Вэнь Юйчжу сжимала в руке заявление об уходе — свежий маникюр едва не прорвал бумагу насквозь. Не злиться было невозможно. Если бы не злилась, она бы не приехала сюда и не написала сразу же это заявление, чтобы подать его начальству. Но появление Гу Ханя будто ударило её по голове, заставив окончательно протрезветь.
Кто он такой? А кто она?
Тридцать тысяч долларов для него — раз плюнуть; может, даже меньше, чем ноль на его карманных деньгах. А вот для неё… Сейчас, даже задействовав все связи, она не смогла бы собрать такую сумму. И она прекрасно понимала: даже если сегодня она каким-то чудом выплатит эти тридцать тысяч, завтра возникнет ещё одна причина, по которой ей снова придётся платить те же тридцать тысяч.
После всего, что произошло за эти дни, он молча, но чётко дал ей понять одну простую истину: Вэнь Юйчжу не в силах бороться с Гу Ханем. Ни в чём. Она проигрывает ему во всём. Раз так — остаётся только принять это спокойно.
Для Вэнь Юйчжу всё стало просто: пусть это будет обычная работа. Неважно, что рядом Гу Хань. Ещё проще — считать его просто начальником. Осознав это, она разорвала заявление об уходе прямо у него на глазах.
— Ладно, — сказала она, швырнув клочья бумаги в корзину и глядя на Гу Ханя с фальшивой улыбкой, — не утруждайтесь, господин Гу.
Ради того, чтобы заманить меня сюда, вы устроили целое представление: переделали контракт, послали людей в кафе…
Гу Хань бросил взгляд на обрывки в корзине и почти незаметно расслабил брови. Затем уголки его губ приподнялись:
— Госпожа Вэнь, вы преувеличиваете. Для меня — честь потрудиться ради вас.
Игнорируя его слова, Вэнь Юйчжу мысленно успокоила себя и решила вернуться к работе. Но ведь именно он подстроил всё так, чтобы она оказалась здесь! От этого в душе всё ещё ныло неловкостью, особенно когда он так бесцеремонно восседал на её месте и явно не собирался уходить.
К тому же она только что проглотила обиду, и чувство несправедливости жгло изнутри.
Вэнь Юйчжу махнула рукой и сама себе устроила отпуск на весь остаток дня. Схватив сумку, она вышла из офиса.
— Куда? — Гу Хань встал, хмурясь.
— Беру отпуск на полдня! — бросила она, не оборачиваясь.
Работать не было ни малейшего желания. Вэнь Юйчжу бродила по улицам без цели, не замечая, куда занесли её ноги. Район показался незнакомым. Она зашла в первую попавшуюся кондитерскую, заказала несколько маленьких пирожных и по очереди откусила от каждого по кусочку.
В голове прокручивались события с тех пор, как она вернулась в Китай. Внезапно раздался звук входящего сообщения — мысли оборвались.
Она опустила взгляд на экран. Номер без имени. В переписке уже было сообщение от пары дней назад:
[Ты правда так бессердечна?]
Она не ответила.
А сейчас пришло новое:
[Ты действительно бездушная. Ладно, радуйся, раз тебе так хочется. Всё равно последние годы я не раз чувствовал твоё безразличие. Но слушай: я возвращаюсь в Китай. Через некоторое время лучше молись, чтобы нам не встретиться.]
Вэнь Юйчжу отвела глаза от телефона. Она снова не ответила, но внутри уже не было того спокойствия и равнодушия, что было раньше. Ведь он возвращается! Ци Юань возвращается!
Вообще-то, она уже видела Ци Юаня с момента своего возвращения.
За границей они встречались каждый день — почти не расставались.
Внезапный визг вновь прервал её размышления. Она посмотрела в окно: одна женщина толкнула другую на землю. Место было укромное, почти никто не заметил происшествия.
Но Вэнь Юйчжу сидела у окна и отчётливо слышала их разговор.
Даже не желая подслушивать, она невольно уловила каждое слово.
— Либо ты отдаёшь мне миллион, либо готовься сидеть лет десять-восемь. Посмотрим, насколько ты крутая. Интересно, доживёшь ли до выхода?
Вэнь Юйчжу нахмурилась. Эта девушка явно перегибала палку: шантажировать, угрожать тюрьмой… Неужели она думает, что в этом мире нет справедливости? Но это чужое дело — лезть не стоило.
Она уже собиралась просто забыть услышанное, но вдруг замерла, услышав голос второй женщины:
— Бянь Цин, я ударила тебя в больнице… Я тогда вышла из себя, это была моя вина. Но не могла бы ты… на этот раз простить меня? Мне нельзя сесть.
— Бянь Нин, теперь ты раскаиваешься? А два дня назад, когда ты меня избивала, где была твоя покорность? Испугалась, да?
Бянь Цин смотрела на неё свысока, глаза закатывались чуть ли не в небо.
В отличие от неё, Бянь Нин выглядела жалко. Хоть и чувствовала себя обиженной, возразить было нечего — не то чтобы правды не было, просто с Бянь Цин невозможно говорить разумно. Она уже готовилась терпеть новые оскорбления, надеясь, что та скоро уймётся и вопрос уладится, как вдруг за спиной раздался голос:
— Почему она тебя ударила? Ты сама разве не знаешь?
— Нанять кучу мужчин, чтобы ночью донимали её, мешали жить спокойно… Это, по-твоему, правильно?
Два предложения Вэнь Юйчжу заставили Бянь Цин онеметь. Она шагнула вперёд, загородив собой Бянь Нин, и строго посмотрела на Бянь Цин:
— Бянь Цин, не загоняй Бянь Нин в угол. Пощади её.
Эти слова словно подожгли фитиль у Бянь Цин. Та вспыхнула:
— Я её загоняю в угол? А мои страдания?! Она живёт моей жизнью! Ест моё, носит моё, получает всю любовь, что должна быть моей! Это она загнала меня в угол, а не я!
Вэнь Юйчжу уже собиралась спорить дальше, но Бянь Нин потянула её за руку, красноглазая, давая понять: хватит.
— Не надо… Уходим.
Бянь Нин увела Вэнь Юйчжу прочь. Бянь Цин кричала им вслед:
— И не думай, что это дело закрыто! Если не принесёшь деньги, я гарантирую: десять-восемь лет тебе сидеть!
Когда Вэнь Юйчжу вернулась домой, сил не было совсем.
Она рухнула на кровать и уставилась в потолок. Миллион — сумма немалая. Но если не заплатить, семья Бянь действительно может отправить Бянь Нин за решётку. Десять-восемь лет… После такого человек станет развалиной.
Мысли крутились слишком быстро, и внезапно накатила усталость. Сознание начало мутнеть, и в полусне она ответила на звонок. На мгновение ей показалось, что она всё ещё в том доме за границей, а звонит Ци Юань.
Но голос был не его. Он звучал мягче, глубже, с лёгкой тёплой интонацией. Что именно он говорил, она не запомнила — слова слились. Только смутно помнилось слово «командировка».
Потом она уже не поняла: то ли это был сон, рождённый тревогами и желанием, то ли всё действительно случилось. Но в трубке тот человек сказал:
— Если что-то понадобится, звони по этому номеру. Я всегда возьму трубку.
Сердце Вэнь Юйчжу дрогнуло. В голове мелькнула мысль о том миллионе для Бянь Нин.
Время на телефоне показывало восемь вечера. Будильник зазвонил, заполняя комнату звуком. Вэнь Юйчжу перевернулась на кровати, почувствовала липкость на коже и резко села — за окном уже стемнело.
Вспомнив о Бянь Нин, она тихо вздохнула. Не помывшись, спать было невозможно. Взяв халат и телефон, она направилась в ванную. Но у двери вдруг замерла — взгляд упал на уведомление в банковском приложении.
Она долго смотрела, перепроверяя снова и снова, пока не убедилась: на счёту ровно два миллиона юаней.
Под этим уведомлением было ещё одно сообщение:
[Миллион, боюсь, мало. Перевёл немного больше.]
Вэнь Юйчжу вдруг вспомнила тот звонок во сне. Она тогда подумала, что это рождественское чудо за границей — можно загадать желание. И вдруг отчётливо вспомнила, что сказала:
— Не мог бы ты дать мне миллион? Мне нужны деньги.
Тот, на другом конце провода, будто поперхнулся от её прямоты, но не стал колебаться. Похоже, он понял, что она спит, потому что заговорил тише, почти шёпотом:
— Хорошо. Сейчас переведу. Не волнуйся. Моих денег тебе хватит на всю жизнь. Хочешь — купим всё, что пожелаешь. Просто будь хорошей девочкой. Моё — твоё.
Вэнь Юйчжу наконец поняла, кто этот «рождественский дед» — кроме Гу Ханя, никто бы так не сказал.
Она сжала телефон. Первым делом ей не пришло в голову вернуть деньги или сохранить гордость. Её обрадовало лишь то, что теперь у Бянь Нин есть шанс. Она сразу набрала номер подруги, но тот молчал — никто не брал трубку.
Вэнь Юйчжу забеспокоилась. Бянь Цин — опасная психопатка. Если она способна нанять пятерых мужчин, чтобы те ночью преследовали Бянь Нин, то сегодня вполне может послать их прямо к ней домой. Да и раньше такое уже случалось.
От страха у неё задрожали нервы. Схватив сумку, она выбежала на улицу. Так сильно торопила таксиста, что тот едва не нарушил правила. Выскочив из машины, она бросилась к дому Бянь Нин и начала стучать в дверь всё громче и громче.
Бянь Нин открыла не сразу. Волосы были растрёпаны, будто только что проснулась, но лицо выглядело измождённым.
— Бянь Нин, я звонила тебе, но ты не брала трубку. Я испугалась, вдруг Бянь Цин нагрянула, — с тревогой сказала Вэнь Юйчжу.
— Ничего страшного, — губы Бянь Нин потрескались, она попыталась улыбнуться и тут же захлопнула дверь, будто прятала что-то. — Она ко мне не придёт. Не волнуйся. Ты чего так поздно выскочила? Прости, я просто крепко спала.
Вэнь Юйчжу не заметила её движений:
— Я переживала за тебя. Кстати! Я одолжила миллион. Дай Бянь Цин, пусть отстанет. Эта сумасшедшая реально способна тебя подставить!
Она не видела, как в глазах Бянь Нин на миг мелькнула боль.
— Юйчжу, я уже нашла друзей, которые одолжили мне деньги. Я только что перевела их Бянь Цин, и она пообещала не подставлять меня. Всё в порядке. А у кого ты взяла деньги?
Вэнь Юйчжу некоторое время молчала, прежде чем ответить. Наконец тихо произнесла:
— У Гу Ханя.
Бянь Нин уже догадалась. Сейчас у Вэнь Юйчжу почти нет никого, кроме него. Глаза её наполнились слезами. Она обняла подругу, прижалась лбом к её плечу, стараясь не думать о боли в ногах, и сдавленно прошептала:
— Спасибо тебе, Юйчжу… Прости, что доставляю тебе столько хлопот.
http://bllate.org/book/4505/456903
Готово:
