Готовый переклад My Dao Companion and I: A Love Beyond the Sea of Hate / Море страстей и бездна любви: Сказания о духах и бессмертных: Розділ 6

(Ctrl + влево) Попередня глава   |    Оглавление    |   Следующая глава (Ctrl + вправо)

Он лежал навзничь, его дыхание стало чуть чаще, и, казалось, было слышно, как бьется сердце. Так яростно.

Среди глубокой ночи лишь он один тихо и часто дышал, тогда как И Цзянсюэ был холоден, как лед и снег, а его облик — пугающе прекрасен, словно наваждение из сна.

Пэй Хуайцзюнь не смел шелохнуться, боясь разрушить этот дивный, дурманящий сон.

Быть может, то, что лежало рядом с ним, — безжалостная и хладнокровная прекрасная змея.

А может быть, зловещий призрак из старинных преданий.

Наконец свирепый призрак в красных одеждах медленно перешагнул через его распростертое тело и лег у дальней стены занавешенной кровати.

У Пэй Хуайцзюня слегка взмокли виски и раскраснелось лицо. Он в тревожном замешательстве приподнялся на локтях, на его лице застыло выражение изумления.

Пронзающий до мозга костей леденящий холодок, казалось, пробивался сквозь одежды.

Он пристально вгляделся в И Цзянсюэ, молча посидел мгновение и наконец тяжело вздохнул.

— Сяо И, у тебя слишком низкая температура, так ведь и простудиться недолго.

С этими словами он сел поудобнее, заботливо подоткнул за угол одеяла и одарил его теплой улыбкой:

— Вот так-то лучше.

Лютый демон, словно мягкий рисовый колобок, был тщательно укутан им так, что наружу выглядывало лишь белое, словно фарфор, хорошенькое личико.

— …? — И Цзянсюэ склонил голову набок, а его голова заполнилась вопросительными знаками.

У него ведь нет температуры, тело остыло до такой степени.

Разве нормальная реакция не должна заключаться в том, чтобы сразу указать на него как на призрака?

Пэй Хуайцзюнь, похоже, был весьма уверен в себе и успокаивающе произнес:

— Я всего лишь скромный ученый, не обладающий никакими средствами самозащиты. Мое единственное преимущество, пожалуй, заключается в том, что я прочел чуть больше книг, чем остальные. И в познаниях о демонах, злых духах и нечисти я кое-что смыслю.

Его слова о том, что он «кое-что смыслю», пожалуй, были проявлением скромности.

Пэй Хуайцзюнь изогнул губы и потрепал его длинные волосы:

— Чтобы справиться с обычными призраками и монстрами, вполне достаточно иметь голову на плечах. А если столкнешься с тем, с чем совладать не под силу, значит, пришел твой смертный час, и лишние раздумья тут не помогут. Спи давай.

Сказав это, он расслабленно лег, и его грудь начала мерно вздыматься.

Вскоре он уже ровно дышал во сне.

И Цзянсюэ, завернувшись в одеяло и высунув наружу лишь прелестную головку, надул щеки.

И этот человек еще способен спать?!

Ну до чего же беспечный увалень!

Свеча погасла, и комната погрузилась во мрак.

Однако И Цзянсюэ чувствовал себя на редкость бодрым.

Главным образом потому, что у призраков наступило время ужина, и ему захотелось отведать шведского стола.

Этот книжник умом тронут, но его ци фиолетового цвета источает сладкий аромат и необычайно питательна.

Днем он отведал лишь крошечный кусочек этой вкуснятины, и терпеть до сих пор стоило ему немалых трудов.

Книжник спал крепким сном, и призрак целиком предался пиршеству.

И Цзянсюэ поддвинулся ближе и со звуком шлеп-шлеп втянул несколько струек сладенькой фиолетовой ци. Окутав ее кончиком языка, он почувствовал, как она тает подобно сахарной нити, и от удовольствия прищурил глаза.

До того вкусная, что лапки сводит от восторга!

Сколько же дней ему приходилось перебиваться с голодухи на голодуху!

Яростный призрак готов был прослезиться!

Приближался час цзы.

В глубокой ночи, когда воцарилась абсолютная тишина, косая красная луна отбрасывала зловещий свет на оконную бумагу.

Завыл тошнотворный ветер, Кровавая Луна вытянула призрачные тени, проступающие из темноты.

Топ, топ, топ…

Сопровождаемые зловещими шагами, тени приближались издалека.

Пришелец сгорбил спину, его движения были скованными, а сам он парил, словно призрак.

Окно было заранее занавешено, и эта нечисть не нашла способа «увидеть» свою добычу, а потому продолжала бродить вокруг в поисках входа в дом.

За дверью бродило чудище, и потревоженный во время трапезы лютый демон разозлился.

И Цзянсюэ, моргая затуманенными черными глазами и распустив длинные волосы, резко сел.

Он с хрустом покрутил шеей — почти на полный оборот — и посмотрел в окно.

И Цзянсюэ, разумеется, прекрасно понимал причину бродящих вокруг монстров, его лицо помрачнело, а в глазах вспыхнула жажда убийства.

— …Фиолетовая ци.

От этого книжника исходила мощная сияющая фиолетовая ци, словно в темноте зажгли фонарь.

Мало того, что она слепила призрачные глаза, так еще и источала аромат на десять ли вокруг — как тут не привлечь нечисть?

Рассуждая по аналогии с призраками, окажись он на их месте, тоже заявился бы сюда на роскошный пир.

Однако И Цзянсюэ был крайне недоволен.

В конце концов, объявился конкурент по еде.

Если не покончить с противником, он не сможет насладиться пищей в одиночку.

Он может отбирать добычу у других призраков, но другие призраки не смеют отнимать ее у него — это вопрос достоинства.

Надоедливого призрака следует убить!

Хлоп, хлоп, хлоп…

Раздался стук в дверь.

Железный засов оказался ненадежным и не мог противостоять вторжению.

С треском деревянная дверь раскололась, и призрачная ци медленно просочилась внутрь комнаты.

Зловоние разлагающегося трупа смешалось с гарью благовоний, порождая тлетворный сладковатый дух.

И Цзянсюэ вспомнил: точно так же пахло от горящих ароматических свечей в большом бронзовом сосуде перед главным входом, когда они только вошли в храм.

Бродивший снаружи монстр наконец просунул внутрь голову.

Это был старик с глубоко запавшими скулами, седыми волосами и бородой, одетый в серое даосское облачение.

Его белесые глаза вылезли из орбит и были лишены всякого выражения, а потрескавшиеся губы кривились в жуткой ухмылке, обнажая острые зубы, с которых капала слюна.

Это был тот самый странный храмовый служка.

Днем он еще выглядел как даос, присматривающий за обителью и предлагающий путникам убежище.

А с наступлением ночи он превращался в чудовище, рыщущее по гостевым комнатам в поисках плоти и крови паломников.

— И впрямь не человек, — подумал И Цзянсюэ.

Он тут же задался вопросом:

— А можно ли верить тому «табу», что поведали духи?

Впрочем, кажется, даже если верить нельзя, это не имеет значения.

Он ведь давно мертв, теперь он сам призрак!

Разве призрак должен бояться призрака? Исключено.

Подумав об этом, И Цзянсюэ перестал поддерживать человеческий облик, и алые одежды превратились в клубящийся туман — легкий и призрачный.

Когда его призрачная ци накрыла погруженного в сон Пэй Хуайцзюня, придавив эту теплую плоть живого человека...

То, что по идее должно было быть легче пушинки, с той минуты обратилось в кошмар.

Призрак давит на человека!

Сознание Пэй Хуайцзюня погрузилось на дно морское.

На его лице отразились борьба и мучение, но он никак не мог очнуться от сна.

Иссиня-черные волосы лютого демона раскинулись по постели, став еще длиннее, а призрачная ци обратилась багровыми одеждами, невесомо опустившись на ученика и превратившись в неотступную тень.

Алый цвет покрыл его лицо, и он словно застрял в каком-то одуряюще прекрасном сне.

Но быть опутанным демоном — это страшнейший из кошмаров.

И Цзянсюэ усердно очертил границы своих владений, чтобы никто не посягнул на его еду.

Он поднял взгляд и холодно предостерег нарушителя спокойствия, словно говоря:

— Это моя добыча.

— Тебе запрещено ее касаться.

Он был новорожденным лютым демоном, отличающимся лютым нравом.

В том, что он решил для себя, не было места здравому смыслу, а тем более каким-либо уступкам.

Обладая столь ослепительным лицом, характером он отличался чистым и своенравным, наивным и жестоким.

Храмовый служка ничего не ответил, в нем, казалось, вовсе не было человеческого сознания.

И Цзянсюэ строго предупредил:

— Ты слышал меня?!

Его ярость была ужасна!

Под угрозами лютого демона служка качнулся вперед, проломил поврежденные створки дверей и медленно вошел в комнату.

Посох постукивал по полу, издавая звуки тук, тук, тук.

И Цзянсюэ поднял личико, напоминающее покрытую росой бегонию, но его глаза почернели до самого дна.

Он сильно рассердился:

— Как смеешь не отступать, прилипчивая нечисть!

Сказав это, он легко лизнул кончик пальца.

В мгновение ока ногти удлинились на несколько дюймов, стали острыми и заполнились багрянцем.

Когда сгорбленный служка приблизился.

Кровавый туман взметнулся волнами, и И Цзянсюэ вновь принял человеческий облик. Приземлившись на пол, он сверкнул злобным взглядом и сложил пальцы в виде когтей.

Мгновенный взмах в пустоту, и вспышки алого света полоснули воздух.

Дикая атака!

В тот же миг на мертвецком теле служки появилось пять кровавых царапин.

Тело призрака будто искромсало острым клинком, оно развалилось на части, и, не издав ни единого стона, обратилось в грудь разрозненных кусков плоти.

Половина головы упала к его ногам, дряхлая кожа судорожно подергивалась, все еще пытаясь куда-то сдвинуться.

Призрачная ци И Цзянсюэ отличалась подавляющей силой, и процесс разъедания шел еще быстрее.

Не прошло и нескольких дыханий, как призрачная ци не выдержала и вмиг рассеялась, а куски мертвечины застыли и принялись стремительно усыхать и гнить.

Так легко.

Это был первый раз, когда И Цзянсюэ убил нечисть.

И Цзянсюэ моргнул и окинул взглядом свои чистые когти:

— Кажется, они совсем слабые.

У него не с чем было сравнивать, четкого понимания собственной силы у него не имелось, и определять уровень призраков он толком не умел.

Более того, он понятия не имел, как заметать следы.

Убить призрака легко, а вот закопать труп — трудно. И Цзянсюэ задумался:

— Что же делать, нельзя же просто бросить это на полу и снова завалиться спать.

— А не прикончить ли заодно этого книжника, сожрать его и среди ночи сбежать, чтобы те два заклинателя не обнаружили?

Поразмыслив немного, И Цзянсюэ тут же покачал головой и отмел эту мысль:

— Нет, если убить его, есть будет нечего, фиолетовая ци быстро рассеется.

При жизни он был человеком и психологически не слишком жаждал питаться людьми, лучше уж впитывать фиолетовую ци.

Большой обед следует растянуть, нельзя съедать все за один раз.

Это все равно что осушать водоем ради ловли рыбы, крайне дурной поступок.

Если вырастить живого человека, это обеспечит устойчивое развитие, и лакомиться можно будет очень долго.

Чаша весов в мыслях И Цзянсюэ качнулась в другую сторону, и он рассудил:

— Пожалуй, стоит растолкать этого книжника и велеть ему прибраться перед тем, как снова лечь спать.

— Он столько всего знает, к тому же отлично управляется с уборкой, наверное, сможет замести следы.

И Цзянсюэ принял окончательное решение, вернулся к краю кровати и царапкой легонько тыкнул книжника, задавленного призраком, возвращая его к реальности.

Лишившись тягостного давления, Пэй Хуайцзюнь быстро пришел в себя.

Он резко сел, еще не до конца отойдя от испуга, а его спина словно пропиталась холодным потом.

Пэй Хуайцзюнь провел рукой по затылку — его длинные волосы были влажными и липли к шее, а взгляд оставался затуманенным:

— …Это что же, мне приснился кошмар?

— Убирайся в комнате.

И Цзянсюэ указал на разбросанные по полу куски плоти призрака:

— Настал твой час быть полезным.

Пэй Хуайцзюнь проследил за его жестом и замер:

— Это… господин служка? Что здесь произошло?

И Цзянсюэ отвел взгляд:

— Понятия не имею, эта тварь оказалась призраком, стоило ей войти, как она вся развалилась на кусочки, я так испугался.

При этом лицо его оставалось совершенно беспристрастным — какая неуклюжая ложь.

Пэй Хуайцзюнь все еще испытывал остаточный страх:

— Только что мне, кажется, приснилось, будто призраки задавили меня во сне, тело было таким тяжелым, никак не удавалось проснуться.

И Цзянсюэ надулся и возразил:

— Я не тяжелый.

Услышав это, Пэй Хуайцзюнь, напротив, почувствовал облегчение, его брови расслабились:

— Раз это Сяо И, то все в порядке, лишь бы не этот старый призрак.

Пэй Хуайцзюнь тут же встал, накинул верхнюю одежду и приготовился к уборке.

Он даже не стал углубляться в то, как именно погибла эта нечисть.

— Разлагающиеся трупы нечисти источают миазмы, а у призраков уровня «лютый» и выше останки способны восстать вновь, если их снова соединить. Эту комнату больше нельзя занимать, давай сначала избавимся от останков.

http://bllate.org/book/41372/5273657

(Ctrl + влево) Предыдущая глава   |    Оглавление    |   Следующая глава (Ctrl + вправо)

Обсуждение главы:

Еще никто не написал комментариев...
Чтобы оставлять комментарии Войдите или Зарегистрируйтесь

Инструменты
Налаштування

Готово:

100.00% КП = 1.0

Завантажити як .txt
Завантажити як .fb2
Завантажити як .docx
Завантажити як .pdf
Посилання на эту страницу
Зміст перекладу
Интерфейс перекладу