×
⚠️ Внимание! Если вы оплатили через Payoneer, получили на почту второе уведомление о доставке средств по инвойсу, но баланс на сайте не пополнился — пожалуйста, напишите мне в ЛС. Сейчас уведомления об успешном поступлении средств до нас не доходят.
💳 Написать мне в ЛС ↗
Важно: обращайтесь после получения именно второго письма — о доставке средств, а не первого подтверждения оплаты.

Готовый перевод Hold On, We Can Fall in Love [Entertainment Circle] / Спокойно, мы справимся! [Шоу-бизнес]: Глава 10

(Ctrl + влево) Предыдущая глава   |    Оглавление    |   Следующая глава (Ctrl + вправо)

Судейский столик редко когда погружался в такую гробовую тишину. Наконец первой заговорила Янь Я:

— Сколько времени ты занимаешься танцами?

— Уже больше десяти лет, точнее и не припомню, — ответил Чэнь Лунфэй, выровняв дыхание.

— Угу, — У Фань кивнул и даже захлопал в ладоши. — Отправляйся в первый класс.

Ась?!

На этот раз пришел черед опешить Яо Линьлинь. Хотя она сама считала, что Чэнь Лунфэй выступил потрясающе, наставники ведь еще даже не начали совещаться! Учитель У взял и сам вынес вердикт трейни, выглядело это ну очень опрометчиво!!!

Учитель У, куда подевались ваши прежние солидность, невозмутимость и пренебрежительное отношение?!

Яо Линьлинь знала, что У Фань — человек принципиальный: если кто-то ему не нравился, он этого не скрывал, но стоило его мнению измениться, и он не скупился на похвалу.

Вот только ей, представителю всенародного жюри, от этого было хуже всего. И что это вообще за цирк? Изначально ей действительно спустили указание притащить Чэнь Лунфэя наверх, и она уже мысленно продумала, как будет спасать положение и натягивать ему оценку в четвертый класс, если его номер окажется полным провалом. Но в итоге выступление этого богатого наследника превзошло все мыслимые ожидания — он бы с легкостью попал в первый класс вообще без каких-либо ее закулисных интриг.

Казалось бы, великолепная новость. Но когда она уже облегченно выдохнула, радуясь, что и душу продавать не придется, и инвесторы останутся довольны, фраза У Фаня «Отправляйся в первый класс» едва не заставила богиню Яо, годами не сходившую с экранов музыкальных телешоу, изойти кровавой рвотой.

Эстрадно-развлекательные передачи обычно монтируют из нескольких отобранных кадров. Зачастую то, что на площадке выглядело потрясающе, после цифровой обработки просто тонет в общем потоке. Если заранее все растреплют о богатстве Чэнь Лунфэя, да еще и сразу выдадут ему билет напрямую, в каком бы свете это ни предстало, зрители непременно заподозрят шоу в закулисных манипуляциях.

Обязательно было делать вид, будто всё решено заранее?! Учитель У, вы что, добиваетесь, чтобы зрители начали поливать его грязью?

Однако, как бы ни бушевала буря в ее душе, богиня Яо оставалась профессионалом, закаленным в сложных житейских перипетиях. Повернувшись к Чэнь Лунфэю, она ослепительно улыбнулась:

— Судя по твоей анкете, ты владеешь самыми разными стилями танца?

Чэнь Лунфэй кивнул:

— Да, практически со всеми основными направлениями знаком.

Пусть он уже смертельно устал, но, услышав, что, похоже, сможет продолжить танцевать на сцене, его глаза снова загорелись.

Мысленно Яо Линьлинь взмолилась: «Можешь выдать что-нибудь прямо здесь, в качестве импровизации?»

Чэнь Лунфэй снова начал невольно пританцовывать:

— Да раз плюнуть!

— Круто! — рэп-наставник Ли дважды хлопнул в ладоши, он обожал фристайл.

По залу снова поплыла музыка. По правде говоря, это был уже третий танец Чэнь Лунфэя за сегодня. И дело даже не в том, сколько сил он растерял в зоне ожидания — одни лишь брейк-данс из недавней битвы один на один и динамичный трек Тяжесть венца выпили бы из него большую часть энергии.

— Он что, все еще может танцевать? Да он же бессмертный кролик-энерджайзер! — искренне восхитился Ли Сян из зоны ожидания.

Поскольку следующей выступала команда Чэньсин Эртэйнмент, все трое послушно ждали сбоку от сцены. С этого ракурса им было отлично видно происходящее, и Цинь Гуань, разумеется, следил за Чэнь Лунфэем с самого его выхода. Он немного не понимал, как человек может до такой степени фанатеть от какого-то дела, словно источая сияние каждой клеточкой тела.

То ли по злому умыслу съемочной группы, то ли еще почему, музыка была нарезана попурри: поп-песни сменялись народными напевами, а в самом конце грянул даже бешеный хит для уличных танцев под открытым небом. Но Чэнь Лунфэй не сплоховал ни на секунду: под любую музыку он выдавал нужный танец, меняя стили быстро и плавно.

Поскольку ему не нужно было распыляться на вокал, в чистом танце Чэнь Лунфэй чувствовал себя как рыба в воде и полностью контролировал каждое движение.

Танец подошел к концу, и наставник по танцам У Фань ударил ладонью по столу:

— Я выбираю тебя!

Яо Линьлинь едва не ударила по столу, чтобы прибить У Фаня.

После этого дополнительного испытания президент Чэнь окончательно вымотался. Выпрямившись, он стал ждать, в какой же класс его распределят окончательно.

— Ты еще и на фортепиано умеешь играть? — на сей раз подала голос до этого сидевшая ни жива ни мертва наставница по вокалу Янь Я.

Чэнь Лунфэй ошарашенно моргнул:

— Уметь-то умею, мне что, и это прямо сейчас исполнять?

Раньше он никогда не видел, чтобы трейни устраивали аж два дополнительных испытания.

— Ну до этого вряд ли дойдет. Танцуешь ты отлично, но вот попадание в ноты хромает, сама знаешь, да? — произнесла Янь Я.

То ли молитвы Яо Линьлинь растопили небеса, но наконец-то хоть кто-то из наставников решил сыграть с ней в унисон.

На сей раз Чэнь Лунфэй не стал строить из себя невесть что. Казалось, его задели за живое:

— Я ведь тоже старался, занимался. Если бы я запел по-старому, все бы наверняка подумали, что я исполняю пекинскую оперу.

Из зала донесся дружный смех — судя по всему, проблемы с интонированием были не у него одного.

Наконец судьи завершили совещание, и Яо Линьлинь спросила Чэнь Лунфэя:

— Как думаешь, в какой класс ты попадешь?

— В первый! — не задумываясь ни на секунду, выпалил Чэнь Лунфэй.

— Даже зная, что у тебя проблемы с попаданием в ноты?

— Ну разумеется, — Чэнь Лунфэй пожал плечами. — Без такой уверенности в себе я бы остался дома и продолжал сидеть в кресле президента.

Ну вот, опять за рыбу гроши. Яо Линьлинь надеялась, что он хотя бы для приличия брякнет что-нибудь вроде «да какая там уверенность» или «наверное, закинут во второй или третий класс», чтобы она могла сделать ему сюрприз. Но этот тип мало того что совершенно не умел делать шоу, работая на зрительские симпатии, так еще и страдал запредельной самоуверенностью.

Ладно, проехали, она сделала всё, что могла. Раз уж этот трейни сам лезет на рожон под огонь критики, поделать она ничего не сможет!

Богиня Яо не стала томить загадками и прямо заявила Чэнь Лунфэю:

— Ты угадал. За твою страсть — первый класс!

Чэнь Лунфэй взмахнул кулаком в воздухе, победно крикнул Да! и счастливый побежал со сцены.

Теперь Яо Линьлинь была твердо уверена: никакой он не крупный корпоративный босс, способный проворачивать великие дела, а просто избалованный мажор, получивший хлебное местечко по блату.

До чего же у него низкий эмоциональный интеллект.

Впрочем, самому Чэнь Лунфэю было абсолютно плевать на терзания представителя всенародного жюри. Попасть в первый класс — это, конечно, здорово, но эта радость шла ни в какое сравнение с предстоящим выступлением Цинь Гуаня.

По правде говоря, если бы Чэнь Лунфэй просто устроил дома скандал и уперся рогом, желая дебютировать на сцене, семейство Чэнь не стало бы насмерть держать его мертвой хваткой. Одной из главных причин, почему Чэнь Лунфэй пошел на компромисс и явился на это шоу талантов, было желание проверить, скольких людей затронет признание его профессиональных навыков.

Ему нравилась эта сцена — неважно, поднимался ли на нее он сам или кто-то другой. Поэтому, когда выступала любая группа трейни, он ждал этого с огромным предвкушением, наслаждаясь выступлениями соперников с настроем человека, пришедшего на сольный концерт.

И Цинь Гуань был как раз таким соперником — тем, кем Чэнь Лунфэй искренне любовался и чьего выхода ждал. Наверное, даже сам Чэнь Лунфэй не замечал, что привычки, выработанные за годы помощи в семейном бизнесе, привели к тому, что вместо поиска конкурентов у него куда лучше получалось выискивать талантливых людей, которые в будущем могли бы добиться успеха и принести пользу его собственной компании.

Прямо сейчас его мысли уже унеслись далеко: как только Цинь Гуань успешно дебютирует, он тут же назначит Чжоу Туна его менеджером, в первый же год выпустит музыкальный альбом, во второй — отправит на развлекательные шоу, а если у Цинь Гуаня обнаружится актерский талант, он не откажется протолкнуть его и в киноиндустрию...

Вскоре на сцене показалась тройка из Чэньсин Эртэйнмент. Их номер назывался В отражении зеркал. Из объявления Чэнь Лунфэй впервые узнал, что музыка к этой песне написана самим Цинь Гуанем — неудивительно, что он никогда раньше не слышал оригинала.

Выступление прошло гладко, и вокал Цинь Гуаня в высоком качестве SQ, вполне предсказуемо, потряс абсолютно всех присутствующих. Номер подошел к концу, и судейская коллегия, точь-в-точь как ожидал Чэнь Лунфэй, задала тот самый вопрос:

— Цинь Гуань, а танцевать ты умеешь?

Цинь Гуань отложил гитару, поднялся с места и вежливо ответил:

— Немного учился в прошлом.

Яо Линьлинь:

— Тогда покажешь танец?

Цинь Гуань слегка замер, словно обдумывая что-то:

— Можно использовать музыку из В отражении зеркал?

— Разумеется.

Чжао Инхао и Ли Сян молча отошли в зону ожидания, оставляя Цинь Гуаню достаточно пространства на сцене.

— С каких это пор этот парень умеет танцевать? Он же от силы пару занятий посещал, — недоумевал Чжао Инхао.

Ли Сян тоже был озадачен:

— Когда мы тренировались, он всегда был с нами, но танцующим я его не видел.

Они переглянулись. Да, в течение месяца после предварительного отбора Цинь Гуань действительно таскался за ними в тренировочный зал, но ни наставников, ни подходящей для танцев хореографии у них не было — максимум, что он мог делать, это подпевать в сторонке да отрабатывать базовые движения. А теперь он вдруг заявляет, что может танцевать, да еще и под В отражении зеркал! Чжао Инхао и Ли Сян в это верили слабо.

А Цинь Гуань тем временем начал двигаться под включенную заново музыку, демонстрируя на первый взгляд довольно небрежные шаги. Мелодию к этой песне он сочинил сам, когда ему было скучно от безделья, а вот текст для них компания заказала у профессионалов.

В песне рассказывалось о юноше, который увидел в зеркале свою возлюбленную — уже умершую девушку, которую он когда-то любил. История получалась пронзительной и полной глубокой тоски.

Вот только в мыслях у Цинь Гуаня не было ничего подобного. Его композиция родилась из пустой головы в минуты растерянности и хаоса в мыслях. Вместо того чтобы выискивать в зеркале образ любимого человека, она скорее отражала человека, всматривающегося в собственное отражение и задающегося извечными вопросами: Кто я? Зачем я рожден? Зачем я живу? — вот к таким фундаментальным размышлениям человеческого бытия она склоняла.

Но сегодня утром, когда он исполнял ее перед Чэнь Лунфэем, тот словно на лету уловил его замешательство и, отказавшись от банального начала, выдал мощную, освобождающую импровизацию — так, будто сам заблудился в густом тумане и отчаянно пытался что-то отыскать.

Да вы издеваетесь?! Если бы объектив камеры в этот момент был направлен на Чэнь Лунфэя, он бы обязательно запечатлел лицо, полное абсолютного неверия.

— Как такое возможно...

Чэнь Лунфэю казалось, что этот мир сошел с ума. Танец, который сейчас исполнял Цинь Гуань, был точной копией его собственной утренней импровизации под его песню.

http://bllate.org/book/41271/5259977

(Ctrl + влево) Предыдущая глава   |    Оглавление    |   Следующая глава (Ctrl + вправо)

Обсуждение главы:

Еще никто не написал комментариев...
Чтобы оставлять комментарии Войдите или Зарегистрируйтесь

Инструменты
Настройки

Готово:

100.00% КП = 1.0

Скачать как .txt файл
Скачать как .fb2 файл
Скачать как .docx файл
Скачать как .pdf файл
Ссылка на эту страницу
Оглавление перевода
Интерфейс перевода