У обочины дороги стоял знак, запрещающий посадку и высадку пассажиров в часы пик. Лу Хэн бросил на него взгляд и нерешительно спросил:
— Здесь разве можно высаживать пассажиров?
— Это же больница, у каждого бывают срочные дела. Если он запрещает, так вы что, и правда не выйдете? — водитель весело усмехнулся. — Ничего страшного, ну снимут балл-другой или оштрафуют на пару сотен. Я просто делаю доброе дело, на душе спокойно!
— Спасибо.
Поездка по этому участку стоила чуть больше сорока юаней. Лу Хэн достал телефон, чтобы расплатиться, и перевёл целую сотню.
У взрослых в этом обществе есть чувство меры и личных границ. Другой человек поступил по-доброму, но нельзя воспринимать это как должное. Когда каждый делает шаг назад или навстречу друг другу, все остаются в выигрыше. Все всё понимают, и на душе у всех легко.
И благодарность была настоящей, и некоторая отстраненность — тоже.
Поэтому водитель не стал отказываться:
— Ого, ещё и чаевые! Сегодня повезло, а босс-то щедрый!
Лу Хэн улыбнулся и ничего не ответил.
Цюцю чувствовал себя очень плохо. Кашляя, он взмахнул ручонкой и стянул с Лу Хэна медицинскую маску.
Водитель всё ещё поглядывал на него.
Обычно водителям попадались сплошь грубые мужики, но этот человек перед ним… Все черты лица правильные и гармоничные, сам донельзя изящный, худой — просто загляденье. Водитель внезапно залюбовался картиной и разговорился, выпалив:
— Ты талон в регистратуре взял? В это время в больнице яблоку негде упасть.
Лу Хэн тоже ломал над этим голову. Он-то хотел взять талон, да только свободных не было вовсе, и он даже не представлял, к какому врачу обратиться, ведь никакой подготовки он не провёл.
— Нет, — ответил он. — Сначала дойдем, а там посмотрим.
— Я тут одного врача знаю, из терапевтического. Специалист просто зверь, руки золотые!
Лу Хэн, уже собиравшийся толкать дверцу, замер, повернул голову и спросил:
— К какому именно?
Водитель просто нёс чушь для красного слова: когда его заносило, он уверял, что знаком даже с президентом США. Он никак не ожидал встретить сегодня настолько простодушного человека. Поперхнувшись собственными словами, он смог лишь неловко рассмеяться:
— Да как же его фамилия вылетела из головы?
Лу Хэн моргнул, сообразил в чём дело и тоже улыбнулся.
Снаружи свистел пронизывающий северный ветер, температура снова упала, и пуховик уже не спасал от леденящего холода. Цюцю совсем ослаб, безвольно повиснув на плече у Лу Хэна, и дышал очень легко и поверхностно.
Лу Хэн немного встревожился и, прямо через разрыв в зелёных насаждениях, бросился к южному входу больницы. Миновав будку охраны, он вдруг что-то вспомнил, остановился и обернулся.
Такси тронулось с места и медленно влилось в плотный поток машин, продолжая спешить навстречу заботам о насущном хлебе. Лу Хэн запомнил номер машины и связался с дорожной полицией, чтобы заявить о происшествии: ситуация была особой, и он хотел сделать всё, что в его силах, движимый искренней благодарностью.
— Дядя, мне плохо…
Лу Хэн погладил Цюцю по голове, стараясь полностью прикрыть его от ветра:
— Малыш, потерпи, мы почти пришли.
Цюцю уже неделю держался с высокой температурой. Сначала Лу Хэн водил его в районную многопрофильную больницу около дома, но состояние только ухудшалось. В конце концов температура перестала сбиваться даже жаропонижающими, а к ней добавились и другие симптомы.
Тамошний врач лишь легкомысленно бросил:
— У любой болезни есть свои стадии, как только температура спадет до нормы без каких-либо серьезных проблем, значит всё в порядке. Просто принимайте лекарства по расписанию.
На этом все методы лечения и закончились.
Лу Хэн прекрасно всё понимал, но принять такой подход к лечению не мог. Описанная врачом стадия болезни должна была вести от худшего к лучшему, однако никаких улучшений не наблюдалось. Решение поехать в детскую больницу Лу Хэн принял вчера вечером спонтанно — так дальше продолжаться не могло.
Больничный вестибюль был битком набит людьми. Детская больница ничем не отличалась от любой другой: та же тревога, бессилие и мучительное ожидание.
Лу Хэн на мгновение растерянно замер посреди толпы, не зная, куда двигаться дальше.
К счастью, Цюцю не капризничал и вел себя очень послушно.
Как назло, в этот момент раздался телефонный звонок. Лу Хэн взглянул на экран, сначала отвечать не хотел, но собеседник проявил поистине железное упорство, преисполненный решимости добиться своего во что бы то ни стало.
Лу Хэн принял вызов. Не успел он произнести и звука, как звонивший перехватил инициативу:
— Ой, мастер Лу, вы сегодня на работу не вышли?
Лу Хэн шёл через вестибюль к регистратуре, коротко угукнул и ответил бесцветным голосом:
— Дома кое-какие дела, отпросился.
— Тут такое дело, шкаф в прихожей, который вы мне набросали, не совсем подходит под общий стиль. Я тут нашла в Сяохуншу несколько вариантов, вроде неплохие. Я вам их скину, взгляните на досуге, ладно? — собеседник трещал без умолку. — А еще пол. С чего вы взяли, что выбранный вами материал хорошего качества? И цвет тоже не тот, такой колхозный. Верните-ка мне всё как было изначально, выберите самый первый вариант.
Этот человек был клиентом Лу Хэна, редкостным занудой. С самого начала их знакомства и до утверждения финальных чертежей в проект вносилось бесчисленное множество правок. Сам Лу Хэн обладал нравом мягким, а эмоциональное состояние держал под строгим контролем, стараясь лишний раз не вступать в споры — клиент всегда прав, делайте как хочет. Но сейчас был явно не подходящий момент.
— За ту цену, что вы назвали — сто пятьдесят юаней за квадратный метр — доступно только такое качество. Тот самый первый вариант из массива дерева стоит четыреста юаней за квадрат, — Лу Хэн заговорил чуть быстрее. — Качество напрямую зависит от цены. Вы можете заменить материал, если вас устраивает такая стоимость.
— Придумайте что-нибудь! Я же уже внес деньги!
Лу Хэн:
— …
Собеседник даже не дал ему возможности вставить слово:
— Ладно, пока так. Я вам скину картинки, посмотрите.
Только звонок завершился, как телефон Лу Хэна затрезвонил вновь, одновременно вываливая на экран несколько десятков сообщений — сплошные картинки и ссылки.
Лу Хэн совершенно не был настроен возиться с этим человеком, но тот напоминал донельзя доставучего воробья.
— Мастер Лу, взгляните.
— Вы посмотрели?
— Мне кажется, третья модель ничего так, только детали надо доработать.
— Эй, вы во второй половине дня в офис вернетесь? Давайте забьем стрелку, обсудим всё подробно.
Пряди волос Лу Хэна рассыпались по плечам. Они были окрашены в темно-золотой оттенок и слегка вились на концах. У него была бледная кожа и глубокие черты лица. Сейчас кончик носа слегка покраснел, а от духоты в больнице, где на полную калориферы работали на обогрев, он сильно вспотел.
Лу Хэн даже не взглянул на эти сообщения. Легко взмахнув ресницами, он выразительно и безмолвно закатил глаза.
— Хорошо, принято.
Классическая модель взаимоотношений безумного заказчика и покорного исполнителя.
Каким бы ангельским терпением ни обладал Лу Хэн, порой он всё же уставал.
Уставал морально.
Волонтер в красной жилетке заметил состояние Лу Хэна и подошел справиться:
— Здравствуйте, вам нужна помощь?
http://bllate.org/book/41316/5265685
Готово: