Выбравшись из чёрного рынка, Парисио несколькими движениями скрылся с улиц. Раздобыв вещь, которая неминуемо привлекала к себе чужие взоры, он, разумеется, не стал бы возвращаться открыто. Остальные переглянулись и при поддержке нескольких мечников быстро покинули это место.
Бог посмотрел туда, где исчез Парисио, в его глазах всё ещё светились благоговение и тоска: неужели даже после прорыва на уровень Мага-Магистра можно обладать такой скоростью, будучи магом дерева? Не успел он до конца предаться своим чувствам, как стоявший за спиной мечник схватил его за одежду и потащил за собой.
Парисио стоял в комнате гостиницы. Его фигура едва заметно качнулась вперед, но он тут же выровнялся. Протянув руку, он снял маску, и на его губах заиграла легкая улыбка.
– Малыш такой озорной, даже не дал мне толком подготовиться.
Он вытащил Лу Цзюньина из-за пазухи, уложил на согнутую руку, снял с него маленькую маску и легонько постучал по лбу. Впервые малыш применил пространственный скачок вместе с ним, а не бросил одного, и сейчас настроение у него было превосходное.
Лу Цзюньин лапкой разгладил растрепавшуюся шерстку, а затем протянул лапу к Парисио. Скорее, отдай мне мой камушек! Выходит, Парисио переместился вместе с ним лишь потому, что тот отчаянно жаждал поскорее увидеть свой камень? Горькая участь богатого спонсора! ╮(╯▽╰)╭
Парисио покачал головой и достал Плод Духа Зверя. Он уже представлял себе, как малыш будет смотреть на него глазами, полными восхищения. Однако… ожидания прекрасны, а суровая реальность жестока.
В действительности Лу Цзюньин со злостью оцарапал его безупречное лицо и с крайне презрительным видом сунул Плод Духа Зверя, стоивший миллион золотых, обратно в раскрытую ладонь Парисио.
– Тебе это не нужно? – тон Парисио стал слегка опасным. Неужели этот малыш совсем не стремится к силе? По его мнению, не существовало магических зверей, которые не знали бы о существовании Плода Духа Зверя, поэтому он закономерно приписал такое поведение Лу Цзюньину. Магический зверь, не стремящийся к силе, сколь бы благородным ни было его происхождение и сколь прекрасным ни являлся бы его талант, в конце концов будет выброшен на обочину этим миром, где царит закон джунглей, и даже сгинет в каком-нибудь забытом углу.
Парисио сам не понимал, чем вызван его гнев: злит ли его беспечность малыша или же страх перед тем, что тот вполне может угодить в беду, когда его не окажется рядом. После того как Лу Цзюньин совершил с ним пространственный прыжок, он осознал: даже если его собственная сила намного превосходит силу зверька, тот всё равно способен ускользнуть из-под его контроля. И всё из-за силы, которой тот обладал — силы пространства, не появлявшейся в этих краях уже очень давно.
Лу Цзюньин пошевелил ушами и снова взял Плод Духа Зверя из рук Парисио. Эта Золотистая обезьяна страдает приступами безумия? Почему в последнее время она вечно ведет себя так? Всего лишь фрукт, подумаешь, съем! Только чур уговоры в силе: как только доем, вернешь мне мой камушек!
Как прикажете общаться тем, чьи мысли находятся в совершенно разных измерениях? отз…
А-ах! – Лу Цзюньин куснул сияющий ореол вокруг фрукта, и не успел он даже как следует пожевать, как весь плод целиком превратился в жидкость и влился в его тело. Моргнув, он подумал: до чего же странный мир, фрукт даже не имеет никакого вкуса.
Вложив опустевшую косточку в руку Парисио, он потребовал: скорее дай мне камушек!
Парисио не шелохнулся. Не мигая, он в упор смотрел на Лу Цзюньина: проглотив Плод Духа Зверя столетней выдержки, тот должен был получить прирост силы по меньшей мере в сотню лет. Даже для Священного зверя столетие должно было принести хоть какие-то изменения, так почему же малыш выглядит так, будто ничего не изменилось?
Лу Цзюньин поднял лапку и помахал ею перед лицом Парисио — никакой реакции. Помахал снова — по-прежнему ноль эмоций. Тогда он снова царапнул его. На этом бледном лице появилась еще одна красная царапина, но Парисио всё так же не реагировал. (⊙o⊙)… Неужели эта Золотистая обезьяна от потрясения лишилась рассудка?! Лу Цзюньин еще раз заехал Парисио лапой по лицу, а затем запрыгал по его согнутой руке.
Парисио снова и снова тщательно исследовал тело Лу Цзюньина: сила Плода Духа Зверя в нем определенно присутствовала, но она сжалась плотным комком в желудке, словно обыкновенный плод, и не проявляла никакой активности, будто ее вовсе не существовало. Такая реакция наблюдалась бы, если бы Плод Духа Зверя по ошибке проглотил человек. Но ведь малыш — магический зверь…
Как только он вернул свое сознание в привычное русло, Лу Цзюньин внезапно исчез из его ладони. Глаза Парисио слегка сузились, а руки продолжали удерживать форму объятий. На протянутой ладони отчетливо выделялась косточка, источавшая фиолетовое сияние. Он сжал ладонь. Знакомая аура по-прежнему оставалась в пределах его зоны досягаемости.
Где же сейчас находился Лу Цзюньин? В данный момент он продолжал весело скакать по голове Бога — судя по всему, из всей компании Варнера этот парень казался ему самым надежным. Быстро посмотри на Золотистую обезьяну! Золотистая обезьяна замерла и не шевелится, Золотистая обезьяна сдурела, Золотистая обезьяна стоит столбом и даже не сопротивляется!
– Зачем вы здесь… живо возвращайтесь, умница, послушайте меня! – Бог, разумеется, понятия не имел, о чем тот думает, его снедала лишь скорбь по поводу собственного незавидного положения. Рука так и тянулась коснуться Лу Цзюньина у него на голове, но он не смел. В голосе сквозило неподдельное дрожание. Он ведь телохранитель, а не нянька!
Разве питомец взрослого господина не должен находиться рядом с хозяином? С чего бы ему вдруг сбегать в одиночку и устраивать скачки у него на макушке? Такую степень близости он вынести был не в силах. Стоит господину появиться, как он наверняка испепелит его смертоносным взглядом.
Грейс смотрела на прыгающего по рыжим волосам Бога Лу Цзюньина, и ее глаза превратились в сияющие звездочки. Женщины не способны устоять перед красотой и миловидностью. Такие женщины, как Деми, пожелали бы лишь приблизиться для приличия, а вот Грейс явно вознамерилась завладеть им напрямую.
– Бог, отдай этого малыша на моей голове мне, Первой принцессе! – с ультимативной жесткостью во взгляде произнесла Грейс, ошибочно приняв зверька за личного питомца Бога. В королевской семье герцогства Обри еще никто не осмеливался ей отказывать, и даже ее венценосный отец иной раз давал ей поблажку — кто же виноват, что она была его любимой ученицей?
– Ваше Высочество Грейс, этот питомец… – на лице Бога не было ни тени страха, лишь мелькнуло что-то такое, что он тут же искусно спрятал за маской показной почтительности.
– Чей бы он ни был, с сегодняшнего дня он принадлежит мне. – Грейс слегка вздернула подбородок и бросила взгляд на Деми, которая мертвой хваткой вцепилась в руку своего венценосного брата. В ее разуме уложилось лишь то, что раз этот зверь не обладает никакой магической силой, то таскать его с собой на тренировки могла только эта девица. Ей, только что безуспешно сражавшейся взглядами с Варнером, было невдомек, каким именно образом объявился Лу Цзюньин.
– Как знаешь, и мое имущество ты тоже хочешь забрать? – Парисио вошел в комнату, и полы его белоснежных, абсолютно чистых одежд колыхались в такт движениям. Его обычная мягкая улыбка приобрела жесткие нотки, а во взгляде, устремленном на Грейс, отчетливо проступило намерение убить.
– Учи… Учитель! Я ни в коем случае не стала бы отнимать то, что принадлежит Учителю! – при виде Парисио Грейс растерянно засуетилась и бросила на Варнера полный упрека взгляд. Почему он не предупредил ее, что Учитель здесь? Разве они с Учителем не враждовали? Впрочем, она и сама хороша — не подумала, что в герцогстве Обри вообще мог объявиться кто-то с уровнем силы, равным силе ее Учителя. Какая же она глупая.
Парисио кивнул, отвел от нее взгляд и протянул руки к своему маленькому питомцу, который во все глаза разглядывал его:
– Вернись.
В одно мгновение Лу Цзюньин переместился с головы Бога на согнутую руку Парисио. Казалось, он вовсе не замечал царившей в комнате атмосферы, и вытянул лапу. Золотистая обезьяна пришла в норму, можно отдать мне мой камушек?
Мыслительный процесс Парисио наконец совпал по частоте с волной Лу Цзюньина. Слегка вздохнув, он почувствовал, как весь его гнев обратился в сплошную беспомощность. Кажется, с тех пор как этот малыш поселился рядом с ним, поводов для вздохов у него только прибавилось.
Достав из пространственного кольца целую гору вещиц, выменянных на ядра магических зверей, он вывалил их на стол. Лу Цзюньин радостно запрыгнул на крышку стола, принялся усердно разгребать кучу и наконец отыскал то, что искал.
Это был камень, но называть его «маленьким камушком», как выражался Лу Цзюньин, не приходилось — размером он был с добротный кирпич. Лу Цзюньин тронул его лапкой: таинственная субстанция, вызывавшая у его тела дикую жажду, пряталась как раз внутри этой глыбы.
Выбрав удобную позицию, он изо всех сил врезал по камню лапой.
Ау-у-у… Как же больно! Что делать, если камень не открывается?!
На лапке Лу Цзюньина уже выступила кровь — это было его первое ранение в новом мире, причем получил он его по собственной глупости. Впрочем, мысли его сейчас занимало вовсе не это: он был полностью поглощен разработкой сотни способов вскрыть упрямый булыжник.
Парисио поднял Лу Цзюньина на руки и, заметив ярко-алые следы крови, едва заметно поморщился:
– Грейс.
– Учитель! – в два счета преодолев расстояние, Грейс застыла перед Парисио с молниеносной быстротой — по скорости перемещения она ни в чем не уступала закаленным воинам-мечниках, и в ней трудно было признать хрупкую девушку-мага.
– Исцели его!
– Слушаюсь, Учитель!
На ладонях Грейс вспыхнуло мягкое жемчужно-белое сияние. Обладая двойным сродством к стихиям дерева и света, она по праву считалась настоящим дарованием среди магов. Двойная стихия и высший потенциал духовной силы — в Империи подобное сочетание встречалось крайне редко. Конечно, тягаться с бездонным потенциалом духовной силы ее наставника она не могла: даже будучи магом одной лишь стихии дерева, Парисио обладал магической мощью, где на первом месте стояла именно сила духа, и лишь во вторую очередь — стихийная принадлежность.
Увидев, как рана на его лапке мгновенно затягивается, Лу Цзюньин мысленно перевел Грейс из категории «мимолетных знакомых» в категорию «полезных союзников, с которыми стоит завести дружбу». Стоит ли говорить, что иметь за спиной персонажа с умениями лекаря для забияки-дпсера — величайшее в мире счастье.
У Лу Цзюньина и раньше возникало желание сблизиться с целителями из Ванхуа, Цисю или Пяти Ядов, но всё его время неизменно уходило на хлопоты с вредными младшими соратниками. Задания вечно сыпались как из рога изобилия, заставляя нестись сломя голову, а за спиной неотступно маячили сокурсники, так что удобного случая представиться не представилось. Быть может, в этом мире ему удастся обзавестись парой друзей-лекарей.
Взгляд снова вернулся к упрямому валуну. Глаза Лу Цзюньина сузились: раз за спиной есть целитель, бояться больше нечего! Продолжаем штурм!
Не успел он снова пустить лапу в ход, как чьи-то руки крепко прижали его к чужому телу.
Достав белое полотенце, Парисио тщательно вытер с лапки остатки несмывшейся крови. Убедившись, что на ней не осталось ни капли, он наклонился и подобрал камень, другой рукой надежно прижав непоседливого питомца к груди, дабы тот больше не пытался причинить себе вред.
http://bllate.org/book/41657/5319181
Готово: