Юноша мрачно смотрел из-под нависших бровей, лицо его было раздражённым, а на щеке отчётливо виднелся свежий красный след. Неудивительно, что настроение у него такое.
Цзи Сюйцзэ, напротив, чувствовал себя прекрасно — даже хихикнул пару раз и спросил Руань Синлуань:
— Маленькая фея, ты всё ещё здесь? Не пора ли домой?
Руань Синлуань подняла глаза и взглянула на обоих.
Хэ Сюй неловко повернулся и отвёл лицо в сторону, не желая, чтобы она увидела побитую щеку.
Когда всё уже было кончено, Сун Чуян предложил:
— Уже поздно. Раз уж начали помогать, давайте доведём дело до конца и проводим эту девочку домой.
— Не надо! — хором ответили Руань Синлуань и Хэ Сюй.
Сун Чуян и Цзи Сюйцзэ недоумённо переглянулись.
Цзи Сюйцзэ решил, что Хэ Сюй просто зол: ведь только что директор школы прибежал и устроил им грозную взбучку, а тот всё это время молча терпел.
— Сюй-гэ, одной ей домой идти небезопасно, — начал он уговаривать. — Может, всё-таки…
— Я сам её провожу, — перебил Хэ Сюй, — и сегодня к тебе не пойду.
Цзи Сюйцзэ: «???»
Сун Чуян: «???»
— Э-э, Сюй-гэ, — запнулся Цзи Сюйцзэ, — может, сначала вместе проводим маленькую фею, а потом зайдём ко мне?
— Поменьше болтай, — холодно бросил Хэ Сюй.
Он сделал пару шагов, обернулся и резко спросил:
— Чего стоишь? Идём!
Руань Синлуань взяла у Сун Чуяна рюкзак и школьную форму и поспешила за ним, оставив Цзи Сюйцзэ и Сун Чуяна стоять и смотреть друг на друга с немым вопросом. Цзи Сюйцзэ беспомощно развёл руками — он сам ничего не понимал.
—
Ночной ветер шуршал листьями на деревьях.
На Руань Синлуань была лишь белая школьная рубашка — днём в ней было в самый раз, но ночью она казалась слишком тонкой. Девушка обхватила себя за плечи, всё равно чувствуя холод.
— Апчхи!
Не сдержавшись, она чихнула, вытерла нос и продолжила идти следом.
Хэ Сюй внезапно остановился. Руань Синлуань не заметила и врезалась в тёплую спину.
Она подняла глаза и молча посмотрела на него.
В лунном свете взгляд девушки был прозрачно чистым, лишённым обычной холодности, и в нём мелькнуло чувство вины.
Хэ Сюй шевельнул губами, собираясь сказать что-то утешительное, но вместо этого резко бросил:
— Надевай куртку.
Руань Синлуань: «?»
— Глухая, что ли? Надевай куртку, говорю.
Эту куртку Хэ Сюй бросил ей во время драки. Руань Синлуань не любила носить чужие вещи и опасалась, вдруг у этого молодого господина окажется мания чистоты — тогда, надев его куртку, она испортит ему вещь.
Из-за этих сомнений она всё ещё не двигалась.
Хэ Сюй, недовольный, вырвал куртку из её рук и неуклюже накинул ей на плечи, с явным отвращением добавив:
— Вернишь потом, только обязательно выстирай.
Руань Синлуань чувствовала, будто голова у неё замедлилась: каждый раз, когда Хэ Сюй начинал говорить этим «разбойничьим» тоном, она не могла найти слов для возражения.
Как и в прошлый раз, когда он без спроса начал мазать ей рану.
Миновав оживлённую главную улицу, Руань Синлуань последовала за Хэ Сюем по узкой тропинке, где сразу стало тихо.
Девушка приоткрыла рот и спросила:
— Откуда у тебя мой номер телефона?
Её голос был тихим и мягким, вызывая невольную нежность.
Хэ Сюй пнул ногой камешек, который заскрипел, катясь далеко вперёд. Он равнодушно ответил:
— У отца спросил. Только что дядя Сяо Ли звонил — ждал, ждал, никого не дождался, начал волноваться.
Руань Синлуань равнодушно протянула:
— А.
Хэ Сюй усмехнулся:
— И всё? Я тебе помог, получил за тебя удар в лицо, а «спасибо» даже сказать не можешь?
— Спасибо.
Её невозмутимость так вывела его из себя, что он только махнул рукой:
— Как-то уж очень формально… Беспардонная девчонка.
Руань Синлуань хотела что-то объяснить, но Хэ Сюй уже зашагал вперёд длинными прыжками.
Лёгкая фигура юноши была чистой и ослепительной, сопровождаемая тихим смехом. Его силуэт удлинялся, и Руань Синлуань задумчиво смотрела ему вслед.
Только когда Хэ Сюй крикнул:
— Ты чего там застыла? Быстрее иди!
она опомнилась и прибавила шагу.
Как только они сели в машину, дядя Сяо Ли обеспокоенно спросил:
— Молодой господин, госпожа, почему вы так задержались сегодня вечером?
Хэ Сюй небрежно ответил:
— Задачки решали.
Дядя Сяо Ли поддразнил его:
— Неужели, молодой господин, вас оставили после уроков за плохую оценку?
Хэ Сюй вытянул ноги, удобно устроился и машинально ответил:
— Да ладно тебе, со мной такого точно не случится.
Дядя Сяо Ли рассмеялся:
— А как же в десятом классе, когда вас заставили до десяти вечера переписывать контрольную?
Тогда только начались занятия, и Ли Чжэнь провела тест по английскому. Хэ Сюй отнёсся к нему спустя рукава и получил чуть больше пятидесяти баллов.
Когда Ли Чжэнь сказала, что посадит их переписывать за стол на лестничной площадке, никто не воспринял это всерьёз. Но той же ночью, отправившись в медпункт, она сама поднялась на шестой этаж с капельницей в руке и, стоя под капельницей, лично проследила, чтобы все переписали работу.
С тех пор пошла слава, что «Ли Чжэнь — настоящая железная леди», и она стала единственным учителем в школе, которому Хэ Сюй хоть немного уважал.
Вспомнив этот конфуз, Хэ Сюю стало неловко, и он пробормотал:
— Да брось уже ворошить старое.
Дядя Сяо Ли, увидев, как молодой господин краснеет, ещё шире улыбнулся и заговорил ещё оживлённее:
— В тот раз мы с господином уже начали волноваться — не случилось ли чего. Господин позвонил вашему классному руководителю, а тот сказал, что уроки давно кончились. Пришлось ехать в школу, чтобы узнать, что вас оставили после занятий.
Хэ Сюй совсем потерял лицо и, чтобы скрыть смущение, распахнул окно и уставился наружу, делая вид, что ничего не слышит.
Руань Синлуань приподняла уголки губ, но, чтобы не задеть чужое самолюбие, сдержала смех.
Дома Хэ Сюй, как обычно, сбросил туфли и растянулся на диване, будто большой пушистый плед, и вяло произнёс:
— Тётя Мэй, что у нас сегодня на ужин? Я умираю от голода.
Тётя Мэй засмеялась:
— Сегодня приготовила твои любимые спагетти. Иди пробуй, скажи, вкусно ли.
Хэ Сюй моментально вскочил и побежал к столу, жадно набрасываясь на еду.
Тётя Мэй заметила след на его лице и спросила:
— Молодой господин, как ты так ушибся?
— Сам случайно об стол ударился, ничего страшного.
Тётя Мэй обеспокоенно сказала:
— Так нельзя. Сейчас сварю пару яиц, приложишь.
Заметив, что Синлуань всё ещё не подходит к столу, она позвала:
— Госпожа, идите скорее, а то еда остынет.
Руань Синлуань ответила:
— Хорошо, сейчас.
Только она села, Хэ Сюй проворчал:
— Вечно мешкаешься.
Увидев, как она аккуратно и сдержанно ест, он снова уколол:
— Неудивительно, что такая худая. Ешь по чуть-чуть — тебя скоро ветром сдует.
Руань Синлуань: «…» Даже еда не затыкает этому рту.
Тётя Мэй весело хихикнула и напомнила:
— Молодой господин, с девушками так нельзя разговаривать. Надо их ласково уговаривать.
Хэ Сюй презрительно фыркнул:
— Уговаривать её? Да никогда.
Тётя Мэй рассмеялась:
— Ох, молодой господин, у тебя язык острый, а сердце мягче всех. Помнишь, как однажды…
Хэ Сюй интуитивно почувствовал, что сейчас начнётся раскопка его старых грехов, и быстро перебил:
— Тётя Мэй, у меня лицо болит, скорее вари яйца!
— Хорошо, сейчас дотру и пойду.
Руань Синлуань сразу поняла его уловку и чуть не рассмеялась, но Хэ Сюй бросил на неё предостерегающий взгляд: «Посмеёшься — пожалеешь!»
После ужина Руань Синлуань положила палочки и сказала тёте Мэй, которая была на кухне:
— Тётя Мэй, я поела, пойду в комнату.
— Хорошо, госпожа, если что — зовите.
— Хм.
Поднявшись на второй этаж, Руань Синлуань вдруг вспомнила, что забыла взять куртку Хэ Сюя, и вернулась за ней. Подняв глаза, она прямо столкнулась с его взглядом.
Он явно смотрел на неё, но тут же, из гордости, отвёл глаза в сторону.
Руань Синлуань не стала обращать внимания и направилась наверх.
Вернувшись в комнату, она достала из рюкзака два листа с домашним заданием по математике.
Задания несложные, просто много.
Она взглянула на экран телефона, прикинула — должна успеть к часу ночи.
Решив закончить всё сегодня, Руань Синлуань полностью погрузилась в учёбу, ни о чём больше не думая.
В какой-то момент она услышала, как Хэ Сюй вернулся в свою комнату, и на секунду обернулась, но за дверью ничего не было видно.
Только в час десять ночи она наконец закончила.
Чуть позже намеченного времени — когда она решала последнюю задачу первого листа, из соседней комнаты вдруг раздался дикий вопль. Видимо, тётя Мэй прикладывала ему яйцо к лицу, и это на миг отвлекло её.
Собрав листы, она открыла телефон и увидела незнакомый номер в журнале вызовов. Немного поколебавшись, Руань Синлуань добавила его в контакты. Набирая имя, она задумалась на секунду и ввела:
«Капризный молодой господин».
Положив телефон, она перевела взгляд на куртку. Поколебавшись несколько секунд, всё же взяла её и направилась в ванную…
—
На следующее утро, почти перед выходом из машины, Хэ Сюй вдруг сказал:
— Дядя Сяо Ли, теперь вечером пусть машина ждёт у школьных ворот, а утром — здесь.
Дядя Сяо Ли удивлённо посмотрел на него.
Хэ Сюй пояснил:
— Слишком далеко. Вечером идти небезопасно.
Дядя Сяо Ли улыбнулся:
— Понял, молодой господин.
Выйдя из машины, они, как обычно, пошли каждый своей дорогой, будто не знали друг друга.
Руань Синлуань вернулась в класс чуть раньше Хэ Сюя. Цзи Сюйцзэ обернулся и с любопытством уставился на неё.
Руань Синлуань спросила:
— Что случилось?
Цзи Сюйцзэ долго думал, но любопытство взяло верх, и он широко ухмыльнулся:
— Маленькая фея, Сюй-гэ вчера ничего тебе не сделал?
Руань Синлуань: «?»
Цзи Сюйцзэ пояснил:
— Я знаю Сюй-гэ уже давно, но никогда не видел, чтобы он провожал домой какую-нибудь девушку и ещё запрещал нам идти рядом. Ну же, расскажи, между вами вчера что-нибудь было?
Он многозначительно подмигнул, давая понять: «Ты поняла».
Руань Синлуань решила, что его воображение чересчур разыгралось, и собиралась объяснить, что ничего такого не происходило, как вдруг за спиной раздался холодный голос:
— Выброси из головы весь этот пластиковый мусор.
Хэ Сюй тут же дал Цзи Сюйцзэ подзатыльник.
Цзи Сюйцзэ с невинным видом уставился на него…
Хэ Сюй даже не удостоил его взглядом и уже собирался сесть, как вдруг Лао Хэ явился за ним.
— Хэ Сюй, иди ко мне в кабинет.
С этими словами он раздражённо ушёл.
Цзи Сюйцзэ злорадно прошептал:
— Сюй-гэ, тебе крышка.
Едва он это произнёс, Лао Хэ вернулся и добавил:
— И Цзи Сюйцзэ тоже идёт со мной.
Цзи Сюйцзэ: «…»
Хэ Сюй довольный шагал впереди, а Цзи Сюйцзэ ворчал про себя: «Оба вызваны, а он радуется. Да он псих!»
Два урока утренней самостоятельной работы Хэ Сюй и Цзи Сюйцзэ провели в кабинете директора. Руань Синлуань несколько раз ловила себя на мысли, что надо пойти признаться в своём участии, но, вспомнив характер Хэ Сюя, решила, что он точно не разрешит, и сдержала порыв.
Когда закончилась утренняя самостоятельная работа, Ся Сюэ обернулась и спросила:
— Синлуань, с тобой всё в порядке? Весь урок какая-то рассеянная.
— Ничего особенного.
Руань Синлуань не выдержала и пошла к кабинету Лао Хэ, но по дороге столкнулась с Юнь Юэ и её компанией.
Юнь Юэ и Ли Цзысань преградили ей путь.
— Пропусти, — спокойно сказала Руань Синлуань.
Ли Цзысань подняла бровь:
— Ты думаешь, эта дорога твоя личная? Сказала «пропусти» — и все должны подчиниться?
Руань Синлуань не стала с ней спорить. Она всегда знала одну истину: у некоторых людей мозги есть, а у других — просто декорация.
Вот, например, эти трое — чисто декоративные.
Она решила обойти их и вернуться в класс, но Цзоу Инъинь нарочно встала у неё за спиной, перекрывая путь.
Наконец Юнь Юэ заговорила:
— Говорят, вчера Хэ Сюй из-за тебя подрался?
Она смотрела свысока, как всегда.
Ли Цзысань и остальные тоже угрожающе уставились на неё, явно давая понять: не ответишь — не уйдём.
Руань Синлуань холодно окинула их взглядом и молчала.
http://bllate.org/book/4447/453581
Готово:
