Готовый переклад Don't Always Follow Me / Шестнадцать вёсен: Не ходи за мной: Розділ 15

(Ctrl + влево) Попередня глава   |    Оглавление    |   Следующая глава (Ctrl + вправо)

Янь Хэань немного поколебался, послушно затушив окурок о напольную плитку.

Он искренне принялся оправдываться:

— Учитель, я же за территорией школы, вы уже закончили смену, зачем всё равно воспитываете?

Чжан Яо парировал:

— Что такое, отец перестал быть твоим отцом, как только вышел из дома?

Янь Хэань: «……»

Черт, а ведь и правда логично.

Не зря он учитель словесности, крылатые фразы так и сыплются.

Не переспоришь.

Янь Хэань простоял у бордюра еще минут десять, выслушивая лекцию по нравственному воспитанию. Чжан Яо в процессе разговора захотелось пить, а прямо поблизости находился небольшой магазинчик. Он зашел купить воды промочить горло, заодно захватив бутылку и для Янь Хэаня.

Янь Хэань опустил взгляд на сунутую ему в руку бутылку минералки:

— ……Учитель, я хотел колы.

Чжан Яо закатил глаза:

— Захотел — купи сам. Советую тебе: лет через тридцать все зубы выпадут.

Янь Хэань: «……»

Онемел.

Неужели все выдающиеся педагоги настолько пронырливы?

Глава 6

Вечерний автобус маршрута 105 был забит битком.

Ань Сюнь простоял всю дорогу, ноги ныли.

В тот момент, когда автобус прибыл на остановку, Ань Сюнь мысленно возблагодарил небеса, поправил лямку сумки, чуть не оторвавшуюся от давки, и жадно глотнул свежего ночного воздуха.

Спасибо, кажется, он выжил.

От остановки до дома вел длинный подъем, в верхней точке переходивший в небольшой уклон. Путь пролегал мимо тротуара, который трудно было назвать мостом: глядя вниз, можно было увидеть неглубокую дренажную канаву. Ею никто не занимался, и из года в год в ней валялись пару полиэтиленовых пакетов.

Уличные фонари светили тускло. Ань Сюнь думал о том, чтобы выставить на сайте по поиску работы еще одно объявление о подработке репетитором, поэтому не смотрел под ноги, споткнулся о какую-то твердую штуковину и чуть не рухнул лицом в асфальт.

Он опустил голову, чтобы разглядеть, обо что это он споткнулся.

На тротуаре одиноко лежал тыквенная кругляш.

— Сынок, ты живой там?

Только тогда Ань Сюнь заметил старушку, сидевшую у перил. Акцент у нее был явно не местный, передние зубы отсутствовали, и при разговоре слова свистели сквозь щель.

Прямо перед ней на земле лежало три тыквы, а если считать ту, о которую запнулся Ань Сюнь — ровно четыре.

Ань Сюнь покачал головой, показывая, что всё в порядке, наклонился, поднял закатившуюся к его ногам тыкву и отнес обратно к бабушке.

Эта дорожка и без того была узкой, видимость — плохой, так что для уличной торговли она подходила слабо.

Раз она всё равно решила продавать на этом тротуаре, нетрудно было догадаться, что городские инспекторы разгоняют торговцев в разрешенных местах.

Он молча опустил тыкву, слегка кивнул старушке и продолжил путь.

— Сынок, купи парочку, они сладкие-сладкие.

Ань Сюнь обернулся и отмахнулся:

— Бабушка, я не люблю тыкву.

Он сделал всего два шага, когда свет уличного фонаря упал сверху, и Ань Сюнь случайно заметил, что у старушки чудовищно опухло колено.

Разумеется, Ань Сюнь заметил и маленькую тележку, приставленную к перилам.

Оставалось только гадать, как она в одиночку дотащила сюда эти тыквы.

Старушка похлопала по тыквам — каждая из них была тщательно протерта. Видимо, решив, что раз Ань Сюнь не ушел сразу, у нее есть шанс, она с упрямым упорством повторила:

— Купи хотя бы одну.

С возрастом глаза покрываются мутной пеленой.

Но взгляд у нее был живым и осмысленным, а хотя говорила она невнятно, Ань Сюнь с трудом, но разобрал ее слова.

В общем и целом смысл сводился к тому, что иначе ей придется тащить все эти четыре тыквы обратно вечерней порой, а идти предстояло очень далеко.

Ань Сюнь на мгновение замолчал и повторил:

— Бабушка, я правда ее не люблю.

Это была чистая правда. К тому же тыква твердая, ее тяжело резать, а подходящего ножа дома нет.

Только порезав ее хоть раз, понимаешь, насколько это муторное дело.

Ань Сюнь поджал губы, кивнул старушке и зашагал домой.

Он дошел до самого входа в подъезд. В лестничном пролете царил непроглядный мрак; он остановился и, достав телефон, проверил баланс.

Ань Сюнь простоял у входа две минуты, вспомнив, как вчера во время доставки еды Янь Хэань оставил ему сто юаней чаевых.

Легкие деньги задерживать нельзя — нужно потратить их как можно скорее.

Он вернулся на моток к тыквенному развалу.

— Если взять все четыре, насколько уступите?

Старушка увидела, что он вернулся, поглядела на него какое-то время и ответила:

— Паси.

Ань Сюнь не расслышал:

— Сколько?

Старушка повторила:

— Паси, забирай все.

Ань Сюнь: «……Восемьдесят?»

Старушка кивнула.

Ань Сюнь присел на корточки и взвесил тыквы на руке. Он часто бывал на рынке и примерно понимал, сколько что весит по одному лишь ощущению.

Рыночная цена тыквы составляла около двух юаней и двадцати фэней за цзинь, а эти четыре тыквы весили в общей сложности около тридцати цзиней.

Ань Сюнь опустил взгляд.

Цена, которую назвала старушка, была завышена рублей на двадцать.

Он спокойно поднял голову и спросил:

— Как я их унесу?

Старушка указала на потрепанную ручную тележку:

— Тележка в подарок.

Ань Сюнь отсканировал QR-код и перевел ей деньги.

Завершив перевод, Ань Сюнь произнес:

— Из тех, кто живет в этих краях, на девяносто процентов старики. Больше сюда не приходите.

С непроницаемым лицом он покатил домой выкупленные за восемьдесят юаней тыквы, источая вокруг себя тяжелую, мрачную ауру.

Проходившие мимо собаки при виде его убийственного взгляда поджимали хвосты и бросались наутек.

Около восьми часов вечера Вэнь Цзинъя возвращалась с работы и, едва поднявшись до половины четвертого этажа, услышала громкий стук и звуки рубки.

Честно говоря, по звуку это напоминало сцену убийства из фильма ужасов.

По мере приближения к квартире этот грохот становился всё громче, и у Вэнь Цзинъя постепенно складывалось вполне конкретное мнение насчет того, кто именно нарушает общественный порядок.

Она как раз доставала ключи, как вдруг звуки рубки резко оборвались.

Вэнь Цзинъя: «……» Черт возьми, стало еще страшнее, продолжай давай!

Колеблясь, она повернула ключ и, затаив дыхание, распахнула дверь.

Ань Сюнь неизвестно где раздобыл точильный камень и теперь с безмятежным, но смертоносным выражением лица со скрежетом точил нож.

Вэнь Цзинъя: «……Сынок, кто тебя так разозлил?»

Глупый мой, не стоит ведь ради кого-то жизнь класть.

— Да я вовсе не злюсь, — с улыбкой поднял голову Ань Сюнь и кивком подбородка указал на тыквы у порога. — Давай сегодня поедим тыквы. Печеная тыква, запеченная тыква, тыквенная пшенная каша, тыквенная рисовая каша — мам, что выберешь?

Вэнь Цзинъя так и подмывало сказать, что он же терпеть не тыкву, к тому же она и сама ее не любит.

Однако, заметив, что настроение у сына явно паршивое, она решила уступить и выбрала первое попавшееся:

— Давай запечем, как раз опробую мини-духовку, которую я выбила в совместной покупке.

http://bllate.org/book/41645/5317630

(Ctrl + влево) Предыдущая глава   |    Оглавление    |   Следующая глава (Ctrl + вправо)

Обсуждение главы:

Еще никто не написал комментариев...
Чтобы оставлять комментарии Войдите или Зарегистрируйтесь

Вы не можете прочитать
«Глава 16»

Приобретите главу за 5 RC

Вы не можете прочитать Don't Always Follow Me / Шестнадцать вёсен: Не ходи за мной / Глава 16

Для покупки авторизуйтесь или зарегистрируйтесь

100 гл. на все книги · 350 RC Главы открывают любые книги этого автора. Не сгорают. Новая покупка прибавляет главы.
Инструменты
Налаштування

Готово:

100.00% КП = 1.0

Завантажити як .txt
Завантажити як .fb2
Завантажити як .docx
Завантажити як .pdf
Посилання на эту страницу
Зміст перекладу
Интерфейс перекладу