— Давай я помогу тебе донести вещи.
Он говорил доброжелательно и заботливо. Линь Цзи наполовину опирался на его плечо и лишь спустя несколько секунд чуть покачал головой.
— Тут всего пару шагов, — его голос звучал еще вполне трезво. — Чжи Ся, мой дом прямо рядом с твоим.
Их разделяла лишь бежевая стена, по которой летом буйно разрасталась дикая виноградная лоза, и в детстве Чжи Ся вечно норовил перелезть через забор, чтобы повидаться с ним.
— Эту дорогу в темноте не назовешь удобной, — осторожно поддерживая его за локоть, произнес Чжи Ся. — Все-таки я провожу тебя.
Линь Цзи больше не стал отказываться. Глядя на их слившиеся в единую тень силуэты, он вдруг тихонько усмехнулся:
— Когда тебе было восемь, ты учился кататься на велосипеде и грохнулся вон у того кирпича.
— А потом ты меня поднял, — отозвался Чжи Ся. — Так что эта дорога с тех самых пор неудобная.
Линь Цзи издал мягкий звук, выражая согласие. Маленькая и далекая бледно-желтая луна висела в небе, источая одинокое, тусклое сияние.
Калитка во двор отворилась. Пинув носком валявшийся у дороги мелкий камешек, Чжи Ся повернулся с улыбкой на лице:
— Я уже много лет не падал на этой дороге.
В детстве он то и дело бегал здесь туда-обратно: иногда — чтобы разыскать Линь Цзи, иногда — чтобы вместе отправиться в школу, а порой Линь Цзи сам брал его с собой на прогулку. Смена времен года тянулась чередой, и как-то раз, когда сломался уличный фонарь, он шагал в почти непроглядной темноте и с удивлением обнаружил, что способен безошибочно вспомнить: в пяти шагах слева от него растет дерево.
Чжи Ся знал эту дорогу куда лучше Линь Цзи, который прожил здесь гораздо дольше него.
Служанка отворила им дверь, привычно поприветствовала Чжи Ся и забрала чемодан. Линь Цзи тоже выпрямился и, повернувшись, с мягкой улыбкой посмотрел на него:
— Тебе тоже пора идти домой отдыхать.
Чжи Ся отозвался, попрощался с ним, а сделав шаг назад, вдруг словно опомнился, резко развернулся и спросил:
— Так ты завтра отдыхаешь дома?
— Завтра нужно в офис, — похоже, хмель у Линь Цзи уже выветрился. — Но мы можем увидеться на выходных.
— Хорошо.
На этот раз у Чжи Ся действительно не осталось никаких поводов задерживаться. Он помахал Линь Цзи рукой и еще раз сказал до встречи.
Линь Цзи помахал ему в ответ:
— До выходных.
Чжи Ся улыбнулся и легкой походкой вышел из утопающего в зелени двора, свернув в сад собственного дома. В гостиной горел свет, и Сун Байлу, наложив на лицо маску и закинув ногу на ногу, сидела на диване перед телевизором.
— Ого, соизволил явиться домой?
Чжи Ся послушно остановился перед ней и, назвав ее мамой, пояснил:
— Я сегодня днем ездил встречать Линь Цзи в аэропорт, заодно пообедали вместе.
Сун Байлу покосилась на него, и даже с косметической маской на лице ее язык оставался достаточно острым:
— Похоже, чтобы я смогла увидеть собственного сына, мне приходится рассчитывать на милость сынка старого Ли. Вечно ты занят, надо же, у великого занятого человека наконец нашлось свободное время?
Чжи Ся цыкнул языком и прямолинейно заявил:
— Если ты перестанешь заводить со мной разговор о свиданиях вслепую, я смогу сразу же переехать жить домой.
— Эй, — Сун Байлу угрожающе замахнулась на него пультом от телевизора. — Тебе скоро двадцать два, если ты не начнешь заводить отношения, так вся жизнь и пройдет. Сам ты знакомиться с девушками наотрез отказываешься, так почему я не могу парочку тебе подсказать?
Чжи Ся привычно вздохнул:
— Вот именно, мне еще нет двадцати двух, спешить некуда.
Но Сун Байлу и слушать ничего не хотела. Дома она всегда была непререкаемой хозяйкой, перед которой даже муж не смел пирикнуть ни слова, так с чего бы сыну позволять себе самоуправство?
— Во всяком случае, на следующей неделе ты обязан пойти и познакомиться с девушкой, — поставила она ультиматум. — Иначе можешь больше не возвращаться домой, от одного вида тебя у меня поднимается давление.
Чжи Ся поджал губы и упрямо произнес:
— Я не пойду, все равно она мне не понравится.
— Не увидев, как ты поймешь, понравится или нет? — с железобетонной уверенностью возразила Сун Байлу. — Не хочешь так — тогда быстрей заводи девушку и приводи домой.
Разговоры неизменно сводились к одной и той же теме. Чжи Ся начал раздражаться, нахмурил брови и тихо бросил:
— Я устал, пойду наверх отдохнуть.
Сун Байлу не стала его задерживать, закатила глаза и тяжело вздохнула:
— Вырос сынок, маму больше не слушает.
Сделав вид, что ничего не слышал, Чжи Ся поднялся в свою комнату, умылся и лег спать. Даже забравшись в постель, он продолжал считать затею родной матери нелепой: ему еще не исполнилось и двадцати двух, жизнь только-только началась, с какой стати спешить со свадьбой и детьми? На свете черным-бело куда более важных дел.
К тому же, никакой девушки у него не было, зато имелся парень.
...
Пэй Русюй прождал на скамейке у математического факультета довольно долго, прежде чем увидел Чжи Ся, выходящего в окружении нескольких красивых студенток. Прижав к груди рюкзак, он поднялся на ноги, издали встречаясь взглядом с этими неизменно холодными глазами.
Чжи Ся любил носить черные рубашки, а его бледная кожа всегда выделялась среди девушек. На переносице покоились очки в золотой оправе, а изящные пальцы невольно напоминали о благородных нефритовых изделиях. С легкой улыбкой на губах он о чем-то беседовал со спутницами. Пэй Русюй двинулся им навстречу, ощущая себя так, будто шагает прямо в лето.
— Старший товарищ, — позвал он непринужденно, но с оттенком некоторой дистанции. — Я жду тебя уже очень давно.
Чжи Ся перевел на него взгляд, его улыбка оставалась безупречно вежливой, зато одна из стоявших рядом девушек непринужденно поприветствовала его:
— Младший товарищ Пэй снова пришел звать нашего старосту пообедать?
Пообедать? Уголки губ Пэй Русюя слегка изогнулись в саркастичной усмешке: скорее уж отведать кое-чего другого.
Он кивнул и спросил девушку:
— Вы тоже идете?
— Нет-нет, у нас еще есть дела.
Чжи Ся попрощался с ними взмахом руки. Пэй Русюй молча ждал в стороне, и лишь когда силуэты красивых студенток растворились в густой летней листве, он обратился к своему парню:
— Тебе нравятся они?
В ответ раздался лишь короткий смешок. Чжи Ся отвел взгляд и легко взъерошил волосы на его макушке.
— Все любят красивых девушек, — произнес он. — Ты ведь тоже очень красивый.
— Но я не девушка, — глядя на него прямо и немигающе, возразил Пэй Русюй. — Все вокруг говорят, что ты гетеросексуал.
— И кто же знает меня лучше — они или ты?
Пэй Русюй ничего не ответил. Наклонив голову, он неотрывно смотрел на Чжи Ся, причем крошечная родинка на левой стороне его подбородка привлекала куда больше внимания, чем те глаза. Взяв его за руку, Чжи Ся тихо вздохнул.
http://bllate.org/book/41341/5268657
Готово:
