Цзян Цзы рассеянно смотрела на стеклянный стакан на столе, вглядываясь в неподвижную гладь воды, и размышляла, не плеснет ли эта вода ей в лицо через мгновение.
Красивая женщина почувствовала себя обделенной вниманием, но не рассердилась:
— Хотя я знаю, что А Юй тоже испытывает к тебе некоторую симпатию, дикая курица никогда не станет фениксом. Разницу в происхождении тебе не преодолеть до конца своих дней.
Если у тебя есть хоть капля здравого смысла, тебе следовало бы урвать немного выгоды и оставить моего сына, иначе в итоге ты останешься у разбитого корыта и не получишь абсолютно ничего.
С этими словами она достала из сумочки заранее подписанный чек, положила его на стол и подвинула к ней:
— Мисс Цзян умна и должна понимать, как следует поступить.
Цзян Цзы не отвела взгляд ни на йоту, ей даже не было интересно узнать номинал чека, однако она заговорила:
— Мне не нужны ваши деньги.
С этими словами Цзян Цзы наконец перевела взгляд на лицо красивой женщины и встретилась с ней глазами. Выражение лица Цзян Цзы оставалось спокойным, без тени смущения или гнева, а зазвучавшие вновь слова были лишены всяких эмоций, словно заученная реплика:
— Я люблю его и ни за какие деньги не брошу.
Красивая женщина рассвирепела от ее слов и ударила ладонью по столу:
— Вижу, ты совсем не умеешь ценить добро! Думаешь, ты ему нравишься? Кого он только из женщин не повидал, А Юй просто играет с тобой!
Цзян Цзы усмехнулась про себя — а она ведь еще вела себя довольно вежливо, раз не плеснула водой.
Знатная дама протянула руку, вытащила чек и скомкала его в комок:
— Ладно, раз ты настолько неблагодарна, то не получишь ни сотой доли!
Сказав это, она попыталась встать, но чья-то сила резко вдавила ее обратно в стул.
Легкий и звонкий голос раздался у нее над макушкой:
— Не спешите уходить~
Девушка прижала ее за плечо, уставилась на бумажный комок и цыкнула языком:
— Кого выдумали оскорбить пятьюстами тысячами? Уж по меньшей мере пять миллионов надо было дать.
Лицо красивой женщины то краснело, то бледнело, и она пронзительно выкрикнула:
— Пятьсот тысяч — это еще слишком щедро для нее, какая-то деревенщина, которая ничего слаще морковки не видела!
Цзян Цзы подняла глаза на вошедшую, ее взгляд блеснул. Ха, они еще даже не видели сумму на чеке, а уже знали, что дают пятьсот тысяч?
Знатная дама смахнула ее руку со своего плеча:
— Тан Юань! Я мать А Юя, если ты хочешь стать молодой хозяйкой нашего дома, тебе следовало бы проявлять ко мне больше уважения.
— Подумаешь, место молодой хозяйки в вашем доме — будто трон китайского императора, больно надо! И эти ваши копейки тоже! — Тан Юань подошла к Цзян Цзы и потянула ее за руку, поднимая на ноги. — Сестрице они даром не сдались.
Госпожа Чу посмотрела, как та поднимает Цзян Цзы и собирается уходить, и тоже быстро вскочила, а ее лицо почернело, как днище котелка:
— Тан Юань! Как ты со мной разговариваешь!
Раньше Тан Юань прикладывала немало усилий, чтобы угодить ей и снискать расположение Чу Юя, а теперь смеет обращаться к ней в таком тоне!
Обе эти женщины ей были противны! Ни одна из них не посреет переступить порог семьи Чу!
Тан Юань закатила глаза, не желая больше говорить ни слова, и, ухватив Цзян Цзы за руку, зашагала прочь, не оглядываясь.
Выйдя за дверь, Цзян Цзы быстро высвободила руку и отступила на шаг, уставившись на нее своими черными, как тушь, глазами, не мигая ни на секунду.Тан Юань по-прежнему смотрела на её руку, направилась к ней и, нахмурившись, потянула за запястье:
— Сестрица, что случилось с твоими пальцами? На них всё ещё пластырь, рана глубокая?
Кончики пальцев Цзян Цзы слегка дрожали, она опустила взгляд на их переплетённые руки, поджала губы и ничего не ответила.
Тан Юань наклонилась и легко подула на её пальцы:
— Сестрица, у матери Чу Юя такие манеры... С ним ты не будешь счастлива, перестань любить Чу Юя.
Цзян Цзы, словно от удара током, выдернула руку, отвергнув вызывающее трепет прикосновение, и решительно зашагала прочь:
— Не лезь не в своё дело.
Тан Юань закрыла рот, но всё же увязалась следом, и когда та остановилась, чтобы поймать такси, эта особа не собиралась уходить.
Цзян Цзы почувствовала себя несколько беспомощной:
— Зачем ты ходишь за мной?
— Хочу поговорить с сестрицей.
— Я тебе не сестрица.
— Ладно. — Она тихо пробормотала это и опустила голову, став похожей на кролика с опущенными ушами, отчего у любого невольно смягчилось бы сердце.
Цзян Цзы с холодным лицом осталась непреклонной, заметив, как та сняла рюкзак и принялась в нём шарить.
Наконец — вытащила слиток золота.
Цзян Цзы: «……?»
Тан Юань радостно сунула золотой слиток ей в руку:
— Сестрица, это моё извинение и компенсация. Раньше я не должна была из-за того дурного мужчины соперничать с тобой во всём и даже портить тебе работу на протяжении двух лет.
— Я уже велела людям связаться со съёмочной группой. Я уйду из проекта и позволю вернуться первоначальной исполнительнице главной роли. Я знаю, что у меня нет никакого актёрского таланта, но съёмки только начались, ещё не поздно всё исправить.
Помимо выплаты неустойки съёмочной группе, она внесла дополнительное финансирование, став крупнейшим инвестором за кулисами этого проекта.
Жемчужина не должна быть покрыта пылью, с её способностями ей не следовало останавливаться на достигнутом.
Подъехало такси, которое вызвала Цзян Цзы. Тан Юань помогла ей открыть дверь, усадила внутрь, а когда та устроилась поудобнее, внезапно наклонилась к самому уху Цзян Цзы, обдав её ухо тёплым дыханием.
— Сестрица, не выставляй богатство напоказ.
Она имела в виду золотой слиток, который только что сунула в руку Цзян Цзы.
Тан Юань сосредоточенно подождала секунд двенадцать, испытывая в душе лёгкое разочарование: почему та не пригласила её поехать вместе?
Ей пришлось выпрямиться и помахать Цзян Цзы на прощание:
— Будь осторожна в дороге.
Длинная, белая и безупречная, как нефритовый побег, рука протянулась из машины, ухватила её за запястье и втянула внутрь.
Тан Юань от неожиданности напрямую рухнула в тёплые и мягкие объятия, её окутал нежный шлейф аромата белой фрезии, укутывая целиком.
Рука с розоватыми суставами захлопнула дверцу автомобиля, а затем привычным движением оттолкнула человека в объятиях на соседнее сиденье.
— Шеф, поехали.
Главная героиня выглядит не слишком благопристойно
Тан Юань постепенно пришла в себя, её сердце колотилось с оглушительным стуком.
Тан Юань посмотрела на сидевшую рядом Цзян Цзы, чья нежная мягкая ручка всё ещё бессознательно сжимала её запястье, в то время как в душе всё равно поднималась тайная радость. Её нежный голосок источал чистую наивность:
— Куда ты меня везёшь?
Цзян Цзы подняла руку, ущипнула её за щеку, любуясь этим чистым и глуповатым оленьим взглядом, уголки её губ изогнулись в злой усмешке, и прозвучали слова, похожие на шёпот демона:
— А как ты думаешь?
Разве не ты намеренно меня соблазняла?
[Почему бы тебе не пригласить меня поехать вместе?]
http://bllate.org/book/41204/5247484
Готово: