Давно пора было понять: он никогда не даст ей тот ответ, о котором она мечтает. Цзян Хань сухо набрала: [О, тогда спасибо вам, учитель.]
Фу Яньши: [Не забудь выпить.]
Цзян Хань послушно ответила: [Хорошо.]
Отложив телефон, она легла на кровать и уставилась в полог над собой.
Через несколько минут она покорно встала, достала из коробки пакетик чая из лонгана, фиников и ягод годжи, высыпала его в кружку и подошла к кулеру за горячей водой.
—
Двухдневная университетская спартакиада проходила исключительно гладко. Цзян Хань, будучи волонтёром, не участвовала ни в построении классного отряда на церемонии открытия, ни в танцевальном номере — это было единственное, что её огорчало.
Однако сотрудники спортивного отдела, узнав, что она неважно себя чувствует, не нагружали её серьёзной работой. Весь день она сидела у регистрации участников, время от времени объявляя имена через динамик, а в перерывах бегала к трибунам, чтобы присоединиться к соседкам по общежитию и вместе смотреть соревнования.
Ко второму дню после обеда студенческие состязания почти завершились, и наступила очередь товарищеских игр преподавателей.
Цзян Хань наконец увидела Фу Яньши на стадионе — они не встречались уже почти неделю.
С тех пор как она записалась на его курс, занятия прошли всего дважды. В первый раз она опоздала и попалась ему прямо на входе. Потом начались праздники, которые «съели» пятничную пару. После каникул прошла ещё одна лекция, но в эту неделю четверг и пятница снова оказались заняты спартакиадой.
Наверное, именно поэтому университет и назначает все факультативы на четверг с пятницей — заранее предполагая, что эти дни будут часто переноситься.
Сегодня Фу Яньши был в фиолетовой футболке.
Преподаватели кафедры информатики их университета и аналогичной кафедры из соседнего вуза объединились в одну команду — двадцать человек, все в одинаковых футболках.
Увидев его, Цзян Хань вспомнила коробку чая из лонгана, фиников и ягод годжи, которую он ей подарил.
Последние два дня она каждое утро заваривала его в термосе. Когда хотелось пить, она наливала себе немного — сладкий от кусочков сахара-рафинада и ароматный от фиников. Ей очень нравился этот напиток.
Она открутила крышку термоса и сделала глоток, а затем, воспользовавшись выгодным положением на трибуне, достала телефон и сфотографировала Фу Яньши.
Будто почувствовав что-то, он в тот самый момент повернул голову, и их взгляды встретились сквозь объектив.
Цзян Хань посмотрела на фото и чуть не уронила телефон от испуга.
Когда она снова подняла глаза к группе людей в фиолетовых футболках, Фу Яньши уже не смотрел в её сторону.
Он стоял вполоборота, слушая, что говорили ему коллеги. Судя по всему, тема касалась его — он иногда кивал, а иногда уголки его губ приподнимались в лёгкой улыбке, но всего на секунду или две, после чего лицо вновь становилось таким же невозмутимым, как всегда.
Цзян Хань недовольно отвела взгляд.
С тех пор как они снова встретились, она так и не видела, чтобы он хоть раз улыбнулся ей.
В этот момент на трибуну поднялась Линь Жуй и радостно прошептала ей на ухо:
— Ханьхань, расскажу тебе один секрет.
Цзян Хань очнулась от задумчивости и повернулась к ней:
— Что случилось?
Линь Жуй приблизилась ещё ближе:
— Я услышала от старшекурсника с кафедры информатики, что скоро приедет Сюй Яо.
Цзян Хань удивилась:
— Правда?
Линь Жуй кивнула:
— Должно быть, правда. Некоторые уже получили от него звонок — он сейчас в пути и скоро будет здесь.
Цзян Хань заинтересовалась:
— А зачем Сюй Яо приезжает именно сейчас?
Линь Жуй пожала плечами:
— Не знаю. Говорят, по делам.
Цзян Хань протянула:
— Ой...
Линь Жуй:
— Ты пойдёшь со мной посмотреть на него?
Цзян Хань подумала:
— У меня пока не закончились обязанности на соревнованиях, я не могу уйти. Если к концу мероприятий он ещё не приедет, тогда схожу с тобой.
Линь Жуй расстроилась:
— Он так редко приезжает! Ты правда не хочешь его увидеть?
Цзян Хань склонила голову и улыбнулась:
— Он ведь всё равно не знает меня.
— Но ты же говорила, что нравишься ему!
— Это просто эстетическое восхищение, — честно призналась Цзян Хань. — Мне нравится внешность Сюй Яо. Будь на его месте кто-нибудь другой с такой же внешностью, я бы тоже в него влюбилась.
— ...
Пока они разговаривали, на поле началось перетягивание каната.
Чтобы сэкономить время, сразу проводилось несколько раундов одновременно, и судей было много.
Цзян Хань быстро нашла команду Фу Яньши.
Он стоял в последнем ряду — высокий, с толстой верёвкой в руках. Под руководством преподавателя физкультуры он то и дело напрягался, но в отличие от остальных не кричал, а сохранял спокойствие, словно просто наблюдал со стороны.
Тем не менее он стоял очень устойчиво: даже если передние участники наклонялись вперёд, он уверенно удерживал канат.
Команды никак не могли одолеть друг друга.
Остальные группы постепенно завершали свои поединки, и в итоге на поле остались только информатики и журналисты.
Студенты, занявшие призовые места, получали не только памятные медали и сертификаты, но и специальные подарки от университета. Линь Жуй вдруг спросила:
— Ханьхань, а ты знаешь, что получат преподаватели за победу?
Цзян Хань раньше не обращала на это внимания.
Услышав вопрос, она достала телефон и открыла документ со схемой награждений спартакиады.
— Третье место — кинобилет, — прочитала она вслух. — Второе — ручка... Первое — ...
Она запнулась.
Линь Жуй нетерпеливо спросила:
— Что за приз за первое место? Почему молчишь?
Цзян Хань сглотнула и продолжила:
— Комплект средств по уходу за телом.
— ...
Сказав это, она перевела взгляд на поле.
Именно в этот момент игра завершилась — журналисты проиграли информатикам.
Увидев, как преподаватели с кафедры информатики радостно обнимаются, Цзян Хань прикусила губу и вдруг поняла, почему они так упорно боролись за первое место.
После окончания игры преподаватели разошлись.
Цзян Хань заметила, что коллега Фу Яньши разговаривает с одной из преподавательниц их университета, а он сам стоит в одиночестве на поле — его фигура выглядела особенно одиноко.
Рядом Линь Жуй подтолкнула её:
— Ханьхань, ты готова? Пойдём посмотрим на Сюй Яо!
Цзян Хань смотрела на Фу Яньши и вдруг решила:
— Подожди меня секунду!
Она тут же побежала к временной точке продаж и купила бутылку минеральной воды, после чего, прижимая к груди и воду, и свой термос, направилась к нему.
Пройдя половину пути, она взглянула на свои руки и вдруг почувствовала, что намерения слишком прозрачны. На мгновение замешкавшись, она спрятала бутылку в сумку, решив незаметно передать ему воду, когда рядом никого не будет.
В этот момент рядом с Фу Яньши появилась женщина.
Цзян Хань узнала её — новая преподавательница вокала, недавно пришедшая в университет. Говорили, что во время учёбы она вместе с друзьями создала музыкальную группу и была в ней вокалисткой.
У неё были длинные волнистые волосы, стройная фигура и изящные туфли на высоком каблуке. Она была одета очень элегантно, и рядом с Фу Яньши они казались весьма подходящей парой.
Цзян Хань не слышала, о чём они говорили, но видела, как женщина постоянно улыбалась, а Фу Яньши лишь изредка кивал или отвечал ей, сохраняя доброжелательное выражение лица.
Цзян Хань остановилась. В руке она крепко сжимала термос и машинально крутила его.
Вдруг ей стало грустно.
Не хотелось идти дальше.
Она не понимала, откуда взялось это странное чувство. Возможно, потому что слухи о том, будто Фу Яньши холоден ко всем, кто к нему приближается, оказались ложью.
С этой преподавательницей он вёл себя вполне дружелюбно.
А ведь раньше...
Именно она должна была быть той, к кому он относился с особой теплотой.
В течение трёх лет только она могла безнаказанно шуметь и смеяться рядом с ним, капризничать, занимать его кровать и подушку, заставляя его сердито, но бессильно уходить спать на диван в гостиную.
Цзян Хань всегда думала, что, сколько бы лет ни прошло, её место в сердце Фу Яньши останется неизменным. И для неё он тоже всегда останется тем самым.
Но теперь, кажется, только она помнит того соседского старшего брата.
Фу Яньши же совершенно забыл о ней.
Вспомнив его раздражённый тон при их первой встрече после долгой разлуки, Цзян Хань опустила глаза и начала нервно топтать искусственную траву под ногами, будто пытаясь выплеснуть внутреннее раздражение.
Прошло, наверное, совсем немного времени — может, полминуты.
Внезапно перед ней возник человек. Его тень упала на землю рядом с её собственной — только немного длиннее.
Цзян Хань замерла и медленно подняла голову.
Она всё ещё думала о том, что видела, и её взгляд был рассеянным, без фокуса.
Фу Яньши стоял в двух шагах от неё и тихо спросил:
— Что ты здесь делаешь одна?
— ...
Услышав голос, Цзян Хань резко пришла в себя и широко раскрыла глаза от изумления.
На нём всё ещё была та самая фиолетовая футболка, в которой он участвовал в перетягивании каната. На груди красовался жёлтый Спанч Боб с огромными передними зубами, оскалившимися в её сторону.
Этот рисунок контрастировал с его обычно сдержанным образом.
Заметив её выражение лица, Фу Яньши слегка приподнял уголки губ:
— Что, так удивлена меня видеть?
Цзян Хань слегка приоткрыла рот и, немного растерявшись, покачала головой:
— Н-нет...
Фу Яньши пристально посмотрел на неё и приподнял бровь:
— Тогда зачем ты здесь?
— ... — Цзян Хань не осмелилась сказать, что принесла ему воду, и пробормотала: — Я же волонтёр студсовета. Разве странно, что я здесь?
— Не странно, — ответил Фу Яньши, не сводя с неё глаз. Затем он слегка наклонился вперёд, сократив расстояние между ними: — Но я имею в виду, ты ведь только что была наверху. Почему вдруг спустилась?
— ...
После короткой паузы Цзян Хань моргнула:
— Вы меня заметили?
Фу Яньши кивнул.
Цзян Хань:
— Тогда вы...
Он не дал ей договорить:
— Я ещё видел, как кто-то, кажется, тайком фотографировал меня.
— ...
У Цзян Хань по коже пробежали мурашки. Чувствуя себя уличённой, она отвела глаза и принялась оправдываться:
— Я не фотографировала! Вы ошибаетесь! Просто случайно сделала пару снимков.
Сразу после этих слов она поняла, что сболтнула лишнего.
Фу Яньши был в прекрасном настроении и легко произнёс:
— Я ведь даже не сказал, кто именно. Зачем так быстро сознаваться?
— ...
Цзян Хань снова посмотрела на него, удивилась, а потом пробормотала:
— Да просто потому, что вы...
— Ага? — Фу Яньши подождал, но она не продолжила. С интересом спросил: — Я что?
Цзян Хань замолчала.
Опустив глаза, она снова начала топтать траву.
Фу Яньши мягко сказал:
— Перестань. С самого момента, как ты здесь стоишь, ты давишь на эту траву. Ещё немного — и сделаешь здесь лысину.
— ... — Цзян Хань подняла на него глаза: — Откуда вы знаете?
Фу Яньши не стал скрывать:
— Я видел, как ты шла сюда.
Цзян Хань не знала, что ответить.
Фу Яньши, видя её молчание, продолжил:
— Ты пришла ко мне?
— ...
Хотя это был вопрос, он звучал скорее как констатация факта.
Раз он уже всё понял, Цзян Хань перестала сопротивляться. Плечи её опустились, и она тихо призналась:
— Да... Но я увидела, что вы разговариваете с той преподавательницей, и не решилась подойти.
Фу Яньши спросил:
— Почему не подошла?
— Вы же разговаривали. Зачем мне вмешиваться? — Цзян Хань сделала паузу, вспомнив, как он общался с той женщиной, и обиженно добавила: — Это было бы странно.
Перед ним стояла девушка, совсем не похожая на ту, какой она обычно бывала — немного надутая, но всё так же красивая и милая.
http://bllate.org/book/4475/454730
Готово:
