Длинный меч в изящных тёмно-синих ножнах действительно смотрелся прекрасно, но без кисточки на рукояти выглядел как-то незавершённо. У Цяо отлично помнил, как у тех, кто ходит по стопам Цзянху, кисточки на клинках менялись чуть ли не по нескольку раз за день.
Хуайхэ проигнорировала его замечание и принялась оглядывать прохожих — не найдётся ли среди них щедрый покупатель для этого меча. Если денег так и не будет, а её комнату обыщут, дело примет дурной оборот.
В этом городе людей из Цзянху было мало. По улицам сновали лишь торговцы с лотками да обычные горожане — все сытые, довольные; видно, жизнь здесь была неплохой.
Но найти покупателя, пожалуй, будет трудно. У Цяо заметил, как девушка Хуай рассеянно смотрит по сторонам, и сначала решил её не тревожить. Однако, увидев, как она вдруг обессиленно опустила плечи, не удержался:
— Что случилось?
Её задумчивость нарушил мягкий голос. Хуайхэ подняла глаза и увидела перед собой человека в дорогом шёлке и серебряных украшениях. Вспомнив, что он оплатил все их расходы в пути, она поняла: он, похоже, весьма состоятелен.
Глядя в его доброжелательные глаза, она объяснила свою цель. Это удивило У Цяо — он и не думал, что меч собираются продать.
— Я знаю, кто купит. Пойдём за мной.
С этими словами он взял её за руку и, лавируя между толпой, привёл к изящному, богато украшенному зданию. Входили и выходили оттуда исключительно люди в дорогой одежде, многие несли оружие или целебные снадобья. Не иначе как место, специализирующееся на товарах для Цзянху.
У Цяо подтвердил: это «Фань Лоу» — особое заведение, работающее исключительно с людьми из Цзянху. Здесь покупают и продают оружие, снадобья, а также передают важные сведения. Раз Хуайхэ хочет продать свой клинок, здесь его обязательно оценят и предложат справедливую цену.
«Фань Лоу» есть в каждом крупном городе. Прислуга там — не простые слуги, а члены самого общества. А сам глава «Фань Лоу», говорят, человек весьма необычный.
Едва они переступили порог, как один из служащих тут же подскочил к ним с радушной улыбкой:
— Чем могу помочь, господа?
Услышав, что девушка желает продать меч, он внимательно осмотрел клинок с головы до пят и ещё шире улыбнулся:
— Прошу вас пройти в гостиную. Сейчас позову управляющего для оценки.
Их провели в уютную комнату, где на столе уже стояли сладости и сухофрукты. Через мгновение появился слуга с чаем — всё было очень вежливо и гостеприимно.
— Ну конечно, — сказал У Цяо, попивая чай, — ведь это же бизнес. Да и меч у вас, судя по всему, не простой.
Он вдруг почувствовал любопытство:
— Скажите, госпожа Хуай, вам нужны деньги? Ваш клинок выглядит как настоящее боевое оружие. Почему бы не оставить его себе?
— Я не пользуюсь мечом. Носить его при себе — всё равно что таскать бесполезную вещь. Лучше продать.
Хуайхэ положила меч «Линлун» на стол и спокойно уселась на стул, пробуя местный чай.
У Цяо смотрел на её невозмутимость и чувствовал, как внутри него растёт желание разгадать её тайны.
— Добро пожаловать, почтенные гости! — раздался вдруг голос, и в комнату вошёл управляющий, прервав его размышления.
Оба встали, чтобы встретить его. Тот взял меч, внимательно осмотрел ножны, вынул клинок — и серебристо-белое, острое лезвие заставило его одобрительно кивать.
Пальцы управляющего скользнули по узору на рукояти, после чего он легко выполнил несколько движений, демонстрируя владение оружием, и произнёс:
— Отличная работа.
— Так сколько вы готовы дать? — спросил У Цяо.
Управляющий аккуратно вернул меч на стол и сел напротив них:
— Клинок действительно великолепен: мастерская работа, острый и красивый. Вы уверены, что хотите его продать?
— Конечно, — ответила Хуайхэ, недоумевая, зачем он снова спрашивает.
— Уважаемый управляющий, — вмешался У Цяо, — если бы мы не хотели продавать, зачем пришли бы сюда? Говорите уже цену.
— Раз вы настаиваете, мы не станем отказывать клиентам. Мы можем предложить три тысячи серебряных за этот…
— Меч «Линлун», — подсказала Хуайхэ.
— Меч «Линлун». Он, без сомнения, относится к божественному оружию. Согласны ли вы на такую сумму?
Хуайхэ было всё равно, но она не разбиралась в ценах, поэтому посмотрела на У Цяо. Тот сразу заметил в её взгляде доверие.
— Уважаемый управляющий, — сказал он, — вы не совсем честны. В нынешней ситуации в Цзянху такой клинок — словно живительная влага для иссохшей земли.
Управляющий усмехнулся:
— Оружие, конечно, отличное. Но, во-первых, у него нет подтверждённого происхождения. Во-вторых, даже если мы его купим, не факт, что сумеем продать. Как только в Цзянху узнают, что у нас есть такое оружие — особенно в стане Демонического Культа, — начнётся новая волна кровавых распрей.
У Цяо взглянул на молчащую Хуайхэ. Да, происхождение меча действительно вызывало вопросы, но так сильно занижать цену — это уже перебор.
Управляющий оценил их выражения и, желая заручиться расположением таких клиентов (ведь тот, кто способен предъявить подобное оружие, явно не простой человек), добавил ещё тысячу серебряных.
— Согласна, — сказала Хуайхэ. Ей было не до торговых споров — она вообще терпеть не могла хлопот. Она остановила уже открывшего рот У Цяо.
Тот в этот момент был весь поглощён ощущением, исходящим от своей закрытой перчаткой, и больше ни о чём не думал.
Управляющий всё понял и еле заметно улыбнулся.
В итоге Хуайхэ получила коробочку с банковскими билетами разного достоинства, немного мелких монет и… пару нефритовых подвесок?
— А это что? — удивлённо спросила она, вынимая подвески.
— Это подарок для вас, госпожа, — пояснил управляющий. — Ведь когда появляется такое сокровище, его следует особо чтить. Ранее я снизил цену исключительно из соображений бизнеса. Эти подвески — знак моего уважения и извинения. Надеюсь, в следующий раз, если у вас снова окажется нечто подобное, вы в первую очередь обратитесь именно в «Фань Лоу». Обещаю, вы не пожалеете.
— Хорошо, благодарю, — ответила Хуайхэ.
Она вынула из коробки несколько банковских билетов и одну из подвесок и протянула У Цяо.
— Госпожа Хуай, зачем это?
— Благодаря вам, господин У, всё так удачно сложилось. Это — мой скромный дар за помощь.
На лице девушки появилась лёгкая улыбка.
Сердце У Цяо забилось так сильно, что он едва мог сдержать волнение. Он взял банковские билеты, но одну подвеску отделил и вернул Хуайхэ.
— А? Вам не нравится? — нахмурилась она.
— Нет-нет, просто… дар управляющего, вероятно, предназначен для вас обоих. Мне одной неудобно оставлять.
Он сдержал улыбку и положил подвеску обратно в коробку Хуайхэ.
Она подумала и решила, что он прав, — и тоже убрала подвеску в коробку. Они вышли на улицу и неторопливо пошли рядом.
Вдруг Хуайхэ остановилась и уставилась прямо перед собой. У Цяо последовал за её взглядом и увидел у лапшевой лавки женщину, чья внешность резко контрастировала с окружающей обыденностью. Её чёрные волосы были распущены, черты лица — изысканны, но бескровные губы выдавали в ней больную красавицу.
У Цяо несколько раз перевёл взгляд с неё на Хуайхэ, но та не отводила глаз от незнакомки. Его собственная улыбка давно исчезла.
Неужели ей нравятся такие?
Хуайхэ смотрела на хрупкое тело женщины — оно казалось таким слабым и измождённым, что даже издалека было видно: каждое дыхание даётся ей с мукой. «Неужели в мире бывают такие люди, — подумала она, — которые, имея столь разрушенное тело, всё же находят в себе силы жить?»
— Хозяйка, — внезапно заговорила система в её сознании, — похоже, это врождённое духовное тело. В мире высокого уровня боевых искусств это был бы величайший талант, но здесь, в низкоуровневом мире ушу, энергия подавлена, и потому возникают такие проблемы. Внешне она выглядит хрупкой, постоянно кашляет — жалкое зрелище.
— Скажи, — задумалась Хуайхэ, — может ли та духовная трава вылечить её состояние?
— Не знаю. С такого расстояния невозможно определить детали. Да и какой нам от этого прок?
— Я думаю, стоит попробовать. Такая прекрасная красавица… и тот, кто рядом с ней, так бережно за ней ухаживает — явно не хочет, чтобы она угасла.
Издалека до неё долетели обрывки разговора: двое мужчин оказались учениками одного мастера, и их тёплая, почти семейная атмосфера напомнила Хуайхэ о том клане, в который она так и не успела вступить.
Возможно, прибытие в этот мир — тоже своего рода испытание для неё.
— Госпожа Хуай, с вами всё в порядке? — перед её глазами замелькала рука, тревожно её потряхивающая.
Хуайхэ очнулась и увидела обеспокоенное лицо У Цяо. Она смущённо извинилась.
Они свернули в другую сторону. У Цяо оглянулся на двоих у лавки — его взгляд стал тяжёлым и задумчивым.
Той ночью Бай И лежал в постели, с трудом кашляя. Его хриплое дыхание звучало болезненно.
— Я же говорил — нельзя было выезжать! Тебе плохо, а в Долине Бессмертного Врача поймут. Они сами пришлют кого-нибудь в нашу школу. Зачем тебе мучиться в дороге? — Цюй Цзин налил брату воды и подал ему.
— Долина Бессмертного Врача и так занята. Не стоит из-за моей болезни отвлекать их. Лучше я сам приеду.
Бай И было неудобно лежать, и он сел, медленно добрался до стола.
Цюй Цзин тут же вскочил и помог брату. «Мой старший брат — гений, знает всё на свете, — думал он с горечью, — но с самого рождения его тело слабо, и за двадцать с лишним лет, несмотря на всех врачей мира, становится всё хуже и хуже».
Он боялся, что однажды брат просто исчезнет, и он больше никогда не увидит его доброго лица. Будучи сиротой, воспитанным в школе, он с детства был рядом с Бай И, который для него был как родной старший брат. Он не мог представить жизни без него и потому всю дорогу был предельно осторожен.
— Не волнуйся, — утешал его Бай И, видя его уныние. — Как только доберёмся до Долины Бессмертного Врача, тебе станет легче.
— Я… я не об этом… — начал было Цюй Цзин, но вдруг дверь распахнулась, и в комнату ворвался зловещий смех.
— Раз тебе так плохо, почему не едешь быстрее? — проговорил таинственный человек в капюшоне, полностью закутанный в тёмные одежды.
— Кто ты? — Цюй Цзин встал перед братом, готовый защищаться.
— Не важно, кто я. Твой брат болен. Я предлагаю вам повозку — доставлю вас прямо в Долину Бессмертного Врача. — Незнакомец показал пустые руки. — У меня нет оружия. Я хочу лишь помочь.
— Почтенный странник, — спросил Бай И, глядя поверх плеча брата, — мы не знакомы. Зачем вам помогать нам?
«Серебряная вышивка на шёлке, чёрные одежды с бабочками… — мелькнуло в голове Бай И. — Это одеяние племени У! Значит, его положение в племени немалое!»
— Просто мне тяжело смотреть, как такая больная красавица мучается в пути, — ответил незнакомец с фальшивой мягкостью, за которой чувствовалась зловещая угроза. Из темноты за его спиной доносилось шуршание.
Бай И почувствовал неладное. Хотя незнакомец и предлагал помощь, в его взгляде читалась враждебность.
Цюй Цзин тоже не был глуп — принимать помощь от незнакомца без причины было бы безрассудно.
— Жаль, — вздохнул незнакомец, — тогда придётся применить крайние меры.
Свет погас. В темноте раздались странные звуки. Цюй Цзин насторожился, прикрывая брата, но вдруг рухнул на пол без сознания.
— Племя У! Что вы задумали?! — закричал Бай И, но тут же закашлялся от возбуждения.
Незнакомец молчал. У него не было времени на разговоры. Он просто выпустил сонный гу, и оба противника мгновенно погрузились в глубокий сон.
«Бах!» — распахнулось окно, впустив порыв ветра. В комнате раздавался тяжёлый кашель. Хуайхэ как раз вошла и увидела, как больной вот-вот потеряет сознание. Она тут же подскочила и направила в него ци, успокаивая его тело.
Когда Бай И наконец пришёл в себя, он поблагодарил незнакомку. Затем проверил брата — тот просто спал. Лишь тогда он смог расслабиться.
— Благодарю вас, госпожа… — поднял он глаза, но вдруг почувствовал, будто его зрение предаёт его: перед ним стояла расплывчатая фигура с неясными чертами лица.
— Линсюйцзюнь, — ответила незнакомка.
http://bllate.org/book/4413/451155
Готово:
