Пока Лео радовался свалившейся удаче, в далёкой комнате Перьевая Ручка хранила молчание.
Она ещё раз пробежалась по рукописи, погрузившись в свои мысли.
Лу Цзя не обратил особого внимания на странное затишье артефакта и продолжил прикидывать детали.
К ужину план был готов, а после позднего перекуса он выкроил время для медитации.
Парень дорожил каждой минутой: частицы водной стихии сплелись в воздухе в очертания рабочего вола.
Владение магией давалось всё легче, и тонкий ручеёк веры ежедневно пополнял его резервы.
У вынашиваемого внутри силуэта теперь загорелись оба глаза.
«Но прогресс всё равно медленнее, чем хотелось бы, — нахмурился Лу Цзя. — В чём загвоздка?»
Неужто он нагрешил своими текстами?
Вроде и веры каждый раз притекает прилично, а магическая мощь прибавляется со скрипом.
Перьевая Ручка отозвалась:
— Вовсе не медленно.
— Да?
Она лишь бросила:
— Продолжишь в том же духе — скоро всех поразишь.
Метод веры требует высоких вложений на старте, а дальше останется лишь расширять круг почитателей.
Прошлая бессонная ночь дала о себе знать — запоздалая усталость навалилась свинцовой тяжестью.
Лу Цзя через силу заучил пару заклинаний, яростно отмахал ещё два километра до кровати и без сил рухнул на простыни.
Почти весь путь от Священного Города до Острова Драконов они летели на спинах ящеров, так что после долгой болтанки в небе сон на твёрдой земле казался непривычным.
Ощущение невесомости не проходило, и спал он тревожно.
Глубокой ночью сквозь дрёму Лу Цзя вдруг почувствовал, будто за ним кто-то наблюдает.
Он сонно приоткрыл глаза.
После тренировок тьма больше не мешала зрению.
Возле письменного стола откуда-то возникла фигура.
Тёмный силуэт сидел спиной, глядя в старинное бронзовое зеркало, в котором отражалась постель.
Словно заметив, что Лу Цзя проснулся, фигура на тонкой шее медленно повернула голову.
Сон как рукой сняло!
Тело сработало быстрее разума: взмах руки — и влага из воздуха сгустилась в ледяные лезвия, метнувшиеся к незваному гостю.
Но стоило клинкам рассечь воздух, как перед силуэтом они осыпались безобидной водяной пылью.
Тень у зеркала неспешно поднялась и зашагала к кровати.
Лу Цзя рыбьим хвостом взвился на постели. На сей раз мысли поспевали за движениями.
Заведись в подземелье какая нечисть, Лео почуял бы её первым. Внезапно сообразив, Лу Цзя ощупал простыню рядом с собой — так и есть, Перьевой Ручки нигде не было.
Догадка принесла долгожданное облегчение.
Прищурившись, парень принялся разглядывать гостя.
Пришедший выглядел подростком лет шестнадцати: короткие серебристые волосы, безупречно вылепленные черты лица.
Жутковатым казалось лишь то, что его кожа была тонкой, как папиросная бумага, и под ней вместо вен и сосудов виднелись металлические шестерёнки.
Их размеренный, чёткий ход питал тело бешеной энергией, рождая особую, механическую эстетику разрушения.
Лу Цзя поднял взгляд, вглядываясь в до странности знакомое и утончённое лицо, и неуверенно произнёс:
— Алекс?
Он вовремя проглотил почти сорвавшееся с языка почтительное обращение.
Хотя черты один в один повторяли оригинал, в них сквозило больше мальчишества, во взгляде не было той бездонной тяжести, а манеры выдавали Перьевую Ручку.
Убедившись, что это не пробуждение истинного Алекса, а проказы уродливого сердца, Лу Цзя перевёл дух и изумлённо спросил:
— Ты чего это посреди ночи в оборотня заделался?
— Собрал временный костяк, только и всего.
Перьевая Ручка предложила свою кандидатуру:
— Тебе же нужны актёры? Роль ложного молодого господина сыграю я.
Лу Цзя оторопел. На его глазах кожа гостя уплотнялась, пряча шестерни, словно крышка моторного отсека:
— Ты это серьёзно?
— Сыграть мерзавца, помыкающего тобой направо и налево — от такого грех отказываться.
Лу Цзя протянул руку и исподтишка ткнул свежее лицо пальцем. Кожа оказалась податливой и мягкой, совсем как человеческая. А серебристый цвет волос среди людской знати встречался сплошь и рядом.
Прежде чем собеседник успел дать сдачи, Лу Цзя чинно уселся на кровати и пригрозил:
— А ну выкладывай начистоту, не то пойду пожалуюсь старшим!
У Перьевой Ручки дёрнулось веко. Нашёл чем пугать, сопляк.
Впрочем, скрывать правду она не стала и бросила небрежно:
— Ты опять накатал историю, от которой у всех подгорит.
Лу Цзя поджал губы. Ничего-то ты не смыслишь, это искусство!
— Роль фальшивого наследника вызовет шквал ненависти, — ледяным тоном продолжала Перьевая Ручка. — Когда твоё так называемое кино выйдет на экраны, негативных эмоций к этому персонажу польётся через край.
Лу Цзя уловил мысль и тут же сообразил:
— Негативные эмоции служат тебе источником сил?
Иначе с чего бы этой штуке лезть на сцену?
— Если вера годится для культивации, то и прочие чувства тоже, — пояснила Перьевая Ручка. — Только нельзя мешать их одновременно, иначе силы войдут в конфликт и тебя разорвёт на куски.
Так и знал!
Лу Цзя мысленно усмехнулся: чутьё его не подвело.
Алекс наверняка досконально изучил эту технику, раз так легко выдал идеально подходящий свиток.
Какой к чёрту метод веры — это чистой воды проклятие по типу «Звонка»: каждый посмотревший попадает под чары. Разница лишь в том, что автору не нужно выползать из телевизора, достаточно сидеть сложа руки и собирать урожай.
Перьевая Ручка сухо добавила:
— Можешь считать это ходячим зачарованием плоти.
Сыграть эту роль выйдет куда полезнее, чем поглощать очищенную кровь.
Она безоговорочно верила в талант Лу Цзя вызывать у зрителей стойкое желание удавиться от возмущения.
Лу Цзя, которому впервые выразили такое безграничное доверие, только скривился:
— ...
Много чести.
Сначала он хотел спросить, не раскроет ли это чужую тайну, но вовремя осёкся: Перьевая Ручка не дура и точно знает, как не выдать истинную личность.
Внешность Алекса в летописях не сохранилась, а свидетели той эпохи давным-давно обратились в прах.
Придя к согласию, Перьевая Ручка привычным жестом забралась на постель и откинула одеяло.
— Кхм-кхм, — кашлянул Лу Цзя. — Ты бы вернулся в прежний вид, а?
— Нельзя, каркас рассыплется. — На сборку нового сил уже не оставалось.
Лу Цзя вздохнул:
— Кальций пей.
Возраст солидный, остеопороз понять можно.
Тратить остаток ночи на пререкания не хотелось: ложе было огромным, так что парень зевнул и нырнул под одеяло.
Он уже не впервые видел превращение артефакта в человека, первый шок быстро прошёл, и Лу Цзя крепко зажмурился, проваливаясь в сон.
Вскоре после того как он уснул, Перьевая Ручка распахнула глубокие, пепельно-серые глаза. На самом деле она могла уйти в другую комнату или вовсе обойтись без сна.
Но без дыхания Лу Цзя поблизости чего-то неуловимо не хватало.
Поразмыслив, она списала всё на действие кровавого контракта.
Она придвинулась чуть ближе.
— Хм.
Кто бы мог подумать, что у равноправного контракта найдётся такой побочный эффект.
Рано поутру Лу Цзя составил отдельный договор, где прописал распределение прибыли от фильма шестьдесят на сорок, и отправился к Лео.
Перьевая Ручка осталась: остальных исполнителей Лу Цзя собирался нанять на стороне, и тогда напарник просто затеряется в общей массе.
К полудню Лу Цзя наконец добрался до Лео.
Двери были распахнуты настежь, но хозяина в покоях не оказалось. Выглянув наружу, Лу Цзя обомлел: магические кристаллы громоздились горами, словно их сгружали тоннами прямо с телег.
— Особые камни иллюзорной проекции тоже наготове.
За утро Лео успел высечь на них руны, увеличив ёмкость и чёткость передачи изображения.
— Что ещё нужно? — Вокруг острова сейчас крутится тьма торговцев: заплати как следует — достанут хоть луну с неба.
Лу Цзя слушал с открытым ртом. Вот она, сокрушительная мощь истинного богатства!
— Т-только актёры остались.
Собрание Тысячи Дворов продлится ещё несколько дней, Элис и остальные вернутся лишь к закрытию.
Главных ролей всё ещё не хватало, и Лу Цзя подумывал устроить на Острове Драконов открытый кастинг — вдруг кто из местных польстится?
Выслушав его задумку, Лео не хотел остужать пыл парня, но счёл долгом предупредить:
— Самому юному дракону на острове перевалило за триста лет. В их глазах лицедейство ничем не отличается от возни в песочнице.
Если расклеить листовки, вряд ли хоть одна живая душа откликнется.
Лу Цзя тихо проговорил:
— Я всё же хочу попробовать.
Чем больше настоящих драконов появится в кадре, тем вернее даже самый равнодушный зритель побежит покупать билет из чистого любопытства.
— ...Моих грошей не хватит даже на одну драконью чешуйку, так что ведущим актёрам я предлагаю ставку двести восемь в час.
— Двести восемь?
Лу Цзя уточнил:
— Двести восемь иероглифов эксклюзивных бонусов за каждый час съёмок.
Лео с каменным лицом перебил:
— За такую плату я готов сыграть обоих родителей.
Двойной оклад.
Лу Цзя растрогался до глубины души, после чего решительно отверг предложенную материнскую заботу Лео.
Впереди маячила вторая часть истории про трёхлетку, на подходе была книга «Мой отец — Владыка Демонов», да ещё и рекламная кампания к выходу фильма.
Писать ещё и дополнительные главы — нагрузка немалая.
Но Лу Цзя понимал: игра стоит свеч. С таким-то сюжетом... Кто снимется — тот поймёт.
Это компенсация морального ущерба.
В магическом мире всё делается в мгновение ока: не прошло и десяти минут, как Лу Цзя набросал афишу.
Текст был предельно прост: требуются исполнители на роли матери и старшего брата главного героя, с жирным акцентом на почасовую оплату.
Сам Лу Цзя не имел права разгуливать по чужим островам, так что провести пробы попросил Лео — тот как раз играл отца и мог лично подобрать партнёров по сцене.
— Вот контракт, — протянул бумагу Лу Цзя.
Там чётко расписывались не только гонорары, но и процент от проката.
Лео отмахнулся:
— Проценты оставь себе.
Лу Цзя покачал головой:
— Дружба дружбой, а служба службой. На старте все траты легли на твои плечи.
Сам-то он вложился лишь безумным сценарием.
Видя его непреклонность, дракон спорить не стал.
Спихнув суету с отбором на чужие плечи, Лу Цзя вернулся к тексту.
На сей раз он поумнел: тратить ещё три часа на дорогу до спальни не стал, а устроился за столиком прямо возле входа.
После полудня, когда работа была в самом разгаре, земля под ногами заходила ходуном.
Землетрясение?!
Лу Цзя кубарем выскочил наружу. Огромные валы с рёвом вздымались к небесам, вокруг стояла сплошная пелена брызг. Парень закрылся руками, моментально промокнув до нитки.
Он проморгался, силясь понять, что стряслось.
Сквозь пенные брызги показался вернувшийся Лео.
— Ваша светлость! — заорал во всю глотку Лу Цзя. — Кажется, цунами начинается!
— Это не цунами, это пробы.
— Чего?!
Лео пожал плечами:
— Ты же сам просил устроить кастинг?
А драконы вопросы решают кулаками.
Пусть они и держатся вместе, но делёжка островов редко обходилась без хорошей потасовки — отличный повод размять кости.
— Не бойся.
Тела у драконов чересчур крепкие, так что ради приличия дрались все в человеческом обличье.
С этими словами Лео взмахом руки осадил нахлынувшую волну, сохраняя привычное ледяное спокойствие.
Теперь Лу Цзя наконец разглядел происходящее и в ужасе завопил женской группе слева:
— Хватит драться!
А затем повернулся к мужской группе справа:
— Прекратите драку!
Это же кинопробы, а не битва за выживание в реалити-шоу!
Увы, его писк потонул в грохоте прибоя. Минут через тридцать мужская часть баталий завершилась: к ним шагнул длинноволосый мужчина в светло-зелёных одеждах.
Лео склонил голову с непривычным почтением:
— Дедушка Дантон.
Дантон в зелёном кивнул и перевёл степенный взгляд на Лу Цзя. Голос прозвучал густо — именно этот дракон вчера допытывался у парня, на чём оборвалась глава.
Лу Цзя разинул рот:
— Д-дедушка?!
— Теперь можешь звать меня братом, — невозмутимо откликнулся Дантон, сжимая в руке афишу. Силой кулаков он единолично застолбил за собой роль старшего брата.
В тот же миг затихла и женская потасовка, и донёсся звонкий девичий хохот:
— Я победила! Я победила!
Хорошо всё-таки иногда размяться.
Юная дева в бледно-жёлтом платье в один миг очутилась перед Лу Цзя. Первым делом она поклонилась старшим сородичам:
— Здравствуйте, дедушка Дантон! Здравствуй, дядя Лео!
И лишь затем повернулась к Лу Цзя:
— Рассчитываю на тебя, сынок.
Лу Цзя:
— ...
Ну и семейка у этих ящеров.
Ему вдруг нестерпимо захотелось обратно, к своим настоящим предкам.
После короткого знакомства Лу Цзя наконец разобрался, кто есть кто в драконьей иерархии.
Дантон, которого Лео звал дедом, уже вступил в пору дряхления.
— Эти сопляки выросли на моих глазах. Знают, что мне недолго осталось, вот и поддались старику, — благодушно улыбнулся Дантон.
Услышав это, Лу Цзя невольно загрустил.
Дело было не в жалости — просто накатила сложная тоска от осознания, что даже столь бесконечная жизнь однажды подходит к черте.
Девушка в жёлтом платье по имени Иша печально вздохнула:
— Всё в мире тленно. Дедушке Дантону осталось всего каких-то триста-пятьсот лет.
У Лу Цзя от таких речей чуть слёзы из глаз не брызнули.
Триста-пятьсот лет?!
Да он сам столько не протянет при всём желании!
Дантон приметил его попытку сдержать подступившую грусть, и взгляд старика потеплел.
Чуткий, добрый ребёнок. Не стоило вчера пугать его из-за оборванной главы.
Справившись с чувствами, Лу Цзя обратился к Лео:
— Слуг, дворецкого и прочую челядь придётся нанять снаружи.
Лео кивнул:
— Действуй по своему усмотрению.
Пока они говорили, со стороны берега раскатился трубный клич:
— Лео, сто лет не мерились силами! Выйдешь?
Лео повёл плечами и зашагал к воде. Вскоре над побережьем взметнулись волны ещё чудовищнее прежних.
...
Когда актёрский состав был утверждён, встал вопрос о месте съёмок.
Владения Лео уходили под землю, что совершенно не годилось для кадра. Строго говоря, большинство драконов предпочитало рыть подземные хоромы.
Берлани был редким исключением: любитель книг и цветов возвёл себе надземную хижину.
Вот только его домик для уединённого чтения никак не тянул на величественные декорации.
Вволю намахавшись кулаками, Лео вернулся и, выслушав жалобы Лу Цзя, бросил:
— Снимайте на острове Гровера. Этот тип задолжал мне услугу, к тому же сейчас он в спячке.
Услышав про спячку, Лу Цзя засомневался:
— Нехорошо как-то тревожить...
— Ему плевать.
В спячке драконы сохраняют крупицы сознания, но если не шуметь сверх меры — даже глазом не поведут.
Тут Иша отвела взгляд, смущённо замешкавшись:
— К дяде Гроверу, значит...
Точно такое же выражение лица Лу Цзя видел у сотен детей, которых против воли волокли на праздники к дальним родственникам.
— Он злой? — шепнул парень.
Иша замотала головой:
— Наоборот! Дядя Гровер — снежный дракон, он со всеми ласков, на прогулке даже муравья обойдёт, чтобы не раздавить.
Этот дракон за тысячу лет голоса ни на кого не повысил.
Лу Цзя мгновенно уловил суть:
— Боитесь, что он копит в себе злость до поры до времени?
Иша закивала изо всех сил — мол, как точно ты подметил!
Лу Цзя всерьёз призадумался, не поискать ли другое место: сюжет-то у него намечался тот ещё вырвиглазный.
Впрочем, мысли быстро переключились на дела.
После полудня Лу Цзя отправил весточку Лилиан в Священный Город, а Лео издали показал ему остров Гровера. Перед глазами предстали устремлённые ввысь шпили, причудливая сеть мостовых и даже пышные сады — настоящий роскошный город-призрак.
— Гровер без ума от людской культуры, особенно от архитектуры.
Все сомнения отпали сами собой. Лу Цзя решительно рубанул воздух:
— Снимаем здесь!
Во всех окрестных землях лучшей натуры было не сыскать.
Съёмки назначили через три дня.
За этот срок Лу Цзя успел набросать львиную долю сценария. Первая половина требовала лишь ядрёного мыла и душевных терзаний, а в этом деле он собаку съел, так что заодно успел урвать ночи и настрочить пару бонусных глав.
Поскольку Перьевая Ручка щеголяла в человеческом теле, Лу Цзя пришлось скрипеть обычным пером.
Один лихорадочно строчил, второй холодно наблюдал со стороны.
При ярком свете ламп ледяной взор Перьевой Ручки упёрся в тростинку в пальцах Лу Цзя. Эта бездушная палочка почему-то жутко её раздражала.
Ведь раньше он всегда сжимал в руке именно её.
— Ты зачем мне перо сломал?!
Очнувшись от мыслей, существо натолкнулось на ошарашенный взгляд Лу Цзя. На столе лежало настоящее «место преступления»: прежнее перо неведомым образом разлетелось в щепки.
Перьевая Ручка с каменным лицом подумала: побочные эффекты кровавого контракта переходят все границы, раз заставляют испытывать собственнические замашки.
Глядя на разгром, серебряноволосый помолчал и сухо выдавил:
— Обязательно столько строчить?
Каждая рукопись была подписана: «Для такого-то».
Парень явно собирался осчастливить каждого дракона отдельной эксклюзивной главой.
Хотя строго по договору можно было сунуть всем один и тот же текст.
Лу Цзя буркнул:
— Халтуру не держим.
С этими словами он стряхнул древесную труху с бумаги и потянулся за новым пером.
— Пиши этим, — фигура с серебристым ежиком волос швырнула на стол изящный, рифлёный стержень. Лу Цзя попробовал им черкнуть: металл приятно холодил пальцы, чернила ложились мягко.
Ощущение до жути напоминало работу с Перьевой Ручкой — пальцы почти не напрягались.
Чудеса да и только.
Лу Цзя с восторгом вскинул голову, собираясь спросить, откуда вещица, но осёкся: девятипалый серебряноволосый парень как раз прилаживал шестерни на место оторванного пальца.
...Вопрос о материале отпал сам собой.
Перьевая Ручка в этот миг готова была откопать создателя кровавого контракта и высечь его труп. Встретившись с Лу Цзя взглядом, она отчеканила ледяным тоном:
— Чего уставился?
— Да ничего... просто средний палец у тебя длинный.
Любопытство взяло верх, и Лу Цзя не сдержался:
— Разве некроманты славятся не управлением мертвецами? В книгах наврали, и на самом деле ваша стезя — марионетки?
Этот могучий народ давно сгинул в пучине веков, оставив после себя лишь жалкие крупицы упоминаний.
Перьевая Ручка не стала отрицать принадлежность к вымершему племени и ровно ответила:
— Было время, когда при виде некроманта все разбегались слишком быстро.
Лу Цзя всё понял.
Спрос рождает предложение, а когда живых материалов не хватает — спасает ручной труд.
Перо из пальца писало изумительно. Ночью Лу Цзя вспомнил проявленную заботу и, забираясь под одеяло, тихо пожелал напарнику поскорее обрасти настоящей плотью.
Повернувшись на другой бок, он наткнулся взглядом на подставку для перьев на столе, и сон как рукой сняло.
Поворочавшись, Лу Цзя всё же встал и вытащил металлическое перо наружу.
Перьевая Ручка и подумать не могла, что парень так бережно отнесётся к её творению, раз даже перед сном решил подержать его в руках.
Действительно, испробовав ширпотреб, начинаешь ценить настоящее качество.
— Фух, — Лу Цзя снова натянул одеяло.
Вот теперь порядок. А то казалось, будто Алекс из подставки показывает ему средний палец.
#
http://bllate.org/book/42242/5408315
Готово: