После того как Вэнь Цзю упал в воду, у трех братьев мгновенно пропала возможность спокойно пообщаться. Пара бледно-золотых глаз Сяо Мо беззастенчиво скользила туда-сюда по Мин Ццину и Вэнь Цзю. Он с таким живым интересом разглядывал их обоих, словно пытался выведать, нет ли между ними какой-то тайны.
Вэнь Цзю опустил голову, потупив взгляд, его лицо было бледным, а промокшее насквозь тело дрожало. Не произнося ни слова, он выглядел донельзя обиженным.
Мин Цин мысленно выругался, подумав, что Вэнь Цзю — та еще сволочь. Ему часто доводилось видеть, как наложницы в Дворце Наследного принца используют подобные трюки, чтобы вызвать сочувствие Наследного принца, в то время как Наследная принцесса Вэнь Цзин обладала слишком прямым характером, из-за чего и не нравилась Наследному принцу. Но когда этот грязный трюк применили против него самого, он наконец-то осознал истинный смысл слов горечь и унижение.
Проклиная всё про себя, Мин Цин сохранял на лице выражение невиновности, беспомощности и угрызений совести:
— Хотя… Сяо Цзю сам по какой-то причине не удержался и свалился в воду, этот раб в тот момент был рядом, но не успел его вовремя поймать — это моя недоработка. Этот раб и подумать не мог, что Сяо Цзю окажется таким неуклюжим. Наверное, ему пока трудно привыкнуть к своему новому положению, и он отвлекся из-за излишней рассеянности.
Мин Цин не зря носил звание главного евнуха при Наследном принце: искусством речи он владел мастерски, а его намеки разили наповал. Слова о какой-то причине и о том, что он не удержался, были подобраны идеально. Скрытый смысл заключался в следующем: мы с ним даже не соприкасались, а в воду он упал сам, и со мной это никак не связано. А дальше он упомянул статус Вэнь Цзю — вроде бы мимоходом, но бьюще прямо в цель.
— Подумать не мог? Мин Цин, ты что, сидишь у Сяо Цзю в животе и знаешь все его мысли? Как легко ты бросаешься словами о том, что мог подумать! — без всяких церемоний насмешливо фыркнул Сяо Мо. — Судя по твоим речам, в тот момент там находились только ты и Сяо Цзю. Что такое, вы вдвоем за спиной у Брата Наследного принца и меня предавались воспоминаниям о былом?
Сяо Мо никогда не стеснялся в выражениях, когда кого-то высмеивал, и всегда бил оппонента прямо в лицо, никого не стесняясь. Лицо Мин Ццина слегка изменилось, да и у сидевшего рядом Наследного принца выражение лица было не из приятных. Ему показалось, что это обращение — Брат Наследный принц — звучит исключительно режет слух. Стоило Сяо Мо выдать эти слова, как Сяо Юнь почему-то почувствовал себя крайне неуютно: от этого дискомфорта у него всё тело зачесалось и онемело.
Сяо Инь попытался было что-то сказать, его губы зашевелились туда-сюда, но в итоге из этого так и не вышло ни звука. Что тут скажешь: язык Сяо Мо порой бывал таким, что с ним с трудом справлялся даже император, не говоря уже о них самих.
Закончив отчитывать Мин Ццина, Сяо Мо перевел взгляд на Вэнь Цзю и звонко, с вызовом фыркнул:
— Теперь ты приставлен ко мне, а значит, во всем должен ставить на первое место меня, своего господина. Если ты простудишься, свалившись в воду, кто станет прислуживать мне в дальнейшем?
Вэнь Цзю кротко произнес, что был неправ и впредь станет осторожнее.
Сяо Юнь наконец не выдержал и натянуто улыбнулся:
— Судя по словам Шестого младшего брата, получается, что отныне я, Наследный принц, даже не смогу воспользоваться услугами слуги из твоего окружения?
То, что Наследный принц не может распоряжаться простым слугой из свиты Шестого принца, было явным передергиванием фактов и попыткой навесить на Сяо Мо серьезное обвинение. Скрытый смысл сводился к тому, что этот Шестой принц возомнил себя круче и могущественнее самого Наследного принца.
Сяо Мо удивленно посмотрел на него:
— Что это значит, Брат Наследный принц? Хочешь сказать, что теперь любой из нас, принцев, может помыкать Мин Ццином?
Все мы — принцы, и раз ты хочешь воспользоваться моим человеком, прикрываясь статусом Наследного принца, то и я, будучи принцем, имею полное право задействовать твоих слуг. Ведь так дело обстоит, верно?
Сяо Юнь: «……»
Сяо Мо нахмурился и заговорил сам с собой:
— Хотя нет, пожалуй, так не годится. Даже в обычных семьях братья не обмениваются слугами, не говоря уже о нас. У каждого из нас и так полно людей, прислуживающих нам во дворецких делах. Менять слугами туда-сюда — мало того что мелочно, так еще и если человек окажется непривычным в работе, разве не значит это создавать проблемы самому себе?
Сяо Юнь выдавил из себя улыбку:
— Вот как? — Он мысленно выругался матом: Сяо Мо обвинил его в мелочности, а он даже возразить не мог.
Сяо Мо кивнул, тут же покачал головой, и его красивое до резкости лицо излучало чистейшую наивность:
— Хотя не только в этом…
Сяо Юнь с досадой глянул на Сяо Иня. И впрямь, не только в этом — во всем императорском дворе кто же не знал, что Сяо Инь занимает совершенно особенное место в сердце Сяо Мо? Кто не знал, что Сяо Мо — это цепной псёнка Сяо Иня, готовый вцепиться в горло любому по первому знаку.
Не говоря уже о простом слуге — если бы Сяо Инь потребовал жизни Сяо Мо, тот бы отдал ее без раздумий.
Сяо Инь: «……» Чего он на него пялится? Он вообще молчал, он тут абсолютно ни при чем.
— Если бы Отец-Император пожелал воспользоваться кем-то из моих людей, для меня, как для сына, это было бы величайшей честью, — сияя широкой улыбкой и с предельно искренним видом произнес Сяо Мо.
Неизвестно почему, но при виде такой физиономии Сяо Юня даже затошнило, в желудке заворочалось от отвращения. Ему стало слегка дурно. Ему было всё равно, как другие льстят императору, но стоило хоть единому льстивому слову слететь с губ Сяо Мо, как это начинало вызывать жуткое отторжение.
В этот момент Вэнь Цзю громко чихнул. Сяо Мо отдал должное уважение Наследному принцу и Сяо Иню:
— Брат Наследный принц, четвертый старший брат, я отведу Сяо Цзю переодеться. Он мне нужен под рукой, не хватало еще, чтобы он заболел и вздумал отлынивать от работы.
Сяо Инь кивнул:
— Как-никак, это слуга, пожалованный тебе Отцом-Императором. Сейчас осень, вода холодная, отведи его к себе и позови лекаря, чтобы тот проверил пульс, иначе потом останется застарелая хворь.
Сяо Юнь мысленно обозвал Сяо Иня лицемером.
Сяо Мо ответил напутствием и холодно бросил Вэнь Цзю:
— Тупица, еще стоять будешь?
Дрожа от холода, Вэнь Цзю отвесил глубокий поклон Наследному принцу и Сяо Иню, после чего поспешил следом за удаляющимся Сяо Мо.
Вернувшись в Резиденцию принцев, Сяо Мо взмахнул рукавами и удалился в свои покои. Вэнь Цзю, волоча промокшее насквозь тело, добрался до своего жилья, и Чжао Фу, едва завидев его в таком виде, тут же бросился заваривать имбирный чай.
Стоило Вэнь Цзю переодеться, как лекарь Гу уже спешил сюда с медицинским чемоданчиком.
Вэнь Цзю прекрасно знал, что тот — лекарь, приставленный лечить элитную супругу Сянь, поэтому держался с предельной почтительностью.
Лекарь Гу проверил ему пульс и кивнул:
— Ничего серьезного, просто организм немного истощен. Отлежишься, попринимаешь укрепляющие отвары, и всё придет в норму.
Вэнь Цзю почтительно произнес:
— Благодарю лекаря Гу.
Лекарь Гу бросил на него взгляд и, неторопливо укладывая инструменты в чемоданчик, промолвил:
— Не стоит благодарности. В прошлый раз, когда у тебя поднялся столь сильный жар, я думал, что ты уже не выкарабкаешься. К счастью, твое здоровье от природы крепкое, раз ты сумел продержаться трое суток и выжить.
Вэнь Цзю погрузился в задумчивость. Верно, при его положении, когда вокруг столько желающих ему скорой смерти, не будь у него рядом лекаря, которому можно всецело доверять, его бы наверняка тихо и незаметно укокошили во время той лихорадки.
Вэнь Цзю снова поклонился:
— Благодарю лекаря Гу за спасение жизни.
Лекарь Гу, прихватив медицинский чемоданчик, неспешно изрек:
— Благодарить нужно не меня. Как говорится, избежавший великой беды непременно обретет последующее счастье. Отдыхай и набирайся сил.
http://bllate.org/book/41403/5278473
Готово: