Готовый перевод Cannon Fodder's Guide to Changing Fate / Сплетница из 70-х: как переписать судьбу всей семьи: Глава 14

(Ctrl + влево) Предыдущая глава   |    Оглавление    |   Следующая глава (Ctrl + вправо)

Поскольку в деревне не нашлось места, дом пришлось строить на самой окраине. Кто бы мог подумать, что вскоре отец и сын трагически погибнут, а жена выйдет замуж снова, оставив Юй Хэчжуна, который тогда был еще ребенком, совсем одного.

Юй Хэчжун жил на отшибе в одиночестве. Без семьи это место стало по-настоящему опасным.

Неудивительно, что Гоудань и его шайка осмеливались приходить к Юй Хэчжуну воровать: они рассчитывали на то, что дом стоит за пределами деревни, соседей рядом нет, и никто их не обнаружит.

Об этом Цзян Лэ узнал от бабушки Цзян: однажды Гоудань попытался обчистить дом Юй Хэчжуна, но оступился и повредил ногу, а в итоге во всем обвинил самого Юй Хэчжуна и начал донимать его претензиями.

При мысли об этом на душе у Цзян Лэ стало тяжело.

Раздался осторожный голос Гуа Гуа: Хозяин, постучи скорее, мне страшно.

Цзян Лэ про себя закатил глаза: Ты же Система, чего тебе бояться привидений?

Гуа Гуа: Посмотри туда, видишь, как что-то качается? Похоже на голову призрака!

Цзян Лэ: ...

Его внезапно пробрала дрожь. Он быстро подошел к порогу дома Юй Хэчжуна, положил Универсальное средство от травм на каменную подставку, прижал его сверху запиской, постучал в дверь и тут же бросился к заранее присмотренному углу, чтобы спрятаться.

Гуа Гуа: Хозяин, ты выглядишь как настоящий вор!

Цзян Лэ недовольно отозвался: Что ты понимаешь, это называется совершать добро инкогнито.

Гуа Гуа не понял: Зачем совершать добро инкогнито?

Цзян Лэ постеснялся признаться, что перед своим любимым вымышленным персонажем страдает легкой социофобией, поэтому перевел тему: Юй Хэчжун выходит.

И в самом деле, Юй Хэчжун открыл дверь. В руках он сжимал палку и с подозрением осматривался. Увидев, что вокруг никого, он заметно растерялся.

Цзян Лэ почувствовал облегчение: хорошо, что он спрятался, иначе мог бы схлопотать палкой.

Напряженно наблюдая, он увидел, как Юй Хэчжун наконец заметил на каменной подставке Универсальное средство от травм и записку. Опустив взгляд, он прочел: Это средство от ран, вот~

Юй Хэчжун на секунду задержал взгляд на волнистой линии в конце фразы, его лицо выразило крайнее недоумение, а затем он насмешливо хмыкнул. Неужели в этой деревне кто-то еще готов ему помочь?

Он повернул голову и вгляделся в темноту.

Цзян Лэ потер мурашки, побежавшие по рукам: Почему он не заходит обратно?

Гуа Гуа тоже задрожал: Я не знаю, хозяин, давай скорее уйдем, мне страшно~

Цзян Лэ: ...Ну вот, теперь и он сам начал бояться.

Под пристальными взглядами человека и Системы Юй Хэчжун наконец закрыл дверь и вернулся в дом.

Увидев, что тот не выбросил лекарство, Цзян Лэ выдохнул. Растирая руки, он зашагал прочь, сначала тихо, а затем переходя на бег, и с каждым шагом прибавлял скорость...

Его нельзя винить: Гуа Гуа то и дело твердил, что то одно похоже на призрака, то другое, а это изрядно давило на психику. Причем Гуа Гуа действительно было страшно, он не пытался пугать специально.

Ни человек, ни Система не подозревали, что после их ухода Юй Хэчжун снова приоткрыл дверь. Его темный, тяжелый взгляд был устремлен в ту сторону, куда они убежали, а затем он снова опустил глаза на флакон с лекарством, погрузившись в раздумья.

У Юй Хэчжуна почти не осталось воспоминаний о Цзян Лэ, он лишь помнил, что иногда видел его рядом с Гоуданем. И вот сегодня тот помог ему, а теперь еще и принес лекарство. Можно ли вообще пользоваться этим средством?

Цзян Лэ не знал, что его личность была раскрыта еще до того, как он успел примерить свою маску. Он несся во весь опор и наконец добрался до дома.

Хотя днем стояла жара, ночью становилось жутковато. Так уж устроена деревня: если не считать пары самых знойных месяцев, в остальное время по вечерам здесь всегда прохладно.

Цзян Лэ потер замерзшие пальцы и только собрался толкнуть дверь, как из темноты послышался призрачный голос: Куда это ты ходил?

Цзян Лэ: !!! А-а-а!

Гуа Гуа: А-а-а, призрак, призрак!

Цзян Лэ с трудом повернул онемевшую шею и в ночной мгле разглядел знакомое лицо. Никакой это был не призрак, а соседка, тетушка из дома Ван, по имени Чжан Сюэхуа.

Чжан Сюэхуа сморщила свое старушечье лицо, выдавив ехидную улыбку. Слова её были крайне неприятными: Вижу, крадешься, где ты был? Снова ходил что-то у кого-то воровать? Посреди ночи... Завтра же спрошу у всех, не пропало ли чего.

Гуа Гуа, осознав, что рядом не призрак, мгновенно осмелел и разразился ругательствами: Ах ты ж! Старая карга, как она разговаривает! Сама ты воровка, вся твоя семейка воры!

Как бы это сказать... В воспоминаниях Цзян Лэ отношения семьи Чжан Сюэхуа и семьи Цзян раньше были неплохими, но в прошлом году, когда в доме Цзян начались беды, она мгновенно изменилась и стала при любой возможности пакостить им.

К несчастью, Чжан Сюэхуа была соседкой Цзян Лэ. Она постоянно отпускала язвительные замечания и любила сверлить их дом своими глазами-бусинками, что вызывало лишь отвращение.

Неудивительно, что раз у них такая мать, Сычжу и Сань Я говорили те ужасные вещи.

Сам Цзян Лэ обычно снисходительно относился к детям, но слова Сычжу и Сань Я для семьи Цзян были настоящим ядом. Поэтому ко всему этому семейству он не испытывал ни капли симпатии.

Цзян Лэ не стал оправдываться перед Чжан Сюэхуа, которая с порога начала его обвинять. Объяснения лишь ведут в ловушку самооправдания, лучше уж самому начать подозревать других.

Разве он не умеет марать других грязью? Еще как умеет.

Цзян Лэ улыбнулся: Тетушка Чжан, я видел, вы тоже возвращаетесь откуда-то снаружи. Не к любовнику ли ходили? Дядя Ван знает об этом?

Он в точности скопировал её тон: Завтра я обязательно спрошу, чей муж сегодня не ночевал дома — наверняка он тайком ушел с тетушкой Чжан.

Лицо Чжан Сюэхуа изменилось, она изо всех сил старалась понизить голос, чтобы не выдать себя: Ты... что ты мелешь? Маленький выродок... только и знаешь, что воздух портить.

Я-то точно ничего не воровал, а вот насчет того, ходили ли вы налево — вопрос открытый. Может, мне позвать людей, чтобы все проверили, чей муж сегодня не дома... — не успел Цзян Лэ договорить, как тетушка Чжан, испугавшись не на шутку, будто увидела призрака, бросилась наутек к себе домой.

Дома в их деревне отличались от дома Юй Хэчжуна: перед каждым был небольшой дворик, огороженный плетнем, так что соседи могли видеть дворы друг друга.

Цзян Лэ наблюдал, как тетушка Чжан, быстро перебирая ногами, проскочила через плетень и скрылась в доме.

Гуа Гуа: Ха-ха-ха, хозяин, ну ты даешь!

Цзян Лэ фыркнул: Что тут такого? Кто угодно может молоть ерунду.

Вдруг Гуа Гуа пришел в восторг: Хозяин, хозяин, есть сплетня!

Цзян Лэ поначалу опешил, но быстро сообразил и радостно воскликнул: Какая сплетня?!

Сплетня означала получение Монет сплетника! Сейчас, когда на счету у него было по нулям, при упоминании о сплетне глаза Цзян Лэ загорелись ярче новогодних фонарей.

Гуа Гуа тоже был крайне взволнован: Хозяин, муж тетушки Чжан бесплоден!

Цзян Лэ: !!!

Он тут же вспомнил, что у тетушки Чжан четверо сыновей и трое дочерей!

Гуа Гуа: Дзынь, активировано задание Системы: заставить мужа тетушки Чжан узнать правду. Награда — 100 Монет сплетника и два вращения Колеса фортуны!

Цзян Лэ остыл и начал торговаться: Всего 100? Нельзя больше?

Ведь когда он только попал сюда, он и сам не понял как, но получил 50 Монет сплетника. А это задание — заставить мужа тетушки Чжан узнать правду — означало, что он не может просто подойти к человеку и сказать: дядя, тебе наставили рога, и семеро детей не твои.

Цзян Лэ был уверен: если он так скажет, муж тетушки Чжан забьет его насмерть мотыгой.

Так что задание на первый взгляд простое, а на деле — очень сложное.

Гуа Гуа: Это задание выдала Главная Система, я не могу его изменить. Но если ты не доволен наградой, можешь подать жалобу. Если Главная Система сочтет твои требования разумными, она может изменить награду!

Эта функция стала для Цзян Лэ неожиданностью. Он решил попробовать пожаловаться — вдруг сработает?

Гуа Гуа: Хорошо, я отправил жалобу, хозяин, жди результата.

Цзян Лэ кивнул. День выдался хлопотным, он был так утомлен, что вскоре закрыл глаза и уснул. Даже храп Цзян Цзюньцина не мог ему помешать.

Тем временем Юй Хэчжун не спал. Он смотрел на флакон в своей руке. Флакон был из матового стекла, внутри виднелась темно-коричневая жидкость.

Судя по флакону, это средство стоило недешево, хотя, конечно, не факт, что там вообще лекарство. Разве та «хвостатая собака», которая вечно бегает за Гоуданем, могла быть такой доброй?

Юй Хэчжун скорее склонялся к тому, что Гоудань придумал очередной способ над ним поиздеваться.

При этой мысли его взгляд стал мрачным. Несмотря на то, что ему было всего чуть больше десяти лет, в нем читалась жестокость, несвойственная детям этого возраста.

Цзян Лэ оказался прав в своем сравнении: он действительно был похож на волчонка, готового в любой момент вцепиться в горло врагу.

Юй Хэчжун уже собрался выбросить флакон, как вдруг ногу пронзила острая боль. Его мгновенно бросило в холодный пот, и без того бледные губы побелели еще сильнее.

Он дрожащими пальцами схватился за ногу. Хотя боль была такой, что он едва не терял сознание, он не издал ни звука, лишь молча сжал зубы.

Неизвестно, сколько прошло времени, прежде чем боль немного утихла. Он, тяжело дыша, открыл глаза.

После того как Гоудань намеренно сломал ему ногу палкой, она постоянно ныла, но временами случались приступы невыносимой боли.

Юй Хэчжун люто ненавидел Гоуданя. Этот тип, словно злобная гиена, вечно кружил вокруг него, мечтая оторвать от него кусок плоти.

Но Юй Хэчжун знал, что не может действовать опрометчиво, ведь у Гоуданя была семья... Как только случится что-то серьезное, о спокойной жизни можно забыть.

Поэтому, даже когда Гоудань сломал ему ногу, ему пришлось терпеть.

Впрочем, раз уж Гоудань сам лезет на рожон, он мог бы взять с него проценты, но, к несчастью... Гоудань тогда упал недостаточно сильно, отделавшись лишь царапинами.

А вот его нога... Юй Хэчжун дрожащими руками обхватил ногу. В этот момент он впервые за долгое время показал свою боль и обиду, свойственную подростку его лет. Эта нога... похоже, уже никогда не заживет.

Он сжал в ладони стеклянный флакон, поколебался мгновение и все же открыл его.

http://bllate.org/book/42031/5372856

(Ctrl + влево) Предыдущая глава   |    Оглавление    |   Следующая глава (Ctrl + вправо)

Обсуждение главы:

Еще никто не написал комментариев...
Чтобы оставлять комментарии Войдите или Зарегистрируйтесь

Инструменты
Настройки

Готово:

100.00% КП = 1.0

Скачать как .txt файл
Скачать как .fb2 файл
Скачать как .docx файл
Скачать как .pdf файл
Ссылка на эту страницу
Оглавление перевода
Интерфейс перевода