Не ожидал, что порог Павильона Чунцзинь окажется настолько высоким.
Разве не говорили, что достаточно преподнести щедрый дар, чтобы тебя приняли в Павильон Чунцзинь?
Раньше так оно и было, но нынче даже три тысячи серебряных лян, выложенные на стол, не позволяют ступить на порог и шагу.
Неужели всё так преувеличено?
Он бросил косой взгляд на человека, усевшегося за чайным столом. Несколько разочарованных Заклинателей обсуждали то, что им довелось услышать и увидеть в Павильоне Чунцзинь.
Сделав глоток вина...
Не пускают в секту?
Чи Лу заметил, что природные задатки у этих людей вполне сносные, по крайней мере, духовное чутье было лучше, чем у того Второго старшего братца из Павильона Чунцзинь, с которым ему довелось столкнуться.
Раз уж они предлагают высокую цену, почему им отказывают?
Он попытался припомнить, каково было положение Павильона Чунцзинь в этот же период прошлой жизни.
Но в мыслях царила пустота.
До инцидента с расплавлением мечей он вообще почти не обращал внимания на Павильон Чунцзинь.
Явился в Мир Бессмертных, даже не изменив личину, — это ты так хочешь, чтобы тебя немедленно узнали?
Рядом раздался спокойный голос.
Чи Лу скосил глаза на человека, чья внешность резко выделялась среди простых смертных.
Он окинул Гу Юя неприязненным взглядом с ног до головы и произвел:
— С чего это Бессмертный Преподобный пожаловал сюда? Этот мастер помнит, что Сяньчжоу находится не так уж близко от этих мест.
Гу Юй ответил:
— Между Миром Демонов и Миром Бессмертных лежит Мир Людей. С чего же это Лорд Тяньмо отправился в столь дальний путь?
Он вовсе не шутил, его лицо было серьезным:
— Разве ты не боишься, что тебя обнаружат остальные Бессмертные секты?
Чи Лу:
— ...
Его взгляд упал на шею Гу Юя, где темнела золотая печать. Он слегка приподнял свой точеный подбородок:
— Эту рану от клинка ты решил оставить на память этому достопочтенному для любования?
Хотя внешне на шее Гу Юя не было никаких ран, а линии оставались плавными, это была лишь иллюзия, созданная Бессмертным Преподобным.
Даже если все остальные ничего не замечали,
Чи Лу мог разглядеть это с первого же взгляда.
Рана от клинка на шее Гу Юя стала еще серьезнее.
Демоническая энергия, зловещая, черно-красная, разъедала плоть, и уже начали проступать признаки разложения.
— Позаботься о собственных ранах, Бессмертный Преподобный, — Чи Лу запрокинул голову и осушил до дна последние капли вина в пиале, затем повернулся, чтобы войти в чайную. Переступив через порог, он бросил на ходу: — Зловещая аура Изогнутого клинка Красной Кости невероятно сильна. Если не сдержать ее немедленно, она проникнет в костный мозг, и тогда этот достопочтенный ничем не сможет помочь.
Он уселся за чайный стол, но не успел и глазом моргнуть, как стоявшая рядом лавка сдвинулась — Гу Юй уселся прямо рядом с ним.
— Если ты хочешь войти в Мир Бессмертных, этот достопочтенный не станет тебе препятствовать, но при условии, что ты изменишь внешность и сменишь этот наряд Расы Демонов.
Гу Юй занял твердую позицию: говорил он ровно и неторопливо, но возражения не принимались.
Чи Лу перелистывал меню на столе и проговорил:
— Утаить демоническую энергию на своем теле — это максимум того, с чем этот мастер готов смириться.
Видя пренебрежительное выражение на лице Чи Лу, Гу Юй на мгновение замолчал, а затем произвел:
— Раньше, когда ты приходил в Мир Бессмертных, ты всегда выглядел как обычный Заклинатель: даже глаза и волосы с помощью маскировки становились черными, как у всех.
Чи Лу перелистнул страницу меню, выбирая, что бы заказать:
— Прошлое есть прошлое, а настоящее есть настоящее. Нынче всё иначе, чем прежде.
Надеть одежду Заклинателя? — произнес он без малейших колебаний. — Исключено.
Едва слова сорвались с губ, меню в его руках исчезло.
Он как раз собирался перевернуть страницу...
В голосе Гу Юя послышалось чуть больше холода:
— Если так, то Лорду Тяньмо придется незамедлительно покинуть пределы Мира Бессмертных.
Они сидели за столиком в самом дальнем углу чайной, у стены. Свет падал плохо, а из-за приближающегося праздника Гуюй в углу ощущалась сырость и зябкость.
Пальцы Чи Лу чуть шевельнулись.
В чайной стоял шум и гам, звенели чашки, люди о чем-то беседовали и смеялись.
Было тесно и оживленно, толпились приходящие и уходящие гости.
Наверху сказитель размахивал складным веером, ведя рассказ то повышая, то понижая голос, а слуги сновали вверх и вниз по лестнице, заставляя деревянные доски скрипеть.
— Гу Юй, — голос Чи Лу напрягся.
Если присмотреться, на бледных костячках пальцев, которыми он опирался на чайный стол, неясно проступили вены.
Ты что, специально меня провоцируешь?
На долю секунды Чи Лу был готов выпустить демоническую энергию, затаившуюся на кончиках пальцев.
Длинные пальцы сжались.
Сжавшись в кулак, суставы издали два щелчка.
Нужно сдержаться.
Чи Лу поднял взгляд. Его фиолетовые глаза отливали зловещим блеском, а во взгляде читалось острое лезвие клинка.
— Гость, вы уже выбрали, что заказать? — раздался жизнерадостный голос снугого слуги.
Чи Лу перевел взгляд на него. И в этот миг...
Перед глазами мелькнуло что-то гладкое и шелковистое.
Сначала в глазах на мгновение потемнело.
А затем зрение прояснилось.
— Гу... — Чи Лу мгновенно воспылал праведным гневом и зарычал на Гу Юя вполголоса. Слуга решил, что кричат на него, испуганно отпрянул назад и лишь опомнившись понял, что этот гость смотрит вовсе не на него.
— Нам понадобится еще около чашки чаю, — мягко, словно истинный благородный муж, обратился к слуге Гу Юй.
Чи Лу:
— ...
Слуга робко кивнул и, уходя, бросил еще пару взглядов на разозленного молодого господина.
У молодого господина были белые волосы, а брови и глаза скрывала черная повязка, отчего его прямой нос казался еще тоньше, а кожа сияла, подобно снегу и инею. Хотя его глаза были закрыты повязкой, все равно чувствовалось, что бушующее пламя гнева никуда не исчезло.
Чи Лу чувствовал себя до предела униженным. Он попытался сорвать черную повязку, завязанную на затылке, но Гу Юй крепко перехватил его за запястье, пресекая это движение:
— Лорд Тяньмо не желает менять личину, так что это единственный выход.
На черной повязке была наложена маскировка.
Пусть даже Чи Лу и скрыл демоническую энергию, он все же оставался чистокровным Небесным Демоном.
Врожденная благородная аура была слишком ослепительной, ее невозможно просто так утаить — можно было лишь кое-как сгладить эту пронзительную остроту с помощью иллюзорных чар.
Опять за свое?! — фигура Чи Лу метнулась, и Гу Юй перенес его неизвестно куда.
Они оказались в узком переулке. Оглядевшись, Чи Лу увидел вокруг сплошь полуразрушенные старые дома; из-за приближающегося праздника Гуюй дожди шли часто, и вся земля в выбоинах и ямах была залита водой, а от многих построек уже разил неприятный запах сырости.
Вокруг не было ни души, лишь шаги — его и Гу Юя — раздавались эхом то впереди, то позади.
http://bllate.org/book/41785/5337435
Готово: