— Доложите в Студенческий совет, разузнайте, что это за мелкий стример.
Мужчина обвел кружком первую строчку на голографическом планшете в своих руках.
— Брат Сунь? Ты считаешь, что этот паренек неплох?
Сунь Тань покачал головой:
— Пока лишь мысли вслух, нам нужно еще присмотреться.
— Турнир Кошмаров начнется со дня на день, болезнь Дяньдянь нельзя оставлять без внимания. Мы обязаны попасть в тройку лучших.
Сунь Тань сжал кулаки:
— Мы ни в коем случае не имеем права оступиться.
Сильная давящая аура правил обрушилась прямо на территорию приюта, и экран Звездной Прямой Трансляции на мгновение заполнился черно-белыми помехами.
Конечно, Цзян Яоцин, виновник всего происходящего, ни о чем не догадывался. Он лишь отчетливо осознавал: его способность оказалась пугающе сильной.
[Название навыка: Слеза Времени и Пространства]
[Статус: в данный момент на перезарядке]
[Количество использований до повышения уровня: 1]
Время только что замерло на одну секунду. Хотя это был краткий миг, в определенных обстоятельствах подобная сила вызывает неподдельный ужас.
Одна секунда может изменить многое.
Если ты достаточно могуществен, эта секунда способна спровоцировать исторический сдвиг.
Цзян Яоцин невольно сжал кулаки, в его глазах вспыхнул странный огонек. Если бы он обладал этой способностью много лет назад, Клан Заклинателей не остался бы в одиночестве.
Целое столетие упадка, никто не протянул руки помощи, приходилось скитаться по всей Федерации, скрываясь от преследователей.
Родители погибли, семейные реликвии были утрачены.
Он был вынужден отложить поступление, погрузиться в состояние анабиоза и переждать бурю, прежде чем вновь показаться миру.
Спустя примерно сто лет, когда влияние Заклинателей в Федерации заметно ослабло, Цзян Яоцин очнулся.
Так что, в некотором роде, ему самому уже сто семнадцать лет.
Сразу после пробуждения из криокапсулы он отправился на вступительный экзамен и, как и следовало ожидать, попал в самый слабый класс — 5-й начальный класс новичков Кошмаров.
Экзамен был непростым, состоял из двух частей: первая касалась теоретических знаний о Звездной Прямой Трансляции, вторая — основ древних боевых искусств.
По теории он занял первое место.
А вот на экзамене по боевым искусствам оказался худшим в университете.
Его болевые рецепторы были слишком чувствительны, он совершенно не подходил для драк. Если уж приходилось вступать в бой, исход всегда был один: враг не нападает — я не нападаю; враг делает шаг — я плачу первым.
После того как он провалил первый этап, его общие способности оценили как плохие, и Цзян Яоцин с трудом удержался в самом отстающем классе Университета Стримов Кошмаров.
Вскоре после начала занятий он пытался выведать информацию у сокурсников, и один из них рассказал ему захватывающую историю Клана Заклинателей. Он даже слышал, что на их курсе кто-то выдает себя за единственного потомка этого рода.
Оставалось лишь вздохнуть: пути судьбы неисповедимы.
Очнувшись от раздумий, Цзян Яоцин посмотрел на людей перед собой, чьи лица выражали странное замешательство. Он хлопнул себя по рукам, оттеснил в сторону мальчишку с озадаченным видом и направился прямо к юноше.
Столкнувшись с самодовольным взглядом Цзян Яоцина, юноша отвел глаза и, ничего не отвечая, принялся вертеть в руках фонарик.
— Ну как? — Цзян Яоцин прислонился к позолоченной колонне рядом с юношей, уголки его губ приподнялись, а в глазах заиграла улыбка — невозможно было понять, что у него на уме.
— Очень быстро, — ответил юноша, не прекращая возиться с фонариком.
Цзян Яоцин с интересом посмотрел на толпу, у которой уже проявлялись первые симптомы, и с любопытством спросил:
— Тебе не хочется узнать, что с ними?
— Я видел, что ты рассыпал белый порошок.
Юноша, лицо которого было замотано бинтами, посмотрел на Цзян Яоцина. Тот был поражен его наблюдательностью.
Чертовски силен.
— Этот порошок вызывает зуд, на коже появляются красные пятна, возникает раздражение и легкая боль.
— Откуда ты знаешь?
Юноша стоял очень близко. Цзян Яоцин почувствовал, как температура вокруг заметно упала. Его ресницы дрогнули, он инстинктивно хотел отступить, но понял, что пути назад нет.
Взгляд юноши, холодный и отчужденный, скользил по нему, словно по какому-то товару.
Цзян Яоцин не успел ничего предпринять, как услышал следующую фразу:
— Моя семья из поколения в поколение занимается медициной. Я многое об этом знаю.
Из поколения в поколение?
Цзян Яоцин моргнул и мельком взглянул на юношу.
Хотя все, кто представал перед ним, были персонажами, он никогда не считал их просто заранее прописанными программами.
Раз уж он вошел сюда, значит, все это реально.
— Поведай свою историю, — поддразнил его Цзян Яоцин.
Юноша застыл.
Цзян Яоцин улыбнулся ему:
— Шучу. Когда уже можно будет поесть? — Он вспомнил о своем втором задании и обернулся к юноше.
— Хоть сейчас. Но…
— Что «но»?
— Тебе нужно понять, что можно есть, а что нельзя. Поедание здешней пищи потребует от тебя определенной платы.
Юноша посмотрел на изысканные блюда, расставленные в центре зала, и в его глазах промелькнуло отвращение:
— Я советую тебе не трогать мясо.
Цзян Яоцин поднял взгляд, встретившись с бесстрастными глазами юноши, и посмотрел на стол.
Перед глазами предстало изобилие мясных блюд, источающих манящий аромат: тушеные свиные ножки, куриные крылышки в коле, свиные ребрышки, шашлык из баранины, рыба в фольге…
Сглотнув слюну, Цзян Яоцин решил довериться юноше и перевел взгляд на одиноко лежащие овощи.
— Тогда, думаю, с листьями салата проблем не будет?
— Если тебя не смущает, что у тебя в мозгу заведутся паразиты, можешь попробовать.
Цзян Яоцин: …
— А картошка? С ней-то точно все должно быть в порядке?
http://bllate.org/book/41366/5271773
Готово: