Готовый перевод Four Disciples' Love Triangle / Мастер, бегите! Мои ученики устроили мне ад: Глава 8

(Ctrl + влево) Предыдущая глава   |    Оглавление    |   Следующая глава (Ctrl + вправо)

На рынке было немноголюдно, и Гу Хуайшань в чёрном плаще выглядел изрядно выделяющимся.

Ли Мяньюнь не желал долго с ним разговаривать, развернулся и хотел уйти:

— Учитель велел мне купить ему сладостей, если ещё помедлю, ничего не останется.

Гу Хуайшань протянул руку, пытаясь преградить ему путь, но Ли Мяньюнь отбросил его потоком ци духовной энергии на полшага назад.

В этот момент группа учеников Врат Юйцзин, спустившихся с гор за покупками, заметила Ли Мяньюня и издалека помахала ему:

— Юэ Чжоу!

Ли Мяньюнь кивнул им, а затем бросил взгляд на Гу Хуайшаня. Гу Хуайшань опустил руку, и волчьи когти тоже спрятались.

Он вовсе не боялся Ли Мяньюня, просто… не смел чинить беспорядки там, где находился Учитель.

Ли Мяньюнь прикрыл рукой три кровоточащие раны на плече, откуда всё еще сочилась кровь, и та мгновенно остановилась. Он стряхнул пыль с уникальных синих рукавов Врат Юйцзин, снова превратившись в того самого нового ученика из Южного Юэ по имени Юэ Чжоу.

Юэ Чжоу подошел к лавке со сладостями, попросил завернуть несколько видов и, когда добрался до Платформы Опрокинутых Облаков, угощение еще не остыло.

Уходя с Платформы Опрокинутых Облаков, он позволил себе небольшую хитрость.

Над Платформой Опрокинутых Облаков уже сгущались сумерки, с неба начал падать мелкий снег. Юэ Чжоу стоял перед маленькой деревянной хижиной, протянул руку и постучал в дверь, выдержав строгое, ничуть не наигранное выражение лица:

— Маленький дядя-наставник, это Юэ Чжоу. Моя деревянная бирка, кажется, снова осталась у маленького дяди-наставника. Маленькому дяде-наставнику сейчас удобно?

Никто не отвтил. Подождав еще немного, пока на плечах не накопился тонкий слой снежной крупы, Юэ Чжоу толкнул дверь и вошел.

В комнате не зажигали свет, лишь маленький очаг продолжал гореть, излучая приятное тепло. Чи Сяньцю примостился в кресле-качалке, в его руке замерло перо, кончик которого упирался в тетрадь для записей, но сам он уже клевал носом, склонив голову набок.

Юэ Чжоу осторожно вытянул из его пальцев перо и тетрадь. Перо было сделано неумело, и на пальцах Чи Сяньцю расплылось большое чернильное пятно.

Он применил заклинание очищения, смывая грязь с рук и одежды Чи Сяньцю, а затем раскрыл его тетрадь, желая помочь избавиться и от чернильных клякс на бумаге, чтобы тот не расстраивался при виде них.

Эта тетрадь не представляла собой никакой тайны. Прежде, приняв Юэ Чжоу в ученики, Чи Сяньцю ленился писать сам и часто заставлял его вести записи вместо себя, поэтому Юэ Чжоу смело брался за это дело. Он потратил немало времени, прежде чем научился пользоваться тем птичьим пером.

Юэ Чжоу осторожно перевернул несколько страниц и внезапно замер на одной из них.

На бумаге было выведено лишь короткое и простое предложение, но Чи Сяньцю измарал его помарками, исправил в нескольких местах, и всё равно это выглядел лишь сырой черновик.

Письмо, адресованное Семье Ли из Чжунчжоу.

Оказывается, Учитель всё же переживал за него. Учитель помнил о его судьбе и помнил отчётливо; Учитель не желал, чтобы он и дальше страдал, и вовсе не бросил его на произвол судьбы, помчавшись сначала искать младшего ученика.

Кончики пальцев Ли Мяньюня огладили округлые, мягкие строчки, а затем он взглянул на крепко спящего Чи Сяньцю, тихо усмехнулся и аккуратно положил тетрадь на место.

Он уходил в одиночестве, но тут вдруг вспомнил, что теперь молодым господином Семьи Ли из Чжунчжоу был вовсе не он, а какой-то сопливый малец возрастом всего в несколько лет.

Бесплатно позволить этому сопляку воспользоваться его плодами — Ли Мяньюнь неожиданно почувствовал укол ревности.

Неизвестно, кто именно проболтался о том, что новый ученик Юэ Чжоу собирается войти в Тройной Царственный Меч, или о том, что Чи Сяньцю составит ему компанию, но в один миг во Вратах Юйцзин поднялась невероятная буря.

Когда слухи дошли до Нин Ши, ученика Третьего старейшины, тот тоже объявил во всеуслышание, что лично сопроводит в Пресветлую Мечевую Землю внешнего ученика по имени Лу Цзюнь. Что же до сроков — в какой день войдет Чи Сяньцю, в тот же день войдет и он.

Таким образом, испытание в Тройном Царственном Мече перестало быть простым испытанием для учеников, превратившись в противостояние Нин Ши и Чи Сяньцю.

Ученики заранее открыли тотализатор, только вот зевак оказалось с избытком, а тех, кто решался сделать реальные ставки — единицы.

Лу Цзюнь поступил в секту позапрошлым годом и к настоящему моменту уже выбился в первые ряды среди учеников своего призыва. Хотя Нин Ши обладал скверным характером, все ученики, проходившие с ним испытания, без исключения восхищались силой мастера боевых искусств старшего брата Нина.

Юэ Чжоу появился здесь лишь недавно, но, судя по словам прибывших вместе с ним учеников и сопровождавшего их старшего брата внутренней секты, он действительно обладал скрытыми талантами. Чи Сяньцю же хоть и жил затворником на Платформе Опрокинутых Облаков, всё же приходился единственным учеником главы секты, а значит, пренебрегать им тоже не стоило.

Они решительно не понимали, у кого больше шансов на победу, поэтому лишь сжимали в кулаках скудные сбережения и толпились поодаль, наблюдая за весельем.

Юэ Чжоу и Чи Сяньцю договорились войти через три дня. Последние дни Чи Сяньцю безвылазно проводил в Холодном Омуте и совершенно не ведал, что за пределами их обители уже вовсю гуляют эти слухи.

В назначенный час Чи Сяньцю закинул за спину маленький бамбуковый короб и отправился на встречу с Юэ Чжоу.

Всё, что лежало внутри короба, было приготовлено Учителем Чи Фэнсянем. С тех пор как Юэ Чжоу в прошлый раз наведался на Платформу Опрокинутых Облаков в поисках человека, Чи Фэнсянь внезапно осознал: его детёныш вырос.

И потому к первому испытанию Чи Сяньцю — пусть даже это было лишь сопровождение — он подготовил всевозможные магические артефакты и сокровища, не забыв даже про снеки для восстановления сил. С правой стороны короба болтался Колокольчик: стоило в критический момент потрясти его, как Чи Фэнсянь явился бы по первому зову.

Удостоверившись, что всё готово, он лишь тогда со спокойной душой отпустил Чи Сяньцю. И это несмотря на то, что само испытание происходило прямо внутри Врат Юйцзин.

Покинув дом и прибыв на место, Чи Сяньцю огляделся: батюшки, да тут яблоку негде упасть.

Такое зрелище выпадало раз в жизни, и на гору сбежались едва ли не все ученики. Пятый старейшина, заведующий Залом Внутренних Дел и большой любитель до зрелищ, распорядился заблаговременно расчистить площадку, велев установить для них скамьи и навесы. А самые ушлые даже развернули у кромки поля торговлю фруктами и нехитрой снедью.

Заметив появление Чи Сяньцю, толпа учеников дружно поднялась с мест и сложила руки в поклоне:

— Приветствуем маленького дядю-наставника.

Чи Сяньцю растерянно кивнул им в ответ и замер на месте, не смея сделать и шага, опасаясь, что Юэ Чжоу его не отыщет, и одновременно озираясь по сторонам.

Он еще не успел никого разглядеть, как Юэ Чжоу заметил его первым и быстро подошел:

— Маленький дядя-наставник.

— Оказывается, ты здесь, — Чи Сяньцю снова окинул взглядом окрестности и тихонько проговорил: — Сегодня желающих войти в Пресветлую Мечевую Землю, кажется, особенно много.

— Они пришли не ради испытания.

— А? Тогда?

Взгляд Юэ Чжоу скользнул ему за спину:

— Они пришли посмотреть на старшего брата Нина.

Чи Сяньцю обернулся и действительно увидел Нин Ши, который приближался к ним в сопровождении молодого ученика внешней секты.

Он поприветствовал его поклоном:

— Старший брат Нин.

Нин Ши кивнул, а затем перевёл взгляд на следовавшего за ним внешнего ученика. Тот сразу всё понял и почтительно поклонился Чи Сяньцю:

— Ученик Лу Цзюнь приветствует маленького дядю-наставника.

Нин Ши бросил взгляд на маленький бамбуковый короб за спиной Чи Сяньцю и не удержался от смеха:

— Младший брат, ты собрался на загородную прогулку?

Чи Сяньцю держался с предельной, даже избыточной серьезностью, отчего выглядел донельзя мило:

— Учитель приготовил.

Хватит уже хвастаться тем, как глава секты балует тебя! Больше ни слова!

Улыбка Нин Ши окаменела, он махнул рукой:

— Младший брат, ступай первым.

— Хорошо.

Столпившиеся зеваки расступились, образуя проход. Чи Сяньцю повернулся и зашагал вперед, а Юэ Чжоу следовал за ним шаг в шаг чуть позади сбоку, не сводя с него глаз — в его поле зрения существовал лишь он один.

— В последние дни на Платформе Опрокинутых Облаков я совсем не видел маленького дяди-наставника. Уж не хворал ли он?

— Всё в порядке.

В прошлый раз заявление Юэ Чжоу о намерении взять его в учителя изрядно напугало парня. К тому же ему требовалось отмокать в воде, выкроить свободную минуту не удавалось, вот он и избегал встреч.

Чи Сяньцю на мгновение замолк:

— А ты-то сам как подготовился? При таком скоплении народа смотри не вылети обратно раньше, чем сгорит одна палочка благовоний.

Характер у него был мягкий, и даже когда он пытался исподтишка кого-то поддеть, получалось совсем не зло.

Однако Юэ Чжоу возразил:

— Получится еще быстрее, чем за одну палочку благовоний.

Он бросил беглый взгляд на каменную стелу, возвышавшуюся за пределами Пресветлой Мечевой Земли: рекордное время прохождения, высеченное на ней, составляло три палочки благовоний.

Не успел Чи Сяньцю осмыслить смысл этих слов, как ступил за границу барьера и перенесся внутрь Пресветлой Мечевой Земли.

Едва их силуэты растворились в пелене тумана, как ученики снаружи в суматохе зажгли благовония, начиная отсчет времени.

Следом за ними собирались войти Нин Ши и Лу Цзюнь, и другой ученик уже потянулся за новой палочкой, но Нин Ши остановил его:

— Не утруждайся, будем считать, что мы вошли одновременно.

Услышав это, ученик опустил благовония, продолжая следить лишь за первой палочкой.

В самом начале Пресветлая Мечевая Земля встретила их сплошным туманом.

Чи Сяньцю взмахнул рукавом, наставляя Юэ Чжоу:

— Пресветлая Мечевая Земля меняется в зависимости от душевного состояния. Каждый, кто входит сюда для испытания, видит свои собственные пейзажи и своих демонов сердца. Не бойся: внутри демона скрывается жемчужина, заполучишь её — считай, испытание пройденно.

Поразмыслив секунду, он добавил:

— Если совсем невмоготу, не усердствуй через силу, немедленно позови меня, я выведу тебя наружу.

— Слушаюсь.

Юэ Чжоу протянул ему бумажный сверток:

— Пожалуйста, погоди здесь немного, маленький дядя-наставник.

С этими словами взметнулась ци меча, разогнав клубящуюся поодаль белую дымку, причем самого движения меча никто даже не заметил.

А окружающая их иллюзия оказалась снежными горами — бескрайней цепью заснеженных вершин. Про себя Чи Сяньцю подумал, что на душе у парня царит порядок, чистая душа, отличный материал для культивации.

Опустив взгляд ниже, он обнаружил в протянутом бумажном пакете горячие жареные каштаны — их предназначалось съесть ему.

Юэ Чжоу просто боялся, что ему будет скучно оставаться одному, до чего же заботливый.

Впрочем, лакомиться каштанами вовсю Чи Сяньцю не осмелился: опасаясь за безопасность Юэ Чжоу, он неотрывно следил за ним.

Юэ Чжоу нарочно увел воплощение демона сердца подальше, так что Чи Сяньцю видел лишь то, что тот двигается, но деталей различить уже не мог.

Казалось, не прошло и мгновения, как снежные горы с грохотом рухнули. Подумав, что Юэ Чжоу потерпел поражение, Чи Сяньцю испуганно выкрикнул его имя, левой рукой ухватился за рукоять зонта, припрятанного в коробе, и не успел сделать и шага вперед, как вынырнувший из снега Юэ Чжоу навалился на его плечах и втолкнул обратно.

— Маленький дядя-наставник, не переживай, со мной всё в порядке.

Снежные горы осыпались за его спиной, и пока Чи Сяньцю пребывал в растерянности, пейзаж внутри Пресветлой Мечевой Земли сменился, вновь окутавшись клубами тумана.

Уже прошел? Вот так просто прошел?

Чи Сяньцю пересчитал на пальцах время: этот Юэ Чжоу не просто подающий надежды юнец, он — редкостный, выдающийся Заклинатель меча, каких поискать во всём мире.

Зачем же такой человек пожаловал во Врата Юйцзин?

Тем временем Юэ Чжоу по-прежнему уводил демона сердца в отдаление.

На сей раз декорации изображали гору, должно быть, Гору Цюгуй. Выходит, эта гора тоже была крепко связана с сокровенными струнами души Юэ Чжоу.

Чи Сяньцю никак не мог взять в толк, чего же добивается этот парень. Однако, перестав опасаться за его жизнь, он всецело сосредоточился на очистке каштанов.

Вообще-то его старший ученик — в смысле, старший ученик из прошлой жизни — тоже захаживал в Пресветлую Мечевую Землю.

Когда Чи Сяньцю взял его в ученики, мальчику исполнилось всего десять лет, а самому Чи Сяньцю перевалило за сотню. По меркам Мира Культивации он был слишком юн для наставника, что шло вразрез с принятыми устоями, и посторонние постоянно шушукались за спиной.

Старший ученик случайно услышал пару таких обмолвок и, воспользовавшись отсутствием Чи Сяньцю на горе, схватился за меч и отправился штурмовать Пресветлую Мечевую Землю.

Стоило ему одолеть испытание Пресветлой Мечевой Земли, как он получал право самому выбирать себе учителя, и тогда никто в целом свете уже не смел бы роптать.

В итоге он просидел там около десятка дней, но застрял на третьем испытании.

Третий уровень отражал самые глубокие привязанности в сердце. Когда Чи Сяньцю вошел внутрь, то застал старшего ученика рыдающим навзрыд, словно несмышленый котенок. Тот бросил меч в сторону и никак не мог поднять руку на демона сердца, принявшего облик его Учителя.

Сопровождавший их ученик внутренней секты по секрету поведал, что мальчик голосит вот так уже несколько суток подряд.

В конце концов Чи Сяньцю пришлось лично выносить выбившегося из сил от слез старшего ученика на спине из Пресветлой Мечевой Земли.

Какой же глупый.

Чи Сяньцю глупо улыбнулся своим мыслям и отправил в рот каштан.

Стоило ему задуматься, как видение Горы Цюгуй тут же рассыпалось прахом. Юэ Чжоу успешно преодолел второе испытание и стремглав подлетел к нему.

Белый туман сгустился вновь, но на этот раз открывшийся пейзаж вовсе не походил на горы. Чи Сяньцю смутно расслышал чьи-то голоса, впрочем, тихие.

Стоявший рядом Юэ Чжоу уловил шорох трущейся друг о друга одежды и негромкие, прерывистые стоны. Струна в его голове резко натянулась, и он мгновенно сообразил, что скрывается за этой белой пеленой.

Он стремительно развернулся, загораживая Чи Сяньцю собой, и крепко зажал ему глаза ладонями.

Ничего не понимающий Чи Сяньцю растерянно моргнул:

— Что такое?

Кончики его ушей, не скрытые маской, покраснели донельзя, и Юэ Чжоу в этот момент напрочь позабыл, что должен звать его маленьким дядей-наставником.

Стиснув зубы и изо всех сил стараясь сохранить самообладание, он проговорил:

— Учитель, не… не смотри!

Это был его демон сердца. Непотребный демон сердца.

http://bllate.org/book/41573/5306624

(Ctrl + влево) Предыдущая глава   |    Оглавление    |   Следующая глава (Ctrl + вправо)

Обсуждение главы:

Еще никто не написал комментариев...
Чтобы оставлять комментарии Войдите или Зарегистрируйтесь

Инструменты
Настройки

Готово:

100.00% КП = 1.0

Скачать как .txt файл
Скачать как .fb2 файл
Скачать как .docx файл
Скачать как .pdf файл
Ссылка на эту страницу
Оглавление перевода
Интерфейс перевода