Готовый перевод When Omega Travels to the Real World / Когда Омега попадает в реальный мир: Глава 4. Учебное пособие по половому воспитанию для подростков

(Ctrl + влево) Предыдущая глава   |    Оглавление    |   Следующая глава (Ctrl + вправо)

Глава 4. Учебное пособие по половому воспитанию для подростков

Сяо Чжан, глядя на выражение лица Бай Яня, моргнул и, повинуясь внезапному озарению, осторожно спросил: «Может… я одолжу тебе немного денег?»

Честно говоря, с такой внешностью и осанкой Бай Янь должен был спать на кровати в триста квадратных метров, а каждое утро двадцать слуг должны были помогать ему одеваться.

Бай Янь взглянул на него и усмехнулся: «Не нужно».

Он скользнул взглядом по нотам на обложке компьютера Цяо Яна и, повернувшись к Сяо Чжану, спросил: «Есть ли поблизости музыкальный ресторан?»

Сяо Чжан опешил: «Через две улицы есть фортепианное чайное кафе… Ты хочешь сыграть? Там есть специальный пианист…»

«Нет».

— Бай Янь покачал в руке телефон и тихо рассмеялся: «Продать ноты».

……

Поскольку сегодня Бай Янь только оформил документы и у него не было занятий, Сяо Чжан, которому было любопытно, какие ноты Бай Янь собирается продавать, отвёз его в чайное кафе «Сия».

Чайное кафе «Сия» было трёхэтажным, кольцевой планировки. В центре, на подъёмной платформе, стояло фортепиано, для которого специально наняли пианиста, игравшего плавные и мелодичные фортепианные пьесы.

Войдя внутрь, Бай Янь не стал сразу подниматься наверх, чтобы кого-то искать, а сначала сел и терпеливо прослушал одну пьесу.

Как Омега из аристократического рода, Бай Янь с детства изучал различные виды классической музыки, живописи и других искусств. В его мире среди Альф было модно стремиться к тихим и изящным Омегам.

Хотя Бай Янь ненавидел эти оковы, чтобы вырваться из них, он сначала решил их покорить. Поэтому он потратил огромное количество сил и времени на музыку и всегда был лучшим на занятиях.

Но всё же это был другой мир, и Бай Янь не знал, совпадают ли музыкальные законы здесь с теми, что были в его мире.

Прослушав эту пьесу, Бай Янь понял, что к чему, и подозвал официанта: «Не могли бы вы попросить пианиста подойти?»

Пианист выглядел не очень молодым, виски его тронула седина, но одет он был очень солидно, походка была изящной, а речь — учтивой: «Здравствуйте, господин. Чем могу быть полезен?»

Бай Янь слегка улыбнулся и открыл экран телефона: «Хочу продать вам ноты».

Пианист опешил, словно не ожидал, что этот, казалось бы, только что совершеннолетний юноша скажет такое. Он нахмурился: «Пожалуйста, не шутите со мной».

«Сначала взгляните».

Пианист помедлил, но всё же взял телефон и внимательно посмотрел на ноты внутри. Сначала на его лице читалось лёгкое недовольство, но чем дальше он смотрел, тем серьёзнее становился, полностью забыв о существовании окружающих.

Бай Янь с помощью терминала «Интеллект» преобразовал ноты из своего мира в язык, читаемый в этом мире — к счастью, основные элементы, такие как звукоряд и тональность, в обоих мирах были одинаковы, различались только обозначения, что избавило Бай Яня от необходимости специально их подгонять.

Вскоре пианист поднял голову, и в его взгляде читалась растерянность: «Как могут существовать такие ноты… Это… это вообще можно сыграть?»

Стиль смены тональности в этой партитуре не совпадал ни с одной известной ему фортепианной школой. Он отличался и от изысканности немецко-австрийской школы, и от экспрессивности русской школы. Стыковка адажио и аллегро в этой пьесе была очень своеобразной, полной безмятежного ощущения движения. Такой стиль он никогда не слышал, но в нём была какая-то смертоносная притягательность.

Бай Янь задумался, затем слегка прикоснулся левой рукой к уху: «Я продемонстрирую один раз».

Пианист нахмурившись оглядел Бай Яня, в его глазах читалось сомнение.

Судя по его опыту, сложность исполнения этой партитуры была весьма высока. Сможет ли этот на вид такой молодой парень справиться с таким странным стилем? А уж в то, что автором нот был Бай Янь, пианист не верил ни капли.

Хотя стиль партитуры и был необычным, было очевидно, что её создатель прекрасно разбирается в теории музыки. Им никак не мог быть этот молокосос.

Бай Янь заметил скрытое за взглядом пианиста пренебрежение, слегка улыбнулся, но ничего не объяснил.

Пианист проводил его к фортепиано. Бай Янь сел и бегло опробовал инструмент.

В его мире существовали инструменты, похожие на фортепиано, но с небольшими отличиями в деталях. За то короткое время, что он шёл, терминал «Интеллект» уже успел загрузить в его мозг инструкцию по использованию фортепиано.

Бай Янь взял несколько нот и кивнул.

Пианист, видя его неуверенные движения, нахмурился ещё сильнее и протянул Бай Яню телефон с сохранёнными нотами.

Бай Янь покачал головой: «Не нужно».

Эту партитуру он написал сам, чтобы сдать экзамен по классической музыке. Каждый звукоряд и каждая мелодия были намертво выгравированы в его памяти.

Длинные, тонкие и бледные руки легли на клавиши фортепиано. Бай Янь на мгновение задумался, и его пальцы опустились.

Полилась мелодия, подобная журчанию родника.

Гости, которые в это время обедали, в недоумении подняли головы и посмотрели на центральную сцену с фортепиано:

«О, сменили пианиста?»

«Парень выглядит совсем молодым».

«Ого, какой красавчик!»

Когда началось выступление, сцена, способная вместить только одного человека и один инструмент, начала медленно вращаться и подниматься. Красивое лицо Бай Яня, его изящные движения и лёгкая улыбка, не сходившая с губ, быстро привлекли внимание гостей.

Однако вскоре они все погрузились в фортепианную пьесу.

Первоначальный, подобный горному ручью, мотив постепенно понижался, уводя чувства слушателей всё дальше. Он вёл не к морю, а словно в более бескрайнее и величественное звёздное небо. Каждая нота была звездой, окутывающей всё чайное кафе, погружая всех в тёмное, таинственное и бесконечное пространство.

Почти у всех в руках замерли ножи и вилки. Все застыли, глядя на сцену.

Пианист едва не выронил телефон из рук. Он в растерянности открыл рот, а другой рукой бессознательно отбивал ритм в воздухе.

Пьеса закончилась. Сцена медленно опустилась, и окружающие гости, словно очнувшись ото сна, разразились бурными аплодисментами.

Несколько гостей подозвали официантов, чтобы спросить имя только что игравшего красавчика. Несколько молодых девушек, успев до того, как погрузиться в музыку, включить запись на телефонах, сейчас пересматривали видео и наслаждались им.

Бай Янь встал, элегантно поклонился, спрыгнул со сцены и посмотрел на пианиста.

Пианист, увидев, что Бай Янь спустился, взволнованно подошёл к нему. Теперь он ни капли не сомневался, автором нот был Бай Янь. Только создатель мог передать само ощущение партитуры.

Бай Янь слегка опёрся на перила, перевёл дыхание, успокаивая слегка участившееся сердцебиение.

На самом деле он всё ещё находился в периоде течки, и его тело время от времени накрывали приливы жара. К счастью, во время игры приступ не случился.

Пианист с беспокойством спросил: «С вами всё в порядке?»

«Всё хорошо».

— Бай Янь усилием воли подавил ломоту в теле и перешёл к делу: «Купите?»

«Куплю!»

— Пианист, не колеблясь, достал телефон: «Сколько вы хотите?»

«Называйте свою цену».

— У Бай Яня не было ни удостоверения личности, ни банковского счёта, поэтому он решил всё упростить. Он взглянул на стоящего рядом Сяо Чжана: «Деньги переведите ему».

Сяо Чжан только сейчас очнулся от потрясения, вызванного фортепианной пьесой. Он растерянно моргнул, затем, сообразив, поспешно достал телефон и показал код для оплаты.

Пианист с удивлением посмотрел на Бай Яня, не ожидая, что тот будет так небрежен.

Сяо Чжан, увидев цифры после суммы перевода, от шока начал заикаться: «Э-это… вы случайно не добавили лишних нулей?»

«Нет, оно того стоит!»

— Лицо пианиста сияло, каждая морщинка излучала волнение и страсть: «Как называется эта пьеса?»

Это была домашняя работа Бай Яня по фортепиано, поэтому и название он дал соответствующее: «Этюд №7».

На лице пианиста появилось пустое выражение. Он не ожидал, что название будет таким банальным — он думал, что это будет что-то вроде «Звёздного этюда».

Он с жаром обратился к Бай Яню: «Не могли бы вы оставить контакт?»

Откуда у Бай Яня могли быть контакты? Он вежливо отказался.

Пианист был очень разочарован, но настаивать не стал. Ему оставалось лишь с сожалением переслать ноты на свой телефон и, прижимая его к себе, уйти разбираться.

Теперь у них были деньги, и Бай Янь решил поесть прямо в этом чайном кафе.

Со вчерашнего вечера он не ел и не пил, к тому же «сражался» всю ночь, и его желудок давно урчал от голода. Выносливость Омег была высока, и энергии они тратили мало, но голод всё равно оставался голодом.

Заказав несколько самых дорогих блюд, Бай Янь медленно разрезал ножом и вилкой фуа-гра и отправил кусочек в рот. Он удовлетворённо кивнул.

Неплохо. Культура еды в этом мире, кажется, даже немного лучше, чем в его.

Он начал проникаться симпатией к этому миру.

Сяо Чжану было жаль денег, и, даже несмотря на то, что Бай Янь угощал, он заказал себе только обычный стандартный обед. Глядя на Бай Яня блестящими глазами, он не мог сдержать своей болтливости: «Бай Янь, оказывается, ты так здорово играешь на фортепиано? Ты с детства учился? Кто написал ту фортепианную пьесу? Не будет ли проблем с авторскими правами, если мы её так просто продали? Слушай, у тебя, кажется, жар, может, сбегать за лекарством от простуды?»

Бай Янь отпил напиток и остановил взгляд на двух деревянных палочках в руках Сяо Чжана: «Это что?»

Сяо Чжан на мгновение опешил, переключив внимание на вопрос Бай Яня: «Это палочки для еды. Ты что, за границей ими не пользовался?»

Бай Янь, родившийся «за границей», никогда не видел такого столового прибора и покачал головой: «Нет».

Судя по всему, этот прибор требовал высокого мастерства в обращении. Бай Янь не мог понять, зачем кому-то тренировать моторику рук во время еды.

«Сейчас даже среди иностранцев, приезжающих в Китай, редко встретишь тех, кто не умеет пользоваться палочками… Но если тебя никто не учил ими пользоваться, то кто же научил тебя китайскому?»

«…Самоучка».

Когда подошло время оплачивать счёт, официант сообщил им, что счёт уже оплачен тем пианистом.

Сяо Чжан, которому удалось сэкономить на обеде для Бай Яня, был очень доволен и несколько раз пробормотал «простофиля». Выйдя на улицу, он оглянулся на чайное кафе «Сия» и пробормотал: «А тот пианист показался мне смутно знакомым…»

……

Получив новые ноты, пианист решил вообще не заниматься делами в кафе. Он прошёл в комнату отдыха за сценой, наслаждаясь воспоминаниями о только что услышанной мелодии и размышляя над деталями этой необычной партитуры.

Не успел он просмотреть и пару строк, как на его телефон поступил звонок.

Прерванный, пианист недовольно ответил: «Кто это?»

«Дядя, это я».

— В трубке раздался спокойный голос. «Вы уже добрались до Ляохая?»

Узнав голос племянника, пианист смягчил тон: «Добрался. А что?»

«Я пришлю за вами машину».

Когда пианист прибыл в президентский люкс «Русалка» отеля «Карлс», он как раз увидел стоящих у входа двух молодых людей. Одним был Цзян Ду, единокровный брат Цзян Чжаня, другого он не знал, но тот показался ему смутно знакомым, поэтому пианист присмотрелся к нему повнимательнее.

Увидев пианиста, Цзян Ду просиял, подошёл и поздоровался: «Учитель Ши, здравствуйте. Вы к моему брату?»

Ши Бошан не выказал особого расположения к этому пользующемуся дурной славой Четвёртому молодому господину: «Да».

Однако Цзян Ду был очень радушен с Ши Бошаном. Он проводил его до самой двери и только потом вернулся на прежнее место.

Молодой человек рядом с любопытством посмотрел на необычную для Цзян Ду любезность и тихо спросил: «Четвёртый молодой господин, а это кто?»

«Это дядя моего брата, известный пианист Ши Бошан».

— Небрежно ответил Цзян Ду. «На юбилее „Сияющей звезды“ его пригласят играть».

Войдя внутрь, Ши Бошан увидел, как Цзян Чжань бросает какие-то бумаги на журнальный столик и безучастно говорит стоящему рядом секретарю Фану: «Пусть возвращаются».

«Что случилось?»

Цзян Чжань, увидев Ши Бошана, встал: «Ничего. Дядя, почему вы так задержались?»

Глядя, как дядя садится на диван, Цзян Чжань незаметно выбрал место чуть поодаль и слегка нахмурился.

— С каких это пор дядя тоже начал пользоваться ванильными духами?

Ши Бошан знал о сильной брезгливости своего племянника и не придал значения его манёвру: «Задержался не зря. На этот раз улов немалый — раздобыл потрясающие ноты и встретил одного чрезвычайно одарённого юношу. Жаль, не удалось взять контакты».

Цзян Чжань редко слышал от дяди столь высокую оценку и был несколько удивлён. Он знал, что в последние два года дядя зашёл в творческий тупик и искал повсюду возможность прорвать текущие ограничения. Он часто погружался в жизнь простых людей в поисках музыкального вдохновения и иногда находил несколько талантливых музыкальных гениев.

«Это поможет дяде?»

«Ещё как!»

— Ши Бошан был известен уже давно, и его глаз был намётан. «Если говорить строго, эта партитура — скорее демонстрация техники, в неё вложено не так много чувств автора. Но её стиль не похож ни на одну из современных фортепианных школ. Словно проложили новый музыкальный путь — вот в чём её огромная ценность!»

Цзян Чжань не совсем понимал, о чём речь, но, видя, как его дядя возбуждённо жестикулирует, слегка улыбнулся: «Дядя, вы, должно быть, устали. Я уже забронировал номер в „Карлсе“. Вы можете спокойно там остановиться и не спеша всё изучить».

Ши Бошан кивнул, но, подумав, добавил: «В эти дни не давай никому меня беспокоить. Я хочу разучить пьесу».

«Хорошо».

Похваставшись перед племянником своей находкой, Ши Бошан уже собрался встать, как вдруг заметил на журнальном столике книгу в зелёной обложке. Он опешил, почти не веря своим глазам: «„Учебное пособие по половому воспитанию для подростков“? Ты это зачем читаешь?»

Цзян Чжань: «…»

Выражение его лица не изменилось, он медленно произнёс: «Фан».

Ши Бошан с изумлением посмотрел на секретаря Фана.

«…»

— Секретарь Фан, сдерживаясь, процедил: «Да, моя».

«Никогда бы не подумал».

— Ши Бошан потёр тыльную сторону ладони, озадаченно глядя на него. «В вашем возрасте ещё есть люди, которые не знают основ физиологии?»

Секретарю Фану уже почти стукнуло тридцать, а он только начал читать такие учебники?

«…»

Опасаясь, что лицо президента Цзяна заморозит всё вокруг, секретарь Фан поспешил выпроводить гостя.

Проводив Ши Бошана, секретарь Фан вернулся, приведя с собой семейного врача Цзян Чжаня.

«Судя по результатам анализов, со здоровьем президента Цзяна всё в порядке».

Цзян Чжань провёл пальцем по своей шее, храня молчание.

«На затылке президента Цзяна есть следы от электрошока, но они не причинили вреда организму».

— Доктор Сюй перевернул страницу отчёта. «Президент Цзян в последнее время пользовался каким-нибудь электростимулятором?»

Цзян Чжань на мгновение замер, убрал руку: «А что насчёт других аспектов?»

«Президента Цзяна что-то беспокоит?»

Цзян Чжань сцепил пальцы рук и всё тем же безучастным тоном спросил: «Венерические заболевания».

Доктор Сюй поперхнулся: «А?»

Он много лет был семейным врачом Цзян Чжаня и прекрасно знал степень его брезгливости.

Любой другой человек в глазах Цзян Чжаня, вероятно, был переносчиком бактерий и неприятных запахов. Если не было крайней необходимости, никто не должен был появляться в радиусе одного метра от него.

Самым далёким от венерических заболеваний человеком в мире, возможно, был этот президент корпорации «Звёздное море».

И что теперь? Неужели президента Цзяна кто-то укусил по дороге?

Встретившись взглядом с Цзян Чжанем, доктор Сюй поспешно вернул себе профессиональное самообладание: «Анализ крови не показал отклонений. Президент Цзян может не беспокоиться».

Цзян Чжань помедлил, затем кивнул: «Понял».

Он вдруг слегка кашлянул, на его лице мелькнуло странное выражение, которое тут же сменилось привычной холодностью: «Слишком частая половая жизнь за одну ночь… это проблема?»

Доктор Сюй: «…»

Мать честная, неужели непорочный президент Цзян наконец спустился с небес на землю?

«Э-э, случайные излишества, в принципе, не вредны, главное — не переусердствовать».

— Доктор Сюй изо всех сил старался сохранить профессиональную улыбку. «Если президент Цзян беспокоится, у меня есть одна биодобавка. Четвёртый молодой господин раньше купил много…»

Как только дело дошло до продаж, Цзян Чжань быстро вернулся в режим «холодного безразличия»: «Не нужно».

Доктор Сюй был весьма разочарован — правящая элита обычно не скупилась на средства для поддержания здоровья, но именно этот президент Цзян был в отличной форме, никогда не злоупотреблял алкоголем и не предавался плотским утехам, почти не давая ему возможности подзаработать…

Проводив доктора Сюя, секретарь Фан спросил: «Четвёртый молодой господин и Пэй…»

Цзян Чжань вспомнил густой ванильный запах, который не выветривался из комнаты, и резкий аромат розовых духов, исходивший от того маленького звёздного мальчика, которого он только что видел. Он с отвращением нахмурился: «Это не он».

«Записи с камер наблюдения отеля уже получены. Видно, что тот человек, покинув номер президента, вышел из отеля и исчез».

— Доложил секретарь Фан. «Четвёртый молодой господин сказал, что никого дополнительно не нанимал».

Цзян Чжань помолчал, затем безучастно произнёс: «Не нужно расследовать».

Этот человек намеренно забрался к нему в постель, но не получил никакой выгоды. Значит, он обязательно появится снова. Цзян Чжань подождёт.

Ему было интересно, кто посмел подсыпать ему наркотик, переспать с ним, а потом ещё и вырубить его электрошокером!

Цзян Чжань закрыл ноутбук, по привычке сунул флешку в карман, но его пальцы наткнулись на что-то твёрдое.

Та самая серьга-гвоздик тёмно-синего цвета.

Эту серьгу он обнаружил утром рядом с подушкой. Очевидно, тот дерзкий юноша оставил её нарочно.

«Фан, если кто-то дарит серьгу-гвоздик, что это значит?»

— вдруг спросил Цзян Чжань.

Секретарь Фан на мгновение опешил, подумал и ответил: «Согласно традиции, если девушка дарит парню серьгу-гвоздик, это обычно означает „ты мне нравишься, я за тобой слежу“».

Цзян Чжань слегка нахмурился.

— Нравишься?

Он не верил, что человек, который подсыпал ему наркотик и вырубил электрошокер, мог испытывать к нему симпатию.

Думая о событиях прошлой ночи, Цзян Чжань невольно вспомнил свои ощущения.

Взгляд того юноши казался очень чистым, но движения были решительными. Когда он срывал с него одежду, то делал это быстро и нетерпеливо, словно секс с ним был вопросом жизни и смерти. Кожа у него была очень бледной, а когда он поднимал свою красивую шею, то был похож на белого лебедя. На затылке у него была алая родинка, которая сводила с ума и заставляла его потом снова и снова приникать к ней губами.

…А потом он беззащитным был вырублен электрошокером.

Какой нетерпеливый, падший, навязчивый и бесстыдный!

Цзян Чжань мысленно разнёс этого человека в пух и прах, но на лице его по-прежнему сохранялось холодное выражение. Он взял отчёт о полном медицинском обследовании, ещё раз убедился, что с его шеей от удара током всё в порядке и что он не подхватил никакой заразы, затем отложил отчёт в сторону и сосредоточился на работе.

Секретарь Фан кашлянул, намекая: «Президент Цзян, Четвёртый молодой господин, возможно, разбирается в таких делах. Может, спросить у него? Он всё ещё стоит у входа».

Проработав с Цзян Чжанем столько лет, секретарь Фан знал, насколько «чиста» жизнь их президента, насколько она почти стерильна.

Вспомнив о пугающей брезгливости Цзян Чжаня, секретарь Фан заподозрил, что тот, возможно, даже не смотрел порнофильмы.

Хотя распутство Цзян Ду было чрезмерным, но быть настолько наивным… Секретарь Фан всерьёз опасался, что Цзян Чжаня однажды обманут, и ещё больше боялся, что их президент проведёт всю жизнь в одиночестве, в стерильной камере.

Цзян Чжань, даже не подняв головы, решительно отверг предложение: «Пусть стоит, если хочет».

Секретарь Фан закрыл рот, мысленно посочувствовав.

Похоже, на этот раз попытка Четвёртого молодого господина разжалобить президента Цзяна не удалась.

Впрочем, это неудивительно. Он устроил такой скандал с финансами «Сияющей звезды». Если бы президент Цзян вовремя не заметил, «Сияющую звезду», возможно, уже опечатали бы.

На этот раз президент Цзян специально приехал в Ляохай, чтобы разобраться с той кашей, которую заварил Четвёртый молодой господин.

Когда всё будет улажено, пост председателя правления «Сияющей звезды» у Четвёртого молодого господина, скорее всего, уплывёт.

http://bllate.org/book/42335/5419314

(Ctrl + влево) Предыдущая глава   |    Оглавление    |   Следующая глава (Ctrl + вправо)

Обсуждение главы:

Еще никто не написал комментариев...
Чтобы оставлять комментарии Войдите или Зарегистрируйтесь

Инструменты
Настройки

Готово:

100.00% КП = 1.0

Скачать как .txt файл
Скачать как .fb2 файл
Скачать как .docx файл
Скачать как .pdf файл
Ссылка на эту страницу
Оглавление перевода
Интерфейс перевода