Старые общежития Завода вентиляторов состояли всего из одной комнаты да кухни, а обеденный стол примостился в кухонном углу.
С потолка свисала тусклая желтая лампа. Ветра не было, но эта лампа вдруг со скрипом качнулась.
— Братишка, с чего это тебе вздумалось поселиться здесь? — хихикая, спросил мужчина средних лет.
Выпивка продолжалась.
Мужчина средних лет с улыбкой смотрел на Лянь Си. Его налитые кровью глаза, где белки смешались с алым, шатались и вот-вот готовы были выпасть из окровавленных глазниц. Из ниоткуда налетел порыв зловещего ледяного ветра, и температура в комнате резко упала.
Однако Лянь Си казался совершенно невозмутимым. Опустив взгляд на кастрюлю со свининой в соевом соусе, подернутой чернотой, он на мгновение замолчал и правой рукой медленно коснулся своего левого запястья.
На его левом запястье была повязана красная нить.
Самая обыкновенная тонкая ниточка, завязанная наспех узелком. Странно, пожалуй, было видеть у мужчины на руке такую простую красную нить, но если присмотреться, на нее была нанизана маленькая бронзовая вещица.
Не традиционный китайский бубенец, а скорее рождественский колокольчик в западном стиле.
Словно уменьшенная копия бронзового храмового колокола.
Этот Бронзовый колокольчик висел на запястье Лянь Си с самого начала, но металлический шарик внутри, судя по всему, отсутствовал: как бы ни двигалась рука, колокольчик хранил молчание.
Лянь Си легко провел пальцем по Бронзовому колокольчику и перевел взгляд на мужчину средних лет.
Из глазниц непрерывно сочилась кровь, и вскоре лицо мужчины полностью залило багрянцем.
— Здесь дешево.
Мужчина средних лет кивнул:
— И то верно, старый дом, всё дешевое.
Лянь Си:
— А ты почему здесь живешь?
Мужчина средних лет опешил:
— Я? Почему я здесь живу? — он рассмеялся так, будто услышал величайшую глупость на свете. — Это мой дом, с чего бы мне здесь не жить?
Лянь Си:
— …
Железная логика.
Возможно, тема оказалась слишком неловкой, и в комнате снова воцарилось мертвецкое молчание.
Уголки рта мужчины средних лет странно изогнулись. Не сводя с Лянь Си остекленевшего взгляда, он стал медленно опускать голову. Всё ниже и ниже, всё ниже и ниже. Наконец его взор уперся в ту самую кастрюлю со свининой на столе. Внезапно его глазные яблоки заходились в жуткой дрожи, из горла вырвался пронзительный вопль, и весь дом затрясся — каждая вещица в комнате заходила ходуном под этот оглушительный грохот.
— А-а-а-а-а!!!
Взгляд Лянь Си помрачнел. Удержав равновесие на раскачивающемся полу, он крепче сжал Бронзовый колокольчик на левом запястье.
Дом продолжал сотрясаться, а невыносимый визг мужчины заставил оконное стекло звенеть на пределе возможностей.
Когда казалось, что тарелки со стола вот-вот рухнут на пол от этого бесчеловечного, ужасающего вопля, лицо Лянь Си похолодело до предела. Пальцы до боли побелели от мертвой хватки на Бронзовом колокольчике, и по металлу пробегла тусклая вспышка.
В этот момент внезапно раздался стук в дверь.
В одно мгновение всё стихло.
Визг мужчины средних лет резко оборвался, мебель в комнате замерла.
Лянь Си тихонько произнес пару слов.
Мужчина средних лет словно зачарованный, лишенный души, тупо уставился на кастрюлю со свининой, умолкнув окончательно.
Лянь Си вздохнул и поднялся, собираясь открыть дверь. Колокольчик на запястье пару раз дернулся, словно упрекая его за то, что он так внезапно всё бросил.
— Не дури, — бросил Лянь Си и, прижав ладонью молчаливую безделушку, направился к входной двери.
— Кто там?
— Сяо Лянь, это я.
Лянь Си распахнул дверь.
В сиянии яркого лунного света стоял седой вахтер в очках. Добродушно улыбаясь, он спросил:
— Я тут проходил мимо снизу, услышал шум у тебя дома, дай, думаю, зайду проверь. Что стряслось-то? — при этом он украдкой заглядывал в квартиру через плечо парня.
У стариков часто бывала эта дурная привычка — совать нос в чужие дела. Но на сей раз его жгло разочарование: у Лянь Си не было женщины, да что там женщины — в квартире вообще не пахло мужчиной.
Вахтер мысленно вздохнул, припомнив утренние байки коллег о каких-то трансляциях в сети.
Однако Лянь Си был полностью одет, да и дверь открыл быстро.
Эх, похоже, поживиться зрелищем не удастся!
Тут вахтер шумно втянул воздух носом:
— Ох, как вкусно пахнет! Ты мясо тушил?
Взгляд Лянь Си на мгновение замер. Опустив глаза на щуплого невысокого старика, он спустя пару секунд кивнул:
— Угу, свинину в соусе.
— А парень-то мастак готовить!
— Хотите попробовать?
— Разве можно?
— Я всё равно один не осилю.
Лянь Си шагнул в сторону, впуская вахтера внутрь.
Подойдя к обеденному столу, вахтер заметил отодвинутый стул и стоящую рядом рюмку с нетронутым алкоголем. Он опешил и спросил:
— Сяо Лянь, у тебя гости?
Лянь Си:
— Нет, это для покойника.
Вахтер:
— …
Лянь Си:
— Мой отец погиб в автокатастрофе в пьяном виде.
Вахтер:
— Ох-ох-ох, вон оно как, извиняй.
Выходит, парень поминает отца!
Вахтер обошел стол с другой стороны и уселся.
У него уже давно текли слюнки, и он нетерпеливо потирал руки. Получив от Лянь Си палочки, он тут же с жадностью ухватил кусочек мяса и закинул в рот.
— М-м, вкуснятина! Сяо Лянь, ну ты мастер, слов нет. С такими-то руками — и чего ты вечно готовую еду заказываешь?
— Доставкой проще.
— Ха-ха, тебе жениться давно пора, пусть жена тебе каждый день готовит! Вот это проще всего! А сам-то чего не ешь?
— Я уже сыт, угощайтесь.
Вахтер уплетал за обе щеки, измазавшись жиром по самые уши, и ему было уже не до Лянь Си — в мгновение ока он набросился на еду с голодным урчанием дикого зверя.
Лянь Си сделал глоток воды и украдкой бросил взгляд на другой конец стола.
На том самом стуле, предназначенном для поминания отца-пьяницы, сидел невидимый для вахтера «некто».
Мужчина средних лет всё так же бессмысленно сидел на месте, потупившись в кастрюлю с мясом.
Вахтер ел как безумный, кусок за куском. Казалось, за всю жизнь он не пробовал ничего слаще этого деликатеса: его глаза покраснели, а руки и ноги мелко дрожали от возбуждения.
Когда со дна исчез последний кусосок мяса, вахтер с глуповатым видом откинулся на спинку стула, сплошь измазав лицо жиром.
Долгое время он шумно и сыто отрыгивал, пахнущий мясом, пока наконец не утер лицо и не пришел в себя.
Его взгляд скользнул по стене, где чернели брызги застарелой бурой крови, а губы зашевелились. Наконец он посмотрел на Лянь Си и хриплым голосом спросил:
— Сяо Лянь…
— Тебе самому-то не страшно в таком дурном месте жить?
Лянь Си:
— Есть болезнь страшнее любых призраков.
— Какая еще болезнь?
— Нищета.Вахтёр дважды усмехнулся и снял очки:
— Ты и правда шутник.
Пауза длилась две секунды.
— А ты знаешь про убийство в общежитии Завода вентиляторов много лет назад?
— Знаю, я в тот год только родился.
— Если так подумать, прошло уже двадцать три года.
— С чего это ты вдруг решил устроиться сюда вахтёром?
Вахтёр повернул голову к Лянь Си:
— Устроиться сюда вахтёром?
Лянь Си налил себе стакан кипятка. Держа стеклянный стакан в руках, он слегка покачивал запястьем, на котором позвякивал Бронзовый колокольчик на красной нити. Глядя на собеседника спокойным взглядом, он произнёс мягким и ровным голосом:
— Ну да, зарплата невысокая, жильё и еду, кажется, не предоставляют. Ещё полгода назад говорили о сносе. Кстати, ты ведь устроился сюда вахтёром как раз полгода назад?
Вахтёр медленно усмехнулся, обнажив ряд жёлтых зубов, между которыми застрял волокно мяса:
— С чего бы тут было столько причин.
Лянь Си кивнул:
— Тоже верно.
Похоже, вахтёр никак не ожидал, что Лянь Си так быстро с этим согласится, и на мгновение замер. Он перевёл тему:
— Да, я тут заметил, что, возвращаясь домой, ты частенько задерживаешься на несколько секунд в коридоре. В нашем доме кроме тебя никто не живёт. Ха-ха, что такое, неужели призрака встретил?
Лянь Си ответил:
— Дядя, а ты разве так внимательно за всем наблюдаешь?
Вахтёр запнулся и пояснил:
— Здесь погибло столько людей, а ты — молодой парень, живёшь в таком месте совсем один. Как тут не переживать? — С вздохом он добавил: — Но смелости тебе не занимать. Я слышал от старика Лю, что в четвёртом доме на четвёртом этаже после той истории прошло уже больше двадцати лет, а квартиру снимал только ты один. Другой, будь он хоть трижды смельчаком, на четвёртый этаж не сунется.
В его глазах мелькнул странный огонёк, и он указал на пятна крови на стене:
— Видишь? Это кровь той старухи, что погибла здесь в те годы.
Лянь Си резко поднял взгляд и посмотрел на него.
Из уголка рта вахтёра потекли тонкие струйки жуткого жира, но он, казалось, ничего не замечал и с умилением продолжал:
— Эта старуха посреди ночи встала в туалет. Только вышла — и тут же умерла. Упала прямо на этот стол, вот на этот самый стол.
— Да, а ещё та молодая парочка из квартиры 401 возле лестницы. Спали себе голышом на кровати посреди ночи, а на улице вовсю палят петарды, грохот стоял несусветный, но они спали как убитые, хе-хе, хрясь — и по первому встречному…
— А в 403-й один ребёнок дома остался, его родители ушли на улицу петарды запускать. Сначала прикончили ребёнка, а потом спрятались в их платяном шкафу. Когда родители вернулись наверх…
…
— Ох да, 404-я, в 404-й…
— И в 404-й!
Он словно потерял рассудок, с каждым словом речь его становилась всё безумнее, а изо рта рекой потёк жир, заливая всю его одежду. Постепенно жир перестал течь, превратившись в ярко-алую кровь, которая залила его с ног до головы.
Но сам он ничего этого не видел.
Он продолжал говорить.
Лицо его исказилось от безумия.
Словно одержимый.
— Эта девица из 404-й шла по улице в белом платьице, до чего же хороша была. Стоило мне только ущипнуть её за задницу, как она зыркнула на меня. Какое у неё было тело, какой взгляд! А мясо у неё оказалось такое вкусное, прямо как мясо в сегодняшней вечерней похлёбке, такое вкусное…
— На редкость вкусное…
— Просто пальчики оближешь…
По одну сторону обеденного стола вахтёр с сочащейся кровью изо рта безумно и восторженно улыбался.
По другую сторону стола мужчина средних лет по-прежнему тупо смотрел в пустой котелок. Он то ли слышал слова вахтёра, то ли нет.
Тюк.
Вахтёр и мужчина средних лет одновременно пришли в себя.
Они синхронно повернули головы и посмотрели на Лянь Си.
Лянь Си поставил стеклянный стакан на стол, коснулся пальцами Бронзового колокольчика на левом запястье, и его тихий, плавный голос зазвучал так, будто доносился из глубин вечности.
Тихий, он проникал прямо в душу.
Опустив взгляд, он смотрел на стакан на столе.
— Обычно призраки не задерживаются в мире смертных на двадцать три года и остаются незамеченными.
— Я живу здесь уже год, а ты внезапно объявился только полгода назад.
— Не задумывался ли ты, почему появился так внезапно? Как бездумный, полный обиды блуждающий дух превратился в то, чем ты стал сейчас.
Мужчина средних лет медленно приоткрыл рот.
Вахтёр же, словно пораженный ударом грома и пробудившийся ото сна, вдруг отчётливо осознал, что он только что нёс. Он судорожно втянул воздух и с ужасом уставился на Лянь Си. В тот же миг его взгляд ожесточился, уставившись на парня со злобой ядовитой змеи.
Стиснув зубы, вахтёр бросил свирепый взгляд в угол кухни, где на стене висел кухонный тесак.
А Лянь Си продолжал говорить:
— Твоя жена была мертва. Твоя дочь была мертва.
— Ты тоже был мёртв.
— Убийца на твоих глазах сварил их мясо и съел его кусок за куском.
— Ты ненавидел, ты таил обиду и не хотел уходить. Они давно переродились и обрели новую жизнь, и лишь ты один уходить отказывался.
— Но ты давным-давно забыл обо всём этом, не зная, кто ты есть, и бесцельно скитался по этому миру.
— Пока в один прекрасный день…
— Он не вернулся.
— Твоя навязчивая идея пробудилась раньше, чем ты сам, твоя душа узнала его, но ты всё равно ничего не помнил.
Вахтёр шатаясь бросился в кухню и сорвал со стены висевший там тесак. В его треугольных глазах, вечно прятавшихся за стёклами очков, вспыхнул смертоносный блеск, и он с ухмылкой шаг за шагом двинулся на Лянь Си. Но Лянь Си даже не обернулся — он сидел на прежнем месте, спокойно выговаривая слово за словом:
— Прошло двадцать три года, и он сам стоит перед тобой.
Лянь Си поднял голову и посмотрел на крупно дрожащего духа мужчины средних лет. Резко взмахнув запястьем, он заставил Бронзовый колокольчик издать оглушительно звонкий звук.
Дзынь!
— Чэнь Цзяньцзюнь, ты до сих пор не узнал его?!
— А-а-а-а-а-а!
— А-а-а, сдохни!!
Вахтёр замахнулся тесаком, намереваясь обрушить удар Лянь Си на затылок, но не успел он сделать и движения, как залитое кровью лицо мгновенно оказалось перед ним, вплотную прижавшись к его собственному!
Глаза вахтёр полезли из орбит от дикого ужаса.
— Ты убил Фанлин!
— Ты убил Тинтин!
— Ты убил мою жену, ты убил мою дочурку!
— А-а-а-а-а-а-а-а!
— Я заставлю тебя заплатить жизнью, я заставлю тебя заплатить жизнью!
— Призрак!!
Тесак с глухим стуком упал на пол.
http://bllate.org/book/41673/5321456
Готово:
