Вдали одновременно прозвучали часы, и их звон, растекаясь по воздуху, разнёсся над морем. Гу Си Жуй напряглась всем телом — все пять чувств будто отключились, сосредоточившись исключительно на губах, где она отчётливо ощущала его нежный укус и медленное давление, формируя в сознании единственную мысль:
Линь Чжуоань целует её.
Музыка из машины, просачиваясь сквозь паузы между ударами колокола, вплелась в ритм — краткая и в то же время бесконечная, сложившись в совершенную симфонию.
— …Try to steal a kiss at the bridge, under a violet moon…
В полночной тишине двенадцать звонов протяжно разнеслись над мостом, где пара влюблённых устроила свой собственный праздник.
*
Когда автомобиль въехал в подземный гараж, Линь Чжуоань, воспользовавшись светом фар, взглянул на съёжившуюся рядом девчушку и не удержал улыбки.
— Щёчки всё ещё горят?
Та не ответила, лишь отвернулась и спрятала лицо в локтевом сгибе.
Совсем не похожа на ту, что ещё недавно сидела за столом, болтая ногами в воздухе и с грозным видом отчитывала каких-то мелких хулиганов.
Они вышли из лифта один за другим. Гу Си Жуй уже собиралась приложить палец к сенсору замка, как вдруг почувствовала, что её удерживают за руку.
— Подожди, сначала надень это. Зайди в квартиру и попробуй угадать, что за подарок, — Линь Чжуоань, словно фокусник, из ниоткуда извлёк повязку на глаза.
— Тебе почти тридцать, ты уже не подросток семнадцати–восемнадцати лет. Неужели нельзя обойтись без таких детских штучек? Подарок ценится по стоимости, а не по театральным эффектам, — пробормотала она, чувствуя, как сердце колотится, будто в груди запрыгал заяц.
— …А ты потом сможешь изобразить наивную принцессу и сделать вид, что действительно удивлена? — Линь Чжуоань ласково сжал её подбородок. — Не бойся.
Он аккуратно завязал ей повязку и, взяв за руку, открыл дверь квартиры.
Пройдя шагов десять внутрь, они, скорее всего, оказались в гостиной.
Линь Чжуоань положил ей в ладонь небольшую коробочку.
— Угадаешь по ощущениям?
— Хм… — Гу Си Жуй открыла коробку и нащупала содержимое: металлическое, довольно тяжёлое, с рельефной поверхностью; с одной стороны — цепочка, с другой — несколько маленьких шариков, которые при встряхивании издавали тихий звон.
— Ожерелье… Нет, золотой замочек?
— Да, замочек на долголетие, — Линь Чжуоань забрал его и отложил в сторону. — В год твоего рождения почти все старшие в семье дарили тебе такие. Я решил наверстать упущенное. Пусть моя девочка будет здорова, счастлива и проживёт сто лет без тревог.
— Ха… Отлично! Золотой? Мне нравится! — Гу Си Жуй потянулась, чтобы снять повязку, но он мягко остановил её.
— Подожди, есть ещё.
Он поставил перед ней прямоугольную коробку.
— Протяни руку.
— Это просто — ручка! — Она сразу рассмеялась. — Но зачем мне ручка? Сейчас разве что для автографов… Не очень практичный подарок.
Рядом послышалась пауза, затем мужской голос, чуть приглушённый:
— …Это золотая ручка. Не только перо, но и корпус — из чистого золота. На ней инкрустирован аквамарин и выгравировано твоё имя.
— …
— Объявляю, что отныне все мои тексты буду писать исключительно от руки… — торопливо прижала она к себе драгоценную ручку.
— В год твоего первого дня рождения ты выбрала именно ручку на гадании «чжуачжоу», — улыбнулся он. — Тогда ты схватила мой карандаш и никому не отдавала. Дядюшка и прадедушка были в восторге: «В семье Гу появится человек культуры! Малышка презирает богатства!»
Он сделал паузу и добавил с лёгкой иронией:
— Но теперь, похоже, культура у тебя есть… А вот насчёт презрения к богатству…
— Навоз — это же питательная основа для роста растений! Я — цветок Родины, мне жизненно необходимы такие «питательные вещества». Так что презирать деньги — вполне логично, — Гу Си Жуй тут же пустила в ход всю свою эрудицию, чтобы оправдаться. — Ладно, подарки к рождению и гаданию «чжуачжоу» получены… Неужели ты, как какой-нибудь нувориш, решил сразу подарить мне всё, что я должна была получить за двадцать три года?
Старомодно, конечно… Но мне нравится.
Линь Чжуоань наклонился и поцеловал её в щёку.
— Похоже, но не совсем. Угадай все — и тогда поймёшь.
Третий подарок оказался миниатюрным пианино — точной копией рояля Steinway, только в детском размере.
— В тот год ты начала увлечённо «играть» на пианино. Тётушка была в восторге: «Если девочка любит искусство, вырастет изящной». А вот дядюшка жаловался дяде Гу Чанцзяну, что «маленький бес» стучит по клавишам, будто ломает стену — «искусство сноса зданий», и, мол, если вырастет без характера арендодательницы, уже будет чудо.
Гу Си Жуй: «…»
Ладно, запомнила. Обиделась.
— Вот кукла Барби. В три года ты пошла в детский сад и начала играть в «дочки-матери». Постоянно повторяла: «Когда вырасту, выйду замуж за Ань-Аня и стану его женой», — Линь Чжуоань слегка сжал её ладонь. — Теперь ты выросла. Довольна?
— Я… не помню, — ответила она с лёгкой виноватостью. Действительно не помнила, но внутри всё дрогнуло — будто раскрылась старая тайна юных мечтаний. Если бы не повязка, он бы точно заметил, как она отводит взгляд.
— Ничего страшного. Зато я помню, — тихо рассмеялся он и положил ей в руки следующий подарок.
В четыре года Гу Си Жуй начала проявлять интерес к одежде и сама выбирала наряды. Линь Чжуоань подарил ей платье принцессы — многослойное, из шёлка и тончайшей вуали, с цветочными бутонами, украшающими подол. Она смутно припоминала похожее платье в коллекции одного из люксовых домов моды.
В пять лет она училась кататься на велосипеде — он преподнёс ей велосипед и полный комплект защиты. На руле она нащупала логотип, похожий то ли на быка, то ли на коня.
Шестилетние ролики, семилетний школьный рюкзак, восьмилетний купальник и круг для плавания.
Девятилетний CD-проигрыватель, десятилетний переводчик, белая рубашка и клетчатая юбка — наряд для школьной церемонии в одиннадцать лет.
Чем больше она распаковывала, тем сильнее волновалась. За первоначальным восторгом нарастало всё большее ожидание.
Это было похоже на то, как если бы богач дарил десятки предметов роскоши… но в то же время — совершенно иначе.
Каждый подарок от Линь Чжуоаня был связан с её собственной жизнью.
Каждое прикосновение будило воспоминание — будто листаешь старый фотоальбом или смотришь кассету на древнем видеомагнитофоне: изображение зернистое, в шумах, но ты всё равно хохочешь до слёз.
Его широкая ладонь обнимала её руку, и двадцать с лишним лет жизни — не слишком длинных, но и не коротких — неторопливо проносились перед ней. Он помнил каждую, казалось бы, незначительную деталь её детства — с трогательной точностью и романтической тщательностью.
Без слов он говорил: «Я был рядом, пока ты росла».
— Потом я вернулся в семью Линь, — его голос стал чуть тише. — Помнишь, в день моего восемнадцатилетия мы с родными Линь ждали в больнице результатов ДНК-теста? Все, кроме деда, смотрели на меня с холодностью. Но я был счастлив — ведь получил от тебя подарок на день рождения.
Гу Си Жуй замерла с коробкой в руках. Да, теперь она вспомнила.
Тогда она впервые узнала, что семья Гу Чанцзяна плохо обращалась с ним, и решила, что он вынужден вернуться в род Линь. Из сочувствия она успела отправить ему подарок к дню рождения.
В те времена не было ни онлайн-магазинов, ни курьеров. Она прогуляла урок и сама пошла на почту, чтобы отправить Линь Чжуоаню большую коробку конфет, привезённых дядей из-за границы.
— Ты приложила музыкальную открытку, помнишь? — Он нежно коснулся её щеки. — «Племяш, когда грустно — съешь конфетку. Тогда поймёшь: в мире ещё есть что-то сладкое».
Внезапно он обнял её, спрятав лицо у неё в плече. В его голосе послышалась дрожь.
— Ты ведь… никогда не говорил… — прошептала она, слегка ткнув его в плечо. — Если они так плохо к тебе относились, почему бы просто не вернуться к нам? Разве семья Гу не смогла бы тебя содержать?
— Глупышка, — Линь Чжуоань выпрямился. — Ты до сих пор не понимаешь, почему я обязан был уйти?
Она покачала головой — и в следующее мгновение снова ощутила его дыхание.
На этот раз поцелуй был не таким, как на мосту. Он целовал её настойчиво, почти грубо, с оттенком отчаяния и досады.
Наконец отстранившись, он хрипло произнёс:
— Вот именно из-за этого.
Из-за тебя. Потому что люблю тебя. Потому что хотел исполнить ту детскую шутку о помолвке. Хотел рискнуть всем, чтобы начать с чистого листа.
Линь Чжуоань немного успокоился и погладил её по голове.
— Поняла? Или объяснить ещё раз?
Девушка кивнула, слегка прикусив губы, которые он «объяснял» до онемения.
— Продолжай распаковывать, — удовлетворённо улыбнулся он и вложил ей в руки ещё один подарок.
Двенадцатилетняя корона со стразами для дня рождения, тринадцатилетние Casio-часы, в одночасье ставшие хитом школы, четырнадцатилетний плюшевый мишка, пятнадцатилетний фотоальбом любимого кумира.
Шестнадцатилетняя музыкальная шкатулка, где танцующие фигурки в конце целовались.
Семнадцатилетние билеты на полуночный сеанс вдвоём, с попкорном и колой в комплекте.
И восемнадцатилетнее первое платье haute couture, туфли на каблуках, клатч и ожерелье.
— Тогда я хотел привезти всё это, но так и не смог вручить, — с лёгкой горечью сказал он. — Судьба пошутила.
Гу Си Жуй протянула руку и обняла его за плечи.
— Устала? Остальное распакую я, — Линь Чжуоань обнял её и повёл дальше. — Ты говорила, что первый взрослый сумка должна быть от Chanel. Что с двадцати лет обязательно пользоваться кремом для глаз. А ещё я слышал: никогда не ошибёшься, подарив девушке набор помад Tom Ford всех оттенков.
— Всё это — манипуляции маркетинга, — засмеялась она. — Одной помады мне хватает на полгода.
— О, тогда, возможно, теперь тебе понадобится меньше времени.
— Почему?
Он наклонился и коснулся губами её уголка рта, совершенно серьёзно произнеся:
— Потому что тебе придётся чаще подправлять макияж.
У девушки вспыхнули уши, и она потихоньку приложила к ним тыльную сторону ладони.
Но он поймал её руку и надел на палец кольцо.
— В прошлом году, когда мы расписались, я хотел подарить тебе его, но ты уехала. В тот раз, когда я надевал его тебе, ты потом сняла и больше не надевала, — вздохнул он. — Один и тот же перстень, трижды подаренный одному и тому же человеку… Коллекционер, у которого он хранился, наверное, сорвался бы с больничной койки от злости.
— А? Кто? Это тот самый… которого я видела в аэропорту?
— Да, — Линь Чжуоань поправил кольцо на её пальце. — Не хочу хвастаться, но найти его и убедить владельца продать — было чрезвычайно сложно.
— Это был тайный миллиардер, постоянно путешествующий по миру, почти не появляющийся на публике. Я связывался с ним много раз, предлагал любую цену — он отказывался.
— И как же ты его получил? Устроил драку и положил в больницу?
— Конечно нет, — он усмехнулся и слегка ущипнул её за талию. — В итоге я лично встретился с ним, рассказал о тебе и даже показал твою фотографию.
— И он согласился?
— Нет, — Линь Чжуоань приподнял бровь. — Он сказал: «Всё просто. Пусть она выйдет за меня замуж и проведёт со мной год в постели — тогда я подарю ей кольцо».
Гу Си Жуй: «…»
— …После этого я его избил до переломов.
Гу Си Жуй: «!!!»
— Когда я сидел в иностранной полиции и пытался связаться с посольством, его адвокат пришёл и отозвал обвинения. Он сказал, что восхищается мной: несмотря на риск серьёзных последствий, я не позволил оскорбить любимого человека. Это и есть настоящая любовь.
— И он не запросил баснословную сумму? Сколько ты за него заплатил?
— Узнав о нашей помолвке, он назвал цену — ровно десять миллиардов, — улыбнулся Линь Чжуоань.
— Что?! — Гу Си Жуй потянулась, чтобы сорвать повязку. — Да он просто грабитель!
— Не спеши, — он удержал её руку. — Остался ещё один подарок.
— На самом деле, это не грабёж. На аукционах последние годы бриллианты такого качества стоят несколько миллиардов. А этот — 5,20 карата, да ещё и с символическим значением… Если бы его выставили на торги, цена могла бы быть и выше.
Девушка уже не могла представить, сколько нулей в числе «десять миллиардов». Когда миллиардеры так легко оперируют ВВП целых стран, это выходит за рамки её понимания.
— Ладно… Главное, что тебе нравится, — сдалась она, всё ещё ошеломлённая. — В прошлом году ты уже устроил такой сюрприз… А что в этом году?
— Неужели ты, как какой-нибудь тиран из дешёвого романа, подарил мне акции компании? Не надо, правда не надо…
Линь Чжуоань отпустил её и отошёл в сторону.
— В этом году подарок… побольше. Просто сделай пять шагов вперёд — и сама всё поймёшь.
http://bllate.org/book/4365/447184
Готово:
