Глава седьмая: Воскрешение
— Чао-с~
Не Хаоюань обернулся и увидел кареглазого паренька, а затем его взгляд опустился ниже и встретился со взглядом маленького младенца в костюме, стоявшего рядом с ним. От неожиданности лицо юноши слегка и невольно задеревенело.
Хотя вчера он и говорил, что ждет этой встречи с предвкушением, стоило им увидеться вживую, как он тут же вспомнил то жуткое чувство, будто его тело кромсают взглядом, и его организм рефлекторно отпрял назад, пытаясь скрыться.
*Расслабься, лучше всего изобразить крайнюю радость,* — подсказал Савада Цунаёси.
Не Хаоюань взял себя в руки, напустил на лицо удивленное выражение и шагнул навстречу:
— Эм... Реборн?
— Здравствуй, Сакаи-кун, — вежливо кивнул Реборн и джентльменски улыбнулся в знак приветствия.
Шатен с некоторой подозрительностью и недоверием покосился на Не Хаоюаня, крисвляясь, поздоровался с ним, а затем перевел взгляд на Реборна:
— Реборн... Вы с Сакаи-куном уже знакомы?
— Да, в прошлый раз благодаря помощи Сакаи-куна мне удалось найти твой дом.
— А, пустяки, всего лишь оказал небольшую услугу, — с улыбкой ответил Не Хаоюань и, следуя наставлению Савады Цунаёси (*«относись к нему как к какому-то инопланетному существу»*), принялся с живым любопытством разглядывать Реборна с головы до ног.
Реборну явно не нравилось такое внимание: он слегка нахмурился и с легкостью запрыгнул на плечо шатена — на высоту, которая составляла чуть ли не три-четыре его собственных роста.
Не Хаоюань очень кстати изобразил отупелое выражение лица — и это была вовсе не игра, а самая что ни на есть подлинная реакция.
Уголки губ Реборна дернулись в ухмылке, судя по всему, реакция Не Хаоюаня пришлась ему по душе, после чего он потерял к нему всяческий интерес и принялся подгонять шатена, требуя быстрее заходить в класс.
*Я же говорил, дальше тебе достаточно просто играть самого себя. Реборн не станет придавать особого значения обычному человеку.*
— ………… — Не Хаоюань отвернулся, чувствуя себя немного удрученным. Ему казалось, что Савада Цунаёси только что его унизил.
Ну и ладно, по крайней мере, он все еще укладывается в рамки обычного человека.
Войдя в класс следом за шатеном и Реборном, Не Хаоюань уселся за свое место и наконец-то тихонько выдохнул. Он достал учебник, нужный для следующего урока, и стал рассеянно перелистывать страницы, как вдруг почувствовал, что Савада Цунаёси о чем-то глубоко задумался.
Не успел он открыть рот и задать вопрос, как Савада Цунаёси сам развеял его сомнения:
*Если память меня не изменяет, в то самое первое утро знакомства с Реборном «я» должен был получить Пулю посмертной воли за признание в любви к Кёко, а затем с позором бегать голышом в одних трусах…*
— Признание в любви к Кёко? — движения Не Хаоюаня на мгновение замерли.
*Угу, Сасагава Кёко, неужели не помнишь? Наша одноклассница, в которую я был безответно влюблен,* — Савада Цунаёси слегка откашлялся. *Впрочем, сейчас не об этом.*
— Главное здесь… это «трусы» и «голый бег»?
*…Главное — это «первый день» и «Пуля посмертной воли».* Голос Савады Цунаёси звучал так, будто он скрежетал зубами.
— Ладно-ладно, я пошутил, — Не Хаоюань пожал плечами и подпер рукой подбородок. Он чувствовал, что настроение у Савады Цунаёси сейчас было далеко не лучшим, вернее сказать, с самого возвращения из дома Савада он пребывал в подавленном состоянии.
Не Хаоюаню не нравилось видеть его таким.
— Ну хорошо, давай вернемся к серьезным вопросам, — Не Хаоюань искоса глянул на шатена, но случайно встретился взглядом с Реборном, который очень «вовремя» обернулся, и на рефлексах растянул губы в застывшей улыбке.
*…После того злосчастного признания некий парень, который тоже ухлестывал за Кёко, вызвал меня на дуэль, и это стало моим первым шагом в тот омут,* — Савада Цунаёси, погруженный в собственные мысли, не заметил странностей в поведении Не Хаоюаня. *И судя по всему, с нынешним «Савадой Цунаёси» этого еще не произошло… Что же все-таки это значит?..*
— Давай не будем гадать, что это значит! Твой учитель-спартанец пялится на меня во все глаза, что мне делать-то?! — мысленно взвыл Не Хаоюань.
*Расслабься… веди себя так, будто не замечаешь, что он на тебя смотрит,* — с некоторой досадой произнес Савада Цунаёси. *Твое тело и выражение лица слишком напряжены, будь естественней.*
— Разве это так просто взять и сделать?! — Когда опасный тип сверлит тебя таким взглядом, Не Хаоюань совершенно не мог заставить свое тело расслабиться.
*…Тогда повернись и посмотри на него.*
Не Хаоюань повернул голову и увидел на миловидном детском личике Реборна улыбку, абсолютно не вязавшуюся с его внешним видом — от нее так и веяло запахом крови.
— И что дальше…?!
*…Не переживай, ты уже прокололся, так что делай теперь что хочешь.*
Голос Савады Цунаёси звучал спокойно, но Не Хаоюаню почему-то послышались шаги самой смерти.
— …Вот так… сразу спалился?
— Хаоюань… ты все-таки еще ребенок, — тихонько усмехнулся Савада Цунаёси. *На самом деле, можно сказать, что ты прокололся в тот самый момент, когда вместо того, чтобы повести себя естественным образом, принялся расспрашивать меня. Я же говорил тебе: достаточно просто оставаться самим собой.*
Не Хаоюань поднял руку и закрыл лицо ладонями.
*Хотя изначально я не хотел впутывать тебя во все это, но, поразмыслив, понял, что это нереалистично… Прости. Но не бойся, я не дам тебе погибнуть, обещаю,* — безмятежно произнес Десятый Босс Vongola, и Не Хаоюань поймал себя на мысли, что его словам верит абсолютно и без тени сомнений.
— Все равно, если я сдохну, ты отправишься на тот свет со мной за компанию, — уголки губ Не Хаоюаня приподнялись. Раз уж его раскрыли, не значит ли это, что теперь он может позволить себе делать всё что заблагорассудится? Во всяком случае, Савада Цунаёси его защитит, в этом Не Хаоюань был твердо убежден.
*Начиная с сегодняшнего дня, ради твоего же выживания — давай-ка займемся тренировками. Я буду твоим… домашним учителем.*
— ………… Ась?
Весь день напролет Не Хаоюань витал в облаках: он без конца слушал объяснения Савады Цунаёси насчет предстоящей программы тренировок и с каждым словом все отчетливее понимал, что его будущее покрыто непроглядным мраком.
— Ты уверен, что это тренировки мафии, а не спецназа?
*Поверь мне, спецназу до мафии расти и расти.*
— ……………
Не Хаоюань чувствовал, что этот мир сошел с ума.
День прошел спокойно, ни шатен, ни Реборн не предпринимали никаких активных действий. Сам Не Хаоюань не мог понять, испытывает он разочарование или облегчение, но в итоге все равно пошел вместе с Ямамото на тренировку в клуб бейсбола.
Когда клубные занятия уже подошли к концу, внезапно разнеслись слухи о том, что Никчёмный Цуна собирается драться на дуэли с капитаном Клуба кэндо — сэмпаем Мотидой. Не Хаоюань замер, а Савада Цунаёси тотчас же пришел в крайнее возбуждение.
*Пойдем взглянем!*
Не дожидаясь дальнейших уговоров Савады Цунаёси, Не Хаоюань даже не успел ответить на прощальный оклик бейсболиста с соседнего поля и со всех ног бросился к клубу кэндо.
*Хоть я и понятия не имею, с чего вдруг всё так повернулось, я готов спорить, что это второй случай применения Пули посмертной воли на моей памяти,* — голос Савады Цунаёси, хоть и старался казаться ровным, всё же не мог скрыть бушующих внутри эмоций. *И правда… даже при наличии отличий всё всё равно движется по предначертанному пути?..*
Не Хаоюань прикусил губу и влетел в помещение Клуба кэндо — там уже яблоку негде было упасть. Сам он ненавидел толкаться в толпе, и поначалу даже растерялся, не представляя, как протиснуться вперед.
— За мной, — чья-то рука неожиданно ухватила его за запястье. Не Хаоюань с легким удивлением покосился на Ямамото, который неизвестно когда оказался рядом, после чего тот ловко повел его за собой сквозь людскую толкучку, и в мгновение ока они вынырнули в самом первом ряду.
— Сакаи-кун так переживает за А-Цуну! — Ямамото обернулся, одарил Не Хаоюаня ослепительной улыбкой и потрепал себя по волосам. — Как здорово, что у А-Цуны есть такой друг!
Не Хаоюань скривил губы в усмешке, но ничего не ответил, лишь сосредоточенно устремил взгляд на шатена.
Тот стоял на месте — его лицо выражало упрямство и долю презрения, в то время как в глазах читался страх. Шатен растерянно озирался по сторонам, очевидно, разыскивая исчезнувшего Реборна.
Судя по долетавшим со всех сторон обрывкам разговоров, шатен во время дежурства по какой-то причине задирал этого самого Мотиду, за что тот и вызвал его на дуэль. Не Хаоюань прищурился: парень что-то бормотал себе под нос. Не удержавшись, он оттолкнул стоявшего рядом зеваку и медленно шагнул ближе к подростку.
Ради интереса Не Хаоюань в свое время немного изучал чтение по губам, и хотя быстро забросил это дело, потеряв запал, шатен раз за разом повторял одну и ту же короткую фразу, так что разобрать ее не составило особого труда.
К тому же, если он не ошибался, фраза эта звучала на самом родном для Не Хаоюаня языке — на китайском.
— Ценой жизни… победить… сэмпая Мотиду… — шевеля губами в такт подростку, Не Хаоюань беззвучно повторил вслед за ним: — Ценой жизни победить сэмпая Мотиду.
*Чего? Что ты говоришь?* — с недоумением переспросил Савада Цунаёси.
Не Хаоюань перевел эту фразу на японский, и Савада Цунаёси умолк.
*Ты помнишь, я рассказывал тебе про Пулю посмертной воли?*
— …Это еще что за зверь? — Не Хаоюань уже пару раз слышал это название, но пропускал мимо ушей. В конце концов, мало ли у мафии всяких безумных и нелогичных игрушек, он уже научился просто не обращать на них внимания.
*Пуля посмертной воли: любой, в кого она попадает, умирает, а затем воскресает, преисполненный решимости сделать это ценой собственной жизни,* — неторопливо пояснил Савада Цунаёси. *Всё, что заставляет человека воскреснуть с такой решимостью — это его самое большое сожаление перед лицом смерти… Говорят, если у человека нет никаких сожалений, попавшая в него пуля убьет его насовсем. Разумеется, не знаю, не врал ли мне Реборн насчет этого последнего пункта, по крайней мере, мне еще не доводилось видеть, чтобы кто-то умер от Пули посмертной воли.*
— …И что дальше? — не дождавшись продолжения, с нарастающим раздражением поторопил его Не Хаоюань. Он совершенно не улавливал связи между только что услышанной историей и происходящим сейчас.
*То самое главное сожаление — это вовсе не то, о чем человек больше всего думает или вспоминает перед смертью… а то самое искреннее, последнее сожаление…* — голос Савады Цунаёси становился все холоднее. Не Хаоюань почему-то представил себе черную пантеру, которая перед прыжком выжидает момент, не сводя глаз с добычи. *Быть может, сейчас нам удастся по-настоящему заглянуть в самые сокровенные уголки его души… если у него таковые имеются.*
Если призадуматься, Савада Цунаёси в гневе — поистине пугающий тип…
Мотида напротив поднял меч, принимая боевую стойку. Шатен по-прежнему не мог обнаружить Реборна и теперь с мертвенно-бледным лицом смотрел на несущегося на него Мотиду с занесенным над головой мечом.
Парень попытался увернуться, но тело, видимо, отказалось его слушать, и он собственными глазами увидел, как деревянный меч рассекает воздух, после чего его самого отбросило в сторону.
Не Хаоюань и Савада Цунаёси отчетливо видели: шатен улетел вовсе не от удара Мотиды, а потому что в него угодила пуля, прилетевшая из какого-то темного угла.
Шатен пластом лежал на полу, не издавая ни звука. Сердце Не Хаоюаня подпрыгнуло к самому горлу, он невольно затаил дыхание.
— Умер? Или воскрес?
Не Хаоюань не знал, сколько прошло времени — то ли мгновение, целая вечность — как вдруг парень без предупреждения подорвался с земли, а его одежда в тот же миг разлетелась на мелкие кусочки.
— Ценой жизни разнесу школьный компьютер в щепки!!!
— ………………??? — Не Хаоюань был совершенно обескуражен.
*………………???* — Савада Цунаёси был озадачен точно так же.
— ……………………… — Реборн с каменным лицом наблюдал из-за угла.
http://bllate.org/book/42007/5368663
Готово: