Готовый перевод Unexpected Dog Attack / Свалившаяся с неба напасть: Глава 11

(Ctrl + влево) Предыдущая глава   |    Оглавление    |   Следующая глава (Ctrl + вправо)

Фан Чи наполовину втащил, наполовину вволок Чжана Цзяня в коридор, а тот яростно сопротивлялся и бессвязно орал что-то себе под нос.

Хотя Чжан Цзянь обычно не пользовался особой популярностью в собственном классе, стоило кому-то из другого класса — а именно Фан Чи — завалиться прямо в аудиторию, чтобы вытащить его за шкирку, как в любом классе нашлось бы несколько сплотившихся ребят, готовых вступиться за своего.

Сотворив то, что задумал, он едва успел вытащить Чжана Цзяня наружу, как из класса следом вывалилось несколько человек — судя по всему, они собирались вмешаться и помочь. Поразмыслив ни секунды, Фан Чи отпустил руку и, не дожидаясь, пока Чжан Цзянь твердо встанет на ноги, прямо с размаху врезал ему ногой в живот.

Силы он приложил не слишком много, но тощего, похожего на ощипанного петуха Чжана Цзяня тут же отбросило назад, и он врезался в толпившихся позади парней. Фан Чи тут же шагнул следом и добавил хуком в челюсть.

Удар вышел на славу — куда тяжелее, чем тот, что достался Сунь Вэньцюю в тот день. Чжан Цзянь, который и так-то едва держался на чужих плечах, тут же взвыл раненым зверем и принялся судорожно отмахиваться назад, пытаясь спастись. Голос его взлетел на октаву выше прежнего.

— Смелости драться хватает, а пасть закрыть кишка тонка? — Фан Чи ткнул пальцем в Чжана Цзяня. — Услышу еще хоть слово — искалечу меньше чем за минуту.

Высказавшись, он развернулся и зашагал обратно. К тому моменту, как шестиклассники опомнились от суматохи и бросились в погоню, зеваки из его собственного класса уже отступили к самой серединке коридора.

— Етить-колотить, кого это отделали?! — Сюй Чжоу первым примчался к нему и с восторгом выпалил это вопросительное восклицание. Этот сорванец жить не мог без хаоса и больше всего на свете жаждал масштабной драки с шестым классом.

— Никого, — бросил Фан Чи и пошел дальше.

Драться ему совсем не улыбалось, особенно — толпой на толпу, по крайней мере сейчас.

Именно поэтому он выбрал тактику ударил и смылся: пока шестиклассники соображали что к чему, он уже укрылся под восторженным защитным куполом своего первого класса.

Дальше можно было уже ни о чем не беспокоиться. Снаружи все выглядело так, будто вот-вот грянет грандиозная бойня, но стоило ученикам двух классов столкнуться в коридоре, как всё свелось к банальной словесной перепалке. Народу набилось слишком много, праздношатающиеся зеваки и неопределившиеся зачинщики слились в единую массу — там было просто негде развернуться.

А уж заявятся ли завтра мстители — это бабушка надвое сказала. Вряд ли в шестом классе найдется кто-то настолько упоротый, чтобы спустя целую ночь заявиться сводить счеты за Чжана Цзяня.

Покидая территорию школы, Фан Чи подумывал набрать Сунь Вэньцюя и расспросить про Хуан Цзуна, но потом передумал. По всему было видно, что Сунь Вэньцюй души не чает в котах, да и Хуан Цзун, казалось, остался им вполне доволен, так что вряд ли возникли бы какие-то проблемы.

Вот только стоило ему вспомнить, как Хуан Цзун при виде Сунь Вэньцюя вмиг преобразился: из властного генерального директора, загребающего лапой кошачий корм, превратился в приторного маменькиного сыночка, который только и умеет, что тереться о чужую шерстку и мяукать, — на душе у Фан Чи становилось тоскливо.

— Фан Чи! — окликнул его кто-то сзади. Это оказалась Лян Сяотао.

Фан Чи остановился. Лян Сяотао подкатила к нему на своем миниатюрном электроскутере.

— Эй, куда ты так летишь? Я только зазевалась на потасовку, а тебя уже и след простыл.

— Чего тебе? — спросил Фан Чи.

— Пойдем угощу тебя малатан, — с улыбкой предложила Лян Сяотао.

— Не хочу, — ответил Фан Чи, неторопливо шагая рядом с ней.

Лян Сяотао жила в той же стороне, и порой, когда ему не хотелось идти пешком, она подвозила его какое-то расстояние, но сегодня ему страшно хотелось пройтись.

— Слышь, — Лян Сяотао легонько толкнула его локтем. — Ты Чжана Цзяня из-за того случая отделал?

— Из-за какого такого случая? — Фан Чи бросил на нее косой взгляд.

— Хватит прикидываться валенком, вдвоем же мы. Шайка Чжана Цзяня еще с вечера растрепала об этом на всю школу, — Лян Сяотао нахмурилась. — Я как услышала, сразу поняла: заявись ты сюда, быть драке.

— И чего я по-твоему, такой психованный? — усмехнулся Фан Чи.

— Да факты налицо, — Лян Сяотао цокнула языком, а затем понизила голос: — Сяо Имин ничего не говорил? Я сегодня смотрю, он тоже какой-то сам не свой, прибитый совсем.

— Ничего не говорил. Просто спасибо сказал. А о чем тут говорить-то? — ответил Фан Чи.

— Эх, — Лян Сяотао тихонько вздохнула. — Раньше вы такие не разлей вода были. А теперь во что всё превратилось, такая жалость.

Фан Чи промолчал. Раньше у него с Сяо Имином действительно были отличные отношения: они вместе гоняли мяч, вместе ходили в школу и возвращались домой, болтали обо всякой всячине.

— Фан Чи, я не к тому, что лезу не в свое дело, просто знаю, что ты терпеть не можешь нравоучений, — замялась Лян Сяотао. — Мне кажется, ты не тот человек, который станет предвзято относиться к Сяо Имину. По крайней мере, мог бы не поддерживать, но хотя бы не испытывать отвращения. Я правда…

— У меня нет к нему предвзятости, — произнес Фан Чи.

— У тебя предвзятость к гомосексуалам, — Лян Сяотао покосилась на него. — Я ведь и сама сыта по горло Линь Вэй и ее компашкой, которые целыми днями только и делают, что перемывают кости живым людям, но… твоя реакция и впрямь превзошла все мои ожидания. Иногда я даже ловлю себя на мысли: неужели ты на самом деле…

— Я просто… — Фан Чи нахмурился, помедлил немного и выдавил: — Считаю это мерзким.

— Вот как, — Лян Сяотао поправила волосы, с улыбкой сменила тон и хлопнула его по плечу. — Ладно, об этом и говорить нечего. Слушай, а давай-ка ты меня угостишь малатан? Острый тофу, острая брокколи, острые мясные шарики… Ой, слюнки текут!

— В какую пойдем? В ту, что Сюй Чжоу советовал? — спросил Фан Чи.

— Угу, прямо напротив, — Лян Сяотао кивнула на небольшое заведение по другую сторону улицы.

— А ты знаешь, почему у тебя каждый раз живот болит, стоит только вернуться домой? — вздохнул в трубку Ли Бовэнь.

— Знаю, конечно. Из-за того, что всякой бурды намешал, — Сунь Вэньцюй стоял у окна и пил йогурт, в то время как Хуан Цзун зацепился за его штанину, отрабатывая навыки скалолазания.

— Никакой физической формы! Раньше ты из качалки не вылезал, да и в горах хоть как-то двигался, а теперь, как вернулся, целыми днями сычом сидишь в четырех стенах… — Ли Бовэнь вещал с таким видом, будто его сердце разрывалось от боли.

— Всё, харош, ближе к делу, чего звонишь? — перебил его Сунь Вэньцюй, закинул руку за спину, подцепил карабкающегося на плечи Хуан Цзуна и водрузил себе на плечо. — Только не вздумай предлагать поход в горы, я не пойду.

— Какой поход, погоди, пока очухаешься, — со смешком ответил Ли Бовэнь. — На скалодром зову. Сколько можно звать, прояви уважение уже. Лянцзы вон как занет, и то сказал — раз ты будешь, он тоже приедет.

— …Чего это вы вдруг такие все из себя целеустремленные? — вздохнул Сунь Вэньцюй. — Ладно, была не была, рискну.

Ма Лян приехал за ним и довез до места, и только тогда Сунь Вэньцюй сообразил, что на этот раз они направляются вовсе не в тот клуб. Это была огромная загородная база клуба: горы, ручьи, приключения, кемпинг, барбекю, сплавы — полный набор.

Впрочем, главная цель этой компании по-прежнему сводилась к пожрать. В центре внимания стояли мангал и пиво; с десяток знакомых лиц, парни и девчонки, уже закончили все приготовления, а скалодром на близлежащей скале служил отличным способом размяться перед едой.

— Сказали бы сразу, что мы так отдыхать будем, я бы раньше приперся, — Сунь Вэньцюй брякнулся в шезлонг, расставленный возле мангала. — А то я уж подумал, вы после этого Эверест штурмовать соберетесь.

— Эверест отменяется, — Ло Пэн протянул ему и Ма Ляну по баночке пива. — Но пока осень не кончилась, мы и впрямь планируем сходить в горы. Как насчет составить компанию?

— Куда лезть-то? На какую гору? — Ма Лян открыл пиво и сделал глоток. — У меня за, за домом есть… есть один холм, идите туда.

— Сяо Лян, так не пойдет, — усмехнулся Ло Пэн. — Ты должен вдохновлять Вэньцюя, он после возвращения совсем расклеился.

— Да он же, он же змея, — изрек Ма Лян. — Причем сонная, сонная змея перед спячкой, забейте.

— Вали отсюда. — Сунь Вэньцюй не удержался от смеха.

И впрямь, после возвращения его преследовало какое-то странное ощущение полной апатии ко всему на свете. Разве что тискать Фан Чи еще было хоть капельку весело.

И правда, до чего же он раскис.

— Что за гора? — бросил он.

— Уявэнлин. — Ло Пэн тут же подскочил, заметив его интерес.

— Мы что, хоррор снимаем? — Сунь Вэньцюй услышал название, и у него волосы на руках встали дыбом.

— Называется хребет, а на деле — целый горный массив с потрясающими пейзажами. Раньше туда вечно шастали всякие фотографы, а потом повадились пожилые любители пешего туризма…

— Не поеду! — стоило Сунь Вэньцюю услышать про пожилых любителей, как ему тут же представилось, будто все склоны усыпаны размахивающими цветастыми шарфами пенсионерами. — Я не поеду.

— Да ты дослушай! — Ло Пэн хлопнул его по плечу. — Мы-то пойдем по экстремальному маршруту, новому. Совсем в другую сторону, нежели эти ваши группы пенсионеров-скаутов.

— Ну-у. — Сунь Вэньцюй уставился на него.

— Красота неописуемая! Я там уже был, но проводник попался ни к черту, до конца не дошли, водопадов и кащевей… тьфу, каньонов толком не разглядели, — Ло Пэн скривился в искреннем сожалении. — В этот раз надо найти толкового местного проводника… Ну что, идем?

— Идем-идем, — Сунь Вэньцюй зевнул. Ладно уж, раз всё равно заняться нечем, хоть развлечься надо с огоньком. — Наберешь меня заранее.

— Заметано! — Ло Пэн радостно хлопнул его по плечу. — Я-то думал, ты откажешься, а Бовэнь уверял, что ты согласишься, и велел тебя уговорить. И ведь как знал тебя, паразит!

Сунь Вэньцюй усмехнулся и бросил взгляд в сторону Ли Бовэня: тот миковал с Чжао Хэ, зажаривая шашлычки.

Знал?

Между ним и Ли Бовэнем не было никакого глубокого понимания. Просто они были знакомы чертову тучу лет, и Ли Бовэнь отлично знал: он любит побездельничать, но и настоящего безделья тоже опасается.

Мяса на мангале Сунь Вэньцюй почти не ел — желудок только-только пришел в норму, рисковать не стоило, да и пива выпил совсем чуть-чуть, после чего потащил Ма Ляна на скалодром.

— Лазил когда-нибудь? — спросил Сунь Вэньцюй у Ма Ляна.

— Угу, с ни, с ними пару раз пробовал, — Ма Лян подтянул страховочную систему, висевшую у него между ног. — Часто не поносишь, эта хр, хрень яйца пережимает.

Инструктор, который как раз возился со снаряжением Сунь Вэньцюя, оказался совсем молодым парнем чуть за двадцать. С совершенно невозмутимым и серьезным видом он выдал:

— Не преувеличивайте, это ж какого размера яйца должны быть.

Сунь Вэньцюй не сдержался и хохотал:

— Огромные, поверь.

Скалолазание — штука такая: с виду проще простого, а начнешь — и теряешься.

Сунь Вэньцюй битый час слушал наставления инструктора, но до реального штурма скалы дело так и не дошло. Спасало лишь то, что сам инструктор попался толковый, иначе его бы давно уже взбесило.

— Ты ведь тоже спортом занимаешься, да? — закончив наконец вдалбливать все правила, инструктор небрежно опустил руку ему на бедро. — Мышцы развитые, на стену полезешь — должно быть гораздо проще, чем Роме в первый раз.

— Он-то небось ради похудения приперся, — бросил Сунь Вэньцюй, отступая в сторону, чтобы избежать прикосновения: от этого случайного шлепка у него аж нога занемела.

Прошло уже три года…

В памяти всплыли слова Ли Бовэня, и он невольно нахмурился.

— Ну, он в основном ради активного отдыха худеет, — ответил инструктор и направился к отвесной стене. — Давай попробуй, для начала полезем на самую простую.

Для новичка вроде Сунь Вэньцюя даже эта самая простая трасса оказалась не такой уж легкой. Даже следуя указаниям инструктора — левая рука туда, правая сюда, левая нога на упор, правая на выступ, — он изрядно попыхтел, прежде чем одолел подъем.

— Братуха Сунь, — инструктор внизу поднял вверх больший палец. — Неплохо!

— А спускаться-то как? — пальцы у Сунь Вэньцюя слегка ныли, и он висел, вцепившись в камни.

— По тому способу, что я только что показывал, помнишь? — крикнул инструктор.

— Ага. — отозвался Сунь Вэньцюй.

Лицом к стене, ноги раздвинуть примерно на 80 градусов, упереться в ребро скалы, отклонить туловище назад, чтобы угол с ногами составлял примерно 100 градусов…

Это были слова инструктора; Сунь Вэньцюй выслушал их всего раз и в общем-то запомнил наизусть, но на практике всё оказалось куда замороченнее.

Кое-как спустившись, он шумно выдохнул. Погода стояла прохладная, но он умудрился вспотеть в три ручья, а стоило повернуть голову, как он увидел ухмыляющегося Ма Ляна.

— Выдающийся наследник, наследник стиля жабы, — Ма Лян хлопнул его по плечу. — Жабий демон.

— Давай полезай, тебе и рта открывать не надо, языком до вершины доберешься, — Сунь Вэньцюй сдернул с себя обвязку и веревку. — Буду тебе аплодировать. Бовэнь вроде фотик притащил, хочешь, я тебя пару раз щелкну?

При слове фотограф Сунь Вэньцюй снова вспомнил ту долговязую фигуру со стенки в клубе, мельком оглянулся на инструкторов, но ни один из них не был похож на того парня.

Когда настала очередь Ма Ляна, подоспели Ли Бовэнь с Ло Пэном и принялись вовсю орать снизу, подбадривая друга с такой мощью, что Ма Лян от усердия дважды сорвался с зацепок.

— В следующий раз купим тебе нормальную экипировку, — Ло Пэн окинул взглядом кроссовки Сунь Вэньцюя. — То, что они выдают — никуда не годится.

— Посмотрим, — отозвался Сунь Вэньцюй. — Умений ноль, а пафоса на миллион.

— Точь-в-точь как с твоей каллиграфией и живописью: хочешь сделать хорошо — подготовь инструмент, — изрек Ло Пэн. — Слыш, ты в последнее время пишешь вообще? Раз уж горшки мне показывать не хочешь, хоть пару иероглифов выпросить можно?

— Не больше четырех, — вздохнул Сунь Вэньцюй. — Я кисть в руках сто лет не держал.

— Четыре слова? Дай подумать… — протянул Ло Пэн.

— Преклонные года, а дух крепок, — вставил Ли Бовэнь.

— …Пойдет? — Ло Пэн посмотрел на Сунь Вэньцюя.

— Запросто, — кивнул тот. — А потом над кроватью повесишь?

— Твою мать! Какой же ты язва! — расхохотался Ло Пэн.

День выдался шумным и веселым: еда, питье, карабканье по камням. На обратном пути в город Сунь Вэньцюй клевал носом всю дорогу.

— А я думал, ты там с ночевкой останешься, — заметил Ма Лян.

— Сборище озабоченных, — Сунь Вэньцюй не открывал глаз. — Мне-то там что делать.

— Тоже верно, — Ма Лян кивнул. — Вы же озабоченные… эти самые.

Сунь Вэньцюй усмехнулся и промолчал.

— Не, не озабоченные, — Ма Лян задумался, поднял указательный палец, ткнул им Сунь Вэньцюю в нос, дождался, пока тот приоткроет глаза, и выдал: — Вы сумасбродные, один одиночка.

— Пошел ты! — Сунь Вэньцюй едва не задохнулся от возмущения. — До чего же вредный паразит!

Домой они вернулись чуть позже шести. У Ма Ляна на вечер были планы, так что оставаться на ужин он не стал, а стоило Сунь Вэньцюю переступить порог, как живот, в котором за весь день почти ничего не побывало, издал жалобный вопль.

Хуан Цзун, поджав обе лапы на манер какого-то старого крестьянина, дремал на диване, но, услышав щелчок двери, тут же спрыгнул и затрусил к его ногам, ласково потираясь о штанину.

— Голодный, да? А обед-то умял? — Сунь Вэньцюй глянул на миску у журнального столика — та сияла пустотой, а наполнитель, купленный наспех утром, явно уже успел послужить по назначению. — Погоди, малец, а аппетит-то у тебя зверский.

Разобравшись с кошачьей кормежкой, Сунь Вэньцюй залез под душ. После водных процедур голод только усилился; взглянув на часы, он понял, что Фан Чи уже давным-давно должен был освободиться из школы.

С какой стати этот должник, подписавший кабальный договор, ведет себя так нагло? Даже чтобы заставить его готовить, вечно приходится пинками подгонять!

Сунь Вэньцюй набрал номер Фан Чи. Гудки шли долго, наконец на том конце ответили, и в трубке послышалось тяжелое дыхание Фан Чи:

— Алло?

— Ого, звуковые эффекты шикарные. От погони уходишь? — Сунь Вэньцюй опешил.

— Вроде того, — бросил Фан Чи.

— Когда ты там собираешься закончить свой побег и прийти стряпать? — Сунь Вэньцюй нахмурился. — У тебя вообще совесть есть? В контракте черным по белому прописана зарплата.

— Полчаса. — Фан Чи, судя по всему, бежал.

— Я сегодня кашу не хочу, буду жареное мясо, да и лоток за своим хозяином прибрать не забудь. Если припрешься через полчаса, опять затянешь песню, что тебе в школу пора. — Сунь Вэньцюй прислушался к шуму на том конце. По идее, этот парень не был похож на задиру, но сейчас он несся так, словно и впрямь спасал свою шкуру.

— Я сегодня вечером в школу не иду, — выдохнул сквозь одышку Фан Чи и, помедлив секунду, добавил: — Чего тебе приготовить?

Сунь Вэньцюй на мгновение замер и только спустя пару ударов сердца выдал:

— Да что угодно.

Сбросив вызов, он зашагал в кабинет и остановился перед письменным столом.

Сегодня утром ему приснился смеющийся петух — проснулся он довольно рано, малевать было нечего, и от нечего делать он разложил кисти, тушь, бумагу и палитру, но в итоге, даже подняв кисть, так и не смог вывести ни единого иероглифа.

Не мог выжать из себя ни строчки и сейчас.

Брошенная Фан Чи фраза почему-то заставила его испытать странное щемящее чувство. Чего тебе приготовить?

Эта фраза была до боли знакома. Когда они с компанией выбирались куда-нибудь поесть, всегда звучало одно и то же: чего бы съесть, что заказать, в какую забегаловку податься…

Но прошло столько времени, прежде чем кто-то спросил у него самого — просто потому, что собирался приготовить для него ужин.

Пусть даже из-под палки, но Сунь Вэньцюй надолго погрузился в задумчивость.

Хуан Цзун обвился лапками вокруг его штанины и пару раз жалобно мяукнул. Нагнувшись, он подхватил котенка и неторопливо зашагал по комнате:

— И надо же было тебе, бывшему бродячему боссу да еще и пацану, быть таким прилипчивым…

Хуан Цзун выдал еще одно «мяу».

— Хватит орать, а то твой раб припрется и ревновать начнет. Ты ведь на него в тот день лапы распустил, помнишь?

Сунь Вэньцюй подошел к окну гостиной и услышал доносившийся со двора топот бегущих шагов.

Примчался вприпрыжку? Он потянулся к засову калитки, но не успел коснуться щеколды, как во дворе раздался глухой стук, а следом в дверь забарабанили.

— Слышь, ты через забор лазать вошло в привычку? — открыв дверь, Сунь Вэньцюй уставился на вспотевшего Фан Чи.

— Бежал, перемахнул по инерции, — Фан Чи протиснулся внутрь. — Ты почему на окна решетки не поставишь? К тебе в хату вломиться проще, чем в супермаркет.

— Охрана круглосуточно патрулирует район, к тому же брать у меня особо нечего, — Сунь Вэньцюй заметил пакет из супермаркета в руках парня. — Затарился?

— Угу. Раз тебе «все равно», сам и купил, иначе опять куда-то тащиться пришлось бы, — Фан Чи швырнул рюкзак на пол у стены и скрылся на кухне. — Сделаем фаршированные овощи, как раз вчерашнее рубленое мясо осталось.

— Ого, а чем фаршировать? — поинтересовался Сунь Вэньцюй.

— Горькой тыквой. — Фан Чи высунулся обратно и забрал у него из рук Хуан Цзуна.

— Горькую тыкву я не ем. — Сунь Вэньцюй скривился.

— Тогда ешь что дают, — безапелляционно заявил Фан Чи. — Кота я сегодня забираю.

— Сначала лоток почисти, — Сунь Вэньцюй кивнул на кошачий туалет, а затем полез за кошельком. — Сколько с тебя за продукты?

— Копейки, я всё записал, в конце месяца подобьем баланс, — бросил Фан Чи. — Кидать тебя на бабки я не собираюсь.

— Ну надо же, — улыбнулся Сунь Вэньцюй. — Слышать такое из уст мошенника чертовски трогательно.

Фан Чи резко обернулся и впился в него взглядом.

— Не согласен — потерпи. — Сунь Вэньцюй откинулся на спинку дивана.

— Я не… я просто… — Фан Чи наморщил лоб. — Я…

— С виду вроде нормальный паренек, как тебя угораздило связаться с Фан Ином? — Сунь Вэньцюй согнул одну ногу в колене, уперевшись стопой в журнальный столик. — Всего четырнадцать, а уже по наклонной пошел.

Фан Чи ничего не ответил, опустил Хуан Цзуна на пол, ушел на кухню, пересыпал мусор из пластикового пакета в кошачий лоток и вышел во двор выбросить его.

Возвращаясь, он бросил на ходу:

— Ты и вправду по фамилии Фан?

— Ага, — Фан Чи вытащил из рюкзака какой-то прямоугольник и сунул ему под нос. — Меня так и зовут — Фан Чи.

Похоже, это был школьный пропуск, но название учебного заведения и класс Фан Чи прикрыл пальцем, так что Сунь Вэньцюй разглядел только имя — Фан Чи — и донельзя серьезную физиономию на фотографии.

— У тебя что, лицевой нерв парализован? — спросил Сунь Вэньцюй.

— А? — Фан Чи уставился на него.

— В смысле, лицо каменное, — пояснил тот. — Улыбаться-то умеешь?

— Умею, — бросил Фан Чи и направился с лотком в туалет. — Просто глядя на тебя, веселиться как-то не тянет.

— Ой, а мне на тебя смотреть безумно весело. Как ни гляну — так и ржу, — со смешком отозвался Сунь Вэньцюй.

Фан Чи проигнорировал его выпал, но не прошло и минуты, как он вынырнул из туалета и в упор спросил:

— Ты ее все-таки тронул?

— Кого? — Сунь Вэньцюй прижал к груди прыгнувшего на диван Хуан Цзуна. — Мать твою?

— …Угу. — Фан Чи кивнул.

— С чего вдруг такой интерес? — Сунь Вэньцюй машинально потирал кошачье ухо.

— Просто вид у тебя слишком уж праведный, — ответил Фан Чи.

Сунь Вэньцюй расхохотался:

— Наконец-то дошло?

— Так бил или нет? — снова допытывался Фан Чи.

— Не бил, — Сунь Вэньцюй поднял на него взгляд. — Я по-твоему похож на того, кто станет поднимать руку на женщину?

http://bllate.org/book/41200/5247303

(Ctrl + влево) Предыдущая глава   |    Оглавление    |   Следующая глава (Ctrl + вправо)

Обсуждение главы:

Еще никто не написал комментариев...
Чтобы оставлять комментарии Войдите или Зарегистрируйтесь

Инструменты
Настройки

Готово:

100.00% КП = 1.0

Скачать как .txt файл
Скачать как .fb2 файл
Скачать как .docx файл
Скачать как .pdf файл
Ссылка на эту страницу
Оглавление перевода
Интерфейс перевода