во время стычки с Пу Кайцзи, и уже собиралась отправиться в лавку старья, как вдруг, открыв дверь, увидела Пу Кайцзи прямо перед собой.
Заметив, что она как раз выходит, Пу Кайцзи поднял правую руку и разжал кулак.
Цепочка упала из его ладони, и кулон в форме клавиши качнулся в воздухе.
Шан Цзинь на миг опешила, но тут же расцвела самой соблазнительной из своих улыбок:
— Так это ты её подобрал! Мог бы ведь попросить брата Цзиня сообщить мне — я бы сама зашла забрать. А ты специально пришёл, чтобы принести мне… Если я сейчас же не отдамся тебе в награду, то как смогу отблагодарить?
Она протянула руку, чтобы взять цепочку, но схватила лишь воздух.
Пу Кайцзи спрятал её обратно.
Затем он открыл кулон и указал на фото:
— Кто это тебе?
Шан Цзинь снова замерла.
— Сестрёнка! — А Цзинь, запыхавшись, только что добежал и задал тот же вопрос: — Быстро скажи брату Цзиню, кто этот человек на фотографии?
Глаза Шан Цзинь слегка прищурились:
— Вы его знаете?
Пу Кайцзи лишь повторил:
— Какие вы друг другу?
Шан Цзинь не сдавалась:
— А вы как связаны с тем, кто на фото?
— Сестрёнка, давай сначала ты нам скажешь, — попросил А Цзинь.
— Сначала верните цепочку, — протянула руку Шан Цзинь.
— Хорошо, — А Цзинь взял цепочку у Пу Кайцзи и передал ей. — Теперь можешь сказать?
Шан Цзинь внимательно осмотрела украшение, убедилась, что оно цело, убрала его и за эти короткие мгновения уже успела продумать стратегию. Подняв голову, она ответила вопросом на вопрос:
— Почему бы вам не начать первыми?
Очевидно, обе стороны оказались в тупике, причём явно в худшем положении были именно они. А Цзинь бросил взгляд на Пу Кайцзи.
Через четыре-пять секунд Пу Кайцзи произнёс:
— Друг.
Шан Цзинь осталась недовольна таким скупым и расплывчатым ответом и уточнила:
— Тот самый, кого ты ждал в Memory?
Пу Кайцзи не ответил, сказав лишь:
— Один вопрос — один ответ.
— Да, сестрёнка, мы отвечаем на твой вопрос — ты отвечаешь на наш. Так будет справедливо, — поддержал А Цзинь.
Шан Цзинь игриво наклонила голову:
— Братец Цзинь, разве я не всегда люблю пользоваться преимуществом и выходить из положения хитростью?
А Цзинь не нашёлся, что ответить, и сдался.
Пу Кайцзи понял, что она намеренно использует эту ситуацию, чтобы надавить на него, и холодно, как звенящий нефрит, спросил:
— Что тебе нужно, чтобы заговорить?
Шан Цзинь слегка приподняла уголки губ:
— Примите меня обратно жить к вам. Я останусь настолько долго, насколько захочу. И что бы ни случилось, вы больше не имеете права выгонять меня против моей воли.
Ещё до того, как Пу Кайцзи начал задавать вопросы, А Цзинь уже предполагал, что Шан Цзинь выдвинет именно такое требование — и вот оно подтвердилось. Он закрыл лицо ладонью и снова посмотрел на Пу Кайцзи: ведь именно тот не терпел Шан Цзинь, и окончательное решение зависело от него.
Пу Кайцзи, очевидно, уже был готов к этому и спокойно согласился:
— Хорошо.
Шан Цзинь расцвела от радости и тут же побежала собирать вещи.
А Цзинь заглянул внутрь и увидел её весёлую фигуру, потом перевёл взгляд на Пу Кайцзи, который, прислонившись к стене, погрузился в свои мысли. У А Цзиня тоже зародились кое-какие соображения.
Через десять минут Шан Цзинь выкатила чемодан и совершенно естественно обвила руку вокруг локтя Пу Кайцзи:
— Пойдём! Мы можем идти домой!
Пу Кайцзи, как обычно, холодно и равнодушно стряхнул её руку.
Но Шан Цзинь, как всегда, не обиделась. Однако теперь у неё появилось новое средство давления на Пу Кайцзи, и она томно промурлыкала:
— Цзи-гэгэ, разве обнять тебя за руку — это слишком много? Если даже такой маленькой просьбы ты не исполнишь, мне станет грустно, и как тогда я отвечу на ваши вопросы?
На лице Пу Кайцзи, казалось бы, лишённом эмоций, промелькнуло раздражение. А Цзинь молча заметил это, но ничем не мог помочь. Его колеблющаяся симпатия вновь склонилась к Пу Кайцзи. Сейчас Шан Цзинь была настоящей «низкой интриганкой, воспользовавшейся моментом», хотя раньше она и не страдала по-настоящему — даже когда Пу Кайцзи игнорировал её, она была счастлива…
Шан Цзинь подождала минуту, увидев, что Пу Кайцзи не даёт чёткого ответа, и снова попыталась обнять его за руку.
На этот раз Пу Кайцзи не отстранился, но и шага не замедлил — шёл очень быстро.
Шан Цзинь, напротив, совсем не расстроилась и даже получала удовольствие от попыток поспеть за ним.
Оформив выезд из гостиницы, они вышли на улицу. Шан Цзинь ткнула пальцем в белый скутер Vespa и, болтая рукой Пу Кайцзи, заявила:
— Я хочу сесть на заднее сиденье!
Пу Кайцзи бросил на неё взгляд, ничего не сказал и надел шлем.
Шан Цзинь решила, что он согласен, и весело помогла А Цзиню закрепить чемодан:
— Братец Цзинь, позаботься, пожалуйста, о моём багаже.
Затем она тут же уселась за Пу Кайцзи и без стеснения обхватила его талию обеими руками.
Тело Пу Кайцзи на миг напряглось.
Шан Цзинь нашла это забавным и специально прижалась щекой к его шее, томно спросив:
— Неужели я первая женщина, которой позволено так себя вести?
Пу Кайцзи, разумеется, не ответил и завёл двигатель.
А Цзинь следовал за ними.
Шан Цзинь незаметно показала ему знак «победа».
А Цзинь не знал, смеяться ему или плакать. Кто бы мог подумать, что её вчерашнее желание сегодня исполнится.
По просьбе Шан Цзинь Пу Кайцзи сделал несколько кругов по окрестностям, устроив ей прогулку на скутере. А Цзинь с её багажом вернулся первым, а они появились лишь через полчаса — потому что аккумулятор «Белого» разрядился.
Шан Цзинь всё ещё не нарадовалась и сразу же поставила «Белого» на зарядку, одновременно предлагая Пу Кайцзи:
— Цзи-гэгэ, пойдём сегодня вечером на ночной рынок!
Лицо Пу Кайцзи оставалось бесстрастным.
А Цзинь выступил посредником:
— Сестрёнка, дай нам чёткий ответ: сегодня вечером, после возвращения с ночного рынка, ты обязательно должна дать нам ответ. Иначе, если ты будешь тянуть время и мучить нас, когда же это закончится?
Шан Цзинь согласилась:
— Братец Цзинь, не волнуйся. Даже если я и бесстыжая, у меня есть пределы. Тем более я всё это время нахожусь под вашей опекой и очень благодарна вам.
«Если бы ты действительно была благодарна, то не мучила бы Пу Кайцзи…» — подумал А Цзинь, но вслух этого не произнёс: ведь было очевидно, что невозможно. Она наконец-то получила шанс делать с Пу Кайцзи всё, что захочет.
Их разговор фактически принял решение за Пу Кайцзи, даже не спросив его мнения. А Цзинь подумал, что всё же стоит формально уточнить, но в этот момент Пу Кайцзи молча направился внутрь.
Шан Цзинь побежала за ним и снова закричала:
— Остался ли обед? Я голодна!
— Есть, есть! — А Цзинь старался хоть немного прикрыть Пу Кайцзи. — Мы сами ещё не ели.
— Тогда отлично, поедим вместе! — Шан Цзинь перехватила Пу Кайцзи и, сверкая глазами, спросила: — Цзи-гэгэ, хорошо?
Пу Кайцзи уклонился от её рук и направился к столу.
Шан Цзинь вела себя не так навязчиво, как ожидал А Цзинь: она не уселась к нему на колени, а просто села рядом под прямым углом; не стала требовать, чтобы он кормил её, а лишь заботливо положила ему в тарелку еды. Пу Кайцзи не притронулся ни к одному куску, но Шан Цзинь и бровью не повела.
А Цзинь вспомнил, как Шан Цзинь однажды сказала, что ей нравится именно то, что Пу Кайцзи её не любит. Теперь он начал подозревать, что у неё, возможно, есть склонность к мазохизму…
Во всяком случае, за обедом Шан Цзинь не устраивала особенных сцен, и А Цзинь облегчённо вздохнул за Пу Кайцзи. Но вскоре он понял, что видел лишь внешнее спокойствие.
Когда А Цзинь наклонился, чтобы поднять упавшие палочки, он увидел, как Шан Цзинь, сидя босиком, поднесла ступню к ноге Пу Кайцзи, задрала ему штанину и начала водить пальцами ноги по его голени — медленно, многозначительно, то и дело проводя ими туда-сюда.
А Цзинь в замешательстве выпрямился.
Шан Цзинь игриво подмигнула ему, совершенно не смущаясь, что её застукали.
А Цзинь бросил взгляд на Пу Кайцзи, который всё это время сидел неподвижно, как скала, и в уме представил себе драматическую сцену: «невинная дева, вынужденная терпеть домогательства развратницы». Хотя это было и несправедливо по отношению к Пу Кайцзи, А Цзиню вдруг очень захотелось рассмеяться.
Автор говорит:
Дзынь-донг! Глава вышла в продажу! Комментарии длиннее 25 знаков получат красный конверт с бонусом. Первые три дня после выхода главы очень важны для автора — миленько прошу вас подписываться сразу, а не откладывать чтение «на потом».
—
Благодарности за питательные растворы от маленьких ангелочков: xiaoxiao0221 — 60 бутылок, Жо Хань — 8, Ийбусяо — 5, Ся Ван Фаньсин — 5, Юаньюэ 873296 — 1, Паула — 1, Ло Юй Шань — 1.
—
Май Цзыюй бросила 1 гранату,
xiaoxiao0221 — 1 гранату,
xiaoxiao0221 — 1 гранату,
xiaoxiao0221 — 1 гранату,
xiaoxiao0221 — 1 гранату,
xiaoxiao0221 — 1 гранату,
xiaoxiao0221 — 1 гранату,
xiaoxiao0221 — 1 гранату,
xiaoxiao0221 — 1 гранату,
xiaoxiao0221 — 1 гранату,
xiaoxiao0221 — 1 гранату,
xiaoxiao0221 — 1 ручную гранату,
xiaoxiao0221 — 1 ручную гранату,
xiaoxiao0221 — 1 реактивный снаряд,
Тинчань — 1 реактивный снаряд,
Тинчань — 1 реактивный снаряд,
Цинь — 1 гранату,
Долли Шелл — 1 ручную гранату,
Чуньсэ Маньюань — 1 гранату.
Учитывая чувства Пу Кайцзи, А Цзинь сдерживался изо всех сил, особенно когда тот бросил на него взгляд — тогда он и вовсе не смел смеяться. Сегодня его восхищение Пу Кайцзи достигло небес: он хотел бы найти подходящий момент и спросить у него, как тому удаётся сохранять невозмутимость, когда Шан Цзинь так откровенно его дразнит?
Хотя, возможно, это лишь начало. Судя по степени её увлечённости Пу Кайцзи, А Цзинь считал, что она вполне способна на ещё более откровенные уловки.
Если бы можно было, А Цзинь ни за что не остался бы третьим лишним, но он знал, что Пу Кайцзи никогда не разрешит ему оставаться наедине с Шан Цзинь. К счастью, пока она не выдвигала подобных требований. Поэтому, хоть и неловко было от происходящего под столом, ему пришлось светить ярче прожектора.
На самом деле Пу Кайцзи почти не ел, а последние пять минут вообще не трогал палочки — просто сидел молча, демонстрируя железную выдержку.
http://bllate.org/book/4576/462149
Готово:
