Название: Ты — мачо, я — зелёный чай (Юй Танжэнь)
Категория: Женский роман
«Ты — мачо, я — зелёный чай»
Аннотация:
Руань Янь два года жила с Шэнь Цзинем без всяких формальностей. Все вокруг твердили, что она без памяти влюблена в него и смиренно согласилась быть его тенью — заменой кому-то другому.
Даже сам Шэнь Цзинь так думал.
Поэтому, когда Руань Янь заявила, что хочет расстаться, он лишь равнодушно стряхнул пепел с сигареты:
— Ты точно решила? Как только выйдешь за эту дверь, даже если будешь стоять на коленях и умолять — не поможет.
Руань Янь ответила с неожиданной твёрдостью:
— Расстаёмся.
Лицо Шэнь Цзиня потемнело, и он почти сквозь зубы процедил:
— Отлично.
*
Спустя месяц в СМИ просочилась новость: популярная актриса Руань Янь попала в аварию.
Шэнь Цзинь не выдержал. В ту же ночь, в тревоге, он помчался в больницу.
И там, за дверью палаты, он увидел, как лежащая в постели Руань Янь со слезами на глазах спрашивает своего лечащего врача:
— Пять лет прошло… Ты уже наигрался в прятки со мной?
С этими словами она подняла руку и сняла с него медицинскую маску. Под ней оказалось лицо, на семьдесят процентов похожее на его собственное.
В этот миг Шэнь Цзиня будто сокрушил удар кулака…
Он заметил: на горле того мужчины была точь-в-точь такая же рубца, как и у него!
*
— Сначала ему просто понравилось её лицо.
— А потом, когда он влюбился, понял: чёрт возьми, ей тоже нравилось только его лицо.
Предупреждение:
1. Двойные замены | Рост в шоу-бизнесе | Любовные треугольники | Ад кромешный
2. Герой — мерзавец, использует героиню как замену, но она ещё хуже… У неё не один «заместитель»…
3. Надоело читать одни и те же истории, где девушки страдают ради жестоких мужчин. Решила написать своё: пусть и красавица найдёт себе «заместителя» и получит удовольствие! Гендерное равенство: если уж быть мерзавцами, так всем вместе. Двойные замены, двойной ад — разве это не восхитительно?!
Теги: Городской роман, Шоу-бизнес, Сладкий роман
Ключевые слова для поиска: Главная героиня — Руань Янь | Второстепенный персонаж — Шэнь Цзинь
Однострочная аннотация: Двойные замены, двойной ад.
Основная идея: Пошаговое руководство по тому, как любить.
Жаркий летний вечер. Тяжёлые тучи наслаивались одна на другую, время от времени глухо гремел гром.
Однако даже гром не мог заглушить резкий стук каблуков женщины, разъярённо шагающей по коридору.
Син Цин ворвалась в гримёрку и швырнула серебристое платье с бретельками прямо на туалетный столик.
Её лицо было мрачнее туч:
— Похоже, команда Сун Цзюнь совсем спятила! Как они вообще осмелились применить такой подлый трюк против тебя?
Руань Янь, до этого погружённая в телефон, подняла платье и осмотрела его. Действительно: на обеих бретельках были аккуратные надрезы.
Надрезы были крошечными — если не присматриваться, их и не заметишь. Но стоит надеть такое платье, и тонкие шёлковые ленты наверняка порвутся от малейшего движения, и тогда…
Руань Янь положила платье обратно:
— Нет доказательств. Не стоит обвинять Сун Цзюнь безосновательно.
— Нет доказательств?! — ещё больше разозлилась Син Цин. — Я проверила записи с камер отеля! Вчера, после пробы, ассистентка Сун Цзюнь заходила в наш номер, когда горничная убирала!
Руань Янь по-прежнему смотрела в экран телефона, её лицо оставалось невозмутимым:
— А ты веришь, что завтра записи с камер в этом пятизвёздочном отеле внезапно «потеряются» именно за этот отрезок времени?
Син Цин мгновенно поняла намёк. За спиной Сун Цзюнь стоит семья Сун из Наньчэна — это общеизвестный факт в индустрии.
Иначе как объяснить, что актриса с посредственной игрой шесть лет подряд остаётся на пике популярности и увозит домой кучу наград?
Син Цин потерла виски:
— Ладно. К счастью, я предчувствовала, что команда Сун Цзюнь обязательно устроит тебе неприятности на сегодняшней презентации, и заранее подготовила запасной наряд…
Она говорила и говорила, но Руань Янь не слушала — всё ещё увлечённо смотрела в телефон. Син Цин насторожилась и наклонилась поближе:
— Что там такое? Неужели тайно переписываешься с каким-нибудь мужчиной…
Экран не успели выключить. И правда — на нём был мужчина.
Судя по обстановке, снимок сделан в гримёрке. Мужчина стоял перед зеркалом, одна рука засунута в карман брюк.
Высокий, с двумя расстёгнутыми пуговицами на рубашке, обнажающими горло с резкой, бросающейся в глаза рубцой. Даже в строгом костюме от него веяло такой дикой, необузданной хулиганской энергией, что казалось — она вот-вот вырвется из экрана.
Но именно этот человек склонил голову и с полным вниманием смотрел на женщину перед зеркалом, которая наносила помаду.
Та прекрасная женщина была Сун Цзюнь.
Син Цин тоже замерла:
— Кто это… Новый актёр из агентства Сун Цзюнь?
Но, сказав это, она тут же пожалела. В этом мужчине чувствовалась такая мощь, что он явно не тот, кто зарабатывает на жизнь внешностью.
Скорее… безгранично уверенный в себе человек, стоящий над всеми.
Руань Янь опустила глаза, пряча все эмоции:
— Не знаю.
— Откуда у тебя эта фотография?
— Прислали на рабочую почту с анонимного аккаунта.
Син Цин нахмурилась:
— Наверняка кто-то специально подкидывает, зная, что вы с Сун Цзюнь в ссоре. Хотят, чтобы ты слила фото журналистам. Не поддавайся.
Сейчас они вместе снимали фильм «Два цветка». Команда Сун Цзюнь недовольна: хочет переделать сценарий и занять первое место в титрах. Но режиссёр Се Мянь — человек с принципами и не уступает.
Команда Сун Цзюнь не осмеливается трогать самого Се Мяня, поэтому мстит Син Цин: покупает статьи, чтобы очернить её, и приклеивает ярлыки вроде «младшая копия Сун Цзюнь» или «дешёвая замена Сун Цзюнь».
Любой сообразительный человек видел: между ними давняя вражда.
Син Цин похлопала Руань Янь по плечу:
— В любом случае, готовься к презентации.
Руань Янь кивнула и взяла помаду.
В комнате воцарилась тишина. Син Цин начала внимательно разглядывать подругу.
На ней был свободный халат, обнажавший большую часть белоснежной груди. Выше — длинная шея и исключительно красивое лицо.
Особенно запоминались миндалевидные, томные глаза — взглянешь раз, и забыть невозможно.
Син Цин невольно вспомнила фото, которое только что видела.
Лицо Сун Цзюнь мелькнуло в памяти: она сидела под тем же углом, в том же зеркале, и у неё были такие же томные, неотразимые глаза.
Обычно это не бросалось в глаза, но теперь… Все эти слухи о «младшей Сун Цзюнь»...
Действительно, есть сходство…
Син Цин вдруг насторожилась:
— Почему ты сама гримируешься? Где визажист?
— Сун Цзюнь временно забрала её. Сказала, что у них не справляются.
— Не справляются?! У них на одну актрису три визажиста, а они ещё и к нам лезут? У неё что, лицо размером с целый город, что троих не хватает?!
Гнев Син Цин вспыхнул с новой силой. От испорченного платья до похищения визажиста — Сун Цзюнь явно решила не дать Руань Янь спокойно пройти презентацию.
— Ладно, сейчас позвоню соседнему проекту, попрошу одолжить визажиста. Надеюсь, успеем.
— Не надо, — с лёгким щелчком Руань Янь закрыла помаду. — И платье тоже не нужно.
— Почему? Ты не пойдёшь на презентацию?
— Пойду. И именно в таком виде.
Син Цин не поняла. Но в следующее мгновение услышала пять спокойных слов от Руань Янь:
— Син Цин, снимай одежду.
*
Гром стих к вечеру, а к ночи хлынул ливень, косо хлеставший по окнам.
В зале царила суета: гости окружили режиссёра Се Мяня, расхваливая фильм и предсказывая ему триумф на всех фестивалях в этом году.
Се Мянь был доволен.
Ему пятьдесят восемь, он — один из ведущих режиссёров «пятого поколения» в стране. Из трёх главных национальных кинопремий он уже получил две. Теперь он надеялся, что этот фильм принесёт ему третью — ту, что всё ещё ускользала, — и станет подарком себе к шестидесятилетию.
Он бросил взгляд на актёров.
Сун Цзюнь пришла рано. Сегодня она была в красном платье без бретелек — красота броская, дерзкая. Хотя Се Мянь и не слишком доверял её актёрскому мастерству, но за шесть лет в профессии она хоть немного научилась, и всё же была лучше большинства.
Но больше всего он ждал от Руань Янь.
Девушка — новичок, немногословна, но на пробы она была единственной, кто правильно взял хирургические ножницы. Вся сцена прошла гладко и профессионально. Се Мянь даже спросил Син Цин, не училась ли Руань Янь на медика.
Оказалось — нет. Просто выпускница киноакадемии, в агентстве меньше года.
Ещё более удивительно: Сун Цзюнь и Руань Янь действительно немного похожи.
Это так напоминало сюжет «Двух цветков»: две подруги, похожие, как сёстры… Казалось, сама судьба послала ему Руань Янь!
Однако это ожидание мгновенно испарилось, когда он увидел фигуру, вошедшую сбоку.
Руань Янь появилась в белой рубашке и чёрной юбке — ту самую одежду, в которой вчера на ужине была её менеджер Син Цин…
— Режиссёр Се, — поздоровалась Руань Янь.
Се Мянь окинул её взглядом, лицо потемнело:
— Что случилось?
— Произошёл… — Руань Янь на секунду замялась, — небольшой инцидент.
Действительно ли это был просто «инцидент»?
Се Мянь ещё мрачнее посмотрел то на Сун Цзюнь, то на Руань Янь. Но в этот момент ведущий начал представлять гостей, и он, поправив воротник своего костюма, направился на сцену. Руань Янь послушно последовала за ним.
Согласно статусу, Сун Цзюнь заняла центральное место. Режиссёр и главный герой встали по обе стороны от неё, а Руань Янь скромно отошла к краю. Белая рубашка, чёрная юбка, без макияжа — в её чертах читалась почти аскетичная сдержанность.
Журналисты иногда задавали вопросы и новичке. Но вскоре поняли: как ни спрашивай, девушка умела мягко и вежливо уходить от ответов. Вопросы снова сосредоточились на Сун Цзюнь.
— Госпожа Сун, на прошлой неделе вас сфотографировали в одной машине с президентом компании «Сюнькэ». Находитесь ли вы сейчас в отношениях?
Сун Цзюнь поправила волосы. Перед ответом она бросила многозначительный взгляд на Руань Янь и лишь потом произнесла:
— Сегодня презентация фильма, а не презентация новых отношений. Личные вопросы не комментирую. Прошу уважать наше личное пространство. Спасибо.
Наше.
Она сказала «наше».
…
Зал взорвался.
Даже журналист, задавший вопрос, рассмеялся:
— Похоже, нашему каналу хватит новостей о вас двоих, чтобы обеспечить прибыль на весь год!
Среди общего смеха Сун Цзюнь снова посмотрела на Руань Янь и на этот раз одарила её улыбкой.
Улыбкой скрытой, с лёгкой жалостью.
Сотни камер щёлкали без остановки, но Руань Янь не дрогнула. Она лишь беззвучно прочитала по губам:
— Поздравляю.
Улыбка Сун Цзюнь мгновенно замёрзла. Как будто ударила в вату — ни звука, ни эффекта.
После этого Сун Цзюнь перестала отвечать на вопросы.
Презентация завершилась в шуме и гаме.
Но когда они сошли со сцены, Се Мянь вдруг остановил обеих актрис.
— Режиссёр Се, вам что-то нужно? — спросила Сун Цзюнь.
Се Мянь на миг перевёл взгляд с одной на другую, ещё раз оценил простой наряд Руань Янь и сказал:
— Сун Цзюнь, останься. Нам нужно поговорить.
Руань Янь тактично удалилась.
Уходя за кулисы, она обернулась. Се Мянь что-то говорил, и лицо Сун Цзюнь становилось всё мрачнее.
Руань Янь не знала, видит ли её Сун Цзюнь, но всё равно послала ей далёкую улыбку — такую же, как та, что Сун Цзюнь подарила ей на сцене.
Подошла Син Цин, посмотрела то на Сун Цзюнь с режиссёром, то на невозмутимую Руань Янь и подняла большой палец:
— Высший пилотаж! Сун Цзюнь наверняка думала, что мы будем метаться в панике — искать платье, звать визажиста, и в суматохе наделаем ошибок. А мы просто пошли на сцену в таком виде! Гениально!
http://bllate.org/book/4320/443798
Готово:
