×
⚠️ Увага! Если вы оплатили через Payoneer, получили на почту второе уведомление о доставке средств по инвойсу, но баланс на сайте не пополнился — пожалуйста, напишите мне в ЛС. Сейчас уведомления об успешном поступлении средств до нас не доходят.
💳 Написати мне в ЛС ↗
Важливо: обращайтесь после получения именно второго письма — о доставке средств, а не первого подтверждения оплаты.

Готовый переклад Apollo's Twilight / Закат Аполлона: Как приручить сияющее солнце: Розділ 3

(Ctrl + влево) Попередня глава   |    Оглавление    |   Следующая глава (Ctrl + вправо)

Аполлон вернулся в Храм Солнца и с холодным видом пресёк все слухи, ходившие по Олимпу. Что же касается способа покинуть Подземное Царство, то он ни за что и никогда не признал бы это побегом! Сражаться с могущественным божеством в лишённом света Подземном Царстве ему совершенно не улыбалось, да и становиться объектом коллективного избиения местными богами тоже. Уйти поскорей было самым разумным решением!

Трёх месяцев оказалось вполне достаточно, чтобы Аполлон забыл о том кошмарном дне, и он вновь превратился в прекрасного, преисполненного романтики юношу, который ежедневно наслаждался солнечным светом, музыкой и чудесными пейзажами. Но сегодня его навестила сестра, Артемида. Давно не видевшиеся брат и сестра с радостью болтали у храмового пруда.

В разгар беседы Артемида невольно заговорила о том случае, когда Аполлона похитили прямо посреди свадебного пира.

— Братец, и кто же это утащил тебя под землю?

Подземьем обычно называли Подземное Царство. Поскольку Аид носил титул владыки подземного мира, Богиня Луны выразилась именно так.

При этих словах Аполлон невольно вспомнил то божество, чей лик при расставании был неизменно скрыт туманом и лишь глаза смотрели на него из этой пелены. Их взгляды тогда случайно встретились, и в тот же миг он ощутил всю их бездонную глубину и ледяной холод, а в ушах до сих пор эхом отдавались те слова:

— Моё имя — Акриат.

Бог разрушения.

Стоило Аполлону вспомнить этого самозванного Бога разрушения, как он невольно вновь погрузился в тот полный страсти поцелуй, в котором не должно было быть места никаким чувствам.

Нельзя было отрицать: с самого своего рождения Аполлон впервые познал в поцелуе столь несравненное наслаждение.

Это было сродни природному притяжению: сблизиться с ним, стать ближе казалось чем-то само собой разумеющимся. Эта чистая сила притяжения затрагивала его душу куда сильнее, чем родная сестра Артемида.

Если бы те слова не задели его горделивое самолюбие, возможно, он тогда и впрямь потерял бы голову.

Помрачневшее лицо Аполлона не укрылось от внимания его самой близкой сестры. Артемида едва заметно нахмурилась — она уже давненько не видела брата столь отрешённым.

Как гласили мифы, у них, близнецов, с самого рождения не было детства. Аполлон и вовсе вырос всего за три дня, убив чудовищного питона, преследовавшего их мать.

Доблестный, подтянутый, вызывающий благоговейние у сильнейших воинов — всё это составляло неотразимое очарование бога Аполлона, которое воспевали все вокруг.

И вот теперь этот её брат, всегда отличавшийся хладнокровием и рассудительностью во всём, что не касалось сердечных дел, вдруг погрузился в задумчивость. Добром это не судилось неужели из-за одного-единственного похищения сердце её брата навеки осталось в Подземном Царстве?

Артемида была самой заботливой сестрой и самым надёжным боевым товарищем. На Олимпе брат и сестра, Бог Солнца и Богиня Луны, состояли в естественном и нерушимом союзе.

Выслушав полные тревоги слова Артемиды, Аполлон и сам не знал, что ответить. Вернись он на Олимп только что, он смог бы с безмятежным видом рассказать сестре о подлой выходке того божества. Но шло время, и те мелкие нестыковки, которые он поначалу упустил из виду, ослеплённый вспыхнувшей яростью, теперь выплывали наружу.

Заметив, что молчание Аполлона выдает его собственную растерянность, Артемида покачала головой:

— Братец, надеюсь, ты не обманешь собственное сердце.

Пусть это и было похищение, но если между ними действительно возникли чувства, вряд ли это можно было назвать злом.

Покинув Храм Солнца, Артемида от всего сердца желала своему брату счастья.

Встречаться с кем-то только для того, чтобы этот кто-то тебя бросил — не слишком ли жалко?

Именно имея перед глазами столь удручающий пример собственного брата, она в своё время и приняла твёрдое решение остаться девственницей.

Боевая и решительная Богиня Луны смотрела на вещи проще простого, но озвучить эти мысли Аполлону она не могла. Поэтому, с сожалением изменив маршрут на полпути, она решила навестить Афину и посплетничать о последних новостях.

Оставшись в одиночестве у водной глади, Аполлон всматривался в собственное прекрасное отражение. Его золотистые, подобные чистейшему золоту пряди ласкал лучами влюблённый солнечный свет, а поразительная красота была такой, с которой едва ли мог сравниться хоть один из богов Олимпа.

Ни в настоящем, ни в будущем Бог Солнца не был способен на изъяны — подобно самому солнцу, он всегда возвышался надо всем сущим.

Полуденный ветерок пронёсся над Олимпом, принеся с собой лёгкую горную прохладу, освежающую знойный день. Аполлон тихо припал к краю бассейна и смежил веки, погружаясь в дремоту.

Густая чёрная дымка бесшумно просочилась в владения Бога Солнца. Божественная сила ночи соткала роскошные одежды, и стройная, прямая фигура стала шаг за шагом приближаться к Аполлону, остановившись на расстоянии всего одного шага.

Акриат посчитал такое расстояние вполне достаточным — продолжай он сближаться, и он неизбежно потревожил бы чуткий сон златокудрого божества.

Он опустил пальцы в воду бассейна, взметнув рябью зеркальную гладь, и когда поднял руку, с его кончиков сорвались и зазвенели чистейшие капли воды. Этой прохладой, смешанной с божественной силой самого Бога Солнца, он окропил веки Аполлона, прогоняя изнуряющий летний зной.

У бассейна царила абсолютная тишина. Теперь, когда все подчиненные божества были удалены, здесь оставались лишь Аполлон и Акриат.

Тишина была столь абсолютной, что не пели птицы, и даже привычная суета Олимпа казалась отсечённой от этого места — казалось, само понятие звука растворилось в безмолвии.

К столь глубокой, мёртвой тишине Акриат, казалось, давно привык, но Аполлон вынести её не мог.

Он накрыл своей рукой ладонь Акриата — не пытаясь грубо оттолкнуть её, но и не позволяя тому продолжать своеволить.

— Довольно.

Акриат произнёс:

— Я думал, во время сна ты предпочитаешь тишину.

Столь неестественное безмолвие в божественном домене, очевидно, было дело рук Акриата. Обладая божественной силой разрушения, он лишь самим своим присутствием погружал всё вокруг в смертную дремоту. В отличие от предсказуемого увядания, приносимого бегом времени, разрушение в чём-то перекликалось со сферой смерти Аида: если божественный удел Повелителя Мертвых соответствовал законам самой смерти, то сила Акриата была куда более властной — она уничтожала всё вместе с самими законами.

Потому его появление не просто заставляло птиц умолкать — оно означало, что они уже были уничтожены. Шум внешнего мира не заглушался где-то на границах домена — само понятие шума переставало существовать, будучи стёртым.

Безусловно, это было устрашающее божество.

Аполлон ответил:

— Я люблю тишину, но вовсе не жажду слышать пустоту, где умолкло абсолютно всё.

Он точно уловил саму суть силы Акриата.

— Если бы мы находились не на Олимпе, одно твоё появление иссушило бы весь этот мир.

Акриат улыбнулся тому, как хорошо Аполлон понимает его. Следуя предостережениям Никты, это можно было считать хорошим знаком.

— Аполлон, — убрав пальцы с лица Аполлона, он посмотрел на поднявшегося Бога Солнца, и Акриат, явно в превосходном настроении, произнёс: — Роди мне божественное дитя.

Никта, сидевшая в Чертоге Ночи, в один миг раздарила в щепки кубок, потеряв дар речи от такой прямолинейности Акриата.

Интересно, Акриат весь свой запас эмоционального интеллекта отдал одному лишь Аполлону? Если он такое говорит не просто мужчине-богу, а вообще любой богине, его прибьют на месте безо всяких разговоров.

Словом, все её мысли о том, что за романтическим процессом этой парочки будет занятно понаблюдать от скуки, оказались полнейшим заблуждением!

Лицо Аполлона, как и предвидела Никта, почернело от гнева, но, к счастью, до рукоприкладства дело пока не дошло.

— Я отказываюсь!

Акриат без малейшего удивления протянул:

— Я так и знал, что ты это скажешь.

Аполлон смотрел на лицо, неизменно скрытое за пеленой тумана, в то время как в его собственной груди поднималось странное, нетерпеливое волнение.

— Почему ты зациклился именно на мне?

— Даже если этот мир разрушится, мой взор всё равно будет прикован лишь к тебе, — честно ответил Акриат, и его чистая правда звучала слаще любых любовных признаний.

— Аполлон, я люблю тебя.

Аполлон не то чтобы совсем не сомневался в личности Акриата — он лишь полагал, что тот является ребёнком какого-то первородного божества, рождённым в неведомый час. Но все сомнения развеялись от этих произнесённых без тени колебания слов любви, подтвердивших: между ними действительно существует подлинная связь.

В тот самый момент, когда прозвучало признание в любви, Аполлон отчётливо почувствовал, как его собственное сердце едва не выпрыгнуло из груди вслед за этими словами.

Это было абсолютно ненормально!

Неужели здесь замешан лук того маленького бога любви?

Пережив горький опыт бесцветных, увядших романов, Аполлон начисто отказывался верить в то, что подобные чувства способны зародиться сами собой после всего двух встреч, да еще при столь отнюдь не прекрасных обстоятельствах.

Однако реальность оказалась как раз такой, какой он подспудно её и представлял.

Когда Аполлон появился на свет, во чреве Лето бились лишь двое детей — будущая Богиня Луны и он сам. Вот только сознание новорожденного старшего брата — Бога Солнца — было запечатано следом явившимся первородным божеством, а потому сам он понятия не имел, какие именно перемены произошли с его естеством.

Проще говоря, бог разрушения — как из будущего, так и из настоящего — отделился от его божественного тела и под личиной Солнечного Пятна похитил бо́льшую часть сил второй стороны Аполлона.

В мифах и легендах второе имя Аполлона — Феб, божество тьмы, бедствий и повальных болезней, его собственное прошлое как Бога Тьмы. Именно из этого должна была сформироваться божественная должность Солнечного Пятна, превратившая бы Аполлона как Бога Света в двуликое божество. Однако из-за вмешательства Акриата Аполлон благополучно унаследовал лишь пост Бога Солнца, избежав при этом какого-либо раздвоения личности.

Акриат использовал божественный сан Солнечного Пятна для создания собственного тела, благодаря чему перенёсшемуся сюда страннику не пришлось больше терпеть отторжение законов этого мира, однако прибывшее первородное божество всё равно запечатало его.

У Акриата тогда не было сил сопротивляться, но стоило ему подумать о том, что первородное божество вытягивает его первородную суть и запечатывает её внутри Аполлона, и что со временем эта сила неизменно сольется с Аполлоном воедино, как его воля к борьбе испарилась.

С самого момента рождения, даже когда Аполлон еще не подозревал о его существовании, и даже когда было предопределено, что Солнечное Пятно сожрёт солнце, он всё равно неизменно питал к Аполлону особые, ни с чем не сравнимые чувства.

Это не была любовь в привычном понимании, не была привязанность или дружба — подобные чувства просто не могли возникнуть в ситуации, когда Акриат знал об Аполлоне всё, в то время как сам Аполлон даже не подозревал о существовании Акриата.

Он просто чувствовал: Аполлон — особенный.

Акриат смотрел на златокудрого, прекрасного бога, который хмурил брони и отказывался верить в искренность произнесённых им слов любви.

Ничего страшного, всё это не имело никакого значения.

Столь сомнительный и далёкий от красоты божественный сан, как Солнечное Пятно, вряд ли мог привить Акриату сколько-нибудь нормальные понятия.

Стоит только зачать — и все проблемы исчезнут.

Уголки губ Акриата под лёгкой дымкой приподнялись в улыбке, и он вновь с лёгким сердцем похитил Бога Солнца, уволокши того под землю — на этот раз в самые Бездны, куда не проникал даже свет.

http://bllate.org/book/41382/5275346

(Ctrl + влево) Предыдущая глава   |    Оглавление    |   Следующая глава (Ctrl + вправо)

Обсуждение главы:

Еще никто не написал комментариев...
Чтобы оставлять комментарии Войдите или Зарегистрируйтесь

Инструменты
Налаштування

Готово:

100.00% КП = 1.0

Завантажити як .txt
Завантажити як .fb2
Завантажити як .docx
Завантажити як .pdf
Посилання на эту страницу
Зміст перекладу
Интерфейс перекладу