Готовый перевод The Sickly Substitute for a Tragic Romance / Смертельно больной подставной возлюбленный: Глава 12

(Ctrl + влево) Предыдущая глава   |    Оглавление    |   Следующая глава (Ctrl + вправо)

— Ты проснулся? Не хочешь поспать еще немного? Ты же говорил, что очень устал, — спросил Цзян Шэньсюэ.

— Слишком шумно, — Дуань Боюнь сорвал с шеи галстук, и сшитый на заказ идеальный костюм полетел на пол, небрежно скомканный его рукой.

Раньше Цзян Шэньсюэ еще размышлял над тем, не жарко ли в такую знойную погоду носить строгие костюмы, но теперь этот вопрос отпал сам собой — жарко.

Внутренняя рубашка насквозь пропиталась потом и стала полупрозрачной, ткань плотно облегала крепкую талию, сквозь нее проступал рельефный узор из восьми кубиков пресса.

Впрочем, как бы ни было жарко, расхаживать с голым торсом нельзя. Заметив, что Дуань Боюнь расстегивает пуговицы на рубашке, Цзян Шэньсюэ тут же остановил его:

— Больше не раздевайся, съемочная группа записывает закадровые материалы.

Хотя сейчас они не вели официальные съемки, на площадке всегда хватало камер и объективов.

Дуань Боюнь опустил взгляд на раскрасневшееся лицо юноши:

— Тебе тоже жарко?

Волна зноя, смешанного с мужским запахом, ударила в лицо, и Цзян Шэньсюэ тихонько отступил на пару шагов:

— На самом деле терпимо.

Из-за слабого здоровья он сильнее страдал от холода, но к жаре относился более-менее устойчиво. Под тентом и с работающим вентилятором ему не казалось, что погода невыносима, поэтому на нем самом одежда оставалась сухой.

К слову, у Дуань Боюня просто потрясающая фигура. Обычно от пота, заливающего тело, становится противно, но от Дуань Боюня не исходило никаких неприятных запахов.

— На что ты смотришь? — спросил Дуань Боюнь.

Юноша уже добрую минуту пялился на него, уйдя в себя.

— Э-э, — сказать, что он разглядывает пресс, показалось бы чересчур вольным. Цзян Шэньсюэ бросил взгляд в поисках хоть какого-то приличного объекта и замер на подбородке Дуань Боюня. — На твою щетину. Борода ведь тоже придает мужчине очарования. Я смотрю, ты совсем не бреешься, а вот помощник Чжун всегда выбрит дочиста.

Эх, из-за слабого здоровья у него самого борода почти не росла. Мало того что Дуань Боюнь был писаным красавцем с высоким и идеальным телосложением, так еще и образ зрелого мужчины, воплощенный в нем, вызывал у Цзян Шэньсюэ самое горячее восхищение и трепетное желание стать таким же.

Чжун Тянь испуганно замахал руками:

— Нет-нет, генеральный директор Дуань обычно бреется регулярно, просто в последние дни выдалась слишком большая нагрузка.

Дуань Боюнь заметил, что у этого паренька неожиданно смелый характер — похоже, он совсем его не боялась.

— Тебе нравится борода?

Взгляд Дуань Боюня был до странного спокойным, отчего становилось немного не по себе, и Цзян Шэньсюэ кривя душой ответил:

— ...Нравится.

Стоило ему вообразить Дуань Боюня с густой бородой, как по спине пробежали мурашки — нет, даже просто представив это, он бы без колебаний выбрал побег из этого мира вместе с системой.

— Ха-ха-ха… — тихо рассмеялся Дуань Боюнь.

Интуиция подсказала Цзян Шэньсюэ, что тему срочно нужно менять, и он сам перевел разговор:

— Ты собираешься готовить выпечку?

— Думаешь, я не умею? — в ответ усмехнулся Дуань Боюнь. Он закатал рукава, обнажив плавные и красивые линии рук, и это движение вновь приковало к себе взгляд Цзян Шэньсюэ.

Как ни посмотри, а образ Дуань Боюня ну никак не вязался с милыми, мягкими сладостями.

Мысленно Цзян Шэньсюэ только покачал головой: заставлять брутального генерального директора, чей доход исчисляется секундами, собственными руками лепить симпатичные десерты — зрелище донельзя сюрреалистичное.

В этот момент неожиданно зазвонил телефон. Чжун Тянь ответил на вызов, и с его лица тут же исчезло расслабленное выражение:

— Генеральный директор Дуань, менеджер Сунь говорит, что у него срочное дело к вам.

Дуань Боюнь взял трубку и ничего не сказал, но его лицо говорило само за себя.

Так и есть. Непонятно почему, но Цзян Шэньсюэ почувствовал легкое облегчение.

Дуань Боюнь произнес:

— Я сегодня во второй половине дня...

— Я знаю, — прервал его Цзян Шэньсюэ. — Мою работу ты уже проинспектировал, теперь твоя очередь идти трудиться.

Мало кто осмеливался перебивать его на полуслове. Как занятно, подумал Дуань Боюнь, опуская взгляд на юношу, и слегка усмехнулся уголками губ:

— Хорошо.

Увидев это, Чжун Тянь сполоснул руки и уже собирался следовать за шефом, но ему приказали оставаться на месте.

Цзян Шэньсюэ заявил, что ему все равно:

— Пусть братец Чжун идет.

Все равно на такой жаре от него здесь только лишние хлопоты, а если некому помогать, он просто забьет и попытается сбыть хоть немного мелкого товара кое-как — в конце концов, он всего лишь никому не известный новичок в этой сфере, на которого никто не обращает внимания.

Вернувшись на прежнее место, Чжун Тянь вспомнил кое о чем и с улыбкой обратился к Цзян Шэньсюэ:

— Если я уйду, кто будет месить тесто? Звание мастера замеса мне досталось не просто так.

Если Чжун Тянь — мастер замеса, то Дуань Боюнь, получается, кондитер? Подумав об этом, Цзян Шэньсюэ не удержался и прыснул со смеху:

— Пфф, если ты уйдешь, у нашей палатки не останется главного замесщика.

Смеющийся юноша выглядел очень красиво: его глаза превратились в полумесяцы, а на щеках проступили легкие ямочки. Из-за того, что лицо было худым, в обычной улыбке эти ямочки почти не были заметны.

Только сейчас Дуань Боюнь заметил, что у парня есть ямочки на щеках.

Отсмеявшись, Цзян Шэньсюэ заметил, что Дуань Боюнь все еще стоит на месте:

— Ты почему до сих пор не ушел?

Этот малец и впрямь ничего не боялся. Под удивленным взглядом юноши он протянул руку и взъерошил мягкие каштановые волосы:

— Жди меня.

— Угу, — глухо отозвался Цзян Шэньсюэ. Слово возвращение подразумевало разлуку, заставив его некстати вспомнить слова системы.

Действительно ли нужно уходить отсюда?

— Сиди здесь спокойно, никуда не уходи, пока я не вернусь.

Большая рука, ласкавшая его голову, опустилась и легко ущипнула за щеку:

— Запомнил?

И это все еще Дуань Боюнь? Откуда в его тоне столько мягкости, а в этой фразе — ни малейшего намека на шутку?

Цзян Шэньсюэ удивленно поднял голову. В глубоких глазах Дуань Боюня сейчас четко отражалось его собственное лицо, но почему же во взгляде читалась такая недосягаемая даль?

Эмоции Дуань Боюня редко проступали на поверхности, и Цзян Шэньсюэ не умел распознавать его истинные радость или гнев. Только в этот миг он ощутил, как нечто сдавленное, невыразимое, похожее на тоску, накрыло их обоих, мгновенно преодолев разделявшее их расстояние и пронзив растерянность в голове Цзян Шэньсюэ.

Он наконец-то по-настоящему осознал свою роль дублера.

Воздух входил и выходил через приоткрытые в замешательстве губы, и Цзян Шэньсюэ сглотнул подступивший холодок:

— Я запомнил.

Рука скользнула по контуру щеки юноши и замерла в воздухе. Долго вглядываясь в него, Дуань Боюнь наконец удовлетворенно улыбнулся:

— Сяосюэ такой послушный.

Сяосюэ... Кажется, в имени их белого лунного света тоже был этот иероглиф.

Наверное, информация, предоставленная системой, оказалась неполной. Впервые с тех пор, как он попал в этот мир, он так серьезно пытался вспомнить первоисточник, но не нашел почти никаких описаний этого таинственного белого лунного света.

— Система, система, ты здесь?

[Вз-з-з...]

После короткого электрического треска голос системы произнес:

— [Вы всё обдумали?]

— Я хотел спросить: материал, который ты мне дала, точно полный? Почему мне кажется, будто сюжетных кусков не хватает?

— [То, что предоставлено хозяину — это все сюжетные линии, касающиеся заменяющего партнера. Вам не стоит беспокоиться о сценах, не имеющих к вам отношения.]

— Могу я просмотреть весь сюжет целиком?

Система погрузилась в долгое молчание. Когда Цзян Шэньсюэ уже почти потерял надежду, после нового краткого треска она ответила:

— [Простите, но я бессильна. Сам сценарий изначально дефектный.]

— Почему? — не понял Цзян Шэньсюэ.

— [В этом мире неоднократно происходили беспричинные сбои и потери данных. Пробуждение самосознания у персонажей привело мир к грани разрушения, поэтому вас и выбрали для выполнения главной задачи — поддержания стабильности мира.]

— [Иными словами, развитие текущих событий в этом мире уже вышло из-под контроля Управления пространственно-временных путешествий. Наша с вами потеря связи, возможно, служит предвестником краха этого мира.]

— [Независимо от того, полон сценарий или нет, вам не о чем беспокоиться, ведь вы провели в этом мире меньше двух дней, и ваше влияние на сюжет ничтожно мало.]

Система говорила много, все это время ожидая решения хозяина.

— [Вы уже приняли решение?]

Цзян Шэньсюэ ошеломленно замер:

— Не прошло и двух дней?..

А ему казалось, что тянется целая вечность. За эти неполные двое суток он пережил и прочувствовал столько всего, сколько не набиралось и за десяток с лишним лет в лечебнице.

Оказывается, его существование оказывает минимальное влияние на сюжет и на самого Дуань Боюня.

Но ему так нравится этот шумный и свободный мир! Он ведь впервые в жизни перешагнул за высокие стены лечебницы.

— Здесь так оживленно, мне очень нравится.

Бесстрастный механический голос системы попытался утешить его:

— [В других мирах точно так же.]

— [У вас осталось менее 48 часов на раздумья.]

Небо снова заволокло чернильной тучей. Пока он предавался мыслям, налетевший штормовой ветер пригнал тяжелые тучи, которые низко нависли над землей.

Цзян Шэньсюэ услышал, как режиссер и съемочная группа вперемежку с руганью обсуждают ненадежность прогноза погоды.

Чжун Тянь уже закончил замес теста и добровольно принялся за подготовку остальных ингредиентов, лишь с беспокойством бросая фразы:

— А что делать, если и завтра дождь пойдет?

Цзян Шэньсюэ ответил:

— Тогда остается надеяться, что завтра дождя не будет.

Черные тучи заслонили солнце, порыв штормового ветра вымел из воздуха всю духоту, а прохладные струи трепали выпавшие пряди. Чтобы они не лезли в глаза, Цзян Шэньсюэ попросил у съемочной группы пару заколок и ободок, аккуратно подобрав волосы.

Чжун Тянь попытался его остановить, но не успел. Цзян Шэньсюэ последовал инструкции и попытался слепить фруктовый шарик, но тот вышел кривым и разваливающимся:

— Это пойдет в брак.

Не смирившись, он скатал второй, но товарного вида у него снова не наблюдалось.

Чжун Тянь даже смотреть на это без тревоги не мог:

— Давай лучше я.

— Ты один не справишься с таким объемом работы, — вполне логично возразил Цзян Шэньсюэ. — Когда все трудятся, дело идет быстрее. Если я тоже буду помогать, мы закончим скорее.

Вот только те несколько шариков, что прошли через руки Цзян Шэньсюэ, выглядели настолько плачевно, что Чжун Тянь едва сдерживался, чтобы прямо не сказать: его старания — это всё равно что тушить пожар бензином.

Испортив еще несколько штук подряд, Цзян Шэньсюэ потерял всякое терпение.

— На самом деле то, что ты лепишь, обладает своей изюминкой, — подстроился под ситуацию Чжун Тянь.

Вот только утешать людей у него получалось из рук вон плохо.

Цзян Шэньсюэ услышал это и окончательно опустил руки:

— Я понял. У меня ничего не получается.

Поняв, что ляпнул лишнего, Чжун Тянь мысленно похоронил себя: неужели генеральный директор Дуань урежет ему зарплату из-за неудачной шутки?

— Сяо Цзян, ты не расстраивайся. У всего бывает первый раз, не умеешь — научишься.

Дуань Боюнь говорил то же самое: не умеешь — научишься. Но почему же у него никак не выходит?

Каким характером обладал тот белый лунный свет? Каким образом ему подражать? Что вообще нужно сделать, чтобы Дуань Боюнь заинтересовался им?

Изгнанному из рабочей зоны Цзян Шэньсюэ оставалось от скуки лишь сидеть в телефоне и бездумно листать страницы. Раньше он так завидовал людям, которые могут сутками напролет зависать в телефонах, но, получив собственный гаджет, понял, что в нем не так уж много веселого.

http://bllate.org/book/41859/5347200

(Ctrl + влево) Предыдущая глава   |    Оглавление    |   Следующая глава (Ctrl + вправо)

Обсуждение главы:

Еще никто не написал комментариев...
Чтобы оставлять комментарии Войдите или Зарегистрируйтесь

Инструменты
Настройки

Готово:

100.00% КП = 1.0

Скачать как .txt файл
Скачать как .fb2 файл
Скачать как .docx файл
Скачать как .pdf файл
Ссылка на эту страницу
Оглавление перевода
Интерфейс перевода