Готовый перевод The Cat and the King / Кот и Король: Звездный приют: Глава 11

(Ctrl + влево) Предыдущая глава   |    Оглавление    |   Следующая глава (Ctrl + вправо)

Дома было слишком скучно, да и к тому же отцу нужно было кое в чем помочь, поэтому Атланс отправился в путь с самого утра. Пунктом его назначения был дом закадычного друга, который из-за работы крайне редко выбирался наружу.

В итоге мирный завтрак на двоих превратился в посиделки вчетвером. Рэйн излучал ледяное ауру, не сводя бурых глаз с Атланса. Он любил тишину: во время встреч с друзьями ему хватало просто видеться изредка, и поддерживать хорошие отношения и приятные воспоминания — вот какой формат общения Рэйн предпочитал больше всего.

К тому же, он еще не свел с этим парнем счёты за прошлую выходку.

— Диндан, — стоило Рэйну позвать, как маленький зверолюд тут же приоткрывал рот и откусывал кусочек нарезанного хлеба. Рэйн был вынужден приучать его к такому размеренному темпу приема пищи, чтобы малыш не заглатывал еду целиком, до дрожи боясь, что ее кто-нибудь отнимет.

Рэйн дожидался, пока тот прожует, и только после этого позволял сделать второй укус.

Порой, когда маленький зверолюд оставался доволен едой, он внезапно подавался вперед и терся щекой о щеку Рэйна, что должно было сойти за небрежную похвалу.

Атланс смотрел на это со стороны, остолбенев от удивления — он впервые видел, чтобы кто-то так обращался с питомцами.

Зверолюдов обычно держали лишь высшие слои знати. Обладая прекрасной внешностью и отличаясь от людей анатомически, они неизменно привлекали внимание, и Атланс был наслышан о множестве мерзких историй, творившихся в этих кругах, к которым большинство аристократов уже давно привыкли. Он и сам считал себя едва ли не единственным, кто относился к своим питомцам достаточно мягко, но никак не ожидал, что Рэйн — этот «грубый вояка», едва окончивший учебу и сразу ушедший в армию, — обладает столь нежной стороной.

— Он до сих пор не умеет говорить? — тихо поинтересовался Райан, с любопытством глядя на маленького зверолюда. Тот казался даже моложе его самого, выглядел живым и чистым, и впрямь сильно отличаясь от остальных.

— Вчера произнес свое первое слово: «есть», — уголки губ Рэйна приподнялись, а на лице промелькнуло облегчение. Желудок маленького зверолюда походил на бездонную бочку: стоило ему поесть, как вскоре он снова проголадавался. Настоящий обжора, тут не поспоришь.

— У него есть имя? — спросил Атланс.

— Есть. Домашнее — Диндан, а полное — Франс. Означает «свободный человек». — Почувствовав, что из-за разговора Рэйн замедлил темп кормления, Диндан закончил жевать и похлопал лапкой по ложке, требуя ускорить процесс.

— Разве Франс — не имя твоего младшего брата?! — Атланс помнил всё до мельчайших деталей. До того как в семье Рэйна случилась та трагедия, его мать была беременна. Рэйн говорил, что родится мальчик, и они уже выбрали для него имя Франс, надеясь, что тот проживет жизнь свободным. Тогда на лице Рэйна часто играла улыбка, и, заикаясь об этом, он выглядел безумно счастливым.

Семейный бизнес Рэйна неизменно должен был перейти к нему самому, и Рэйн был готов облегчить ношу младшего брата. Взяв все заботы на себя, он позволил бы брату наслаждаться жизнью без малейшего давления. Он баловал бы его и опекал, пока тот не обзаведется собственной семьей.

Именно так маленький Рэйн и планировал в те дни.

Но… спустя полгода вилла опустела, и в ней остался лишь он один. Даже во сне ему чудились звуки гибели близких и их мучительные стоны.

— Мм, отныне он мой младший брат, — промолвил Рэйн, аккуратно вытирая рот маленькому зверолюду.

Диндан казался ему посланным самой судьбой спасением. Он исцелял угасающий рассудок Рэйна, привнося в его жизнь крупицы тепла, и был подобен островку чистой земли.

Не будь рядом Диндана, то через год, а может, через пять лет он бы непременно сломался. Стоило той натянутой до предела струне оборваться, и безумие стало бы лишь вопросом времени.

— Опомнись! Он же просто питомец!

Продолжения Атланс озвучить не смел: он боялся, что если произнесет это вслух, Рэйн просто вышвырнет его вон. Рэйн не шутил подобными вещами; родные были для этого молодого генерала незаживающей раной, и раз уж он высказался столь определенно, значит, решение было принято окончательно.

Внезапный крик Атланса напугал маленького зверолюда, чья жизнь в пустошах привила ему невероятную чуткость к окружающим звукам. Широко распахнув глаза, малыш уставился на Атланса и издал звериное рычание, а затем, сорвавшись с места, ссутулился и принял атакующую стойку.

Рэйн похлопал маленького зверолюда по плечу, успокаивая и показывая, что никакой опасности нет, после чего перевел взгляд на Атланса и произнес:

— Мне всё равно, как вы на них смотрите. В моем сердце это не питомец, а человек. Они ничем от нас не отличаются: говорят, думают и чувствуют. Это вам пора прийти в себя. Чуть позже я отвезу Диндана оформлять документы и искать школу, где его смогут обучать, так что ступай домой.

В словах Рэйна всегда сквозила непреклонная убедительность, однако услышанное всё еще слишком сильно шло вразрез с устоявшимися взглядами Атланса. Ошеломленный, он перевел взгляд на Райана, тихо сидевшего рядом с ним.

Это человек, а не питомец.

Атланс впервые взглянул на него под таким углом и вдруг понял, что Райан — тихий мужчина, в котором было куда меньше дикости и пыла, чем в Диндане, но зато больше мягкости и терпимости. Глаза его сияли, подобно драгоценным камням, он был немногословен, но обладал четкой логикой, и, если не считать ушей и хвоста, которые изредка показывались, когда тот пытался ему угодить, ничем не отличался от обычного человека.

Пока Рэйн не выставил Атланса вон из виллы, тот все продолжал и продолжал смотреть на Райана. А затем совершил поступок, которого от самого себя никак не ожидал.

Он снял с шеи Райана ошейник.

— С сегодняшнего дня тебе больше не придется ходить за мной на поводке, и можешь больше не звать меня хозяином, выходя на улицу.

В тот миг, когда с питомца сорвали ошейник, он лишился своего прежнего статуса. Лицо Райана мгновенно побелело, он вцепился в одежду Атланса, а его губы слегка задрожали, словно он пытался что-то сказать.

— Выходя на улицу, будешь звать меня юношей, только смотри, чтобы моя матушка не услышала.

Атланс рассмеялся, обнажив пару клыков, и, приобняв Райана за плечи, двинулся вперед. Золотоволосый Атланс, красивый и открытый, сиял под лучами солнца словно светоч, озаряя самые темные уголки души Райана.

Год назад на аукционе Имперской Звезды выставляли на продажу редкого питомца, чья начальная ставка была таковой, что рядовым мелким аристократам она оказалась бы не по карману. Райан помнил это с кристальной четкостью: с него сорвали одежду, повязали красивый красный бант и выставили на торги.

Персидский кот-зверолюд с прекрасными сииними глазами, послушный и красивый, владевший пятью человеческими языками, со стартовой ценой в 10 миллионов кредитов Федерации.

Десять миллионов — даже при столь астрономической сумме толпы людей бросились участвовать в торгах. Похотливые, любопытствующие взгляды сотен глаз сошлись на нем, не оставляя возможности скрыться.

Последнюю ставку в 80 миллионов назвал какой-то дворянин-торговец. Его похотливый взгляд блуждал по телу нового питомца, особенно задерживаясь в интимных местах, после чего мужчина издал сладострастный смешок. Райан в клетке мелко задрожал: он уже видел фотографию этого человека в одном из квантовых компьютеров.

Аукционный дом регулярно проводил постпродажное отслеживание проданного «товара», и всего месяц назад один зверолюд был продан именно так — судя по записям в компьютере, та несчастная жертва была замучена до смерти. И в графе «покупатель» красовалось ровно это лицо.

По сравнению с гибелью от столь омерзительной участи, нынешняя смерть казалась ему куда более легким и желанным исходом.

В голове Райана зарождалась страшная мысль.

— Девяносто миллионов!

Это была первая ставка Атланса за весь вечер. Подталкиваемый товарищем, он с ухмылкой выкрикнул колоссальную сумму в девяносто миллионов и легкомысленно помахал рукой тому толстосуму.

Купленный за деньги титул не шел ни в какое сравнение с древней знатью Имперской Звезды. Увидев, что в дело вступил этот золотоволосый мужчина, разгневанный толстяк-купец мог лишь сглотнуть ярость, какое-то время натягивать дежурную улыбку, изображая благородное великодушие, а затем убраться восвояси поджав хвост.

Из-за решетки клетки Райан смотрел на окруженного всеобщим вниманием Атланса, и в его сердце затеплился крошечный огонек надежды.

Клетку отперли, его подвели к Атлансу, и золотоволосый мужчина мягко погладил Райана по мягким волосам, а затем улыбнулся:

— Привет, меня зовут Атланс, и с сегодняшнего дня я твой хозяин.

Вера — это нечто куда более значимое, чем сама жизнь. А Атланс, вытащивший тогда Райана из грязи, на протяжении всего этого года постепенно превращался в его бога-солнца, в его веру. С каждым днем крошечное, робкое чувство привязанности неуклонно росло глубоко в душе зверолюда, надежно спрятанное от посторонних глаз, и ничто не могло этого изменить.

http://bllate.org/book/41763/5333990

(Ctrl + влево) Предыдущая глава   |    Оглавление    |   Следующая глава (Ctrl + вправо)

Обсуждение главы:

Еще никто не написал комментариев...
Чтобы оставлять комментарии Войдите или Зарегистрируйтесь

Инструменты
Настройки

Готово:

100.00% КП = 1.0

Скачать как .txt файл
Скачать как .fb2 файл
Скачать как .docx файл
Скачать как .pdf файл
Ссылка на эту страницу
Оглавление перевода
Интерфейс перевода