Готовый переклад Infinite: Becoming the Heartthrob NPC in a Horror Game / Бесконечный кошмар: слишком обаятельный NPC: Розділ 11. Ночь ожидания на ферме

(Ctrl + влево) Попередня глава   |    Оглавление    |   Следующая глава (Ctrl + вправо)

Когда Линь Цин, прибравшись, вернулся в комнату, Эйдуня уже не было — неизвестно, куда его снова унесло. Обняв вчерашнее одеяло, Линь Цин расстелил его на полу, но дверь прикрывать не стал: боялся, что, вернувшись и застав её запертой, Эйдунь выйдет из себя.

Время тянулось медленно. Снаружи кто-то прошёл. Их ферма была всего в три этажа, а Эйдунь занимал тесную каморку на первом, так что любой, кто миновал лестницу, мог заглянуть внутрь. Тени приезжих одна за другой тянулись в свои комнаты, и сквозь распахнутую дверь все они отчётливо видели Линь Цина. Мальчишка сидел прямо на полу, на тонком одеяле.

Остановившийся у лестницы Сяо Цзюнь бросил на него взгляд, помолчал мгновение и уже собрался шагнуть вперёд, но стоявший позади мужчина в капюшоне перехватил его за плечо.

Линь Цин следил за тем, как юноша, словно не решаясь что-то сказать, так и замер на месте. Он побаивался этого парня: тот умудрился нагнать страху даже на хозяина фермы, привыкшего, чтобы его слово было законом, да и тётку заставил лебезить. Провожая их, тётка дёрнулась уголком глаза и шепнула мужу, что надо бы спрятать решётку для жарки — мол, что за психи приехали в этот раз… и всё в таком духе.

Мимо прошли ещё несколько человек, и каждый заглядывал внутрь. Линь Цин отвернулся к стене и лишь когда шаги почти стихли, снова сел, продолжая ждать.

Близилась полночь, от пола тянуло холодом. Поглядев на пустой дверной проём — Эйдунь всё не возвращался, — Линь Цин набрался смелости, поднялся, отряхнул несуществующую пыль со штанов и с вороватой оглядкой примостился на самый край кровати. Забраться на неё целиком он так и не решился: так, если Эйдунь вернётся, он сможет в ту же секунду вскочить и убраться обратно на пол.

Прошло ещё немало времени. Луна разгоралась всё ярче, а пейзаж за окном тонул в густой темноте. Когда в коридоре послышались глухие, размеренные шаги, Линь Цин подскочил как ошпаренный, поспешно нагнулся и разгладил помятый край простыни. Подняв голову, он обнаружил, что пришедший уже стоит на пороге и молча смотрит на него. Линь Цин неловко замер в стороне: это был не Эйдунь, а Бо Янь, который помог ему днём.

Бо Янь перевёл взгляд с настороженно застывшего у кровати мальчишки на тонкое одеяло на полу и лишь спустя долгую паузу заговорил:

— Не хочешь пойти ко мне в комнату?

— А? — опешил Линь Цин, так и оставшись с приоткрытым ртом от непонимания.

Они перекинулись парой слов ещё днём, и мужчина показался ему человеком неплохим, к тому же выручил его. Отказывать напрямую было неловко, поэтому Линь Цин тихо поблагодарил и проговорил:

— Спасибо вам, но не стоит. — Слова прозвучали слишком сухо и резко, и он поспешно добавил: — Спокойной ночи.

Бо Янь не стал настаивать. Он молча посмотрел на Линь Цина и протянул руку, сжатую в кулак ладонью вниз, — в ней явно что-то было спрятано. Линь Цин не сразу понял, чего от него ждут, пока мужчина не качнул рукой вверх-вниз. Осознав, что ему хотят что-то отдать, мальчишка торопливо шагнул ближе и подставил сложенные лодочкой ладони.

— Спокойной ночи, — произнёс Бо Янь, дождавшись, пока конфета окажется в чужих руках.

С ним обходились совсем как с маленьким ребёнком. Линь Цину такое было в новинку: он сжал губы, мучительно подбирая слова благодарности, но так ничего и не придумал и выдавил из себя ещё одно «Спокойной ночи» — от волнения голос его предательски взвился.

Мужчина усмехнулся и, подняв свободную руку, погладил его по голове.

— Можешь постучать в мою дверь.

Бо Янь был высок и, стоя на пороге, полностью заслонял свет из коридора, отчего перед Линь Цином легла плотная тень, словно укрывая его с головой. Линь Цин приоткрыл рот, не зная, что ответить: он снова не понял, что значат эти слова, но фигура мужчины уже растворилась вдали.

Бережно убрав конфету в карман, Линь Цин продолжил ждать своего кузена Эйдуня. Ночь становилась всё темнее. Наконец он поднялся, подошёл к двери, выглянул в обе стороны и, не видя иного выхода, отправился на поиски.

Комната всё же принадлежала Эйдуню, и, опасаясь навлечь на себя его гнев, Линь Цин не рискнул включать погашенный свет, а пробирался вперёд при скудном лунном свете, падавшем из окон. Благо за время жизни здесь он изучил каждый угол и знал все ходы. Любопытством Линь Цин не страдал и бродить в кромешной полночной тьме по двору привычки не имел, поэтому искал только в коридоре, не собираясь выходить наружу.

Хоть стояло лето, ночь была прохладной. Деревянные половицы грозили скрипнуть под ногами, и Линь Цин не смел вести себя так же опрометчиво, как в первую ночь, когда он ввалился в обуви и с громким стуком распахнул дверь.

На второй этаж он подниматься не стал, а мимо комнаты тётки прошёл на цыпочках. Он обошёл весь коридор первого этажа, заглянул в гостиную и множество мелких подсобок. По идее, тётка должна была разозлиться, что Эйдунь загулял так допоздна, ведь она сама предупреждала: здесь ни в коем случае нельзя возвращаться поздно и нужно слушаться, иначе ждёт наказание. Линь Цин вовсе не переживал за Эйдуня — он просто боялся, что, получив нагоняй, кузен выместит злость на нём.

Вернувшись к лестнице, Линь Цин ухватился за перила и поглядел на пустую комнату, из которой только что вышел. Пока он колебался, сверху внезапно донёсся жуткий звук — словно на пол уронили резиновый мяч. Всего один глухой удар, и снова всё стихло.

Линь Цин даже решил, что ему почудилось: на ферме никаких мячей отродясь не водилось. Сыну тётки полагалось учиться, поэтому любые развлечения и игрушки были под строжайшим запретом — отобрали даже воздушного змея младшей дочки. Он высунул голову, вглядываясь наверх, но в непроглядной темноте ничего нельзя было разглядеть.

И тут раздался новый удар — на этот раз куда громче прежнего: бах! Будто что-то раскололось, или кто-то со всей силы хлопнул по двери. Вздрогнув, Линь Цин оглянулся на дверь тётки — та оставалась плотно заперта. Делать нечего, пришлось, собрав волю в кулак, ступить на лестницу.

Тонкие бледные пальцы Линь Цина вцепились в самый верхний пролёт перил. На втором этаже почти не было окон — все они оставались внутри комнат, и лишь одно большое окно выходило в дальний конец коридора, отчего здесь стоял полумрак, ещё более вязкий, чем внизу. В самом конце прохода, казалось, маячила чья-то высокая фигура: длинные руки, сгорбленная спина — она будто распласталась по полу, но при таком росте это зрелище казалось особенно жутким.

Сердце Линь Цина ёкнуло. Что это такое? Какое-нибудь животное с фермы? Но всех здешних животных он видел, и среди них не было ничего подобного… Лишь когда фигура запрокинула голову и лунный свет из дальнего окна выхватил знакомые черты, Линь Цин позвал:

— Кузен?

В комнатах никто не спал, но не раздалось ни детского, ни сколько-нибудь юного голоса — лишь глухая тишина, а следом громыхнул мощный удар в дверь. Постояльцы изучили гайд: это, без сомнения, был тот самый племянник, вот только обычно он бывал один, и два NPC ни за что не могли появиться одновременно.

Эйдунь, похоже, на миг замер, услышав этот зов. Глаза его выглядели странно: в лунном свете они отливали чем-то серым и красноватым. Расстояние было слишком велико, разглядеть как следует не удавалось, и Линь Цин, прищурившись, двинулся вперёд на ощупь. Его звонкий голос особенно отчётливо прозвучал в пустом коридоре.

(Конец главы)

http://bllate.org/book/42276/5410187

(Ctrl + влево) Предыдущая глава   |    Оглавление    |   Следующая глава (Ctrl + вправо)

Обсуждение главы:

Еще никто не написал комментариев...
Чтобы оставлять комментарии Войдите или Зарегистрируйтесь

Инструменты
Налаштування

Готово:

100.00% КП = 1.0

Завантажити як .txt
Завантажити як .fb2
Завантажити як .docx
Завантажити як .pdf
Посилання на эту страницу
Зміст перекладу
Интерфейс перекладу